Я сидела на кровати в позе лотоса, заплетая влажные после душа волосы в две обрамляющие лицо косички.

– Сначала переверни вот эту. – Каспер появился, как только я достала из тумбочки колоду Таро, найденную в его комнате. Райан ткнул в последнюю в ряду картинку, но его палец прошел насквозь. Рей все чаще терял материальность, из-за чего постоянно нервничал.

От нечего делать я решила изучить на выходных премудрости гадания на картах, попробовав самый заурядный расклад на грядущую неделю.

– В интернете написано, что первая карта, отвечающая за основные события, расположена посередине.

– Ты веришь мне или всяким «умникам» из сети? – Райан изобразил пальцами кавычки. Его кожа с каждым появлением серела, а проступающие на шее кровавые пятна становились ярче.

– Без обид, но интернету я доверяю больше, – слукавила я, подшучивая над Реем, и перевернула карту посередине расклада. Из колоды перед началом гадания я предварительно извлекла изображение смерти, чтобы на нем не зацикливаться.

Я уставилась на картинку и чуть не застонала от досады.

– Дьявол, – огласил за меня в слух Райан название открывшегося рисунка.

– И что это значит? – я уставилась на парящего возле кровати друга.

– Посмотри в интернете.

Схватив подушку позади себя, прицельно запустила ее в Райана. Она пролетела сквозь его грудь и врезалась в вазу с лилиями, со звоном бьющегося стекла опрокинув ее на пол.

– Чудесно, – подытожила я, сгребая карты с кровати обратно в коробку

Пока я носилась с тряпкой и ведром, взятыми из прилегающей к спальне ванной, собирая осколки и вытирая воду, Райан застыл у окна, с тоской изучая дом матери.

Мое сердце обливалось кровью.

– Мы со Сью раздобыли информацию о том, что граф, убивший служанку, далекий родственник декана. Осмелюсь предположить, что нынешние убийства каким-то образом вытекают из прошлого Голдена. – Я присела на карточки возле стола, осторожно собирая в ведро осколки. – А еще мы выяснили, кем является призрак-тень. Тебе что-нибудь известно про Анну Аргайл? По всей видимости, она была моей прапрабабушкой. Однако ни мать, ни отец никогда не упоминали про корни из Канады, – пожала я плечами и насухо вытерла лужу на полу.

Утром я созвонилась с мамой, осторожно расспрашивая ее о семейном древе Коллинз и Митчел – девичья фамилия мамы. Однако она ничего дельного не поведала, пересказав уже известные мне факты о бабушке и дедушке со стороны отца, доживающих глубокую старость во Франции, и ее родителях, погибших пятнадцать лет назад от отравления угарным газом в собственном доме в штате Массачусетс. Конечно, Анна Аргайл жила слишком давно, и мои родители могли просто не знать о столь далеком родственнике, почему-то привязавшемся именно ко мне.

Райан раздосадованно выдохнул, давая понять, что имя загадочной девушки ему не откликнулась.

Пока я выбрасывала осколки и выжимала тряпку в раковину на ум пришла интересная мысль.

Рая! Нужно поговорить с кем-то из ее окружения, кроме Каспера с частичной амнезией.

Запыхавшись после уборки, я шустро вернулась в комнату, собираясь потребовать у Райана информацию о родителях его девушки, однако друг с ходу ошарашил:

– Тебя ждет искушение, пойдя на поводу которого, ты многое потеряешь.

– Что?

– Я про карту «Дьявола». Точнее, ее обозначение, – пояснил друг и, сосредоточившись, вернул себе телесность, чтобы вытащить из коробки карту с изображением рогатого монстра и продемонстрировать ее мне.

– Кто учил тебя гадать? – подойдя к Касперу, я рывком выхватила у него карту.

– Бабушка Раи.

– Надо же, какое совпадение! Как раз хотела уточнить ее адрес.

***

Дом Эмилии Джон из серого кирпича располагался в двух кварталах от улицы, на которой жили Стоуны, так что я решила добраться пешком.

В туманное воскресное утро дул пронзающий ветер, и я пожалела, что надела под пальто только новенькую бежевую водолазку, недавно купленную в магазине ZARA.

Вчера вечером Сьюзан позвала меня на шопинг, чтобы вывести из легкой хандры, связанной с исчезновением из моего насущного Кристиана Кэмбэлла. Хотелось верить, что наши отношения станут более теплыми, и он пропадет после первого интима, но, увы и ах, Кристиан оказался предсказуемыми козлом, как и многие другие богатенькие парни.

А как красиво распинался о желании никогда не отпускать…

И пусть порой мне мерещились легкие шаги в ночи, а наутро я просыпалась со стойким ароматом его дорогих духов, витающим рядом с постелью, но выдавать желаемое за действительное было глупо.

