Самолёт уносил в неизвестность. Тревога не покидала сердце. И надежда, что, наконец-то, она увидит Алису. Наконец, закончится разлука. Летело с ней, её семейством и племянницами ещё человек пятьсот серых мужчин. Вот чувствовала же, что и тот, кто посмел бросить вызов его мужчине, тоже здесь. Арргон проигнорировал её просьбу показать тайного поклонника, что изъявил о своём желание сделать её женой и позаботиться о детях, воспитать их. И вообще, может ему и не она нужна, а одна из дочек Димы? Они, в действительности, куда симпатичнее и перспективнее пятидесятилетней женщины, но да, выглядевшей лет на тридцать и с хорошо округлившимся животиком.

На днях у ящеров великое празднество, проводимое один раз, когда в двадцать, когда в двадцать пять, а когда и в пятьдесят лет. В это празднество собираются вместе не только главы всех родов. Почти все ренны возвращаются в свой дом. Общаются они, обмениваются информацией, опытом, предлагают и просят. Все не женатые главы своих родов, чей возраст переступил порог брачной ответственности, должны представить своих женщин, жён, если таковых нет, им от лица правителя будет даны на выбор несколько претенденток. И отказаться они не смогут.

Именно на общем празднестве, было решено сообщить о творившихся преступлениях на их родной планете, о похищениях, об истязаниях, о подземных шахтах, о правительстве колонизаторов, прикрывающихся пиратами, как своими цепными псами. Там сообщат всем, кто нашёлся и кого в скором времени следует ждать домой. Сообщат о новых связях. О выгодных предложениях. Будут решаться такие вопросы, как приобретение космических станций и кораблей. Обозначение выхода к космосу. Заявление о своих международных позициях, представители и военные. Работы наметили лет на сто вперёд, и предварительная подготовка велась лет так сто.

Вот и возможность! Раса серых ящеров – ренны, официально пригласили в свою столицу международных межгалактических представителей. Среди пленных оказались высокого положения представители галактических родов. Честь вернуть их была возложена на реннов. Русская империя решила постоять в сторонке. Ну, благодарность ей конечно выкажут. Даже уже решено, что один русский род, участвовавший в освобождение пленных, получит благодарность в виде признания их рода среди серых, как равного.

Признание рода, значит, Дмитрий Волк будет главой своего рода на Злате. Он, как и все главы – сюзерен правителя. Ему отведут участок земли под обустройство своего поселения. И все права, и все законы реннов, теперь распространятся и на него.

Опасный манёвр, и самолёт приземлились на какой-то невзрачный остров среди тысяч таких же невзрачных, разбросанных посреди океана. Прошли к ближайшему выступу, вошли в пещеру. Расселись в транспорт, похожий и на поезд, и на прогулочные катера, сцепленные между собой. Мягкие сиденья, открытый стеклянный верх. Покатились на мягких магнитных подушках в тоннель... На несколько минут потеряли люди способность видеть. Так как, поглотила их тьма. А потом все изумились приставшему перед ними миру. Предстал их взору яркий мир в разноцветных красках. Радужный мир! Ближайший город был похож на волшебный цветок. Белый нежный и хрупкий. Настолько в нём чувствовалось изящность и любовь к цветам. Другой, напоминал хрустального дракона, обвившего гору и подымающего на своих многогранных крыльях застывшие капли до самого неба - эти капли дома. И везде ухоженные аллеи с цветами.

Дашу со всеми ребятами поселили в отдельной гостинице. Предупредив, что свободный выход запрещён. Единственная возможность выходить из здания это большая аллея за гостиницей. Покинуть которую невозможно. За аллеей крутой обрыв и бурлящая вода. Понимала Даша и мальчишки, что надо потерпеть. Но где-то там, совсем рядом родная душа – Алиска-ириска.

Маша подошла и обняла свою маму, а видимо, хотела на ручках посидеть, да понимала, что ей и так тяжело. Ей уже больше, чем Алисе, когда им пришлось бежать от продавшей их тёти Лизы и торговцев живым товаром.

