- Ты идёшь по старому пути мёртвых, он уже несколько сезонов как не используется, - шёпотом произнесла девушка, как бы про себя.
«Путём мёртвых», ярые назвали тропу, по которой смрады выходят из своих болот, найти её удача для охотника. Удача, в смысле, выжить после…
Воин не пошевелился. Он знал, примерно лет сто назад, он был на этом месте. Первый и единственный раз. Мало кто рисковал подойти ближе. Мало кто возвращался, мало...
Подумала она проводить его к новой дороге, к неминуемой смерти, да понимала, что затея бессмысленная. Нет! Вряд ли, он ей поверит - послушается.
- Ну, что тогда сидим? - возмутилась девушка, - пошли, разомнёмся.
Не успел он ничего сказать, нахалка запрыгнула на его пса и скрылась в тумане. Его приказ питомцу: вернуться, также исчез в пустоте. Нет, из глубины послышался рык: пёс нашёл следы тварей и позвал хозяина...
Девушка держалась так, чтобы ярый не терял их из вида. Шли они несколько часов, шли крадучись, шли осторожно. Если честно, всё это время, хищный воин наблюдал за девушкой. Он не верил, что она могла знать местность. В нём взыграл другой интерес – охотничий азарт. Неподчинение приказам карается смертью. И не важно, зверь это или человек. Сжав копьё, подумал бронированный великан, что рука на этот раз не дрогнет. Вот! Чуть-чуть ближе...
Где-то вдали слышались приближающиеся раскаты грома, небо над головой сотрясалось, грозясь обрушить ледяные столбы. Порывистый ветер всё сильнее раскачивал макушки великих деревьев, грозясь спуститься ниже, коснуться болотной жижи. Любое неловкое движение грозило гибелью. Всё и все грозили гибелью!
Девчонка шла, не оглядываясь, но часто останавливаясь, пытаясь уловить что-то необъяснимо-незримое. Её чувства обострились, только усилив не зрительные и осязательные способности, а энергетические и ментальные. Сущность в ней расправила свои крылья как антенны и настроилась на исходящие волны, отсеивая незначительное. Через прикосновения, то к дереву, то к земле, то к камню, то просто вслушиваясь в мир. Мир, который погрузился в кромешную темноту, когда наползла чёрная туча. Двуногая хищница, чёрными, как бездна, глазами, оглядывала свои владения. Она здесь хозяйка!
Она и вправду знала, где проходила тропа смрад, знала, как обойти её стороной. Но…
Пёс подал хозяину знак: смрады. Если честно, ярый даже растерялся. Он как раз настиг их. И только ждал, когда нахалка соизволит оглянуться, а она, как назло, ни разу не посмотрела в его сторону. Задумавшись, как поступить с неслухами, пропустил он то, что сказала девушка.
- Тебе дальше нельзя, тропа извилистая, а дно покрыто склизкой чёрной смолой и сейчас оно скрыто под водой. Уровень воды поднялся, а это значит, что у госпожи-смрад теперь больше возможности напасть. Нужно быть предельно осторожным и держаться немного левее, там скальные выступы, как лезвие острое, дальше, если ты оступишься, тебя оно не выдержит, и пса зазря погубишь. И мне здесь опасно: ветви тонкие. Одна из троп в этом сезоне проходила чуть дальше. Я помогу тебе, сослужу роль приманки, так и быть, ещё раз. Попробую привлечь тварей, отвлеку их, поведу. Вы только не прозевайте. Вон там, - указала направление девчонка с взглядом хищного зверя, - небольшая поляна - островок, ветер разрывает в том месте аномальный туман, времени будет совсем немного. Твари большим количеством не побегут. Если побегут значит, кого-то сами они втопчут в трясину, главное будь внимателен, я не могу сказать, сколько их...
Ярый молчал. Он никак не мог понять, о чём она. Зачем? Заморосил дождь, девчонка раскрыла лицо, взглянув куда-то сквозь пространство. И сверкнула молния, отразившись в её глазах ярким пламенем, на мгновение, осветив её мокрое от дождя лицо. Как ярко блеснули ужасные шрамы на её прекрасном лице, только сейчас заметил хищный охотник, что она красива, действительно, красива.
Молнией мелькнула мысль в голове мужчины, что перед ним не ребёнок, не девушка - хищница.
- Только, - шепнуло само очарование, слизав языком дождь со своих, как прекрасный цветок, сочных губ, - ты мне вернёшь моё оружие. Оставишь их на том огненном островке.
Они оба прекрасно понимали, что ещё неизвестно, кто на кого поохотиться. Они не могут знать, на чьей стороне будет удача. Так что возвращение оружия не обговаривалось. И точка!
Девушка всё сказала, и уже было повернулась, чтобы скрыться. Но неожиданно даже для себя совершила глупость: развернулась и быстро подошла к мужчине. Ей хватило одного мгновения, чтобы встав на его железный наколенник (так как она ему макушкой, даже до сердца не доставала) одним движением открыла лицевую часть его шлема и, обняв, поцеловала в заросшую щёку. Тьма не дала рассмотреть его, даже увидеть его глаз. Она и не пыталась...