Уход Кристиана сглаживало общение с Харисоном. Аллан звонил по вечерам, интересуясь моим самочувствием, и приглашал на свидание. Я тактично отказывала, списывая все на усталость после работы с Лиззи. Что-то внутри меня переломилось после ночи в машине Кэмбэлла, и я больше не желала пользоваться вниманием Аллана впустую. Разговоров о прошлом его семьи он избегал, а продолжать и дальше втираться к нему в доверие, наступая на горло собственным принципам не хотелось. Я запала на другого и не желала еще больше ранить Харисона, давая ему ложную надежду.

К слову, с Лиззи дела на этой неделе пошли в гору. Она больше не пыталась вытравить меня из особняка, смирившись с участью «мы плывем в одной лодке», и даже показала мне личную библиотеку семьи Кэмбэлл, которая занимала половину первого этажа. Поэтому последние рабочие смены я начинала с того, что тащила Лиззи в обитель книг, веря, что смогу отыскать там ответы, как младший Кэмбэлл связан с Анной. Лиззи я соврала, что изучаю историческое наследие Голдена и культуру древних поселений для научной статьи в университетскую газету.

Заметив, как падка девочка на подростковые романы, которые, по всей видимости, ей запрещал читать отец, я предложила сделку: если она не станет мешать мне в изучении библиотеки, я подарю ей парочку таких книг. О любви Лиззи к чтению подобного жанра подсказала найденная под ее подушкой брошюра из местного книжного магазина с новинками Young adult.

Странно, конечно, что в шесть с половиной лет Лиззи не просто умела бегло читать, а проглатывала целые книги о первой школьной любви, но эта ее особенность определенно играла мне на руку.

Уж лучше так, чем гильотина!

Кристиана я видела мельком, в основном, когда покидала особняк. Случайно сталкиваясь со мной в холле, он ограничивался коротким приветствием и сразу исчезал в своей комнате.

Его холодность выбивала почву из-под ног. Стоило подумать, что лед в груди тронулся, как я натыкалась на очередную фальшь от мужчины, которым по глупости успела проникнуться.

К концу недели, вытаскивая мое настроение из-под плинтуса, Владлен выдал первую заработную плату. Денег оказалось в разы больше оговоренной суммы. Но когда я попыталась выяснить, почему на мой счет накинули несколько тысяч долларов, старший Кэмбэлл лишь отмахнулся.

Поэтому распределив бюджет на следующий месяц, я отправила финансовую помощь маме и позволила себе немного потратиться, чтобы взбодриться в магазинах с подругой.

Сью набрала целую охапку обтягивающих юбок и платьев, объяснив, что меняет гардероб пацанки на что-то более романтичное, ведь парням нравится элегантность. Я не стала возражать против смены имиджа подруги, припомнив, как, втрескавшись в Брэда, носилась по бутикам с мамой, подбирая подчеркивающие фигуру наряды, и каждый день меняла укладку, лишь бы услышать от него комплимент.

В этом вся девичья сущность. И это я молчу про манию отстригать, а после отращивать челку!

По пути к дому Эмилии Джон Сьюзан заехала в библиотеку университета, чтобы сфотографировать на телефон портрет Анны, – наше доказательство, что в происходящих в Голдене событиях замешана мистика, а после подруга присоединилась ко мне, на случай, если мы столкнемся с новыми проблемами или неадекватной реакцией бабушки Раи.

Пусть я не выкладывала Сью все подчистую, утаивая некоторые странности Кэмбэллов, но за все время нашего знакомства, подруга доказала, что ей можно доверять.

Рука потянулась к прямоугольному звонку на крыльце. Сьюзан нервозно перекинула вязанный голубой шарф через плечо, встав позади меня.

После пронзительного мяуканья вместо обычного трезвона, дверь с декоративными резными вставками нам отворила старушка в свободной кофте-тунике.

Челюсть неприятно хрустнула, когда я разинула рот от удивления и сразу его захлопнула, узнав в бабушке Раи университетского библиотекаря.

– Что вы тут делаете? – вместо приветствия скрипуче проворчала старушка и, не дожидаясь объяснений, попыталась захлопнуть дверь.

Подставив ногу под угол деревянного полотна, чтобы Эмилия не распрощалась с нами раньше времени, я пошла ва-банк:

– Нужно поговорить о вашей внучке. И мы знаем фамилию графа, полагаю, вам она тоже известна, как и то, что смерть Раи – не случайность.

Морщинистое лицо миссис Джон вытянулось, и она перестала дергать дверь, царапая мои белые кеды.

– Ладно, проходите, – недовольно заключила Эмилия. Окинув крыльцо тревожным взглядом, точно за нами мог кто-то следить, она приглашающе освободила проход.

Шумно сглотнув, Сью двинулась за мной в небольшой светлый холл, украшенный вязаными панно и картинами котов, вышитых бисером.

В конце коридора виднелась белоснежная лестница, ведущая на второй этаж, но Эмилия свернула в арку слева, за которой располагалась милая кухня с орнаментом в виде пионов.

