У меня не было ни малейшего представления о том, как восстановить работу Кроуна.

Через несколько дней из полиции был доставлен пакет, найденный в одном из уцелевших сейфов. Пол вытряхнул на стол папку с моими рисунками снов и коричневый кожаный блокнот. Мы склонились над находкой.

Толстая обложка покрыта мелкими царапинами, углы стерты, а корешок рассечен глубокой, похожей на безобразный шрам, трещиной. Зачем Кроун хранил его? Слабая надежда – найти там если не ответы, то хотя бы какие-то подсказки.

Запись на обороте: «Дональд Кроун. TMC. 25 мая 1950 год»

Дональд Кроун… Значит блокнот принадлежал отцу профессора.

TMC – знакомая аббревиатура. Ну конечно, эти же буквы были на здании лаборатории… Трансляционный Методологический Центр.

Я переворачиваю лист.

Total Mind Control – Полный контроль над разумом.

Страница за страницей… Сухое описание проводимых экспериментов. Формулы. Результаты. Процент смертей. Имена. Сотни имен. Начиная с Мэри Шульц и заканчивая… нашими именами.

19 мая 1994 год – день, когда мы впервые пришли в лабораторию.

– Метод «Фантом»: 50-37-3, 10 мкг; тета-ритм 9.5; подавления критического мышления; контроль через пи-контур, уровень 4, – читает вслух Пол. – Белиберда какая-то!

Я смотрю на запись, и все медленно встаёт на свои места…

– Дэвид, ты что-нибудь понимаешь? Что всё это значит? – Пол вопросительно смотрит на меня.

– Это инструкция, – выдыхаю я. – Пошаговая. Вещество. Условие. Цель. Контроль…

«50-37-3» – цифровой идентификатор ЛСД.

«Тета-ритм 9.5» – навязанная мозгу частота.

«Подавление критического мышления» – прямая задача.

А «пи-контур»… похоже, канал обратной связи. Чтобы управлять процессом.

Мы листаем блокнот. Меняются цифры, добавляются методы. Все заканчивается многоэтажной формулой, подчёркнутой красной ручкой.

Голубые таблетки…

Мой мир медленно рассыпается на осколки. Перемещения в другой мир, необыкновенные приключения, Лия… Всё это с самого начала было просто бредом управляемого сознания.

***

Спустя пару недель мой организм полностью очистился от «кроунского» коктейля. Голова прояснилась – и я наконец понял масштаб катастрофы.

Господи! Я продал бизнес отца!

Я убедил дядю Эрика, что я на пороге великого открытия!

Сэм… Что с ним?!

Те события перевернули все.

Спустя 20 лет я, парень, мечтавший просто жить в свое удовольствие – бизнесмен, владелец клиник и научно-исследовательских центров, время которого расписано практически по часам.

Любитель подурачиться Пол – ведущий нейрохирург с мировым именем.

А Сэм… Кто знает…

***

Звук пришедшего СМС прерывает цепь нахлынувших воспоминаний.

Сообщение от Джейн: «Дэвид, с вами хотел поговорить доктор Мартинс». Удобный момент, чтобы покинуть наконец шумный зал.

– Что-то случилось, доктор Мартинс?

– Извините за беспокойство, господин Раух. Сегодня поступила новая пациентка…

– Что-то особенное?

– Менингиома в самом основании черепа. Еще пару лет назад – гарантированная слепота или инсульт. Сейчас, благодаря нашим разработкам, я не сомневаюсь в успехе.

– Я рад это слышать, но почему вы хотели поговорить со мной?

Мартинс замялся.

– Еще раз прошу прощения… Я не лезу обычно в чужие дела… и, она сказала, что лично с вами не знакома. Но… но мне кажется… я уверен – это девчонка с того рисунка, в вашем кабинете. Я подумал – нужно вам сообщить.

– Как её имя? – я спрашиваю тихо.

– Силена Бергер, 20 лет.

Я закрываю глаза – мне кажется, я снова в капсуле, медленно тону в тёмном вязком пространстве.

– Алло, алло… Господин Раух, вас не слышно, – голос Мартинса вернул меня в реальность.

– Доктор Ленор её осмотрит. Я сам поговорю с ним. Вы всё правильно сделали.

Я поднимаюсь в номер и собираю вещи. Затем звоню Полу.

– Не поверишь, я вот только о тебе вспоминал. И как проходит очередной триумф? – раздается весёлый голос моего друга.

– Как всегда триумфально. В следующий раз я думаю поручить это тебе.

– Нет-нет, спасибо. Кстати, завтра вечером мы тебя ждем. И никаких возражений! Майку – 18! Празднуем с размахом: барбекю, музыка, подарки и всё такое.

– И о чём же мечтают современные парни? Думаю, ничего не изменилось – конечно, классное авто.

– Ты ни за что не угадаешь! – смеётся Пол, – я и сам до сих пор удивляюсь.

