Незнакомка гордо вздернула носик.

– А почему вы не прячете свои клыки, позволяя лицезреть вас настоящего? Ответ прост: мы оба устали притворяться. Вы либо убьете меня, похоронив вместе со мной правду о вашей сущности, либо отпустите, наперед зная, что болтать я не стану, испугавшись прослыть сумасшедшей. Так что я не угроза, а ваш шанс на несколько мгновений обрести целостность.

После таких изречений я бы не стал иссушать ее, даже если бы умирал от голода. Слова незнакомки затронули что-то глубоко внутри, и, несмотря на стекающую по рубашке и пальцам кровь после недавнего убийства, я впервые за много лет после обращения почувствовал себя человеком.

– Меня зовут Кристиан, – выпалил я, внезапно пожелав услышать свое имя из уст незнакомки.

– Кристиан… Вам подходит, – ответила девушка и перестала сжимать юбку, наконец расслабившись. – Я Анна…

Вдруг округу заполнило эхо встревоженных мужских голосов, выкрикивающих имя девушки, и громкий лай собак. Анна обернулась, я проследил за ее взглядом, различив среди деревьев проблески факелов.

– Пойдемте со мной, – не задумываясь о последствиях, протянул Анне руку, желая во что бы то ни стало защитить девушку, спрятать от явившихся по ее душу мужчин. Но она не приняла помощь, отодвинувшись на шаг.

– Собаки уже взяли мой след. Не хочу, чтобы вас поймали…

Воспоминание растворилось, как выпущенное в небо облако дыма после затяжки. Оранжевый огонек на кончике сигареты вспыхнул и осыпался пеплом к ногам. Выбросив окурок в урну, я сел за руль и включил классическую музыку, всегда успокаивающую мой непокорный нрав. Но сегодня Себастьян Бах не сумел обуздать загоревшееся в груди стремление вновь увидеть Лексу.

Выезжая с парковки клуба, я знал, что остаток ночи проведу не в особняке.

Глава 14

Олененок

Аллекса

Худшим завершение тяжелого дня стал вовсе не Райан, материализовавшийся на пассажирском сиденье выданной Владленом машины. Мне пришлась по вкусу эта небольшая, но быстрая тачка, изнутри пропахшая терпким вишневым ароматизатором. Ее юркость на дороге и комфорт салона не позволили и без того паршивому настроению упасть ниже плинтуса после предупреждения Рея, что к Стоунам наведались гости. Последнее, чего хотелось после пережитого в особняке – любезничать с незнакомцами.

Решив пожаловаться другу на сегодняшний переизбыток событий, я открыла рот, но Рей надолго не задержался, слившись с воздухом, как только я подъехала к дому. Чувство тревоги неприятно завозилось в животе, когда я припарковалась возле «мерседеса» с логотипом каршеринга на двери.

Стараясь не думать о том, кто из прошлой жизни отдавал предпочтение этой роскошной марке автомобилей, поворотом ключа заглушила мотор.

Совпадение. Это просто совпадение.

Выйдя из машины, взбежала по крыльцу. Пряча зевок за ладонью, прокрутила ручку и толкнула дверь плечом, в надежде скорее очутиться в кровати. Но планы на спокойный сон рухнули, как и мое самообладание. Стоило войти в дом, я потеряла способность двигаться и говорить.

Доносившийся из гостиной голос вперемешку с хихиканьем Барбары и комментариями Генри уничтожил меня, накинув на шею удавку. И чем отчетливее в пространстве холла звучал хрипловатый тембр, тем сильнее она перекрывала кислород.

Брэд!

Я развернулась на каблуках, чтобы выбежать из дома и не видеть предателя, но успела только протянуть руку к двери, когда меня окликнули.

– Олененок? – в дверном проеме гостиной появился он, а следом улыбающаяся до ушей Барбара. Брэд всегда славился сладкими речами, так что меня не удивила положительная реакция Ба-ба на парня, скорее всего, весь вечер распевающего оды непосильной любви ко мне. Знала бы она и мистер Стоун причину нашего разрыва, то пинками под зад выставила бы ублюдка из дома. Но я не спешила посвящать Стоунов в свои секреты, надеясь оставить их в Сиэтле, поэтому нельзя было винить добродушных людей за гостеприимство.

– Что ты тут делаешь? – прошипела я, как змея, стараясь держать себя в руках и не подаваться желанию врезать бывшему кулаком по морде.

– Приехал поговорить. Твоя мама дала адрес.

– Нам не о чем разговаривать! – перешла я на повышенный тон, не сдержав обиды, таившейся в израненном сердце.

Вскоре в холле появился и мистер Стоун в своем любимом полосатом халате. Они с женой встревоженно переглянулись, заподозрив неладное.

– Брэд сказал, что вы поссорились из-за пустяка. Он очень скучал и не смог пережить вашу долгую разлуку, поэтому прилетел в Голден, – попыталась объяснить Барбара, почему впустила его в дом.

Брэд запустил пятерню в темные кудри, растрепав их, как делал всегда, когда нервничал или расстраивался. За три года отношений я хорошо изучила все его повадки, как и он мои.