- Мама, я тебя люблю! - улыбнулась «ромашка».

- Люблю тебя, - поцеловала мама, свой «цветочек», - и папу, и Дина, и Юру, и Траяна, и Диму, и Радима, и нашу Алису-Аррису...

А за ними следовал длинный список родных и любимых. И сердце радовалось, что больше никогда, она сама и ни один её ребёнок, не испытает того ужаса одиночества и потери, что они пережили. А скоро их будет ещё больше. Животик аккуратный, и развивался малыш почему-то, тихо-тихо. Как будто и нет его вовсе. Как не хватало нежных, успокаивающих, поглаживающих объятий своего серого дроу, своего «змея искусителя». У реннов со своими детьми энергетическая и ментальная связь, даже с крошечными, находящимися под материнским сердцем.

Отсидели прибывшие в Радужный мир карантин, и им разрешили выходить. Но какой там выход? Родня прибыла. Волк с толпой «матёрых волчат». Следом за ним - Аррин привёл дочь с тётей. Ой, что было... Гудела гостиница весь день и всю ночь.

Следующие два дня провели в магазинах, одеть, обуть, всю толпу оказалось нелёгким занятием. Села Даша в мягкий диван, предоставив выбор своим девчонкам, которые уж точно разбирались в тонкостях.

- А ты ничуть не изменилась, - присела рядом тётушка, - за детей, что ты Аррин подарила отдельное спасибо. Он ими гордится! Мы ими гордимся! И тебя с гордостью назовёт своей. Мы будем рады принять тебя, как дар народу ренн.

- Я думала, Алиса будет похожа на Аррин, но она больше похожа на Тину, её взгляд, её поворот головы, и ростом, боялась, вымахает с папу, - любовалась Даша своими девочками, которые быстро нашли общий язык.

Тина была тростинкой, Алиса-Арриса всё же имела более округлые формы, что придавало ей невероятно соблазнительный вид. На светлом лице особенно выделялись розовые губы, нежные сочные чувствительные. Мужчины вслед ей оборачивались. Восхищением в глазах, поднимая женскую самооценку.

- Мама, - присела на минутку красавица, пробегавшая мимо старшая дочь, обняв родного, любимого человека. Бабушка бабушкой, а мама... Даша прошлась поцелуями по белой голове любимого создания, вдохнув её запах. Вспорхнула «бабочка» и улетела.

- Кто он? - спросила «тигрица», ту, что должна была заботиться о её сокровище. Да, она уже взрослая. Даша почувствовала на дочери запах постороннего мужчины. Не сразу, почувствовала. Думала, что показался знакомый аромат степных трав и полыни.

- Не переживай, - успокаивающе погладила Тиа, Дашу, по плечу, - выбор она сделала прекрасный, за нашего правителя. Мужчина он сильный (несколько секунд подбирала тётушка более подходящие сравнения), надёжный и ответственный.

Уже зная, что значит эта надёжность, мать была не в восторге. Оказалось, Даша ещё кое-что не знала. Но именно в поселение Арргон такое не водилось, из-за нехватки женщин.

- Какой по счёту женой?

- Тут нам повезло, первой! - не скрыла свою радость благодетельница. - Правда, у него есть собственный гарем, плюс любовницы. Но это дело поправимое! После свадьбы он откажется от гарема, отдаст их брату. С любовницами дело сложнее, у одной из них есть от него сын. Мальчик он хороший, добрый и рассудительный не по годам.

- Почему он не женился на своих любовницах? - наивно переспросила Даша. - На матери своего ребёнка?

- А почему ты отказалась от браслета Аррин? - вернула тётушка вопрос. - Вот-вот, они тоже дорожат своей свободой. Замужество для некоторых женщин суровое ограничение. Ты же всегда хотела независимости.

«Суровое ограничение? Если бы…» - опустила Даша глаза, не став перечить взрослой женщине.

Если бы...

Арргон Дашу не просто так привёз. Ей предстояло стать подарком народу ренн, от Российской империи. Выйти замуж, принять «суровые ограничения» в виде союза с одним мужчиной. Покориться и подчиниться его воле. Стать его собственностью.

