- Надо же было так попасть, - бежала Мира, бурча себе под нос, начав, наконец, тренировку.
Наконец, так как не бегала она от души почти месяц. Лишь только осмотревшись, облюбовав достаточно большую территорию на нижнем уровне, явно, зачастую и использующуюся местными для такого не просто бега с препятствиями, а настоящего кросса с безумно сложной проходимостью. Красота! Естественно, что и время выбрала тихое, когда все, почти все местные спят.
Привыкшее к усиленным нагрузкам тело с наслаждением отзывалось на милое сердцу занятие. Вот только, колено время от времени подводило, то, за которое зубастая ящерка её укусила. Ноги в хищном мире определяют степень выживаемости, для Ярамиры именно это и важно, а не то, сколько на них шрамов, теперь ещё к таким неприятным ощущениям, отзывающимся на движения, прибавились травмы, которые нанёс Рад. После даже незначительной нагрузки обе ноги в ступнях горели огнём. «На каждое действие есть противодействие!» Не сдавалась наивная, считая, что всё можно решить. И с болью можно справиться, так как она – боль, всего лишь часть её. И правда, нашла девушка подход и к ней: если тянуть носочки – бегать на носочках, боль становилась терпимее.
Бегать, конечно, можно было и в самом городе под куполом. Там таких площадок завались. Но нет! Мире тесно в городе, не физически - морально.
Сам город под куполом рассчитан как минимум на миллион жителей – это если под завязку, если потесниться. Он же служил своего рода спасительным островком – бронированной крепостью или спасительным храмом. Постоянно в нём жили только жрицы рода и некоторые привилегированные, плюс некоторые главы рода и дети, оставшиеся без попечительства родителей, подрастающая часть женского населения и учителя. Учёные и медики – они также имели свой неприкасаемый угол в закрытом городе. Как и военная каста хищных воинов.
Мира попыталась определить, сколько примерно жителей постоянно проживает под куполом в этом городе. Поняла, что не больше десяти тысяч. И самое интересное, почти восемьдесят процентов населения женщины. Даже среди подростков просматривался чёткий перевес – один к трём. С одной стороны можно было позавидовать мужикам – любой нарасхват, а у него самого огромный выбор.
Захромала – остановилась, с какой-то горечью осмотрела себя, сравнивая с существом из своего сна, внутри которого просматривалось вместо сердца пульсирующая искра. И нашла сходство своего тела и обычного озера, в которое бросили камни. Через некоторое время озеро успокаивается, а камни так и остаются лежать в нём. Так и её тело, получило травмы, которые со временем зажили, но время от времени боль напоминала о себе, о том, что случилось. Кто бы знал, как Ярамира была зла на "каменного истукана" в такие моменты всплывшей из глубин боли.
Из тренировочной площадке, где ярые приручали питомцев, послышался знакомый рык (Рад и Малой). Удивилась Мира, посчитав, что она во времени потерялась, задумалась, забегалась, загулялась и нечаянно пропустила «утреннее построение» перед хозяином. Жаль, местными часами она так и не обзавелась, а хотелось. Обычно, утром Рад не торопился вставать и Мира, зачастую, будила его своим явлением. Да и охрана на дверях никуда не делась, поняла девушка, что на многих дверях пришедших с ними хищных воинов такая охрана имелась, и не понимала – зачем?
Правда, не каждое утро Мира успевала прийти, пока хищный воин нежится в постели. Заметил «каменный истукан», что она гордо отказывалась от всего предложенного угощения, даже от сочных фруктов, если он уже поел, и даже если просто отложил ей вкусненькое. То же самое было и вечером, если он успевал притронуться к еде, прежде чем Мира отберёт себе лучшие куски, от пищи она категорически отказывалась. Бестия! «Фи!»
Как поняла обеспокоенная девушка по рычанию обоих, никак не хотел Малой подчиняться новому вожаку. Особенно приносить и отдавать, когда можно схватить и съесть или потрепать игрушку. Никак он не понимал, что от него хотят. Подкралась Мира к специальной огороженной территории, негодуя, что обижают её малыша. Увидела, как Рад, не сумев добиться подчинения щенка, рассвирепел - "сорвался". Заметила она, как помутилось хищное сознание ярого мужчины, затуманились мёртвой тенью глаза. Это было то, что однажды напугало её, и сейчас это что-то зловещее чувствовалось ею на энергетическом уровне. Показалось, что даже воздух стал плотнее, дышать стало тяжелее.
Обезумевший двуногий хищник изломал железные перекрытия на площадке и кулаками разбил деревянные щиты. Девушка испугалась попасть под "горячую" руку. Испугалась за щенка, хотела броситься вперёд – защитить своего маленького зверя, успокоить ярого… оба они её.
Нет! Не обидел ярый малыша, даже оплеуху не дал. Впереди ещё много времени для дрессировки, понимал он, что торопиться в таком деле нельзя.
