Дочь Феликса Гваттари Эммануэль выросла на территории психиатрической больницы. Кто-то может воскликнуть: «Какой ужас, что у неё за родители, что за изверги?!»

Стоп. Не торопитесь. Сразу скажем: больница эта психиатрическая, но очень необычная, и неудивительно, что Эммануэль называет её своим домом.

Родители Эммануэль не только работали, но и жили в больнице. Давайте разбираться, что это за место такое. И вот ещё что: больницу нельзя рассматривать в отрыве от того мира, который её окружает. И здесь на ум приходит мысль, высказанная Николя Филибером, автором документального фильма о Ла Борд (La moindre des choses, 1997) и о близкой ему по духу парижской клинике Адамант («На Адаманте», 2023): люди, которые оказываются в психиатрической больнице, отличаются тем, что они не выносят агрессии окружающего мира. В больнице всё куда спокойнее сегодня. Особенно в такой, как Ла Борд. Эммануэль Гваттари задаётся вопросом, стоит ли бояться тех, кого обычно называют душевнобольными, и отвечает: не больше, чем других людей. Да и отец её говорит об «аномальности нормальности»[6].

Родители Эммануэль, Николь Пердро и Феликс Гваттари, познакомились в клинике Ла Борд, куда Николь поступила на работу инструктором в 1957 году. В 1958 году у них родился сын Брюно, в 1961 году ещё один сын Стефан, а в 1964-м – Эммануэль. Подробно об отношениях в семье пишет в своей замечательной «Перекрёстной биографии» Гваттари и Делёза Франсуа Досс[7]. Когда речь идёт о семье, то не стоит забывать о том, что фамилиализм, патриархальная семья с Эдипом во главе, – один из принципиальных объектов жёсткой критики Гваттари и Делёза в их невероятно влиятельном двухтомнике «Капитализм и шизофрения». На территории клиники Ла Борд, кстати, жили не только дети Гваттари, но и других докторов. Эммануэль пишет о себе и других детях лабордистов: «Мы жили как сомнамбулы среди разговоров и клубов сигаретного дыма. Мы не были в центре; но в Ла Борд мы к этому привыкли»[8].

Чтобы лучше понять, в чём особенность того места, где выросла Эммануэль, необходимо обратиться к истории и даже к протоистории Ла Борд, к истокам того, что называется институциональной психотерапией. История этой клиники начинается не с её основания, а с новых идей в рамках психиатрии, которые родились в голове удивительного человека по имени Франсуа Тоскейес.