– Слушай, хочу попросить тебя взять одну пациентку, Силену Бергер. Завтра увидимся, и я всё объясню.

– Хорошо! Тогда до завтра, Дэвид.

Я вешаю трубку. И что я ему объясню? Я и сам не понимаю, что делаю…

***

После слякоти Загреба я с удовольствием вдыхаю морозный свежий воздух. В последние дни февраля, на несколько дней в Вену неожиданно пришла настоящая зима. Снег, выпавший ночью, ещё не успел растаять, и по обеим сторонам от шоссе земля была покрыта тончайшим белым кружевом. Маленькие аккуратные домики в остроконечных белых шляпах торжественно приветствуют меня, как долгожданного гостя.

По совету Джейн, что бы я без неё делал, заезжаю в Rimowa на Кертнерштрассе. Среди множества ультрасовременных моделей мой выбор падает на чёрный гибридный рюкзак Never Still, лёгкий и технологичный – идеальный подарок для восемнадцатилетнего Макса. Теперь можно ехать в клинику.

Джейн встречает меня с улыбкой.

– Добрый день, господин Раух, как долетели?

– Всё хорошо. Рад видеть тебя, Джейн. Пол у себя?

– Доктор Ленор еще на обходе. Сообщить ему, что вы приехали?

– Да, пожалуйста. Пусть зайдет, когда освободится.

Я стою у окна. Снег превратился в дождь, и белую сказку сменил обычный зимний пейзаж цвета мокрого камня с голыми деревьями и блестящим от воды асфальтом.

В кабинет входит Пол. Мы не виделись уже три года, общаясь только по телефону, и радостно обняли друг друга.

– Я осмотрел твою пациентку – всё не так плохо. Мы успешно проводим такие операции. А теперь… Кто она? Лицо кажется очень знакомым, но не могу вспомнить, где я её видел.

– Может быть здесь? – я подвожу его к стене с портретом Лии.

Он внимательно изучает рисунок.

– Поразительное сходство… Но я же точно знаю – это нарисовано 20 лет назад. Думаю, тебе нужно самому взглянуть на нее.

– Я не уверен, что это хорошая идея. – Отвечаю я, но послушно иду за Полом.

Маленькая, светлая палата с большим окном. Серые стены. Картина с летним пейзажем. У окна кровать. На кровати спит девушка. Под тонким одеялом угадывался хрупкий силуэт. Мы молча смотрим, стараясь не потревожить её.

Бледная кожа кажется прозрачной, а под глазами легла лёгкая синева. Длинные ресницы. Светлые локоны.

Я вижу уголок толстой книги, торчащий из-под подушки, и невольно улыбаюсь.

– Это она.

Мы тихо выходим из комнаты…

***

Мы медленно движемся по, уже загруженным пятничными пробками, улицам Вены, и попадаем, наконец, на широкое шоссе. Еще немного и мы в Хитцинге. Пять лет назад Пол построил здесь дом, сменив столичную суету на тишину пригорода.

Я молча смотрю в окно на пустые голые поля и черные силуэты деревьев.

– Пол, я хочу попросить тебя… Я хочу, чтобы ты сам провёл эту операцию.

– Хорошо. Если ты хочешь… Вероятно всему этому есть какое-то разумное и простое объяснение.

– Вероятно…

У дома уже стоит несколько машин, а из-за стеклянной стены гостиной льётся золотистый свет. Слышны звуки музыки.

Мы входим. Высокая темноволосая красавица с бокалом вина медленно плывет нам на встречу.

– Анна, ты ослепительна, как всегда.

Она улыбается, обнимая меня.

– Наконец-то, ты вернулся, старый бродяга.

Анна и Пол поженились еще студентами – две абсолютно разных половинки, каким-то чудом ставшие крепкой семьей. Я всегда любил бывать у них в гостях, где шумное веселье уживалось под одной крышей с тихим, почти медитативным покоем, создавая какой-то свой неповторимый мир.

– А где виновник торжества? Я наверное и не узнаю его.

 Анна оглядывается по сторонам в поисках сына.

– Наверное в своей комнате. Пол приведи же его.

Я смотрю, как по лестнице в гостиную спускается мой друг, а за ним его точная, только очень молодая копия. Мне кажется, у меня двоится в глазах.

Анна смеется, наблюдая мою реакцию.

– Вот-вот, природа решила, что одного Пола ей недостаточно.

Немного смущаясь, невысокий, худой парень подходит ко мне, протягивая руку для приветствия.

Я замечаю, что второй рукой он прижимает к себе что-то, завернутое в тёплый шарф.

– Что это у тебя там?

Майк аккуратно раскрывает сверток и ставит на пол маленького пушистого щенка.

– А вот и подарок! – смеётся Пол. – Они уговорили меня, представляешь! Ты знаешь, как я отношусь к собакам, но пришлось сдаться под их напором.