– Присаживайтесь, – она указала на стулья, расставленные вокруг стеклянного стола.

Сью вошла в комнату последняя, врезавшись мне в спину. Подруга зашипела сквозь зубы и потерла покрасневший кончик носа ладонью.

Обогнув стол, Эмилия приблизилась к кухонному гарнитуру и включила стоящий на плите чайник. Кухня заполнилась звуком закипающей воды. Из носика чайника повалил пар, оседая капельками на верхних шкафах.

Я заняла место напротив стоящей Эмилии, а Сью плюхнулась рядом. Подруга размотала шарф, повесив его на спинку стула, а я расстегнула пальто и, сняв с плеча рюкзак, поставила его рядом на пол.

– О чем именно вы хотели поговорить? – миссис Джон вопрошающе вскинула седую бровь.

– Мы хотим узнать побольше о вашей внучке, а точнее, детали про ее работу у Харисонов, – отозвалась я, положив на стол телефон.

– Зачем вам ворошить тьму?

Закипев, чайник громко засвистел, олицетворяя мое внутреннее состояние. Эмилия отвернулась и привстала на носочки, чтобы достать с полок над плитой три чашки с блевотно-милыми котами.

– У меня есть веские причины подозревать, что в смерти вашей внучки замешена мистика.

Эмилия дернулась, точно мои выводы ее болезненно задели. Она принялась расставлять в ряд чашки, чтобы скрыть напряжение. Молчание затянулось, но старушка, увлеченная подготовкой, не думала отвечать. Она бросила в фарфор пакетики заварки и налила кипяток, даже не поинтересовавшись у нас о желании угоститься.

Когда я нетерпеливо забарабанила ногтями по столу, Эмилия наконец заговорила:

– Рая – единственный ребенок моей покойной дочери. Магда умерла при родах, так что внучку с рождения воспитывала я. – Сью шумно втянула носом воздух, проникнувшись слезливым началом истории. Руки Эмилии затряслись, и она пролила кипяток на столешницу, быстро стерев его тряпкой. – Рая росла не такой, как все дети. Ее с детства влекли опасные загадки, а с возрастом она стала бредить легендами и мифами о том, что в Голдене обитает нечисть. Ее зацикленность подкреплялась моим хобби – гаданием на картах Таро, а моя работа дала Рае доступ к необходимой литературе.

Миссис Джон порывисто развернулась к нам, утерев слезу под очками. В горле встал ком, но я не поддалась порыву встать и успокаивающе обнять старушку. Вместо этого, сообразив, в каком направлении текут ее грустные мысли, поддержала:

– Вы не виноваты в том, что случилось с Раей.

Эмилия громко хлюпнула носом и согласно закивала, а я оцепенела, ощутив макушкой чье-то присутствие.

Райан медленно подплыл к столу, вызывая рваный вздох Сьюзан. В уголках глаз мертвого друга алели кровавые слезы, стекающие на его рубашку. Он не моргая смотрел на полку с чашками, где стояла фотография Раи.

Черноволосая девушка с пронзительными зелеными глазами на худеньком бледном лице пленила взгляд. Раю нельзя было назвать идеальной красавицей, но ее лучезарная улыбка, согревающая душу даже через фотографию, и излучаемый магнетизм наводили на мысль, что она пользовалась вниманием у противоположного пола.

Хотя Сьюзан во время прогулки по магазинам успела поведать, что Рая была интровертом. Девушка предпочитала одиночество и все время проводила только с Райаном, перейдя на онлайн-обучение. Однако мне все равно не верилось, что такая милашка выбрала судьбу отшельницы по собственной воле.

– Рая рассказывала вам что-нибудь странное про Харисонов? – Я разблокировала телефон и принялась листать галерею в поисках одной шокирующей фотографии. Она была нашим козырем в переговорах с Эмилией.

От Райана веяло таким нестерпимым холодом, что я поежилась, удивившись, как изменение температуры в комнате осталось незамеченным для миссис Джон. Сью тоже ощущала могильный холодок, поэтому с опаской поглядывала на зависшего в воздухе призрака. Однако Рей только беззвучно плакал, разрывая мое сердце на части.

– Как вы уже поняли, – Эмилия звучно поставила на стол три чашки. Она подвинула дымящийся чай сначала Сьюзан, а потом предложила напиток мне. – Наш декан выходец из древнего рода, окутанного чередой страшных легенд. Поэтому Рая и устроилась к миссис Харисон сиделкой. Внучка мечтала докопаться до правды, как и вы, узнав об уничтоженных записях и пробелах в истории города.

– И что же она выяснила? – Я отложила телефон и придвинула к себе чашку, старясь согреть об нагревшийся фарфор дрожавшие руки.

Райан подплыл ближе к портрету погибшей возлюбленной и наклонил голову вбок, детально рассматривая его.

– Ничего. К сожалению, Рая унесла найденные ею зацепки в могилу. – Эмилия отодвинула стул и села напротив меня.