Так что парень знал, как сдерживаемая внутри меня ненависть и брань выливается дрожью в руки и испепеляющий прищур.

– Тебе здесь не рады, – коротко отрезала я. Мистер Стоун придвинулся к Брэду, точно готовился вышвырнуть его из дома за шкирку, стоило только попросить.

Брэд невозмутимо одернул край бежевого свитера, проигнорировав надвигающуюся в лице Генри угрозу.

– Лекса, умоляю, просто выслушай…

– На улицу, живо! – рявкнула я и удивленно округлила глаза, не ожидая от себя командного тона. Но вмешивать в ссору с бывшим парнем приютившую меня семью не желала.

Плотнее запахнув плащ, точно пыталась выместить на нем скопившийся гнев, я вышла обратно на крыльцо в сгустившийся полумрак. Позади меня зашуршала одежда, должно быть, Брэд надевал куртку, а следом раздались тяжелые шаги и хлопок двери.

Не оборачиваясь, я устремилась за пределы дворика семьи Стоун, к месту, где улица сворачивала, чтобы Ба-ба и Генри точно не могли нас подслушать.

– Олененок, постой! – окликнул Брэд и, догнав меня в три шага, схватил за запястье. Рывок, и я оказалась с бывшим лицом к лицу, но голубизна его глаз больше не пленила, а раздражала, а полуулыбка ловеласа коробила.

– Тебе не стоило приезжать. Все в прошлом! – я выплевывала слова, будто выпускала стрелы, нацеленные поразить сердце Брэда. Только проблема состояла в том, что моя мишень – выдумка. Использовавший меня во всех смыслах парень не знал ни любви, ни дружбы.

Брэд убрал руку и потер лицо, собираясь с мыслями.

– Прости, я поступил как последний мудак.

– Рада, что ты здраво оцениваешь свои действия, но ситуацию раскаяние не поменяет.

Я не кривила душой. Нежные чувства, которые раньше испытывала к Брэду Феллини, были глубоко захоронены под могильной плитой из лжи и измен.

Однако Брэд не поверил отразившемуся на моем лице безразличию, ведь я столько раз признавалась ему в любви по ночам, когда сбегала от родителей, чтобы забыться в наших страстных стонах.

– После близости с Кейси я все осознал. Мне очень жаль, что позволил тебе усомниться в крепости наших отношений и подорвал доверие, на пьяную голову переспав с другой.

Внутри меня словно поднялась лава. Я обратилась в Везувий, извержение которого грозило уничтожить Помпеи.

– Подожди, ты серьезно думаешь, что главной проблемой стала твоя измена?

Брэд широко развел руками – мол, а что еще? Мы остановились под старым кленом, и упавший к моим ботинкам красный лист, точно капля крови от пореза на сердце, активировал «бомбу».

Глаза защипало от слез обиды, ведь когда-то я верила в бескорыстную любовь и позволила этому циничному парню себя одурачить.

– Ты расторг помолвку, узнав, что моя семья – банкроты! Разорвал на куски мою душу, когда вместе со всеми уличил моего отца в мошенничестве! Мужчину, который каждый вечер с радостью принимал тебя в нашем доме и называл сыном! – Мне казалось, что я говорю тихо, но тут из окна дома напротив выглянул насупленный старик, подтвердивший, что мой шепот давно перерос в истерический крик.

Я сбавила обороты, но льющиеся из меня обвинения в адрес посмевшего явиться в Голден ублюдка было уже не остановить.

– Твоя семья отказалась присутствовать в суде, чтобы опровергнуть ложные показания. Черт возьми, ты даже не соизволил поддержать меня, когда я буквально осталась на улице и нуждалась в крепком плече любимого. – Я порывисто отбросила волосы назад и крепче вцепилась в ручку сумочки. – Правильно, зачем расстраиваться лишний раз и видеть мое унижение, куда приятнее трахаться с Кейси! – Я заплакала, но не так, как плачут от отчаяния, то были злые слезы, кусающие сердце. И я позволила им открыто течь по щекам, навсегда стирая отголоски привязанности к Брэду.

– Лекси… – попытался объясниться он, сжимая и разжимая кулаки, точно готовился к сражению. Но поле боя за нашу зачахшую любовь было усеяно трупами моих надежд на его порядочность и жалкой ностальгией по былому. Мы умерли и ждали захоронения.

– Возвращайся в Сиэтл, Брэд! Ты мне противен… – На эмоциях толкнула парня в грудь двумя руками, но он не шелохнулся, только выругался. Я развернулась, чтобы уйти, ощутив полное опустошение, но сбежать не удалось.

Брэд обхватил рукой мою талию и с силой дернул назад. Моя спина и макушка врезались в крепкую грудь. Вторая его рука сжала горло, удерживая меня на месте.

– Ты нашла дружка, верно? Поэтому так рьяно отталкиваешь меня? – Брэд склонился к уху, и я почувствовала исходящую от него угрозу, когда он крепче сдавил шею. Я захрипела и впилась ногтями в его запястье, царапая загорелую кожу, но парень и не думал ослаблять нажим. – Ты – моя, Аллекса Коллинз! С той самой ночи, как я овладел твоим девственным телом. Ты всегда будешь стонать только подо мной!

