Ноктис Феллард

– А это аудитория для демонстрационных лекций. – Мелодичный голосок Лейры проникает в мысли, но не оставляет в них и следа.

Молча следую за Армом, погружённый в себя, и лишь машинально отмечаю происходящее вокруг. Я единственный дракон, который может ментально сканировать пространство, не боясь схлопотать случайную привязку с кем-нибудь из альв. Цена за такую уникальность оказалась высока. Я поплатился моей связью со зверем. Дракон без дракона – так презрительно называют меня за спиной. Было бы обидно, если бы не было так плевать. Пока я приношу пользу императору и служу щитом для моей страны, я не буду ни о чём сожалеть. Ведь пока я орудие, моя семья, обделённая аристократическим титулом, не будет ни в чём нуждаться.

Ментальные щупы, отточенные годами тренировок, беспрестанно сканируют окружающих нас альв. Если кто проявит хоть каплю агрессии к принцу, я тут же среагирую. Но пока вокруг штиль и вежливое любопытство, я могу обдумать самую важную для меня тему.

Полери. Альва Ночи, занозой засевшая в голове и сердце.

«Это ничего не значит!» – вспоминаю, с каким жаром она произносила эти слова и ухмыляюсь. Не значит, да? А вот тело Лери, её эмоции, которыми она щедро делилась со мной, – всё это говорило об обратном. Значит, очень даже значит. Просто нужно подождать, пока Лери сама это осознает.

– А мы можем поприсутствовать на лекции?

Краем уха слышу вопрос Арма и настораживаюсь. Чего это он? Мы не учиться сюда приехали.

– Конечно, – кивает Лейра и открывает высокие резные двери.

За ними обнаруживается громадная комната, потолок которой выполнен из стеклянных лепестков, куполом уходящих в небо. Несколько десятков сидений ярусами спускаются к демонстрационному подиуму в центре. От количества присутствующих адептов моя ментальная сеть тут же получает дополнительную нагрузку, но мне не привыкать. Застыв на пороге, я веду безучастным взглядом по рядам, оценивая каждого присутствующего. Если бы Лери видела мир моими глазами, наверняка удивилась бы. Он серый, потому что я смотрю на эмоциональном плане. Мне пришлось пожертвовать красками в угоду силе. По малейшим изменениям оттенков серого я могу понять, какая мысль сидит в голове того или иного человека, какая эмоция и какой спектр он испытывает.

И я привык к этому серому миру. Он стал мне родным. Ровно до тех пор, пока в нём не появилась Лери. Её называют молью за бесцветные глаза, и только я вижу искры радуги в них. Искры эмоций, которые она прячет глубоко в себе и боится доверить их хоть кому-то. И оттого, что я единственный, перед кем Лери снимает свою маску холодной стервы, в душе растёт желание стать её щитом. Тем, кто спрячет её ранимую суть и не даст в обиду. Даже если сама Лери меня отталкивает.

– Я смотрю, кто-то всё-таки запал на ледяную принцессу? – Голос Арма, полный ехидства, заставляет меня отвести взгляд от высокой фигурки на среднем секторе рядов.

Вокруг нас никого. Лейра убежала вниз, к готовящемуся выступать магистру, а охрана осталась стоять за дверьми.

– И? – приподняв бровь, интересуюсь я.

Принц, явно не ожидавший такого ответа, слегка тушуется.

– Что, и отрицать не будешь?

– Я похож на пубертатного подростка? – склонив голову набок, уточняю я. – У меня к Лери есть чувства, и скрывать это я буду только здесь. И лишь потому, что не хочу навредить делу.

– А потом? – допытывается Арм. – Сделаешь ей предложение?

– Нет. – Я качаю головой, чем снова ввожу принца в ступор.

– Ты что, собрался поснимать с ней напряжение и бросить? – Злость Арма обжигает щупы, заставляя меня собраться.

– Ваше высочество, впредь прошу даже мыслей таких не допускать, – цежу я, сдерживая ярость. – Лери не девка на один раз.

– А по тому, что я только что услышал, кажется, что именно так и ты считаешь, – прищурившись, отвечает Арм. – Она моя подруга, Нокт. Я не позволю с ней играться.

– Я и не играюсь.

– Тогда что же?

– С Лери нельзя идти напролом. – Отведя взгляд, я снова нахожу белокурую фигурку.

Сидя отдельно от всех, выпрямив спину и глядя строго в учебник, Лери будто отгородилась от всего мира. И выставила такой заслон, что даже самые дружелюбно настроенные адепты предпочитают обходить её стороной.

