Лёнька Пантелеев (Леонид Пантёлкин). В 19 лет, в 1921 году, он после службы в Красной Армии стал чекистом, но ненадолго. До сих пор появление преступника Лёньки Пантелеева окружено тайной. По одной из версий, ГПУ внедрило его в криминальную сферу, а по другой – его уволили.

Во всяком случае, Пантелеев собрал банду налётчиков, которая держала в страхе весь Петроград.

Если исходить из имеющейся информации, это был озверевший пацан, рано почувствовавший вкус власти и исповедовавший культ силы. Преступники грабили нэпманов, чем заслужили поддержку низших слоёв общества.

Костяк банды Пантелеева, начавшей орудовать в Петрограде с весны 1922 года, состоял всего из пяти человек – самого Леонида, бывшего сотрудника псковской ЧК Варшулевича, члена РКП(б) Дмитрия Гаврикова и двух профессиональных уголовников Александра Рейнтопа (кличка Сашка-пан) и Михаила Лисенкова (кличка Мишка Корявый). Последние безоговорочно признали Лёнькино лидерство и кличку он получил весьма лестную – Фартовый.

Военное и чекистское прошлое главаря обязывало: когда речь шла о деле, в банде царила железная дисциплина. Грабежи готовили тщательно, выбирая квартиры побогаче, с прислугой.

Первый налёт был совершён на квартиру меховщика Богачёва 4 марта 1922 года. Через пять дней ограбили квартиру доктора Грихлеса, сообщив, что якобы принесли ему записку с работы. И пошло-поехало. Фирменной фразой главаря было: «Граждане! Спокойно, это налёт. Я Лёнька Пантелеев, прошу сдать деньги и ценности. В случае сопротивления стреляю без предупреждения!»

После каждого налёта Лёнька Пантелеев имел обыкновение оставлять в прихожей ограбленной квартиры свою визитную карточку, изящно отпечатанную на меловом картоне, с лаконичной надписью: «Леонид Пантелеев – свободный художник-грабитель». На обороте визитки он нередко давал разные напутствия чекистам, к примеру на одной он написал: «Работникам уголовного розыска с дружеским приветом. Леонид».

После особенно удачных налётов Леньке нравилось переводить по почте небольшие суммы денег в университет, Технологический институт и другие вузы. «Прилагая сто червонцев, прошу распределить оные среди наиболее нуждающихся студентов. С почтением к наукам, Леонид Пантелеев».

Остальное уже приписывала народная молва – якобы грабит только богатых, а если нарвётся на бедного, то не трогает, а может ещё и денег дать. А поскольку пролетарское население Петрограда численно преобладало над нэпманами, вскоре о Леньке пошла слава как о современном Робин Гуде.

Через несколько месяцев его арестовали, но «Петроградский Робин Гуд» сбежал из тюрьмы, и началась новая волна террора. Пантелеев понимал, что оставаться в стране опасно, и решил бежать в Эстонию. Но не с пустыми руками: для того, чтобы раздобыть денег на дорогу и безбедное существование на чужбине, налётчик наспех сколотил новую банду, куда помимо Рейнтопа и Лисенкова вошли ещё 15 знакомых уголовников. Разделившись для верности на пары, разбойники продолжали грабить и убивать. В период с декабря 1922 года по февраль 1923 года пантелеевцы совершили 10 убийств, 20 уличных грабежей и 15 вооружённых налётов.

Лёнька три месяца был на свободе, пока его не застрелил один из сотрудников ЧК.