Мира привлекла внимание издалека, намеренно и расчётливо, за ранее набросав целый план действия - взаимодействия. Проколов быть не должно. Проснулась в ней дикая хищница – охотница до игр, и с радостью подключилась к делу, своими осторожными и плавными движениями, словно подкрадываясь к добыче, но держась на безопасной дистанции, очертила движениями круг. А плотность воздуха и вправду изменилась, почувствовала дикая невидимые, но ощутимые её нутром изменения. Казалось, вот-вот и от этих изменений зашкалит. "Как сильно бьется сердце", - уловила она биение, но не своё.
- Можно, я уведу его в вольер? - тихо, почти шёпотом, спросила милая, очаровательная девушка, само совершенство, разрешения.
А разрешения ей и не требовалось, взяла она щенка и увела. Они оба прекрасно понимали, что в таком состояние продолжать Раду тренировку невозможно - нужен перерыв. Мира увела щенка, а вернувшись, прибралась: убрала с площадки всё, что починить не представлялось возможным. Рад тоже уходил: принёс сварочный аппарат и заварил выломанное железо, убрал тяжёлые сломанные конструкции.
Пока они работали, Мира мило улыбалась мужчине, ловя его взгляд на себе. А может, это он ловил её интригующий золотой взгляд...
Управились они скоро, и пошли к себе. Вернее, девушка поплелась за мужчиной в его логово, игриво и наигранно улыбаясь. «Хищница!»
Его ремни с потайными замками ловко поддавались её гибким пальцам. Стоило ей только дотронуться до них... И то, что Мире нравится раздевать, и делает она это уже не первый раз, чуть ни на лбу высветилось у неё, скорее в счастливом блеске глаз.
Рад отдался в её руки, не сопротивлялся. Даже старался выражением лица сохранять некую повседневность, будто она его каждый день так балует. Боялся он больше напугать её, вспугнуть. А рыжая бестия взялась за большее, она направилась в ванную и набрала ему ванну. Пока Рад опускался в воду, Мира застенчиво опустила глаза. Ярый заметил, как вспыхнул румянец на нежном лице. Ему нравилась, когда она смущалась: ей это шло. Он улыбнулся, лучше сказать, оскалился, но быстро "надел маску серьёзности". Интересно ему стало, как Мира будет действовать дальше. она ведь всё понимает? Обнаглевшая девушка подошла и присела на край ванны.
Рад ей нравится, действительно нравится, как мужчина. И злит её, ух, как злит! Так, что зубы от негодования порой сводит! Рядом с ним она чувствует себя слабой, хрупкой и беззащитной. Её руки скользнули по мощному телу, шеи, плечам. Ничто не отвращало, ни его запах, ни его дерзкий, надменный взгляд…
Рад не шевелился, он прекрасно понимал, что она изучает его. Её длинные пальцы проникали в густые пряди его волос, нежно намыливая, слегка касаясь его кожи, длинными заточенными, как у хищницы, когтями.
Он боялся спугнуть её. Боялся, что она испугается - замкнётся. Он не хотел пугать её, не хотел, чтобы она его боялась. У него ведь тоже, никого нет. Вернее, больше никого в живых нет, тех родных, которыми когда-то дорожил. Он хищник, а она всего лишь ребёнок. Робкое сдержанное дыхание завораживало своей невинностью. Чувствовал «каменный истукан», как она замирала, стоило ему пошевелить ноющими, «забитыми» мышцами плеч, рук, спины. «Сейчас бы массаж».
Мира пыталась не показывать, что она прекрасно знает физиологию и анатомию. Она боялась, что не сможет объяснить ему источник своих знаний. Например, как знание древнего языка. Хотя...
Какие у неё могут быть знания? Она догадывалась, что он думал о ней: маленькая глупышка - отродье охотников, пригретое одним из его сородичей. Чувствовал, что не просто касается его девушка, не просто изучает - сравнивает с другим мужчиной. "Жаль, что не встретились раньше, до смерти", - непроизвольно сжались разбитые в кровь кулаки. Мира заметила проскользнувшее негодование. Естественно, подумала, что это она что-то не так сделала - опять!
Рад заметил "печальную тень" в настроении своей малышки. Коснулся её руки, желая написать прикосновением кое-какие слова, даже, как обычно, подколоть захотелось, но не тут-то было. Мира посмотрела в спокойные глаза своего хозяина, и сама не поняла, что произошло, что так её вывело. В один прыжок оказалась девушка высоко на тонком выступе скальной имитации стены ванной. Куда там, на выступе сидел обезумевший "дикий зверёк", готовый напасть в любую секунду, если ярый мужчина попытается приблизиться. А в глазах… тьма...
