– Мы добрались, Чири-Чири, – прошептала Рисн, когда несколько матросов усадили ее в кресло на квартердеке. – Смотри, я привезла тебя домой.
Чири-Чири, уютно устроившись у нее на руках, почти не шевелилась. Рисн крепко прижимала ларкина к себе, а капитан и ее брат тихо разговаривали неподалеку.
Бури!.. Окутанный туманом остров посреди внезапно уснувшего океана, да еще и окруженный этим странным каменным частоколом, выросшим прямо из воды, казался… нереальным. Низкий и плоский, за исключением возвышенности в центре – стены это или естественное плато? – он производил неизгладимое впечатление.
Почти вся команда собралась на палубе; спрены предвкушения, словно красные ленты, развевались на неощутимом ветру. Рисн сидела слишком далеко, чтобы расслышать, о чем шепчутся моряки. Она едва не попыталась, цепляясь за планшир, подобраться поближе – лишь несколько дней провела в парящем кресле, а уже привыкла.
Что ж, если этот остров окажется вражеской цитаделью, придется удирать. Рисковать парящим креслом Рисн не хотелось, поэтому она приказала спрятать его понадежнее, а самосветы положила в карман. Пока будет довольствоваться стационарным сиденьем на квартердеке.
Она глядела на остров, стараясь справиться с противоречивыми чувствами. Вот и цель экспедиции. Рисн привела сюда корабль. Как бы теперь поступил Встим? Неизвестно. Она впитывала его мудрость, но сейчас ей остается только довериться собственному чутью.
Это пугало ее больше, чем ночной кошмар.
– Капитан, – окликнула она, – а вы что думаете? Какие новости из гнезда угря?
Капитан подошла поближе:
– Трое моих людей с подзорными трубами высматривают все, что может вызвать подозрения. Никаких признаков жизни, хотя на острове точно есть постройки. Как ни странно, ветер почти стих, но мы можем маневрировать на веслах. Эти воды выглядят коварными, поэтому не будем торопиться. Глубины вокруг Аймиа часто таят в себе опасность. Если все пойдет хорошо, мы попробуем через пролом подойти к острову. – Она помедлила. – Ребск, наблюдатели сообщают: похоже, на пляже лежат светсердца. Среди останков большепанцирников.
Как интересно! Рисн глубоко вздохнула.
– Я разрешаю медленно двигаться к острову. Предупредите меня, если заметите что-то новое, и будьте добры, попросите кого-нибудь позвать Сияющих и их спутников. Мне нужно с ними поговорить.
Лопен, Уйо и Рушу тихо беседовали о чем-то со Струной в дальнем конце главной палубы.
Капитан приказала нескольким матросам взяться за весла, и вскоре корабль осторожно заскользил к кольцу высоких скал, окружавших остров. Рисн они напомнили обелиски, которые кочевники-деши ставили на различных стоянках.
Как ни странно, единственными звуками, сопровождающими продвижение судна, были удары весел о воду – резкий контрапункт бушующим ветрам и реву волн, оставшихся позади. Замеряя глубину по обоим бортам каждую минуту или две, корабль полз вперед. Сияющие и их спутники поднялись на квартердек.
– Что видишь, Струна? – спросила Рисн на веденском.
– Спренов удачи, – указала вверх рогоедка. – Но они не приближаются к острову. Их десятки. Лопен показал мне под водой какую-то тень – он считает, что это существо высосало буресвет из другого Сияющего. Только я не видела ни одного спрена. Тень быстро исчезла, но я думаю, что это тоа, а не лики. Хм… Кажется, вы говорите «физическое», а не «разумное»? Из мира разума?
– Любопытно, – ответила Рисн, хотя и не была уверена, что поняла.
– Эй, – встрял Лопен, – ты же это сказала на…
– Веденском, – ответила Рисн на алетийском. – Да.
– Полагаю, я смогу провести корабль через этот пролом, – сообщила капитан, подходя к Рисн. – Что вы собираетесь предпринять, ребск?
– Подведите нас как можно ближе, – попросила Рисн.
Дрлван умело подошла к пролому и после очередного замера глубины двинулась дальше, к острову. Корабль приблизился настолько, что Рисн смогла разглядеть на пляже выбеленные раковины – останки древних большепанцирников.
Она приподняла Чири-Чири, надеясь на какую-то реакцию. Талик сказал, что ларкина надо привезти домой, и вот они здесь. Но что теперь? Чири-Чири не заинтересовалась островом, однако подняла к небу глаза, а затем пошевелилась, мягко прищелкивая. Рисн осторожно посадила ее к себе на колени; та почти не двигалась, неотрывно глядя на небо. Возможно, ощущала присутствие невидимых спренов?
Подошел Кстлед и протянул подзорную трубу. Рисн смогла хорошо рассмотреть громадные раковины, а также крупные бриллиантовые светсердца. Тусклые, без единой искры; похоже, они выпали из разлагающейся плоти большепанцирников. Что-то в этой картине показалось ей странным.
