Когда в феврале 2014 года севастопольские ополченцы выставили вокруг города блокпосты, проверяя каждую въезжающую машину, горожане называли это третьей обороной Севастополя. Конечно, эта оборона не идет ни в какое сравнение с первыми двумя, в которых Севастополь стяжал бессмертную славу и стал известен всему миру.

Севастополь. Литография К. Боссоли, 1856 г.

Город был основан по указу Екатерины II в том же году, когда Крым вошел в состав России (1783). Севастопольская бухта казалась наилучшей базой для Черноморского флота, и здесь, рядом с развалинами древнего Херсонеса, было решено построить российский город-порт. Неизвестно, кто именно придумал его название, Потемкин или сама Екатерина. «Себастос» на греческом языке означает «священный, высокочтимый», а «полис» – «город». В литературе существуют такие переводы названия «Севастополь»: «императорский город», «августейший город», «святой город» или даже «город славы». С самого начала Севастополю придавалось совершенно исключительное значение. Это был важнейший форпост, опорная база России на Черном море, такая же, как Санкт-Петербург на Балтике. Потерять Севастополь означало потерять Черное море.

Это хорошо понимали турки, все еще не теряющие надежд вернуть себе Крым, а также Англия и Франция, которым не нравилось усиление России на черноморском побережье и на Балканах. Поэтому, когда вспыхнула Крымская война 1853–1856 гг., европейские державы вновь выступили на стороне Турции, только уже не на словах, как раньше, а на деле. Боевые действия велись как на Балтийском море, так и на Черном, а также на Балканах и на Кавказе. В Крыму в Евпатории высадился англо-французский десант, всего 60 тысяч солдат. Вдвое меньшая русская армия потерпела поражение и была вынуждена отступить. Союзники имели преимущество в вооружении и технике. Английские нарезные ружья стреляли гораздо лучше русского гладкоствольного оружия. В сентябре 1854 года союзники осадили Севастополь.

Уверенные в своих силах, англичане, французы и турки рассчитывали взять город-крепость за неделю, но неожиданно натолкнулись на героическое сопротивление русских солдат. Войсками в Севастополе (18 тысяч воинов) командовали прославленные адмиралы В. А. Корнилов и П. С. Нахимов. Они использовали все особенности местности и так удачно расставили батареи на высотах, что все атаки противника были отбиты. Тогда-то и появилась поговорка: «Война в Крыму, все в дыму». Раздосадованные неудачей союзники обложили город со всех сторон, расстреливая его защитников из пушек, стоящих на суше и на кораблях. От пушечного ядра погиб адмирал Корнилов. Но, несмотря на все потери, русские не сдавались.

Севастополь. Памятник затопленным кораблям

Свои «Севастопольские рассказы» Л. Н. Толстой писал как военный корреспондент: «Вы видели защитников Севастополя на самом месте защиты и идете назад, почему-то не обращая никакого внимания на ядра и пули, продолжающие свистать по всей дороге до разрушенного театра, – идете со спокойным, возвысившимся духом. Главное, отрадное убеждение, которое вы вынесли, – это убеждение в невозможности взять Севастополь, и не только взять Севастополь, но поколебать силу русского народа».

В следующем году осада продолжалась, становясь все ожесточенней. Союзники получали по морю подкрепления и боеприпасы. В Балаклаве англичане устроили свою базу и даже протянули оттуда телеграфную линию в Лондон. Для переброски под Севастополь техники и тяжелых осадных орудий построили первую в Крыму железную дорогу. К осажденным тоже приходила помощь, но не в таком количестве. Кольцо осады сжималось. При объезде передовых позиций на Малаховом кургане пал, подкошенный вражеской пулей, адмирал Нахимов.

Оборона Севастополя. Фрагмент панорамы Ф. Рубо.