– Будешь ждать, пока она созреет? – интересуется Арм.

– Буду ждать, – киваю я.

– Смотри, как бы другие не решили действовать без оглядки на её чувства, – замечает принц, кивая на открывшиеся в этот момент двери.

В аудиторию заходят Вендал с лордом Митралем.

– Совет свой себе посоветуйте, ваше высочество, – невежливо огрызаюсь я, полностью сосредотачиваясь на вошедших.

– Ты о чём? – хмурится Арм.

– Об одной рыжей стрекозе, которую вы в руках не удержали, – бросаю я и устремляюсь к Лери.

Да, опрометчиво, но я не могу оставить её один на один с Вендалом, вокруг которого колышется кокон из непроницаемо чёрных лент. Я мастер трактовать оттенки серого, но даже я теряюсь в попытке понять, какие эмоции могут выдавать такой цвет. Слишком много тьмы в алератском принце. И это не может не напрягать. Вендал либо использует мощный защитный артефакт, либо его души коснулось демоническое воздействие. Но проверить обе теории я не могу: любая моя попытка ментально проверить принца тут же выдаст нас с головой. Нет, тут надо действовать хитрее. И осторожнее.

– Лери? – зову я альву, оказываясь рядом.

Краем глаза отмечаю, что Арм перехватил и лорда Митраля, и его альвийское высочество. Втроём они спускаются к подиуму в центре аудитории, а я позволяю себе немного, но выдохнуть. Внутри что-то взрывается, когда я вижу Вендала около Лери, и сейчас это нечто наконец-то успокаивается.

– Нокт, ты чего? – до моих ушей доносится тихое шипение альвы.

Смотрю на опасливо озирающуюся Лери и не могу понять причины её тревоги. Только когда ментальная сеть доносит до меня волны любопытства и интереса, понимаю, что всё же не стоило идти на поводу у своих желаний. Стоя рядом с альвой, я привлекаю к ней слишком много внимания.

– Разрешите? – громко спрашиваю я. – Кроме вас, я в академии никого не знаю.

– Да пожалуйста, – с правдоподобным безразличием фыркает Лери и отодвигается, давая мне сесть. – Только на беседу особо не рассчитывайте.

– А вот это печально, – деланно расстраиваюсь я, продолжая отслеживать изменения в аудитории.

Как ментально, так и визуально. И почти сразу напарываюсь на больной взгляд Вендала. Больной – потому что так смотрят только отпетые маньяки. А маньяк он потому, что при всём внешнем спокойствии ментальный кокон принца полыхает ледяной яростью. Вот эта эмоция мне знакома. Я подобное в зеркале порой вижу. Правда, мне совладать с эмоциями помогает безупречный контроль, а вот Вендала разрывает, и только чудо, а может, присутствие Арма и лорда Митраля, сдерживает принца. Есть у него какой-то стопор, не позволяющий прорваться плотине.

– Нокт… – тихо зовёт меня Лери, но договорить альва не успевает.

Аудиторию заполняет громкий голос лорда Митраля:

– Адепты академии «Пацифаль»! Сегодня вам предоставилась редкая возможность послушать лекцию о драконах Валестии из уст самого принца Армониана.

– Чего? – хмурюсь я, придвигаясь к высокой парте и складывая на неё руки.

Посылаю стоящему на подиуме принцу безмолвный вопрос, на что тот лишь успокаивающе поднимает ладонь. Под контролем у тебя всё, да? А вот судя по самодовольной улыбке Вендала ты повёлся на какую-то провокацию.

– Что происходит? – не поворачивая ко мне головы, спрашивает Лери.

– Если б я знал, – отвечаю я, незаметно осматриваясь по сторонам.

Адепты, которых с каждой минутой становится всё больше, взбудоражены, и моя ментальная сеть гудит от напряжения. Магический резерв качает силу, истощаясь слишком быстро. Не уверен, что меня хватит до конца лекции, а потому сворачиваю щупы, концентрируясь только на защите себя и Лери. Арма прикрывает мощнейший родовой артефакт, поэтому меня не мучат угрызения совести, что предпочёл Лери его высочеству.

Хотя я знаю, что это всего лишь обманка. Даже если бы Арм был беззащитен перед ментальной атакой, я всё равно выбрал бы Лери. Это смахивает на измену, но сейчас мой выбор таков. Хорошо, что никто в целом мире не может прочесть мои мысли.

