Им пришлось ехать дальше, потому что Кон не вышел в Карла, первой станции на маршруте, а отправился дальше в Ритон, в безнадежном усилии замести следы. Джефф и Дженис просто поймали обрывки его мыслей, и сэкономили на этом минут десять.

Поездка в Ритон, находившийся также на ночной стороне, заняла всего семь минут. Они вышли и почти бегом покинули вокзал.

— У бедняги нет никаких шансов, — заметил Джефф. — В его бегстве и так-то нет никакого смысла, но если он направится кружным путем, то мы, естественно, нагоним его еще в городе.

— Не думаю, что он хорошо знает систему подземок, — кивнула Дженис. — И я согласна, что у него нет шансов.

Ритон был небольшим городком, похожим больше на Луна-парк. На ночной стороне планеты не проводилось никаких Спортивных Состязаний, и здешние города, никогда не видевшие день, являлись просто центрами развлечений. Ритон предлагал танцульки, театры, кино, кабаре и все прочее, что на обеспеченной Земле предлагала ночная жизнь любого крупного города. Джефф и Дженис шли быстро по улицам, освещенным искусственным светом, в городе, построенном для удовольствий.

Но Кон избрал самый быстрый путь из города. На светлой стороне Нома было мало свободного места, а вот на темной, напротив, в избытке. Жизнь здесь была сконцентрирована лишь в городах, а вокруг лежали обширные пустые пространства.

Никто не поглядел вслед Джеффу и Дженис. В искусственном свете они походили на любую молодую парочку номанцев, ищущих удовольствий.

Вскоре они вышли из города и почти сразу же оказались в пустыне, какую, если судить по Ном-Сити, никак нельзя было ожидать и обнаружить на той же самой планете. Сюда никто не ездил. Парочки в поисках одиночества могли бы чуть отъехать от города, но Кон был уже в пяти милях от него, и между ним и его преследователями оставалось еще около мили.

— Он что-то скрывает, — внезапно воскликнула Дженис. — Не могу получить ясную картинку. Он делает что-то привычное, так что не задумывается о своих действиях. Он собирается спрятаться?

Пройдя еще милю, они озадаченно замедлили шаг, зная, что Кон где-то совсем неподалеку, но не видели никакого укрытия. У Нома не было луны, но толстая атмосфера была всегда ясной, так что звезды на темной стороне хоть тускло, но все же светили.

— Он где-то под землей, — сказал Джефф. — Но я ничего тут не вижу, кроме черного мха.

Они стали обыскивать землю, шаря руками по сырому мху, но ничего не находили. Обрывки мыслей Кона, тем не менее, подтверждали, что он где-то под их ногами, но они не могли понять, как он туда попал. Судя по мыслям, Кон знал, что он в безопасности, если только не выдаст тайну своего убежища.

— Это какое-то хранилище, — пробормотал Джефф. — Должно быть, своего рода штаб или склад Строителей. Кон, вероятно, нам больше не нужен, если мы только сумеем проникнуть внутрь. Там мы наверняка найдем все, что хотим узнать.

— Мы проникнем внутрь, — мрачно сказала Дженис.

— Как? При помощи нояйнской телепортации?

— Она здесь не сработает. Кон держит знания о внутренностях хранилища в тайне от нас. Если бы я попыталась заставить его думать, что стою рядом с ним, то не сумела бы его обмануть ни на мгновение. Нет, мы должны работать над ним отсюда.

— Вы — главный телепат, вам и решать, — пожал плечами Джефф. — Могу я что-нибудь сделать?

— Да. Держите меня, чтобы я не упала. Мне нужно расслабиться.

— Тогда разве не лучше лечь?

— Прикосновения слизистого мха помешают мне сконцентрироваться, даже несмотря на ваш плащ.

— Тогда я возьму вас на руки, и можете забыть обо всем, кроме Кона.

Он поднял ее и перехватил поудобнее. Дженис замерла, рот ее раскрылся и даже дыхание почти что остановилось.

Джефф не вмешивался, но знал, что происходит. Дженис поймала разум Кона и держала его, постепенно обволакивая его своей волей, точно коконом. У Джеффа возникло посещающее любого наблюдателя чувство, будто он сам может сделать лучше то, что делает другой человек. Но Джефф знал, что этот не так, что Дженис справится с этим гораздо лучше него самого.

