Через несколько дней ей начали сниться кошмары, в которых она была связана с членами преступного синдиката. Контакт с ними она поддерживала то через Фредди Чайкина, то через агента ФБР, которого однажды встретила в Нью-Йорке и о котором с тех пор не вспоминала. Но некоторые фразы повторялись постоянно. В каждом сне кто‐то из них говорил, что “является частью операции”. Всегда предлагал обсудить “деловое предложение” и излагал план, согласно которому дом на Беверли-Хиллз используется “для целей, никоим образом ее не касающихся”.

Ей нужно было только предоставить информацию о состоянии водопровода, точную ширину труб, расположение и размер всех канализационных люков. Пришли рабочие, все подготовили. Появился мужчина в белых брюках и врач в резиновом фартуке. В этот момент она начинала бороться с собственным подсознанием, но ей никогда не удавалось проснуться до того, как сон раскрывал свое неумолимое намерение, до того, как трубы засорялись, до того, как все сбегали и оставляли ее наедине с серой водой, бурлящей в каждой раковине. Разумеется, она не могла вызвать сантехника. Она знала, что в трубах он найдет изрубленные куски человеческой плоти.