– Вам нужны модели для демонстрации вашей силы? – слышу ехидный голос Вендала, в то время как у подиума появляются кандидатки в невесты.

Мы с Армом ещё вчера посмеялись над этой нелепой попыткой втюхать ему чью-то высокородную дочь. А сейчас мне не до смеха.

– Они пытаются спровоцировать его на привязку, – шёпотом констатирует очевидное Лери.

– Ага.

Ловлю взгляд принца и понимаю: он тоже осознал, в какую ловушку его загоняют. И тут же успокаиваюсь. Арм не идиот и не даст себя поймать.

– Учитывая мой статус, я могу демонстрировать свои умения только на том, кто мне ровня, – долетают до меня слова принца. Армониан, сложив руки на груди и не скрывая улыбки, смотрит на Вендала. – Желаете саркофаг, ваше высочество?

Слышу хлёсткий шлепок, с которым Лери припечатывает себя по лбу. Согласен, Арм иногда забывается, и его шуточки переходят все грани. Но, возможно, с Вендалом только так и нужно. С провокатором можно разговаривать только на его языке.

– Зачем же так радикально? – посмеивается в ответ принц Алерата. – Достаточно обсидиановой короны. Каков принц, таков и венец.

Лери с шумом втягивает воздух, находясь в шоке от брошенного оскорбления. Оскорбления, надо сказать, бьющего в обе стороны. Вендал всего одной своей фразой и себя представил как всего лишь запасного Владыку, так и намекнул на недостойное происхождение Арма. Лишний раз напомнил, что при алмазном отце дракон Армониана всего лишь обсидиановый.

Судя по тишине, повисшей в аудитории, многие адепты тоже поняли посыл Вендала. И это не радует. Надо выкручиваться без репутационных потерь.

– Погодите-погодите. – Лорд Митраль, встав между принцами, смотрит сначала на Арма, затем на Вендала. – К чему эти пикировки? Если нужен кто-то, подходящий принцу по статусу, то у нас есть принцесса рода. Полери, луна моя, спустись, пожалуйста!

Что?!

В шоке смотрю на альву, которая отвечает мне не менее изумлённым взглядом. Да ещё и выглядит при этом настолько бледной, что даже снег на её фоне будет казаться серым.

– Какая принцесса рода?! – шипит Вендал, озвучивая бьющуюся в моей голове мысль.

И сейчас я ему даже благодарен, потому что хвалёный контроль трещит по швам. Да чего уж там, я готов и сам сорваться.

– У родов уже лет сто, как нет ни принцев, ни принцесс, – тем временем продолжает Вендал, давя лорда Митраля взглядом.

– Мы с новым Владыкой решили возобновить эту традицию, – холодно отвечает Сайрус. – Ты бы знал об этом, если бы присутствовал на заседаниях совета.

Ленты эмоций, окутывающие алератского принца, вспыхивают непроглядной тьмой, и я инстинктивно дёргаюсь, чтобы усмирить психа. Но, к моему удивлению, Вендал успокаивается сам. Очень быстро и совершенно нелогично. Будто его взяли и потушили. Или что-то потушило его.

В любом случае я такое наблюдаю первый раз.

– Полери, детка, спускайся, – тем временем повторяет просьбу лорд Митраль.

Лери, вместо того чтобы выполнить просьбу дяди, смотрит на меня, будто ищет подсказки. Но что более вероятно, и оттого больше тешит моё самолюбие, – защиты. Она ищет у меня защиты.

– Лорд Митраль! – Поднимаюсь с места и под недоумёнными взглядами собравшихся альв спускаюсь к подиуму. – А давайте лекцию и демонстрацию проведу я?

Иду, улыбаясь дружелюбно и в то же время чётко говоря: не на тех ты напал, старый жук. И Сайрус, каким бы добрым и альтруистичным он ни был, отлично считывает мой посыл. Его взгляд теряет налёт благоденствия, становясь жёстким.

Ну вот и хорошо. А то всё в добрячка играл.

– Мне казалось, что ваш принц может рассказать гораздо больше, – осторожничает Сайрус.

– Больше, чем заместитель главы разведки? – Вскидываю бровь, поднимаясь на возвышение.

Прохожу мимо Вендала, состояние которого вновь внушает опасение. Гнев сменился интересом. Слишком холодным и расчётливым. Эмоциональные качели альвы мало походят на детские развлечения. Это настоящие полёты в бездну и обратно.