***

Такси, оставив позади спящие улицы Хитцинга, набирает скорость и стремительно вливается в светящийся поток западной автострады.

Я откидываюсь на мягкое сиденье, чувствуя приятную усталость. Автострада плавно перетекает на скоростную дорогу вдоль Дуная. Справа плывут силуэты доков, а слева, за низким барьером, открывается широкая, пустота черной воды. В её зеркальной, неподвижной глади отражается перевёрнутый город: смутные очертания моста, пятна фонарей, знакомый контур старой церкви… И вдруг, среди привычных огней, как призрак, завис в пространстве тёмный обелиск гигантской башни.

Я поднимаю взгляд. Там, на другом берегу Дуная, где в моей памяти была лишь пустота строительных площадок, ночное небо пронзает шпилем небоскреб из стекла и металла. В изломе граней зеркальной поверхности я вижу ночного города и сверкающую бесконечность звездного неба.

– Это что? Там, на другом берегу.

– Вы, видимо, не здешний, – усмехается таксист. – Это же Ди-Си-Тауэр. Самое высокое здание в Вене, да и, поди, во всей Австрии.

Я прижимаюсь лбом к холодному стеклу, Машина мчится дальше, и башня пропадает из виду.

***

Я достаю из шкафа старую папку с моими рисунками. Медленно листаю.

Лия… девушка из сна, спящая сейчас в палате моей клиники.

Синий стеклянный небоскреб… Ди-Си-Тауэр, который я впервые увидел сегодня.      Мальчик с собакой… так похожий на Пола… но все же не он.

Джо, казавшийся нам тогда стариком… просто мужчина средних лет с измученным лицом.

И последний рисунок: под синим куполом из неба и стекла – я, которого уже нет, обнимаю девушку, которая не знает меня…

***

Операция прошла успешно, и Лия быстро поправляется. Пришла весна и зелень листвы заполнила больничный дворик. Из своего кабинета я тихонько наблюдаю, как она ходит по дорожкам или сидит на скамейке, погрузившись в книгу.

Пол уже бросил свои уговоры познакомиться или хотя бы просто навестить её в палате, но он регулярно сообщает мне о её состоянии.

Сегодня её выписывают, и я в последний раз посмотрю, как она проходит по больничному двору к выходу из клиники и из моей жизни. Я стою у окна и просто жду.       Вдруг я слышу громкий голос Пола и… Лии за дверью моего кабинета.

– Все будет хорошо, но вы должны пообещать, что будете беречь себя и точно соблюдать мои рекомендации.

– Конечно доктор! Спасибо вам за всё.

– А сейчас, моя дорогая, я бы хотел познакомить вас с господином Раухом. Благодаря ему здесь совершаются все чудеса. Я знаю, что в это время он в своем кабинете, смотрит, как люди, чьи жизни спасены, покидают его клинику навсегда.

От неожиданности я вздрагиваю и отхожу от окна.

Пол и Лия заходят.

– Здравствуйте, доктор Раух, меня зовут Лия, – она протягивает мне руку.

Я осторожно пожимаю тонкие пальчики.

– Здравствуйте. Я не доктор… и можно просто Дэвид, – от волнения собственный голос кажется мне чужим.

– У меня есть маленький подарок, ничего особенного – просто безделушка, на память.

Она протягивает небольшую, но довольно увесистую коробочку.

Внутри, упакованное в стружку, хрустальное пресс-папье: несколько кубиков, поставленные друг на друга в виде маленькой, переливающейся всеми гранями пирамиды.

Лия уходит. А я стою у окна до тех пор, пока её фигура не исчезает из виду.

***

Я рассматриваю подарок Лии. Хрустальная пирамидка. Она не может рассыпаться от неосторожного прикосновения. Она такая как должна быть, такая как была задумана. Навсегда.

Я поднимаю трубку.

– Джейн, узнай не продан ли еще лофт в Ди-Си-Тауэр на последнем этаже, прямо под куполом.

Через несколько минут она перезванивает.

– Помещение свободно для покупки. На какой день мне назначить осмотр?

– Мне не нужен осмотр, я его уже видел. Займись пожалуйста оформлением.

***

20 мая. 2014 год.

Я сижу на скамейке в парке. Приятный весенний день. Голубое небо. Зеленая трава.

Я взял блокнот и карандаш, чтобы справиться с волнением. Рисую небо и солнце… Затем облака, которые заслоняют солнце… Облака превращаются в тёмные грозовые тучи…

С чего я взял, что она придёт? А если придёт – что мне делать? Подойти? Сказать «привет»? Наверное, я просто сошёл с ума…

– Дэвид!

Она появилась пока я разговаривал сам с собой.

Коротенький белый сарафан, ветерок развивает светлые, волосы, тонкая, невесомая фигурка.

Она подходит и нежно улыбается мне.

Я смотрю в её глаза, и я снова просто парень, навсегда пойманный в хрустальную ловушку самых синих небес…