– Ты псих! – сипло выдавила я, а Брэд мрачно хохотнул, как сбежавший из фильма ужасов маньяк.

Налетевший порыв ветра вместе с обуявшим меня страхом вызвали дрожь в конечностях. У Брэда и раньше проскальзывали собственнические замашки, подстегиваемые ревностью на пустом месте, но он никогда не переступал черту и не прибегал к физическому насилию.

– Есть немного, но, расторгая помолвку, я не думал, что ты уедешь. Надеялся, бедность сломает тебя, а я освобожусь от оков навязанного родителями брака. – Рука Брэда пересчитала мои ребра и поднялась на грудь, поглаживая ее. Я предупреждающе зарычала. – Но посмотри на себя, Лекси! Ты перестала скрываться за маской трусливой стервы, стала уверенной, закалила характер, и мания обладать тобой достигла апогея.

– Отпусти меня! – задыхаясь, потребовала я, когда Брэд наплевав, что мы стоим в ореоле света от уличного фонаря, принялся пуговица за пуговицей расстегивать на мне плащ.

– Неужели ты не скучала, любимая? Не вспоминала, как мой член доводил тебя до исступления?

Мне стало противно. Я дернулась, собираясь закричать, как из-за поворота вылетел ярко-голубой спорткар. С протяжным свистом тормозов и запахом стертой резины он остановился напротив нас, ловя капотом радужные переливы света фонаря.

Мгновение, и водительская дверь поднялась вверх. Из машины показался не на шутку взбешенный Кристиан. В его сине-фиолетовых глазах застыло обещание расплаты, как только он увидел руку Брэда, сжимающую мою шею.

Кэмбэлл-младший не стал проявлять манеры и уточнять, что здесь происходит, молниеносно метнувшись к нам. Я не успела моргнуть, как Кристиан отцепил от меня руки бывшего парня, и схватив его за грудки, с силой толкнул к дереву.

Я попятилась от места потасовки парней и принялась глубоко дышать ртом, растирать саднящее горло.

Неожиданно Кристиан будучи ненамного выше Брэда приподнял его над землей, точно бывший волейболист команды Сиэтла ничего не весил.

– Еще раз тронешь Лексу без ее согласия, и я убью тебя! Понял?! – зло заявил Кэмбэлл, сильнее вдавливая Брэда в дерево. Его длинное синее пальто развевалось на ветру, но сам Кристиан был непоколебим, как скала.

– Ты хоть знаешь кто я, блондинчик? Моя семья владеет акциями Гугла! – не обращая внимания на предостережение, попытался поддеть Кэмбэлла Брэд, и беспомощно задергал болтающимися в воздухе ногами.

– Кусок дерьма, раз поднимаешь руку на девушку.

Брэд громко рассмеялся, а я подошла ближе, почувствовав, что Кристиан может не сдержаться и воплотить угрозу в жизнь гораздо раньше.

– Теперь ясно. Так значит, это ты трахаешь Лексу…

Брэд не договорил. Я прикрыла рот ладонями, приглушая визг, когда Кристиан отвел руку назад и прицельно врезал Брэду в нос. Раздался хруст костей и наполненный болью стон. Кэмбэлл тут же выпустил ругающегося на чем свет стоит Брэда, и тот осел на колени в грязь. Из его моментально распухшего носа потекла алая струйка, заливая ворот куртки. Брэд запрокинул голову к ночному небу, чтобы остановить кровотечение, а я взволновано засуетилась.

Раньше из-за меня драк не устраивали.

– Дьявол! – вдруг выругался Кристиан и отступил к припаркованной возле тротуара машине, зажав рот и нос ладонью, точно его тошнило от вида чужой крови. А может…

Додумать я не успела.

– Садись в машину! – приглушенный рукой голос Кэмбэлла вернул в реальность, но я не сразу сообразила, что заносчивый блондин обращается ко мне. – Шевелись, Лекса!

Пока пыталась понять, зачем мне куда-то уезжать, когда я могу за пару минут пешей прогулки вернуться к Стоунам, Кристиан странно изменился. Его словно ломало изнутри, выкручивало. Он пятился все дальше от Брэда, из последних сил сопротивляясь чему-то.

– Даю тебе время до утра, чтобы навсегда покинуть Голден. И если узнаю, что твоя мерзкая рожа задержалась в моем городе хоть на час, то сломанный нос станет меньшей из твоих проблем, – пригрозил напоследок Кристиан, обходя машину.

Я продолжала топтаться на месте, мысленно взвешивая перспективы послать все к чертям и пойти спать или отправиться в неизвестное путешествие с Кэмбэллом.

– Лекса, пожалуйста, – неожиданная мольба, сменившая высокомерие и гнев в просьбе Кристиана, полностью отрезвила. Не оглядываясь на униженного Брэда, все так же сидевшего под кленом, я помчалась к спорткару.