Ярый стоял в замешательстве, наблюдая, как девушка расплывается в сгущающемся мраке, как улыбается она в темноте – ухмыляется тьме. На секунду её силуэт замер, и мужчина с облегчением выдохнул, решив, что всё это шутка. Но девушка, оказалось, остановилась перед прыжком, чтобы попрощаться жестом древних ярых: «до скорого», и скользнула в темноту, в ТЬМУ.
Всего один прыжок в бесконечную пустоту и девушка исчезла. Как не пытался опытный охотник, но не смог даже определить, как и где именно она прошла, чтобы скрыться. Так быстро и так стремительно всё произошло, что позавидовать мог бы и сам. Почему-то захотелось, чтобы нахалка обманула его, убежала, и никогда больше не попадалась на его пути. Нет! Она делает это, чтобы вернуть себе дорогое оружие, что-то ему это не очень верилось. Зачем? Он его в любом случае не отдаст.
Он почувствовал, как вздрогнуло девичье тело, когда она обняла его. Он догадался, что она еле сдержалась, чтобы не зарыдать. Сердце в его груди вздрогнуло. Он ещё долго чувствовал прикосновение её влажных губ, к своей заросшей щеке. И он злился! Злился, потому что не остановил её, и не знает теперь, будет ли это - "до скорого". Она с ним попрощалась.
Ветер доносил до него обрывки песен. Она пела на древнем языке ярых, теперь он хорошо слышал, пела последнюю предсмертную песнь, с которой воины идут на верную гибель. Не в силах ничего изменить, он бежал к тому злополучному островку…
«Уходи, уходи, уходи...»
- Всё выше, и выше, и выше, - подбадривала себя девушка, напевая разные песни, стараясь не думать, что она делает. Стараясь вообще не думать. И то, что песни на ум приходят импульсивные, ритмичные и воинственные – так это на руку. Смысл она понимала, только, когда успокаивалась.
Ветер предательски помогал, подталкивая в пасть к тварям. Она нащупала среди хлипкого месива каменистое дно, уходившее далеко вглубь болота. Про выступы, хорошо, успела сообщить своему истукану, главное, чтобы он не подошёл слишком близко, чуть попозже... может быть.
Раскаты грома оглушали, заглушая её голос. Молнии врывались на краткий миг в этот тёмный мир, освещая ей дорогу к неизбежному.
Бешено билось сердце в груди, угрожая вот-вот выскочить, выпорхнуть, сломать свой каменный панцирь и...
И замерев, на мгновение, вглядевшись в сверкнувшую вдали молнию, девчонка рванула с места. Одновременно рванули и смрады, замерев лишь на мгновение.
«Демоны рванули за заблудшей душой».
Сколько тварей? Расстояние? Не сейчас! Что-то надломилось в её душе за то время, что она провела рядом с ярым хищным воином. Как тогда, когда она тайком сопровождала одинокого путника. Если тогда она чувствовала сомнение, то теперь… в груди скребло так, что от боли хотелось выть. Она поняла, что больше не может так жить, в одиночестве, без живого общения, без «человеческого» тепла. Нет! Так и быть, сегодня решится ВСЁ.
Как не быстра «молодая хищница», другие твари Хищного мира куда быстрее, проворнее, выносливее человека, пускай, даже не совсем человека, даже с запасом прочности. Но это их стихия! Это их мир! И она здесь добыча сильнейшего.
Хищница?! Нет! Убегала от тварей не хищница – загнанный «зверёк», который к тому же, начал оступаться, проваливаться в чёрную жижу, то ветка гнилая приостановит её бегство, то наступит нечаянно на змею, то поскользнется и, ударяясь, полетит вниз. Но девушка тут же - спохватывалась и бросалась дальше. Пробегая островок, на который она указала ярому, успела выкрикнуть – «до скорого».
«До скорого!» Сквозь оглушающий гром расслышал мужчина прилетевшее из темноты прощание на древнем священном языке своего народа, но саму девушку он так и не увидел. Сквозь заросшие кусты, прямо по болоту, на него бежали зубастые твари, он слышал их специфическое движение, шипение. Приготовился к привычной тактики боя, не забыв поблагодарить небеса, что всё так удачно, и они (смрады) ещё не заметили его. Отвлекающий манёвр нахалки сработал – не признать он не мог.
Погоня длилась недолго, но девушке казалось, что прошла целая вечность. Она чувствовала, что ещё чуть-чуть и всё, - просто замертво рухнет, сгорит, как свеча. От стремительного бегства быстро забились мышцы ног – травмированное колено дало о себе знать в самый неподходящий момент, как на несчастье, именно сейчас.
Всё...
Быстро закончились спасительные нагромождения деревьев, сваленные лабиринтами. Когда же перед ней открылась поляна ядовитой растительности, свернуть она не смогла. Из-под звериной маски показалась улыбка, всё-таки где-то в глубине души не потеряла она надежду на лучшее. «Надежда умирает последней!»
Что произошло на лугу, она так и не узнала. Ни сколько удалось пробежать по нему, да и вообще. Лишь темнота. Темнота мягко придавила её к земле, отключив сознание. Всё!
Хищная растительность отреагировали на движение, на вторжение, выпустив в воздух фейерверк острых жал, насыщенных ядом. Темнота, тишина, умиротворение...