- Мама моя любимая, - прижалась дочь к Даше, - если бы ты только знала, как хорошо в его объятиях? Для меня нет никого, кроме него!

А для него, хотела бы спросить мама. Но видя светящиеся от счастья глаза дочери, когда она говорила о нём. Даша всем сердцем, желала ей счастья. Но душа...

После того, как со всеми мальчиками и девочками, было законченно, Аррис и Тирара взялись за Дарью. Точно, нарядили, как подарочек, «обёртку» подобрали, что дыхнуть невозможно, подчеркнув все физические достоинства. Упиралась Дарья ещё и украшениям, как на новогоднюю ёлку навесить пытались длинные побрякушки. Одни украшения надевались на волосы и спускались, оплетая одну прядь волос, и чем длиннее прядь, тем тяжелее и богаче украшение. Тёмно-русая коса Дарьи, которую Аррин так ласково просил сильно не стричь, сохранялась на уровне поясницы. Ну, чуть ниже. Такая коса и сама по себе украшение, и то, что в ней вплетена шёлковая голубая лента с символами, которые Даша время от времени добавляла, подправляла, нашивала - неизменный атрибут повседневной жизни. Одни «цепи» на шею, одни - широкими браслетами на руки и ноги, а пояс, это вообще нечто невообразимое. На вкус и цвет, тут огромное разнообразие, что глаза разбегались, даже у самых стойких. Для беременных, специальные удерживающие украшения. Красота!

Но вот, во всей этой красоте, на запястье Даши, кроме красной верёвочки, красовался и листик, с её вьющегося растения, что разрослось вокруг лавочки, как беседка стала. Сидела она, как-то там, задумавшись, и не заметила, как листик сам обвился. И ведь уже несколько месяцев прошло, а он не засох, не порвался. Висел себе браслетом, украшал.

Дарьи ничего нет милее родного просторного платья в пол. Белое, синее, голубое, её цвета. Сама она шила их, сама расшивала узорами родного края. Её бы воля, она бы и пошла в одном из своих. Но установленный дрез-код в чужом доме нарушать не хотелось. Мужчины являлись на праздник в чёрных костюмах обшитых золотом. (Костюмом это не очень назовёшь, штаны и рубаха, фасон и пошив только отличался). А женщины, одевались в зависимости от принадлежности к роду. И чем темнее наряд, тем её положение в своём роду выше.

- Вот смотри, Даша, - объясняла ей опытная управительница Тиа, - я считаюсь хранительницей своего рода, поэтому могу надеть чёрное платье, Аррис и сёстры, их положение ещё шаткое, они должны надеть белое, розовое, голубое или салатовое. И украшения на них должны быть соответствующие - светлые. Ты же мать, которой предстоит повести за собой всех.

Повести за собой? Усмехалась такой формулировке женщина.

Дворец! Этикет! За несколько дней пришлось освоить правила. Им представляться самому правителю, и каждая мелочь была важна. Растолковала управительница-мучительница, кто, где должен стоять, во время церемонии. Куда идти, куда смотреть. Главные мужчины, Дима и Аррин должны идти впереди. За ними Мирр. Потом, по старшинству идёт Тирара. Даша держится за ней, но стоит за Димой и Аррин. Со стороны брата идут остальные представители его рода, а со стороны Аррина его дети. Вроде, все правила уяснили. Осечки быть не должно.

Не должно, это как посмотреть? Один зал в белоснежном замке повелителя, размером чуть не с футбольное поле, а зрительно даже больше. Хрустальная крыша терялась в своей высоте и величие. Даша не представляла того масштаба работы, которая проделана по случаю грандиозного события. Одна только подготовка к представлению рода повелителю стоила выдержки. Чтобы пройти по залу и представиться, уходило около получаса. Каждому роду. Если без заминки. Отдельные главы шли группами, связанными родством, дружбой и соглашениями, что позволялось и даже приветствовалось. Заодно показывалось сплочённость.