В августе 1855 года русские отряды покинули южную часть города и по понтонному мосту перебрались на северную сторону. Оставшиеся батареи и пороховые погреба были взорваны. Союзники вступили в совершенно разрушенный город, не чувствуя себя победителями. Один французский генерал написал о защитниках Севастополя: «Если они и потеряли дело, то не потеряли чести. Их энергичная и умная оборона заставляет нас уважать этот народ».

В Севастополе есть много памятников, посвященных стойкости его защитников. В бухте стоит памятник затопленным кораблям, ставший символом города. Чтобы не допустить прохода вражеского флота в гавань, русские пожертвовали частью своих кораблей: их затопили при входе в бухту и таким образом перегородили ее. Другой известный памятник находится на Историческом бульваре – это Музей-панорама «Оборона Севастополя», построенный в 1904 году. Над входом в здание на фронтоне выбита цифра 349, означающая количество дней обороны. Внутри музея глазам посетителей предстает огромное величественное полотно-панорама, созданное замечательным художником-баталистом Францем Рубо. Во время Великой Отечественной войны эту панораму как величайшую ценность вывезли в тыл и возвратили на место после освобождения Крыма в 1944 году.

Фрагмент панорамы Ф. Рубо. Рядом со смертельно раненным адмиралом Корниловым – знаменитая медсестра Даша Севастопольская

Со времен Крымской войны прошло почти сто лет, и Севастополь снова стал ареной ожесточенных боев. На сей раз Советская армия героически защищала город от немецко-фашистских захватчиков. Гитлер понимал: если он не овладеет Крымом, то не может рассчитывать на победу в Украине и на Кавказе. Поэтому немцы всеми силами навалились на стратегически важный полуостров. После того как советские войска оставили Одессу, Севастополь стал главной базой Черноморского флота.

30 октября 1941 года немецкие танки прорвались с севера к городу-крепости и начали первый штурм. Он был отражен храбрыми защитниками города. Севастопольцы не посрамили память своих славных предков, героев первой обороны. Поняв, что перед ними неприступная твердыня, немцы перешли к планомерной осаде. Фронт ушел уже далеко на восток, весь Крым был в руках противника, а Севастополь все еще держался. Окопы и блиндажи опоясывали город от Любимовки на севере до Балаклавы на юге. Через месяц захватчики снова пошли на штурм. Командующий немецкими войсками Эрих Манштейн в подзорную трубу наблюдал за штурмом с вершины горы Эль-Бурун. Сражение кипело как на суше, так и на море и в воздухе. Немцы имели двукратное превосходство в живой силе, более чем трехкратное в артиллерии, десятикратное в танках и самолетах. На глазах изумленного генерала его хваленые дивизии не только не продвинулись вперед, но, неся большие потери, под контрударами советских солдат откатились на исходные позиции.

Музей обороны с панорамой Ф. Рубо.

Следующий, третий по счету штурм Манштейн готовил полгода. Придумали даже кодовое название: операция «Лов осетра». 7 июня 1942 года немецкие орудия открыли ураганный огонь по советским укреплениям. С разных сторон на приступ бросились хорошо подготовленные штурмовые отряды. Защитники города стояли насмерть. Неделю кипели ожесточенные бои. Небо заволокло дымом пожарищ. Ценою большой крови немцы овладели важнейшими высотами – «Орлиным гнездом» на юге и Мекензиевыми горами на севере. Отсюда немецкая артиллерия стала обстреливать суда, стоящие в Севастопольской бухте. Тогда советское командование приняло решение об эвакуации. Последние защитники покинули пылающий город и на кораблях отправились в сторону Новороссийска.

А. А. Дейнека. Оборона Севастополя.

Вступив в Севастополь, Манштейн отрапортовал своему фюреру о победе и взятии в плен 80 тысяч советских солдат. За это он получил звание фельдмаршала. Гитлер торжественно объявил, что Крымский полуостров становится неотъемлемой частью Третьего рейха. Но захватчики рано радовались: в горах и лесах оставались и действовали советские партизаны, наносившие серьезный ущерб фашистским войскам. Германские офицеры, отдыхающие на крымских курортах и загорающие на пляжах, то и дело вынуждены были хвататься за оружие и отстреливаться от партизанских отрядов.