И я не могу точно сказать, кто из этих двух альв наиболее опасен. Но то, что они лидеры в моём списке подозреваемых, – однозначно.

– Ноктис, я не думаю, что это хорошая идея, – тем временем в разговор вступает Арм.

Принц однозначно понимает, к чему я веду, и это ему не нравится.

– Это не просто хорошая идея, – отрезаю я, выступая вперёд к публике. – Из присутствующих тут драконов я единственный, кто может продемонстрировать дарованную мне силу без угрозы привязки.

Адепты тут же начинают с интересом переговариваться, ведь тема привязок между драконами и альвами не просто болезненна – она смертельно опасна. Эта связь годами убивала наши народы, не давая наладить добрососедские отношения.

Нахожу взглядом Лери, в глазах которой я вижу волнение и страх за меня. Это приятно, но для себя я решил, что могу пожертвовать одним секретом, лишь бы Лери оставили в покое. Хотя бы сейчас.

– Это как так? – недоумённо вопрошает Сайрус. – Валестия изобрела особый артефакт? Но почему тогда ваш народ продолжает привязывать к себе альв, лишая нас жизненных сил?!

Его слова поднимают настоящую бурю в аудитории. Кто-то вскакивает с мест, присоединяясь к негодованию лорда Митраля, другие пытаются их угомонить.

А я, не двигаясь с места и обведя аудиторию спокойным взглядом, вместе со словами выпускаю ментальные щупы:

– Нет никакого артефакта, лорд Митраль. Привязки по-прежнему опасны, и вы сейчас пытались подтолкнуть наследника империи к совершению преступления. К формированию привязки. И мы могли бы вынести ваш поступок на обсуждение между императором Гарриардом и Владыкой Серандилом. Но не будем. Потому что Алерат и Валестия с недавних пор друзья. – Кошусь через плечо на бледного Сайруса и добиваю: – Что же касается меня, то я абсолютно безопасен для всех альв. Ведь когда нет дракона, нет и привязок.

Моё признание, а также транслируемая через щупы сила заставляет всю аудиторию притихнуть. Альвы, окутанные моей магией, успокаиваются и усаживаются на места. Одна лишь Лери, странным образом не поддавшаяся моим чарам, остаётся стоять. Альва сверлит меня взглядом, в котором я читаю укор. Она против моего признания, но сейчас это меньшая из зол.

– То есть ты недодракон? – слышу ехидный голос Вендала.

– Представляешь? У нас тут прям коллекция недо-, – ухмыльнувшись, возвращаю ему его же оскорбление. И добавляю шёпотом, чтобы услышал только он: – Недоалмазный дракон, недонаследник королевства и недодракон. Здорово, правда?

Видеть, как Вендал скрипит зубами, несомненно, приятно. Но мне предстоит непростое задание, а потому я возвращаюсь к ждущей объяснений аудитории.

– Итак, раз ни у кого нет возражений, то приступим к нашей ознакомительной лекции. Ваше высочество, – оборачиваюсь к Арму, – прошу занять место. Желательно в первом ряду, чтобы я мог доложить руководству, что хотя бы в этой академии вы присутствовали на занятии.

Аудиторию заполняет дружный смех, который провожает обоих принцев и последовавшего за ними лорда Митраля. Дожидаюсь, пока Арм, игнорируя мою просьбу, проходит выше и усаживается рядом с Лери. Вендал же вместе с Сайрусом занимает место возле Лейры и её команды подставных невест.

– Итак. – Хлопаю в ладони и окидываю слушателей вальяжным взглядом. – С первым видом магии драконов вы уже познакомились.

Замолкаю, наблюдая за ошарашенной реакцией адептов. Альвы удивлённо переглядываются с соседями, лишь Лери с Армом отвечают мне закатыванием глаз.

– Предвидя вопросы, объясню. – Расхаживаю по подиуму, заложив руки за спину. – Магия аметистовых драконов, к коим я имею честь принадлежать…

– Вы же не дракон, – выкрикивает кто-то с верхних рядов.

Это ожидаемо, а потому внутри почти не дёргает. За меня и мою самооценку переживают разве что самые близкие люди. Мне же уже давно глубоко плевать. Ну нет у меня зверя и нет. Зато есть мощь, которой позавидует любой из моих собратьев. А то, что жизнь моя сокращается с каждым использованием дара, так это только моя проблема.

– Дракон остаётся им, даже если у него нет второй ипостаси, – лаконично отрезаю я и посылаю волну неконтролируемого веселья в сторону перебившего меня адепта.