Даша и большая часть её детишек ждали своей очереди в отдельной изолированной комнате. За ними должны прийти как раз перед тем, как подойдёт их очередь. Единственное, что Дашу тревожило, так это то, что она все эти дни нахождения так и не увидела сына. Ведь чувствовала, что Аррин что-то не договаривает, и Дима.

Пора. Вошёл в комнату лакей и проводил их к месту общего сбора. Время ещё есть, перед Аррин, Мирр и Димой, стояла ещё огромная толпа суетившегося народа. Чуть в сторонке стоял Родион, аккуратно опираясь на миниатюрную девушку с чёрной косой, нежно придерживая того за туловище, явно в поддерживающем корсете. Намётанный глаз врача «разложил» все подходящие травмы.

А с милой девушкой, видно, что старше его на добрый десяток лет, отношения перешли границу дружеских. Ревностная нотка материнской любви взыграла. О да, девушка оказалась восприимчивой особой и такой же ревностной. Она почувствовала женское негодование - ревность, и с хищной злобой осмотрелась, ища соперницу, которую готова была разорвать зубам. Подходившую толпу щебечущих девушек черноглазая бестия остановила одним взглядом.

Негодование матери по поводу пассии сына сменилось гордостью. Хорошая девочка...

Идти матери на встречу, сын не решился. Побоялся, что она заметит его нетвёрдую походку, подкашивающиеся ноги. Улыбнулся по-детски...

- Мама...

Девушка растерянно осмотрела молодую и прекрасную мать своего возлюбленного. Опустила глаза на округлый живот, и плавно переместилась за спину своего мужчины, вплотную прижавшись к нему. Спряталась. Но не отцепилась. Давая любимому такую важную поддержку.

Да, когда-нибудь, это должно было случиться. Подошла мать к сыну, провела руками по скуле, по торсу, ощупывая поддерживающий корсет. Убедившись, что не ошиблась. Потянулась к изящным ручкам возлюбленной, взяла её ладони в свои, положила их на торс сына. Композиция обнимашки получилась. Теперь этот взрослый мужчина её забота. Пускай она теперь ждёт и переживает.

Толпа продвинулась вперёд. Рассредоточилась, подтянулась. Волнение охватило всех...

Арргон, Аррин, Дима, и тот самый старец с магазинчика, незаметно улыбнулся Даше. Тот самый, которого она вылечила в поселение. И ещё один серый ящер подошёл и встал рядом с её мужчинами. Даша его узнала. Один из бывших пленников. Худющий, но с такой царской осанкой, что сам повелитель бы позавидовал исходившему от мужчины величию и силе. «Кощей бессмертный», откормить, будет ничего такой. Ой, что-то почудилось Даше, что это тот самый самец, бросивший вызов её «змею». Да, бросил! Но взглядом он плавно скользнул по Дмитриевнам, стараясь не смотреть на младшую. А тихоня огорчённо дула губки, и всё время опускала глаза. Ещё чуть-чуть и заплачет.

Мирр одно время, тоже всё поглядывал на свалившееся «сокровище». Его бы воля, он бы их всех племянниц Даши себе прибрал.

Построились они быстро, чуть не по-военному. В нетерпение, дожидаясь, пока церемониймейстер их объявит.

- Почему они остановились? - наивно спросила Даша у тёти Тиа, наблюдая за теми, кто шёл веред ними. А некоторые из толпы представляющихся отошли в сторону, на пятачок, на котором, будто несколько банок краски разлили. С места она не могла рассмотреть всю картину. Но, то, что в середине цветочного узора, черный круг, заметила.

Какие-то непонятные служащие с золотыми наручами, подходили к каждому и что-то спрашивали. Некоторым они рисовали прямо на лице знаки.

- Дознаватели, - понятно и кратко объяснил Аррин обязанность прислуживающих при дворе, - если регламент не будет соблюдён, даже если неправильно встанут в строй, то никто не сможет пройти дальше границы. Первая граница – территория подчинения роду, кто есть кто. – Даша почувствовала, как её мужчина напрягся. Но на неё и старшую дочь, так и не взглянул. Как его дочь, но сестра Даши, она должна стоять не так. И понимал, что, скорее всего, им останется только отойти с позором. Но так, как тут замешана политика, по мозг им потрепят.

