Одно время существовало мнение, будто именно в Петербурге организованная преступность в 1990-е годы особенно свирепствовала. Оно возникло благодаря тому, что в городе жил писатель и публицист Андрей Константинов, который подробнейшим образом описал жизнь и нравы местных рэкетиров в книге «Бандитский Петербург». Когда же по книге сняли одноименный сериал, петербургская мафия окончательно стала всероссийским узнаваемым брендом.

На самом деле бандитизм в Петербурге, вероятно, был распространен не больше и не меньше, чем в других городах-миллионниках.

Тем не менее у петербургской организованной преступности все же была некая важная отличительная особенность. По всей стране группы вооруженных вымогателей вырастали из уличных банд хулиганов, которые при советской власти были почти в каждом районе. Это видно и из их названий, как правило, связанных с названиями населенных пунктов или их частей: «солнцевские», «уралмашевские», «ореховские», «казанские». В Ленинграде, однако, не было ни «колпинских», ни «василеостровских».

Местная преступность вышла из советского спорта. Эти молодые люди знали друг друга с детства: ходили в одни и те же спортивные школы, встречались в летних спортивных лагерях, выезжали на соревнования в другие города. Они легко организовали что-то вроде сообщества, приходили на помощь друг другу в сложных ситуациях. Если в одном кафе ребята сталкивались с серьезной опасностью, например группой агрессивных подвыпивших мужчин с ножами, они могли обратиться за помощью к коллегам из другого заведения и всегда ее получали. Так потихоньку формировалось своеобразное братство. Отсюда и распространенное обращение «брат», ставшее названием одного из самых известных фильмов 1990-х годов режиссера Алексея Балабанова.

Важно, что спортсменов объединяли общие взгляды на жизнь, в своем роде идеология. Они не пили, не курили, не принимали наркотики, не щадили здоровья за честь советского флага и родного спортивного сообщества. Попав же в заведения общественного питания, они увидели, что огромное количество людей ведут неправедный образ жизни, ни во что не ставят общественные интересы и незаконно наживаются. Конечно, их охватило чувство несправедливости, которое позже стало оправданием вымогательствам, угрозам и убийствам.

Началось с того, что спортсмены стали собирать «дань» с представителей теневого сектора экономики – нелегальных торговцев спиртным, фарцовщиков, «расхитителей социалистической собственности». Им угрожали, но в то же время предлагали защиту. Особенного выбора у жертв не было: они и сами нарушали закон, и стоило им только пожаловаться в милицию, как их самих бы немедленно задержали.

Перестройка и легализация частного предпринимательства не изменили положение вещей. Государство ослабевало, зарплаты сотрудников органов правопорядка никак не вдохновляли на то, чтобы защищать кооператоров от разбоя. К тому же спортсмены были физически сильны и хорошо организованы, противостояние с ними несло огромные риски.

Постепенно сбор дани стал систематическим и повсеместным явлением. Спортсмены-бандиты вычисляли новых предпринимателей и предлагали им защиту. За нее они просили процент от дохода, как правило, не очень большой – десятую часть. Выплата этого в своем роде налога по идее обеспечивала бизнесмену безопасность.

Среди спортсменов со временем выделились несколько лидеров, наиболее заметными среди них были Владимир Кумарин (Барсуков) из Тамбова и Александр Малышев. В 1988 году ленинградская мафия раскололась на две большие группировки: «тамбовских» и «малышевских». Они стали теперь опасны не только для окружающего мира, но в еще большей степени – друг для друга.

Присутствие мафии влияло на атмосферу в городе, особенно в среде предпринимателей. Страшен оказался не сам факт сбора «дани»: она не была разорительна. Наличие нелегальной вооруженной охраны провоцировало многих людей на то, чтобы вести дела грязными методами. Всегда существовало искушение силой избавиться от конкурента или нежелательного партнера.

После 1994 года бандиты перестали ограничивать свою деятельность только вымогательством и начали инвестировать деньги в бизнес с целью постепенно легализовать свое существование. Тем не менее их вражда никуда не делась. Считается, что главную роль в уничтожении мафии 1990-х годов сыграли сами же рэкетиры, которые с готовностью истребляли друг друга. Многие оказывались в тюрьме по делам о вымогательстве.

Окончательным закатом эпохи бандитизма в Петербурге считается арест Владимира Кумарина в 2007 году. В 2009 году его приговорили к 14 годам лишения свободы. За этим обвинением последовали новые; Кумарин до сих пор находится в местах лишения свободы.