«Чёрная?» - вот новость, осторожно, чтобы не спровоцировать «дикую кошку», покинул хищный воин свою ванную, прикрыв за собой дверь. Ретировался! Да?! Признаться, он такого поворота не ожидал. Всё рухнуло, всё, что он думал о Мире. Почти всё! Охрана на дверях недовольно оценила решение хищного воина отгородиться от мира, прикрыв плотно главную дверь. Ещё бы, бежать бы ему вприпрыжку и рассказать о новости, которая бы непременно освободила его от такого непредсказуемого довеска. Но, нет! Мужское хищное нутро ликовало: она его собственность.
Девушка вышла минут через тридцать: свежая и румяная, с мокрыми волосами. Приземлилась в кресло, как обычно. Рад пригласил её, как всегда, молчаливым жестом позавтракать с ним. Еду вот-вот должны принести. Говорить о том, что произошло, не имело смысла. Оба знали, что скрывать долго Мира такое не могла: её «чёрная» кровь в активной фазе сполна проявила бы себя, в любой момент. И вот сейчас она показала свою причастность к ярому роду, к одному из «чёрных» родов. «Чёрная» и к тому же дичалая или просто дикая - жгучая смесь в одном человеке. Человеке ли? Тоже вопрос. Как он знал, активно «чёрная» кровь проявлялась только с определённым набором ДНК. Подозреваемые на роль хозяев бестии, сужались. Теперь всё стало понятнее, почему у милой на вид девушки такой скверный характер. «Дикие» практически никому не подчиняются. Но с дикими «чёрной» крови немного другая ситуация.
А как быть с тем, что "чёрная" кровь не передаётся даже полукровкам, а смескам тем более. Насколько ему было известно, получившие такой "дар" инородцы умирали в младенчестве.
Пригласил Рад "чудо" разделить с ним еду. На этот раз пригласил, даже попросил, даже на шантаж перешёл, совсем чуть-чуть, такой жалостливый, что если она с ним не разделит завтрак, то и он есть откажется, до самого вечера. Подлец! Опять что-то задумал. Словно щенка, он решил прикормить её, приучить брать еду с его рук.
Мира помялась для видимости, есть она хотела. Такой дикий приступ и аппетит будил зверский. Одноразовое питание для её молодого и цветущего организма маловато. А если учесть, что сутки длились около семидесяти часов, за каннибализм её очень скоро казнят. Переступить, через кухню в девичнике у неё духу не хватало. Царившая там постоянная суета: посиделки, чаепития, хихиканья. Не раздражало - нет. Просто она не знала, как себя вести там, что можно брать?
Какие у неё права, она не знала, никто ей не объяснил. Рад только предупредил, чтобы она не создавала ему проблем, он думал, что она нормальная девушка и знает, что да как. И ей, как и всем новоприбывшим, всё объяснят.
Никому не пришло в голову, что она не понимает их языка. И то, что никто не подходил к ней, чтобы что-то объяснить, разъяснить, так Рад сказал, чтобы его девушку не трогали, дали освоиться, осмотреться. Местные женщины, отвечающие за порядок в девичнике, тоже не совсем понимали, как вести себя с такой как она, с обнаглевшей девушкой хищного воина. Думали, что не общается она с ними, потому что зазналась.
Видела Мира, что время от времени приходят довольно взрослые женщины в девичник. О чём-то препираясь с молодёжью, разбивая их на группы, уводят. На Миру они смотрели с любопытством, улыбались, что-то говорили. И всё издалека. Но на этом всё! Нахалка же не отвечала, иногда, она демонстративно отворачивалась, и никогда не здоровалась, ни с кем. Она просто не знала ничего…
- Точно не помешаю? - спросила "дикая хищница" не требуя ответа.
Просьбу-то свою она не успела ему изложить. Теперь не знала, как быть и с чего начать. Вообще, как «каменный истукан» теперь посмотрит на её просьбу, после такого выступления – заявления о себе. Объясняться она не собиралась. И он это знал. Бросил девушке сухое полотенце и пошёл открывать двери, которые только ради неё и закрыл, так как не знал, насколько отчётливо она себя контролирует, долго ли продлится такое безумное состояние. Продлилось не долго, что обрадовало, и адекватность на лицо. Глаза только выдавали…
Девушка улыбнулась своей милой детской улыбкой, заметив его подёргивания плечами, и уже набросала план действий. Опять!
Вот так, даже не обидел. Такой заботе Мира улыбнулась - слегка. Хоть штаны одел, осмотрела севшего на пол мужчину, занявшегося изучением очередной партии «железа», даже не повернувшегося в её сторону, когда она сняла своё платье и замоталась в сухое. Всем видом показывал он, что у него есть более важное и интересное занятие, чем голая девушка.
Итак, решилась так иди до конца, подошла к "грозному повелителю" "робкая лань". На вид робкая, но он знал: теперь знал, какой притаившийся хищник скрывался в её тьме. Дикая хищница!