В Даше дрогнула душа. Сердце сжалось так, что от боли хотелось зарыдать навзрыд. Все впереди стоящие неё, и в том числе Тирара, Дин и Аррис удивлённо посмотрели на «подарочек», от которого, видимо, придётся ожидать сюрприз и хорошо если один.

- Мы должны стоять в соответствие с регламентом, что ни так? - прямо спросил старец с пронзительными ледяными глазами. – Даша?.. колись!

А там, за толпой, которая уже представлялась, на неё смотрели пронзительно серые глаза повелителя. Провалиться, испариться, умереть...

- Всё ни так, - опустила Даша глаза полные влаги, один взмах ресниц, и по щекам побежали дорожки слёз.

- Давай, я сам расскажу? - загадочно проговорил Аррин, понимая, что время пришло.

- Алиса была маленькой, я не решалась рассказать, а потом, возможности не было, - дальше говорить Даша не смогла, ком сдавил горло, спасло, что начал Аррин.

- Я встретил Дашу на корабле, думаю, не стоит пересказывать при каких обстоятельствах? - сказал мужчина. - При детях не стоит. Я был с женщиной, её тётей.

Краткое содержание их встречи быстро и сжато рассказано. У каждой тайны есть свой срок. Пускай, сейчас, как раз не время. Продолжение рассказа последовало от Мирра, он рассказал, о том, как Даша попала в их караван, как провела в нём два дня.

- А через полгода она пришла к нам в торговую лавку, предложив вот это (вытащил старец из кармана её украшения, серьги и цепочку, отдал Аррину), отдала за ту сумму, что первую предложил. Ребёнок находился у неё за пазухой, я поздно заметил. И браслет она прятала. Старею, наверное.

- Когда я вернулась в общежитие, то поняла, что связь с родными отсутствует, сначала думала, погода, проблемы с самой связью, а когда дозвонилась до тёти, она сказала, что дед улетел на Землю, а родители неизвестно где, и сама она уезжает, так что мне посоветовала учиться, никуда не лесть, а как будут сведения, сказала, что сама со мной свяжется, но позже. Банковские счета оказались заблокированными, днём я училась, а ночью работала. Не выдержав, поехала в Порт-Дал, но замки в доме были заблокированы, я испугалась и уехала. Прошло ещё какое-то время. И я опять сорвалась. Поехала в Порт-Дал. Добралась, а там шумная вечеринка, я оказалась не вовремя, тётя меня выгнала, предупредив, если ещё раз сунусь, она сдадут меня в детский дом или продаст. Угрозу она осуществила.

- Я помню её, - подала голос Алиса, - злющая ведьма, когда ты уехала, она забрала меня и сказала, что ты умерла. И била. Я... помню, как долго боялась засыпать, Тирара меня тогда успокаивала в объятиях. Я боялась, чужих людей, боялась, что за нами гонятся, а потом ещё шакалы. Я думала, это мои детские страхи – сон?

- Тирара позаботилась о том, чтобы вся твоя жизнь со мной показалась сном. Чему я ей очень благодарна.

Их процессия двинулась. Они шли последние, и некому их было подгонять. Океан холодных взглядов всё больше и больше всматривались в лица шагнувших в зал. И как сорвался с места брат повелителя, побежав к последним. Решили многие, что подогнать пошёл. Так, как те уж сильно медлили. Смакуя между собой, какой выговор получит семья будущей жены повелителя?

- Ты нашла её в помойке, - догадался Арргон о том, что никак не могла произнести сама Даша. (Предупреждала когда-то, она главу поселения и его свободных в отношении мужчин, о связях с чужими женщинами, и что делают с таким детьми от легкомысленных отношений, если им всё же удаётся родиться живыми). Аррис твоя двоюродная сестра?