Им оказывается высокий светловолосый парень, который начинает ржать на всю аудиторию.

– Как видите, – вернувшись к хождению по подиуму, продолжаю я, – аметистовый дар – это возможность управлять эмоциями. Сейчас этот хохочущий молодой человек не может остановиться именно потому, что я так хочу. В моих силах напугать вас до икоты или заставить полюбить не только меня, но и весь драконий род. Успокойся, – бросаю я весельчаку, который тут же оседает на место. – Я не угрожаю. – Встаю в центре подиума и обвожу взглядом притихшую аудиторию. – Я лишь демонстрирую возможности одного из шести даров, которыми Всеединый наделил мой народ. Ваши дары не менее жутки, и в наших же интересах жить в мире. На этом, как считаете, с демонстрацией закончим? Приступим к лекционной части?

Аудитория заполняется одобрительным гулом, альвы достают письменные принадлежности. Никто больше не хочет испытывать на себе мой дар. Улыбаюсь украдкой, ведь мой план сработал. Я отвёл внимание от Лери, сорвал планы Вендала и Сайруса.

Сложив руки на груди, смотрю в просветлённые лица альв и молчу. Замечаю, как с каждой минутой нервозность в аудитории растёт, но жду. Жду, пока хоть кто-то сообразит задать вопрос.

– Это какая-то драконья методика обучения? – первым срывается, как ни странно, Вендал. – Или ты пытаешься транслировать нам свои мысли?

– О нет, – со смехом отвечаю я. – К сожалению, вкладывать свои мысли в чужие головы аметистовым драконам не под силу.

Так и хочется добавить, что это – отличие от альв Ночи, которые как раз таки через сны очень лихо манипулируют чужим сознанием.

– Тогда к чему всё это театральное молчание? – недовольно кривится алератский принц.

– К тому, что я жду вопросов. Скучную лекцию о происхождении драконов Валестии и нашей магии вы можете услышать на любом открытом уроке в академии «Иллария». Я же предлагаю вам узнать конкретно то, что вам интересно. Без лишней воды и занудных терминов. Ну?

Едва я замолкаю, как в воздух аудитории взмывает с два десятка рук. Вопросы сыплются один за другим. Я еле успеваю разъяснять, в чём разница между янтарными и адуляровыми драконами. Что молниевая магия первых никак не уменьшает воздушные способности вторых. Сапфировые драконы спокойно живут бок о бок с рубиновыми, и никто никого при этом не тушит или не испаряет. Когда же Лейра задаёт вполне ожидаемый вопрос об особенностях алмазных драконов и их малых собратьев – обсидиановых, взгляды присутствующих скрещиваются на Арме.

– Тут всё просто, Лейра, – пожав плечами, отвечаю я. – Алмазные драконы повелевают алмазами, обсидиановые – скалами. И то и другое суть одна сила. А потому разницы никакой. – Смотрю на принца и ловлю его улыбку. – Не сила делает дракона повелителем народов, а его душевные качества. Как, впрочем, и каждого из нас. Вы можете быть сколь угодно мощным магом, альвой, драконом или оборотнем – если в мыслях у вас гниль, она отравит и вашу душу. Именно это и привело к появлению в нашем мире демонов. Ещё вопросы? Нет? Ну тогда я закругляюсь.

Но не успеваю я сойти с подиума, как ко мне подбегает с десяток альв. Такая бешеная реакция застаёт меня врасплох. Отовсюду сыплются вопросы, никак не касающиеся лекции. Девушек почему-то интересуют моя личная жизнь, пристрастия и график свободного времени. Я едва успеваю ответить одной адептке, как на её место заступает следующая. Краем глаза замечаю, как Лери выскальзывает за дверь. Сердце неприятно сжимается, что для него совершенно не свойственно. Я чувствую болезненную необходимость переговорить с Лери.

– Дамы, – поднимаю руки вверх, прося тишины. Одновременно нахожу Арма, который в окружении охраны беседует с лордом Митралем в окружении охраны. Принц кивает мне, явно отпуская, и я решаюсь сбежать. – Все вопросы потом. И постарайтесь, чтобы они касались именно вашей учебы, а не моей личной жизни.

Игнорируя девичий щебет, устремляюсь к ступенькам, ведущим на выход. Меня провожают разочарованные вздохи, но, когда меня это волновало? Сейчас в моей голове только одна мысль – куда ушла Лери и когда аудиторию покинул Вендал?