- Радость моя, я бы ещё кое-что хотела попробовать, - перешла девушка в наступление и...
Что-то упало из могучих рук - звякнуло. На секунду мужчина замер, бросив на милую, мимолётный взгляд. Взгляд, который, то и дело, цеплялся за молодое девичье тело. Фыркнув на девушку, хищный воин продолжил своё занятие.
- Да не об этом я, как насчёт массажа? – хихикнула над растерянностью грозного мужчины, обнаглевшая особа.
Повторил заколебавшийся "фи", но нет - не последовало. Мира, радостно подпрыгнув, завизжала. Один шаг на встречу её «коварному» плану сделан. Потянула «подопытного» на довольно жёсткую кровать. Сначала, она его просто погладила, острыми когтями по спине.
- Теперь, постарайся не шевелиться, - встала "дикая кошка" ногами на его широкую спину.
Ярый не возражал, он, действительно, устал. Девушка, разминая ногами его тело, дошла до шеи, размяв плечи, руки до локтя. И так всё делала, увлечённо, пытаясь не пропустить ни один мускул, связку…
Наконец, в дверях показался завтрак. Ярый давно почуял идущих. И сел, только когда Мира встрепенулась, увидев поднявшихся по лестнице женщин. Не понял, зачем Мира спряталась за его спину, от кого?
Последняя уходившая женщина, пожелала приятного аппетита. Обоим пожелала приятного аппетита. Ушла, от зоркого опытного взгляда взрослой женщины не скрылась женская одежда и спрятавшаяся за мужчиной хрупкая девушка. Рад слышал, как глубоко вздохнула прижавшаяся к его спине "малышка". Он чувствовал её дыхание на своём теле, прикосновение груди... Фыркнул. А спине, и вправду, стало легче.
Через непринужденную беседу, не обидные шуточки, подколки, игры в «сороку-белобоку», не совсем приличные во время еды жесты, как и ожидалось, Мира начала брать еду с его рук. Хозяин даже налил ей терпкого вина, глоточек.
Какой завтрак, наслаждалась изголодавшаяся девушка. Рад наслаждался блеском её глаз, в тёмной бездне которых сверкали звёзды - мерцали. Тьма в глазах отступала медленно…
Он видел и общался с женщинами «чёрного рода». Многие из них имели такую доминантную черту, как чернеющие глаза. Но, чтобы «диких»..., такая черта в основном присуща мужчинам. Если бы он знал о её качествах раньше, прежде чем... Точно, никто бы её ему не отдал, и тем более его бы не сослали. А ей всего лишь надо было сказать на собрание, что она из рода «чёрных». И никто бы её не тронул, её бы отдали первому попавшемуся «чёрному» роду. И ему, свободному хищному охотнику, не понадобилось бы ручаться. Проблема с ножами, что он отобрал у неё. Они относили девушку к роду «огненной звезды» или «пламенное солнце». Трактовать написанное можно несколькими вариантами, домов у рода «солнца» не осталось. Говорили, что последний купол «солнца» сгинул в бездне и сгорел в лаве. Говорили: ходили слухи, но...
И ножи Рад отдал вместе с топором, именно потому, что владеть ими могла только жрица «чёрного» рода. Точнее истинная жрица из ярых – наследница ара, а не смесок. Опять ничего не клеились в его домыслах. Кто на самом деле эта девушка, человек или…
- Ну, всё! – откинулась в кресле бестия, - наглоталась, как удав. Вернее, месяц теперь переваривать буду. Кстати, мы кажется здесь больше месяца по-местному, а у меня такое ощущение, что мне здесь всё знакомо, будто я здесь когда-то была, видимо, в прошлой жизни...
«Врождённая память», - отозвался мужчина знаком.
Девушка нервно коснулась своих маленьких ушек, убедившись, что они остались прежними, хихикнула. Вина Мире не хватило, а простой воды идти и пить до крана не хотелось, подлила она себе ещё напитка. Рад попытался отобрать у неё бокал, но девушка хищно улыбнулась, скорее, оскалилась: соблазнительно угрожающе. И того хватило, чтобы в голове появилась призрачная лёгкость, в глазах заискрились игривые солнечные зайчики, по телу разошлась слабость - потянуло её в сон.
- Может, всё же разрешишь мне присутствовать на тренировке. Ну, пожалуйста! Нет-нет, - после секундной паузы продолжила девушка, заметив тень в застывшем лице своего "каменного тигра", - я не буду мешать, и вмешиваться не буду. Честное слово! - и как бы закрепляя свою клятву, коснулась рукой сжатой в кулак своего сердца, - я подумала, может тебе захочется попробовать тренировать сразу двух "диких зверят", попытаться приручить. Или ты думаешь, что я не понимаю, что ты делаешь?
Ага, зацепила...