- Да, - единственное, что смогла произнести Даша.

Дирр стоял на месте за последней гранью, последовать за Тишш он не мог. Этикет! Если только… Как много ему в его высоком положении не разрешалось по статусу, что иногда хотелось бросить всё и уйти, улететь вслед за отцом.

На днях, на первом сборе всех глав, было рассказано о последних новостях, творившихся на Злате. Обо всём, что за последние пятьдесят лет произошло на планете. Как их игнорируют, пренебрегают, изгоняют, травят и порабощают. Что делается и что уже сделано для предотвращения геноцида их вида? Светлых белых ящеров живущих в городах, они так не притесняют, что хоть это немного смягчало злобу. Это пока колонизаторы не знали, что они являются одним видом. Как и подвид мраморных с оттенком зелёной и голубой кожи.

Единственное, что Дирр мог сделать, так это попросить одного из знакомых, в толпе застрявших, подключиться к его аппарату. Чтобы понять, что происходит? В чём загвоздка? Почему род его будущей жены задерживается? Дирр слышал всё!

Арриска хотела сегодня представить ему свою «золотую» маму, о которой она рассказывала ему с таким восхищением - любовью. И он, за столько лет знакомства с Аррис, ни разу не поинтересовался, как её зовут? Разглядел повелитель ту, которую считал погибшей, о которой долгое время тосковало его сердце, которую никак не мог забыть. И вот, когда она появилась, забытая тоска, заглушенная и забитая, вновь поднялась из глубин.

Частичка подслушанной тайны жизни. Как хотелось ему коснуться её лица, вытереть с милых щёк слезинки. Прижать... обеих рыдающих сестёр к себе. «Моё», зарычал, проснувшийся зверь. Мало кто понял, что означало гортанное, угрожающее рычание господина. Но то, что это угроза, то да. И кому-то скоро не поздоровиться. Это подчинённые знали, и инстинктивно отодвинулись от своего господина.

- Даша?! - подбежал к толпе брат повелителя, обнял чужую женщину, как свою собственность. Коснулся лица, стёр слёзы. Поцеловал, хорошо хоть не в губы. Заклеймив тем самым.

Родион, которого до сих пор придерживала возлюбленная, тоже показывая всем присутствующим, что это молодой самец занят, не смог стерпеть такого пренебрежительного и унизительного отношения к своей матери. «Змеиная удавка», как кожаным кнутом сдавила на несколько секунд широкую шею венценосного типа. Предупреждающе, что Тишшет переступил рамки дозволенного.

- Здравствуй! Тишшет, - поздоровалась с принцем Даша, - Родион, всё хорошо, это старый знакомый. Он когда-то мне жизнь спас.

То, что он спас жизнь, это просто необходимо было сказать. Иначе, гарантировать «медвежонку» жизнь, она просто не могла. Дима неодобрительно качнул головой, «мол, видишь, до чего докатилась, нельзя так».

Так и быть, застоявшаяся толпа двинулась в путь. По громкоговорителю шло их представление: глава такой, такого рода, такого положения и так далее.

- Вы следили за мной, - сказала Даша, самому старому главе их мужской компании, - приходили к общежитию, иногда в парке. Хотя после того, как второй раз подъехала к вам, меня взяли под контроль. Вы думали, это я?

- Странная девочка, - улыбнулся старик, - откуда же ты такая чувствительная? (На этот вопрос он ответа не ждал, знал точно). Да следил за тобой, присматривали и за ребёнком, когда ты без страха гоняла по диким степям на мотоцикле. Прогуливалась по склонам скал, пела песни ветрам. Присматривали мы за человеком, имевшим доступ к опасным препаратам. Всё указывало на тебя и если бы не браслет…

Дальше говорить не имело смысла. Не браслет, пытка была бы страшной.

- Мы ждали, пока ты закончишь обучение, - честно сказал старик, - следили за твоими связями. Только, связей не было вообще. Ты и ребёнок. Поэтому мы решили проконсультироваться у повелителя. Он должен был забрать тебя с ребёнком. Увести в столицу. Но ты пропала.