Наконец, Кон, вместо того, чтобы подчиниться этим двум существам, о которых он ничего не знал, попытался обратиться за помощью к Строителям, жаждущим убить его. Но было слишком поздно. Дженис легко блокировала его мыслесвязь. Если бы какой-нибудь телепат где угодно на Номе попытался выйти на связь с Коном, он бы лишь сделал вывод, что Кон мертв.

Лобовое нападение закончилось неудачей, но Дженис применила окружение. Сначала она заключила ум Кона в кокон, а затем начала разъедать его. При этом она узнавала много совершенно бесполезного, но чем больше она брала от Кона, тем меньше он мог ей сопротивляться.

Но с благородной храбростью он до последнего не отдавал, что было ей нужно — тайну хранилища. Он был лишь крошечным винтиком в большом механизме. Очевидно, Строители решили убить его просто потому, что посчитали, что он знает чуть больше, чем следовало. Они отказались от него, но он не отказывался от них. И еще Дженис узнала, что любые ее действия, направленные против Строителей, лишали законной силы всю ее деятельность.

И тут Джефф понял, что в их поединке появился еще один фактор. Дженис пыталась заставить Кона открыть хранилище, а Кон пытался сделать что-то еще. Дженис мешало незнание цели Кона. А когда она поняла, что Кон пытается вызвать Строителей по рации, потому что не может использовать телепатию, то было уже слишком поздно. Ему удалось передать лишь кусочек сообщения, но и его должно хватить.

На это ушли последние силы Кона, больше он не мог сопротивляться. Джефф опасался вмешиваться в любом случае, потому что видел, что Кон был вынужден открыть хранилище сам. Дженис хватило бы просто информации, но она настолько завладела сознанием Кона, что превратила его в робота, тупо повинующегося ее командам.

Участок почвы бесшумно поднялся, и из открывшегося входа брызнул пучок света. Они увидели, как Кон, стоявший за потайной дверью, внезапно упал. Он сломался, точно рычаг, которым передвигали слишком тяжелый груз. Когда Джефф с Дженис на руках подошел к нему, Кон был уже мертв.

Но Дженис теперь знала тайну хранилища. Джефф опустил ее на землю, они вошли, и Дженис закрыла за ними вход. Оглядевшись, Джефф невольно присвистнул. Это была громадная, скрытая под землей библиотека. Только на полках стояли не книги, а папки. Джефф снял одну, затем остановился и повернулся к Дженис.

Дженис была немного бледна, отчего было отчетливо видно краску на ее лице. Она вопросительно взглянула на Джеффа.

— Дженис, уходите отсюда, — сказал Джефф. — Если поймают нас обоих, это не принесет пользы Земле и УСП. Там должны узнать обо всем, что происходит здесь.

— Да, но почему идти должна я?

— Потому что у вас это лучше получится. А кроме того, если Строители поймают меня, то они еще дважды подумают, стоит ли меня убивать. А насчет вас они колебаться не станут, и вы знаете это.

Дженис кивнула.

— Не хочу я это делать, но вы правы. Я ухожу, а вы будете мысленно посылать мне все, что узнаете, верно?

— Верно, верно. Не тратьте время впустую. Только не говорите мне, куда направляетесь, и не пытайтесь сообщить, где находитесь, пока мы будет в контакте. Ладно?

Они даже не стали обмениваться рукопожатием. Дженис открыла хранилище и через несколько секунд растворилась в темноте.

Джефф открыл первую папку и начал просматривать ее. И тут же нахмурился, увидев, что в ней находятся отчеты. Пятьсот отчетов в папке. Больше сотни папок на полке. Десять полок от пола до потолка. Сотни таких секций, простирающихся вглубь хранилища.

Джефф никогда не любил подвергаться опасности, если можно ее избежать, и надеялся, что за несколько минут узнает, что хочет, и покинет хранилище задолго до того, как сюда прибудут вызванные Коном Строители. Но пока что он лишь увидел отчеты о жизни номанцев, и понял, что ему понадобиться много времени, чтобы отыскать, ради чего вообще создаются эти отчеты.

Он вздохнул и принялся за работу. Все шло к тому, что это будет нелегкое дело.

