Посвящается Анне Резниченко

Весной 2014 года мы (мое поколение) узнали о существовании Морального рая. Дорога в Моральный рай открыта, в общем, каждому. Думаю, она соблазнительна тем, что переживание Морального рая по форме совпадает с переживанием свободы. Поэтому там хорошо. Для меня очень важно в Моральный рай не попадать.

Именно об этом я пишу стихи. И хотел бы, чтобы если меня судят, то судили бы по моим стихам. Но судить будут как-то совсем иначе. Кто будет? В общем-то, кто угодно.

«Моральный рай» – конечно, метафора. Она описывает состояние или скорее настроение, даруемое хорошо обоснованной правотой. Дело в том, что человек вообще ведь живет словами, речью. Человек – существо говорящее. Мы (люди) в прямом смысле слова самореализуемся, вынося суждения. И если это моральные суждения, то мы самореализуемся как моральные субъекты.

В кризисных общественных ситуациях, когда множество частных рассуждений о «плохом» и «хорошем» стягиваются в несколько общественных дискуссий (в пределе – в одну), такая способность судить особенно востребована публично. Поскольку есть заданные самой ситуацией общие векторы внимания, то многие заняты тем, что выносят суждения об одних и тех же проблемных ситуациях. Этих людей связывают потоки эмоциональной энергии.

На этих полях самыми «быстрыми» – самыми востребованными, – оказываются суждения о моральном статусе других людей.

Свобода, я полагаю, это (прежде всего) спонтанность. Свобода и узнается по спонтанности действий. Хорошо обоснованная, самоочевидная правота позволяет чувствовать такую спонтанность. Пусть только в области моральных суждений, но все-таки. Это такая надежная опора, которая позволяет действовать безошибочно и верно. Так приходят уверенность, сила, бодрость.

Вопрос для меня, откуда берется потребность оказаться в Моральном раю. Потому что в моральных суждениях нет необходимости. Можно жить, говоря о чем-то другом. Даже в самые кризисные, страшные времена большинство людей размышляют о другом. Моральный рай их не привлекает (не больше чем тот, посмертный). Но некоторые люди в чрезвычайной мере движимы потребностью в хорошо обоснованной правоте. Не будучи психологом или когнитивистом, я не способен предложить этому какое-то объяснение.

Чем отвращает от себя Моральный рай? Оказаться в нем – значит принять свою хорошо обоснованную правоту как окончательно обоснованную. Но как быть с другими, почему они «не со мной»? Здесь непременно должны возникнуть ощущение, осознание или идея какой-то исключительности «меня» – по сравнению и рядом «с ними». Это будет означать, что на меня более не распространяются «золотое правило», «категорический моральный императив» и подобные принципы – все они подразумевают способность взглянуть на самого себя как на «одного из», как на такого же, как все, – а я не такой, как все, раз я в Моральном раю, а они нет.

Окажись я там, я превратился бы даже не в высокоморальное, а в какое-то уже сверхморальное существо. И вряд ли мне еще было бы интересно всерьез с кем-то обсуждать темы, важные для меня сейчас. Это была бы потеря!.. Не говоря о том, что я со смеху потом умер бы, однажды зацепившись взглядом за отражение в зеркале. Вот в чем дело.