- Так это мы её должны были забрать? - хлопнул себя Тишш.

- А ты, как с ней познакомился? - спросил старик Тишша, пока они шли к последней грани.

- Самолёт упал, - напомнил Тишш, происшествие у их земли, - так вот она летела на том самолёте, мы нашли её в горящих обломках, забрали… - Последняя грань стала так близко, и Дирр. Её обида до сих пор не прошла, поняла Даша. Он ей до сих пор не безразличен.

- Он? - коротко спросил Дима, указав на повелителя, а потом на старшего из её сыновей. - Можешь не говорить, и так видно.

Видит он, смотрела Даша на вставшую группу людей в военной форме, при приближении к грани, дружной компании. Дарина всхлипнула где-то сзади, крепче сжав руку белоснежном «цветочку». Вот-вот, не смотрит на свою жену законный муж, отводит взгляд. И он туда же, как и Дима. Изменница! Предательница! А вообще-то, наверное, догадалась Даша, надеется Саша, что жена его не узнает. Изменился он сильно, но...

Группа людей остановилась перед первой границей. Здесь и сейчас следовало выяснить все нюансы. А ведь только с Алиской разобрались. А как же Родион? Если Аррин сейчас представит его, как своего сына, назад пути не будет. И его отцу придётся смериться. Со своего величественного места, подхватив маленького сына на руки, спустился сам повелитель. Алиса встала бок о бок с Дашей. Немного помявшись, а потом ухватившись за её руку. А старшего сына поставил рядом с собой Тишшет, тем самым заняв вторые места в «семейном древе». На первое, перед ними, встал Дирр, передав и второго своего сорванца младшему брату.

«Океан» людей заволновался.

- Почему ты сбежала? - прошипел «змей», обратившись к Даше.

Правильно, кто же ещё будет виноват, как не она? Обида, боль, низ живота потянуло, заныло. Подошёл дознаватель, внимательным взглядом оценил стоявших.

- А если тут присутствует мой законный муж, он тоже должен стоять рядом с нами? – наивно спросила Даша. А что? Ей, как чужачке, простительно.

- Законный муж должен! – подтвердил, дознаватель.

- Вон тот со шрамами, - кивнула она на Сашу, державшего в руках увесистую папку с документами.

Один из дознавателей сходил, проверил документы и привёл указанного человека, поставив его на его место. Опять первая линия глав сместилась. И, наконец-то, процессия перешагнула через первую границу.

Ну, вот! Как, оказывается, семейные тайна переплетают разные семьи, народы, интересы политики.

Процессия поравнялась с рисунками и знаками на полу. Дознаватель, что провожал их до знака, предложил сойти со своих мест тех, кому приходилось убивать.

Дирр, Аррин, старик, Мирр, Саша, незнакомый серый ренн, стоявший рядом с главами, и Арргон шагнули вперёд. Неосознанно и Даша сделала с ними шаг. Чёрная бровь дознавателя дёрнулась. Аррин, ответил, что это они разрешили ей свершиться мести.

- Ещё она отравителей сожгла, - вздохнул старик, пожаловавшись, но с какой-то гордостью. – Лишила старика возможности отомстить.

Назрело, но мужчины гордо молчали. Им ещё эту границу перейти надо, а там, разговор по душам. Мужчины уже переглядывались, давая понять, что придётся соперничать. И лишним, лучше бы здесь и остаться. Отступить. Но все стоявшие в первом ряду оказались цепными псами войны.

- Военным, действующим по приказу, до десяти жертв, второй серый круг, - дал дознаватель указание Саше. - Больше. Шаг к чёрному кругу. Больше ста, ещё шаг. Больше тысячи – ещё. Месть, - задумчиво перевёл сосредоточенный мужчина взгляд на Дашу. – Вам надо встать в центр. Одна жертва, один шаг на меня.