В Керчи 10 тысяч советских солдат и мирных жителей укрылись в Аджимушкайских подземных каменоломнях, откуда совершали налеты на вражеские части. Об аджимушкайских партизанах слагали легенды. Когда гитлеровцы стали закачивать в каменоломни удушливый газ, чтобы покончить с партизанами, аджимушкайский радист передал в эфир такие слова: «Всем! Всем! Всем! Всем народам Советского Союза! Мы, защитники обороны Керчи, задыхаемся от газа, умираем, но в плен не сдаемся!»

Немецкие войска под Севастополем, 1942 г.

Крым так и не покорился захватчикам. И взятый Манштейном Севастополь ждал своего освобождения. Немного найдется городов на свете, которые выдержали бы на своем веку две разрушительные осады. А Севастополю предстояло еще раз оказаться в эпицентре сражений! Чтобы не допустить советские войска в Крым, немцы возвели крепкую оборону на Перекопском перешейке и на Керченском полуострове. И снова, как при Врангеле, уязвимым местом обороны оказалось озеро Сиваш. В ходе зимнего наступления 1943 года русским удалось захватить несколько плацдармов на его южном берегу. Тогда скрытно были сооружены насыпи и мосты через Сиваш, по которым могла пройти тяжелая техника. 8 апреля 1944 года советские войска пошли на штурм немецких укреплений. Целая армия переправилась через озеро и ударила в тыл фашистам. Началось повальное бегство немцев и их союзников румын.

Оборона Севастополя

Морские пехотинцы

Повторилось то же, что в 1941 году, только противники поменялись местами. Советские войска заняли весь полуостров, но в Севастополе оставалась сильная немецкая группировка – 65 тысяч солдат. Гитлер отдал приказ удержать Севастополь любой ценой. Несмотря на большие разрушения, город все еще представлял собой мощную крепость. «Помните: ни одно имя в России не произносится с большим благоговением, чем Севастополь», – обращаясь к своим солдатам, говорил немецкий генерал К. Альмендингер, воодушевляя их проявить такую же стойкость, какую проявили защитники города в 1941–1942 годах. Решающее сражение произошло на Сапун-горе, которую немцы превратили в сплошное оборонительное укрепление. Сюда и нанесли свой главный удар советские войска.

Огонь ведет линкор «Парижская комунна», зима 1941–42 г.

Сапун-гора несколько раз переходила из рук в руки, пока немцев не выбили с нее окончательно. После этого судьба зажатой в Севастополе немецкой армии стала плачевной. В наступление двинулись советские танки. 9 мая над городом было поднято красное знамя.

Монумент на Сапун-горе

Немцев охватила паника, и они стали спешно грузиться на корабли. На узком мысу Херсонес скопилась масса немецкой техники, автомобилей и повозок. Германский солдат Г. Клаусман так вспоминал об этом: «Я не могу вам передать, что творилось на этой узкой полоске земли. Это был ад! Люди плакали, молились, стрелялись, сходили с ума, насмерть дрались за место в шлюпках». Вырваться из Крыма смогли далеко не все. В плен попали 23 тысячи немецких солдат. Это была расплата за 1942 год. Ныне о тех событиях напоминает мемориальный комплекс на Сапун-горе.

Малахов курган. Памятник В. А. Корнилову

В освобожденном Крыму в Ливадийском дворце состоялась знаменитая Ялтинская конференция 1945 года с участием «большой тройки» – лидеров стран антигитлеровской коалиции И. Сталина, Ф. Рузвельта и У. Черчилля. Во время посещения Севастополя Черчилль трагически повторял: «О, сколько здесь пролито крови!» Город-герой был заново отстроен. Благодаря возвращению Черноморской эскадры Севастополь стал одним из красивейших городов Крыма, где стар и млад хорошо знают свою историю. В гимне города поется так: