Но приятным перекус назвать было нельзя. Остаток водянистой булки, и во рту Гаста снова сухо. Учитывая надвигающуюся войну, несколько суток пришлось бежать без устали. Глядя на неутомимого Ровальда, сил прибавлялось и у разведчика. Надо предупредить Тесио. Хотя, разумеется, там наверняка всё знали.

По пути чудом встретились съедобные ягоды, которыми Гаст вдоволь наполнил свой желудок. Так удавалось продержаться. Но не знал Гаст, что Ровальд точно так же удивлялся стойкости разведчика. Так что, их восхищение оказалось взаимным.

Вот высокие стены Тесио, под которыми кишела строевая подготовка. Спешно выкапывались рвы. Видимо, известие о неприятеле пришло недавно. Ворота раскрыты, но стоило приблизиться, как их остановила стража, выставив зажжённые вибро-клинки. Подняли щиты. Готовые в любую секунду прикончить, не смотря на длинный послужной список разведчика-героя. Они знали, что это он. Все знали.

-Вы чего? – Спросил Гаст, привычно держась на спине Ровальда. Кажется, они приросли друг к другу. Слезать не хотелось. Да и не было сил. При первой же попытке свалится как проткнутая стрелой птица.

-Сначала нам покажет лицо вот этот. – Указал на Ровальда стражник. – Да и ты не без греха. Тут такое случилось... Ты сам под подозрением.

Никто не вспомнил Августа. Никто. Но, это не самое главное. Что могло случится такого, от чего, он под подозрением? Подумал Гаст.

Ровальд, вопреки опасно приближенных к лицу вибрирующих клинков, не шелохнулся. Чем поражал стражей. Он молча следил за развитием ситуации, и Гаст знал, что Независимый может всё повернуть в любую секунду. Лучше даже не знать, насколько радикально. Чего стоил разрыв червей? Что уж говорить о тесионских доспехах? Если он не хочет показывать лицо, он его не покажет.

-Не хотите показывать лицо? Ничего, это не проблема, мои дорогие изменники. Сейчас принесут прибор! – Запугивал стражник. - Гарри!

Гаст еле слез, покачиваясь, норовил упасть в любую секунду. Сканирование выдало зелёный свет, и к нему потеряли интерес.

-Тьфу ты, я уж надеялся. – Разочаровался стражник.

Но Ровальд не горел желанием. С неохотой встав, он услышал пронзительный писк, загорелась красная лампочка.

-Тревога! Противник! Гаст, отойди! ЭТО НЕРОН!

Гаста отшвырнули, он, будучи не в силах сохранять равновесие, приземлился на покалеченную руку и застонал. Со строевой подготовки вырвались солдаты, инструктора, офицеры. Прибежали все. Ровальда окружила сотня поднятых щитов, воздух дрожал вибрациями. Мечи опасно сверкали фиолетовым контуром.

-Да свершится суд! – Дружно крикнули тесионцы.

-Нет! – Крикнул Гаст. Но было поздно. Он уже ничего не мог сделать.

Ближайший вибро-клинок попытался обезглавить Ровальда. Благодаря этому оружию Тесио не трогали, а боялись и уважали. Но проверенный столетиями удар, столь же отточенный, натренированный, надёжный, как старый молоток, не оставил на Независимом и следа. Космический гость, поднявший на уши империю, отличался от легендарных, но сгинувших героев. По слухам, каждый Независимый стоил десятки неронов и многих тесионцев. Так гласили анналы истории. Но этот… Спасённый Независимый, некогда застрявший в глубинах неизвестного космического корабля, стоил явно ещё больше. Удивительно, что он где-то застрял. Явно взяли не силой, а одурачили. Ровальд явил собой все надежды и мечты, оправдывал яркие истории, оставшиеся после Красной Войны о Независимых. Гаст стал свидетелем, он открыл рот. В зрачках разведчика отражался добротный тесионский меч, горящий пурпурным контуром и… Трещина на нем. На шее Ровальда не осталось и следа, зато треснул меч. Всё, что держало безопасность долгие годы и даровало душевный покой - треснуло. Новое поколение Независимых отличалось. Теперь Гаст уверен, поражение Неронов всего лишь вопрос времени.