Так получилось, что она оказалась в центре расположенного на полу рисунка. И взгляды её мужчин устремились на неё. Встал дознаватель перед ней, вглядываясь в её глаза. На его лице, благородном, с утончёнными чертами истинного аристократа, не было заметно ни одной эмоции. Словно серая маска, безжизненная, холодная, высеченная из камня настоящим скульптором. Короткие чёрные волосы. Тонкие брови… Изучала Даша утончённую фигуру. Вроде, совсем на её мужчин не похож этот индивид. Хотя и высокий, и размах плеч, внушающий доверие. Но какой-то другой. Присмотрелась она к другим дознавателям, ещё двоим, которые встали напротив её «змея искусителя» и «Кощея Бессмертного». Действительно, только частично они похожи на серых ящеров. Другие они. И по манере двигаться, и по взгляду. И вообще… Движение началось. Мужчины пошли к ней навстречу. Шаг, второй, третий. Дирр остановился ближе всех. Сколько вопросов у него было к ней? Как хотелось обнять…

- Смотрите на меня, - отвлёк дознаватель женщину. – Сейчас вы должны вспомнить первого.

Ага! Как будто это так легко сделать! Вспомнить? Дотянулась Даша до своих волос, вытянула голубую ленточку, нащупала первую стяжку.

- Я не сбегала, услышав, что мой город всего лишь за скалой, я пошла домой, так как провожать меня вы отказались, - вздохнула беременная женщина, пряча за этим действием ноющую боль. - По пути наткнулась на людей. Так как я работала в инфекционной больнице и часто прогуливалась по степи, поняла, что это те самые, кто травил животных. Это была не месть. Проверив машину, увидев ампулы. Я совершила самосуд. Убила двух мужчин. Сожгла их в машине. – Дознаватель отступил на два шага назад, дав женщине место для её наступления.

Она рассказала, как пришла в город, но не успела. Тётка, прознав, что племянница была на том самолёте, забрала Алису. И ей пришлось ехать в Порт-Дал. И что там Лиза привела в исполнение свою угрозу. Её продали торговцам живым товарам. Но ей удалось их обхитрить. Убив одного из покупателей, она сбежала. И за ними началась погоня. Она защищалась.

- Я не смогу вспомнить всех, и не знаю, все ли отнятые жизни отметила, - протянула Даша ленточку дознавателю, читающему её разум и чувства. – Здесь сорок девять душ.

Дознаватели выполняли функцию судей. Если они решали, что испытуемый совершил неправомерное нарушение – преступление. Превысил самооборону. Они ментально могли заставить сердце не биться. Задушить взглядом. Но этот о чём-то своём, подумав, достал с кармана коробочку, похожую на футляр от очков, открыв, достал оттуда тонкую кисточку. Помакав во что-то в той же коробке, нарисовал на лице испытуемой какой-то узор. Лоб, скула и до подбородка. Чувствовала Даша, как приятно щекочут мягкие ворсинки её кожу. Даже расслабилась от удовольствия. Ещё бы чуть-чуть и замурлыкала. И даже тянущая боль прошла.

Закончив. Её дознаватель, не сводя взгляда с женщины, начал отступать, вроде как, чтобы рассмотреть получившийся рисунок. Отошёл и опустился на оба колена, склонив голову.

Дознаватели сказали своё слово. Они достойны признания. И могут пройти дальше. А дальше… Саша подошёл и забрал голубую ленточку у жены.

- Это я виноват, - произнёс суровый мужчина. – Думал, что такого ты меня не примешь. Прости!

- Документы о разводе, надеюсь тут? – попыталась Даша улыбнуться, показать, что всё в прошлом. В дипломате у него лежали разные документы. Да и сам дипломат выполнял функцию ноутбука с выходом в их систему связи, чтобы сразу зарегистрировать достигнутое. Тут и копию снять можно было. И электронную версию сделать на носителе. Печати и подписи тоже двух видов. Если кому-то чужому попадёт всё, что он держит, им капец. И всё это дали ему. Положительно кивнул ещё муж. – Тогда, дай я посмотрю и подпишу, а вы… - кивнула она в сторону остальных претендентов, жаждущих уединиться и поговорить без свидетелей.