– Но сначала, Люси, помоги нам навести порядок, – говорит мама девочки, поднимая мешок с сахаром.

– Конечно, и енот поможет убирать! – показывает она на меня.

– Ну, по крайней мере, ему стоит научиться быть чуть более чистоплотным, – замечает мама.

Да что вы такое говорите? Я же енот, король мытья!

– Недаром же он енот-полоскун, – улыбается отец.

«Ну и ладно», – думаю я, устраиваясь в уголке, пока вся семья дружно смеётся над шуткой.

Пока они все вместе прибирают в кафе, Лючия не спускает с меня глаз ни на секунду. Я-то надеялся, что смогу воспользоваться суматохой, чтобы перекусить, но не тут-то было. В какой-то момент Лючия исчезает, и я пытаюсь смыться. Но не успеваю я пройти и двух шагов, как она встаёт передо мной с метлой в руке.

– Вот, – говорит она и суёт мне в лапы метлу, – давай подмети тут, пока мама с папой выносят мешок с сахаром.

Я провожаю взглядом её родителей, которые заходят в соседнюю комнату. Оттуда пахнет самой разной едой. Видимо, там кладовка. Нужно во что бы то ни стало туда попасть. Если я немедленно не поем, то, чего доброго, упаду в голодный обморок. У меня уже четыре часа кряду маковой росинки во рту не было! Целую вечность!

Я притворяюсь послушным енотом и начинаю подметать, подбираясь как можно ближе к кладовке. Точнее, пытаюсь подметать, потому что метла такая тяжёлая и неудобная, что я просто размазываю сахар по полу.

Видимо, Лючии это кажется ужасно забавным, потому что она хохочет как ненормальная.

– Погоди, – говорит она через некоторое время и забирает у меня из лап метлу. – Я сама.

Девочка сметает сахар в угол, а родители начинают мыть прилавок. Воспользовавшись тем, что все заняты, я снова крадусь к кладовке, стараясь не шуметь. Взрослые оставили дверь незапертой. Я просто толкаю её – и она открывается. В нос мне ударяет сладкий запах. Вау, это похоже на рай! Кладовая огромная, и в ней полным-полно высоченных стеллажей. Но самое прекрасное, что они заставлены едой! Пирожные, конфеты, печенье, разные кремы, цукаты, тёмный шоколад, молочный, белый… и так далее и тому подобное!

Я брожу по кладовой, и в глазах у меня шоколадные сердечки. На дальней стене висит лист бумаги с огромным тортом-мороженым. Всего лишь рисунок, но у меня от него слюнки текут; жалко, что торт не настоящий.

И вдруг мне на глаза попадается коробка с маффинами. Она на самой верхней полке, но я решаю забраться туда и уже предвкушаю сладость кексов во рту.

Я цепляюсь когтями за деревянную полку и подтягиваюсь, постепенно с большим трудом добираюсь до верха. Усаживаюсь перед коробкой, вскрываю её когтями и вытаскиваю парочку маффинов. Восхитительный аромат!

Я уже собираюсь впиться зубами в кексик, но тут дверь распахивается.

– Ах вот ты где!

Я от испуга теряю равновесие и падаю с полки. Коробка с маффинами опрокидывается вместе со мной, и кексики, которые я держал в лапах, шмякаются на меня сверху.

Лючия хохочет. Она как будто совсем не рассердилась и весело смотрит на меня:

– Так бы и сказал, что ты голодный.

Я с поникшим видом гляжу на рассыпавшиеся маффины. Лючия поднимает один и… протягивает мне! Такого я никак не ожидал.

– Попробуй, – говорит она мне. – Это мои маффины, обычно я ими завтракаю. Как же они тебе приглянулись, раз ты забрался за ними так высоко!

Немного помедлив, я хватаю кексик. В животе урчит. Или я просто ужасно голодный, или это и правда невероятно вкусно! В жизни ничего подобного не ел. Я приканчиваю маффин в два счёта.

– Ого! Я рада, что тебе понравилось… Ой, знаешь что? – вдруг обрывает сама себя Лючия, глядя на меня со странным блеском в глазах. – Я придумала для тебя идеальное имя! Я обожаю печь маффины, а ты, судя по всему, любишь их есть…

Я смотрю на неё непонимающе, склонив голову набок. К чему это она?

– Я назову тебя Маффин, вот что! Как тебе?

Слыхали, да? Я просто в шоке. Это же моё имя! Я смотрю на девочку широко открытыми глазами.

– Значит, нравится?

Вместо ответа я принимаюсь за расплющенный маффин: в конце концов, нехорошо разбрасываться едой.

– Похоже, что да, – смеётся она. Потом показывает на маффины: – Я их сама испекла!

Я уставился на неё и даже перестал жевать. Да она просто гений! Оправившись от шока, я приканчиваю последний кусочек, и Лючия смотрит на меня с довольным видом.

– Я люблю готовить, особенно сладости! Когда-нибудь я открою собственную кондитерскую!

Она усаживается рядом со мной и достаёт ещё два кекса из коробки. Один протягивает мне, а второй ест сама.

– Ах вот куда вы подевались! – Родители заглядывают в кладовку. Они переводят взгляд с пустой коробки на девочку, а потом на меня. Надо сказать, что в этот момент у меня не лучший вид. Я весь перепачкан в сахаре, шоколаде и крошках и жую свой третий маффин.

– Мама, папа, хочу представить вам Маффина! – говорит Лючия с набитым ртом, указывая на меня.

Кажется, родителей не впечатлило моё имя: они смотрят на меня обеспокоенно.

– Хорошенькое начало! – саркастично замечает отец.

И мне ничего не остаётся, как согласиться с этим.