В чистой атмосфере Нома огни Ритона были видны за много миль и казались обманчиво близки, если идти к ним в темноте. Уже не раз Дженис казалось, что она вот-вот придет, но перед ней был еще долгий путь.

Ей пришлось пойти в Ритон, хотя там у нее могли образоваться проблемы. Но следующий город был в двадцати пяти милях от хранилища, и если бы она пошла к нему, у Строителей было бы достаточно времени, чтобы организовать облаву. Единственной же ее надеждой было добраться до Ритонапрежде, чем Строители начнут действовать.

И еще у Дженис было преимущество в том, что она знала, как опознать Строителей. Это оказалось легко, когда она узнала их тайну. Когда они с Джеффом не обнаружили на планете телепатов, это было отчасти потому, что они искали не самих телепатов, а телепатическую активность, а таковой здесь не велось. Но если настроиться на правильный поиск, то Строителей оказалось удивительно легко опознавать.

Они направлялись к хранилищу сотнями, если не тысячами, но Дженис уже достигла улиц Ритона, когда первые из них приехали в город. Она заставила себя идти к вокзалу небрежным, прогулочным шагом, нашла ближайший игорный салон с большими зеркальными окнами и внимательно оглядела себя. Все оказалось так, как Дженис и представляла. Она походила на номанку больше самих номанок. Она тщательно собрала с сандалий и ног кусочки черного мха, затем похлопала себя по щекам, чтобы они порозовели, и слегка взъерошила волосы, затем пошла дальше.

Никто на вокзале не стал к ней присматриваться. В качестве Армины она была средней степени симпатичности, а маскировка распространялась даже на ее осанку — та была похуже, чем естественное изящество Дженис. Отъезжающие были уже под контролем, но наблюдатели искали Джеффа Кронера и Дженис Хиллер, а не обычную номанскую девушку, которая села на поезд, направляющийся в Эксрон.

Когда поезд бесшумно тронулся с места, Дженис получила первое сообщение от Джеффа.

— Пока все спокойно, — передал он.

Она слышала его голос так отчетливо, словно Джефф сидел рядом с ней. Он не передавал ей мысли напрямую, а воздействовал на центры восприятия, потому что не хотел даже случайно прочесть ее мысли и узнать, куда она направляется. Она поняла это и закрыла весь разум, кроме той его части, связанной со слухом.

— Вроде бы я начинаю разбираться, — продолжал Джефф. — Все это план, хорошо продуманный и далеко идущий. Здесь собраны сведения не только о каждом ныне живущем номанце, но и обо всех, кто жил здесь последние пятьсот лет. И чем свежее записи, тем раньше подводится в них итог. В одном нет сомнения. Состязания используются, чтобы уничтожать отдельных людей и целые группы, если это диктует план. И еще я обнаружил, что мы далеко не первые, кто пытался вести расследование насчет Спортивных Состязаний. Большинство тех, кто был до нас. Это сами номанцы, но были и представители других рас. Из записей следует, что Строители готовы на все, чтобы держать свой план в секрете. Например, они уничтожили целую расу в соседней системе, которая проявляла слишком много интереса к Ному и его Спортивным Состязаниям. Это предупреждение, Дженис. Эти знания опасны, и они приложат все усилия, чтобы не выпустить вас с планеты живой. Возможно, они убили уже немало девушек, надеясь, что среди них окажетесь вы. В папках описаны подобные методы. Если кто-нибудь выстрелит вам в спину, это еще не означает, что вас раскрыли. Это будет всего лишь значить, что вы похожи на Дженис Хиллер, а потому подлежите уничтожению. Понятно? Берегите себя. Если есть путь быстрый и путь безопасный, выбирайте всегда безопасный.

Джефф замолчал, и Дженис поняла, что он не заговорит снова, пока не раскопает что-нибудь новенькое.

В некоторых мирах маскироваться легко, но что она может сделать на Номе? Что бы она здесь ни сделала, все равно она будет блондинкой высотой пять футов восемь дюймов, и с параметрами фигуры 37-24-38, с голубыми глазами, телепатом, с полузалеченной раной на боку и многочисленными синяками. Ей двадцать восемь лет, и она не может сделать себя моложе или старше. Если покрасить волосы, то через день они уже снова будут светлыми у корней. Она уже замаскировалась, как могла, без искусственных приспособлений. Но понимала, что этого мало.