К середине XIX века былая мощь имперской поступи во многих европейских государствах пошла на убыль. Ведущие архитекторы все чаще стали получать крупные заказы не от государства и правящих династий, а от состоятельных людей – владельцев заводов, банков, издательств. Их вкусам надо было угодить. Возникла любопытная ситуация. Классицизм вышел из моды. С одной стороны, никто уже не хотел делать здание банка или торгового центра похожим на древнеримский храм. С другой стороны, новое современное направление в архитектуре еще не успело возникнуть. Зодчие оказались совершенно свободны строить как угодно. Некоторые считали: если взять все лучшее из уже накопленного опыта строительства, то может получиться очень неплохо. Представьте себе, что вам надо обставить свою квартиру. Вы ходите по огромному вещевому рынку и покупаете все, что радует глаз. Персидский ковер? Годится! Столик резного дерева на кривых ножках? Берем! Мозаичное панно? Тоже подойдет. Люстра со стеклянными висюльками? Заверните! Что получится в результате? Скорее всего, квартира будет похожа на склад самых разных вещей. Никакого единства, никакого стиля.
Здание Венгерского парламента (Будапешт)
В таком же положении оказались архитекторы в начале XX века. Разумеется, никто из них не собирался лепить античные колонны на готический фасад. Зодчие создавали сооружения, которые были умело стилизованы под то или иное направление в архитектуре. Эклектика широко использовала маскароны, появившиеся в XVIII веке. Можно было использовать элементы готики. В результате возникало не чисто готическое сооружение, а как бы игра в готику.
Хороший пример – здание Венгерского парламента в Будапеште. Оно выходит своим величественным фасадом к набережной Дуная и сразу заставляет вспомнить о готике. Между тем оно было построено в последней четверти XIX века и говорит скорее о взлете венгерской экономики в тот период, чем о древней истории страны. Здание возводилось по проекту венгерского архитектора Имре Штейндля. Он был учеником немецкого зодчего Фридриха Шмидта, который стоял у истоков возникновения стиля неоготики. Любопытно, что некоторое время Шмидт работал помощником каменотеса во время достройки знаменитого Кельнского собора, на практике осваивая тонкости готических приемов. Его ученик Штейндль стал достойным продолжателем своего учителя. Он много занимался реставрацией венгерских средневековых памятников и в результате тоже стал большим знатоком готики. Этот его опыт во многом и определил вид архитектурного шедевра. В плане здание Венгерского парламента имеет вид вытянутого прямоугольника. Внутри расположены 10 внутренних дворов, 29 лестниц и 691 комната. Высота величественного купола составляет ровно 96 м. Это число не случайно. Оно намекает на 896 год. Именно к этому времени венгры создали свое централизованное государство.
Стиль в архитектуре, позволявший зодчим выбирать на свой вкус (соотносясь с предложениями заказчика) отдельные детали будущей постройки: наличники, карнизы, лепной декор – назвали эклектикой. Термин точно передает суть дела. В переводе с греческого это слово означает «выбирающий». Эклектика породила такие направления в архитектуре, как неоренессанс, необарокко, неорококо, неоготику. Стилизация под готику – знаменитый Тауэрский мост в Лондоне и Вестминстерский дворец. Другой хороший пример эклектики – немецкий замок Нойшванштайн. Его башенки словно срисованы из сборника сказок. Не случайно замок Нойшванштайн стал образцом при строительстве замка Спящей красавицы в парижском Диснейленде.
Некоторые специалисты до сих пор спорят, можно ли говорить об эклектике как о самостоятельном стиле или это всего лишь смешение архитектурных форм, своеобразное многостилье, «какофония» разных стилей.