– Какие будут распоряжения, ребск? – спросила капитан.
Действительно, какие? Пора взять командование на себя. Рисн проигнорировала свое трепещущее сердце, свое беспокойство за Чири-Чири.
– Сияющий Лопен и ревнительница Рушу, полагаю, вы готовы выполнить вашу секретную задачу?
Названные переглянулись, стушевавшись достаточно, чтобы появились спрены стыда, похожие на парящие цветочные лепестки.
– Э-э-э… да, светлость, – ответила Рушу. – Нам нужно заглянуть вон в те здания.
– Но не раньше, чем мои люди проведут быструю рекогносцировку. – И Рисн распорядилась: – Кстлед, ты с большим отрядом, оставив пока на борту некомбатантов, обеспечь охрану пляжа. Докладывай обо всем необычном.
Боцман поклонился и пошел собирать людей. Когда шлюпки были спущены на воду, Рисн заметила, что Лопен и Уйо покидают корабль. Рушу последовала их примеру.
– Ревнительница Рушу? – окликнула ее Рисн. – Предлагаю вам подождать, пока мы не убедимся, что пляж безопасен.
– Прекрасное предложение! – прокричала в ответ Рушу. – Но не беспокойтесь обо мне, светлость.
И уселась на банку в одной из лодок.
Что ж, ревнительница не подчинялась Рисн и потому была вольна поступать, как ей хочется. Струна повела себя благоразумнее: никуда не рвалась, а просто опустилась на колени рядом с креслом Рисн. Посмотрела на Чири-Чири, а потом на небо.
Есть ли связь между спренами удачи и Чири-Чири? Небесные угри – единственные способные летать существа ее размера, и их часто сопровождают спрены удачи.
Чири-Чири застрекотала, что было обнадеживающим признаком. Рисн дала ей выпить сферу, а затем оглянулась через плечо на шторм. Остров был окутан туманом, но иногда в его разрывах удавалось разглядеть барьер из пляшущих волн и грозных туч. Как стена Великой бури, только движущаяся по кругу.
– Мы должны закончить миссию как можно быстрее, – сказала Рисн капитану, которая все еще стояла рядом. – Если пляж не представляет опасности, в чем, надеюсь, мы вскоре убедимся, отправьте людей осмотреть остров по периметру. Пусть собирают интересные артефакты. Дадим Сияющим время на…
Чири-Чири забилась у нее на коленях. Рисн взглянула на ларкина: маленькое существо впервые за неведомо сколько недель оживилось и поднялось на лапы, трепеща крыльями. Чири-Чири все еще смотрела на небо.
– Струна, – спросила Рисн на веденском, – она заметила спренов удачи?
– Думаю, да, – ответила та. – Они начали снижаться.
Рисн прищурилась, и ей показалось, что она видит спренов. В воздухе мерцали зыбкие силуэты, напоминающие наконечники стрел. Чири-Чири защелкала громче. Сердце у Рисн заколотилось, участилось дыхание. Ей-то уже думалось, что все труды были напрасны – ничто не поможет Чири-Чири в этом странном месте.
Ларкин взмыла в воздух. Бури! Прошла целая вечность с тех пор, как она летала так энергично!
Спрены удачи тоже ускорились, и Рисн потеряла их из виду. Внезапно Струна ахнула. Чири-Чири вся подобралась и нырнула в тихую воду.
Рисн вскрикнула, ее радость сменилась паникой. Она извернулась в кресле и перегнулась через фальшборт; рядом в воду вглядывалась Струна. Чири-Чири стремительно скользнула под скалу и исчезла.
– Она последовала за спренами, – прошептала Струна. – Происходит что-то странное…
Капитан подошла к фальшборту:
– А вы знали, что она умеет плавать?
Рисн отрицательно покачала головой. Ее пронзил страх. Что, если Чири-Чири никогда не вернется? Что, если, доставив ее сюда, Рисн невольно предложила ей свободу – и ларкин сделала свой выбор? Что ж…
Рисн постаралась настроиться на позитивный лад. Лучше так, чем непонятная болезнь Чири-Чири, бесконечные переживания и тревоги за нее. И вообще, если бы Рисн знала, что ларкин желает свободы, она не стала бы держать ее взаперти.
Но как же много связано с Чири-Чири! Медленное выздоровление после несчастного случая, год черной тоски, казавшаяся неминуемой смерть от Приносящих пустоту… Все это время Чири-Чири была рядом. Сейчас, ощутив бесконечное одиночество, Рисн поняла, насколько она уязвима. Желание прильнуть к тому, кого она любила, и никогда-никогда не отпускать было нестерпимым.
И эгоистичным. Сделка или обмен не будут успешны, если обе стороны ничего не выиграют. Однако не все сводится к обмену или торгу. Только иногда об этом трудно помнить.
– Ребск? – спросила капитан.
– Я… подожду, капитан. Возможно, она вернется, – сказала Рисн, стараясь сохранять спокойствие. – Пожалуйста, сообщите мне о результатах осмотра пляжа, как только что-то станет известно.