Если там в космосе и существует цивилизация Независимых, за двести лет она стала сильнее. Намного сильнее.

Десятки клинков посыпались на древнюю броню. Самый рослый солдат, с большой секирой, контур которой горел зловещим красным, отодвинул рядовых солдат. Со всей силы размахнулся, обрушил на врага всю мощь, перед которой не устоял ни один нерон, но Ровальд подставил ладонь. Секира звонко ударилась, по всюду раздался колокольный звон. Стопы Ровальда чуть продавили мощённую каменную дорогу. Контур секиры погас. Кусок лезвия остался в руке неизвестного рыцаря, которого ошибочно приняли за нерона. Солдаты в ужасе отшатнулись, но строй не потеряли.

-Кто ты?.. – Спросил боец с секирой. Желания драться больше не было. Всё тщетно.

-Это нерон! – Подоспел стражник к рослому секироносцу. – Просканирован лично мной. На, смотри данные. Внутри ни грамма живой плоти.

-Но он не нападает. – Заключил боец с разрушенной секирой, и грустно добавил. – Зовите начальство. – Развернулся, и пошёл обратно, по пути расталкивая толпу.

Спустя время, к замершим бойцам подошёл полковник Йохан, его окружали красные королевские стражи с алебардами, контур которых горел тем же красным. Они выставили перед Ровальдом оружие, но полковник Йохан отодвинул бесполезные палки в сторону.

-Отставить. Просто его доспех не пропускает лучи сканера. Я прав, господин Независимый? О вашей прочности давно ходят слухи, в некоторых барах даже слагают баллады.

Гаст ничего не понимал. Он смотрел как разыгрывалась ситуация, и не знал, что думать. Найдя в себе силы, вылез возле полковника Йохана и встал между ними, загораживая Ровальда:

-Он уничтожил множество единиц противника. Мы прошли через сердцевину проклятых земель. Он такие вещи творил, вы бы видели. Механоидов разрывал силой мысли. Я гарантирую, он свой. Может, сканирующие лучи сквозь броню не проходят. Вы же видите, насколько броня особенная?

Нависла тишина, и среди тысячи внимательных глаз полковник Йохан отвесил Гасту пощёчину, и рывком кинул его обратно к солдатам. Вновь приземлившись на раненную руку, разведчик застонал сильнее прежнего.

-С тобой, за нарушение субординации в военное время, отдельный разговор. Итак, господин Независимый. Вы тот самый, я правильно понимаю?

Ровальд смотрел на ошарашенного Гаста, которого схватили со всех сторон, не давая вырваться. Перевёл взгляд на полковника Йохана. Вариантов поведения явно немного.

-Гаст. – Произнёс Ровальд, не уводя взгляда с полковника. – Будешь служить мне?

Гаст перестал вырываться. В атмосфере нависло новое напряжение. Теперь оно исходило от полковника.

-Со своими солдатами я сам разберусь, господин Независимый. Вас это не касается.

Ровальд резко раздвинул руки в стороны. Невидимая преграда образовалась между ними, и расщепила вытянутые алебарды, мечи. Щит вырос, начал расщеплять вибрирующие щиты солдат. Полковник Йохан наблюдал, как всё вокруг испаряется. Не замечая, как точно так же расщеплялось собственное обмундирование, всё больше обнаруживая полковника в личном белье.

Ровальд опустил руки, невидимая преграда исчезла, оставив половину одежды полковника нетронутой.

-Страж… Настоящий. – Раздалось в рядах солдат.

–Он не может быть нероном.

Солдаты, один за другим, присели на колено, склонили головы, клали мечи, щиты и прочее оружие. Полковник Йохан. Видя дисциплинарное безобразие, не стал подчиняться. Он был взбешён. На носу война, а вокруг сплошная своевольность, подрыв авторитета, доверия, боевого духа. Хотя, последнее, может быть и нет.

-Как вас?

-Полковник Йохан. – Процедил сквозь зубы командующий обороной. Он хотел растерзать гостя, к которому зря проявил столько учтивости.

-Полковник. Я не в праве подвигать ваш авторитет. Но есть нюанс, который нужно решить прямо сейчас. Гаст. Ты готов отправиться со мной?

Гаст приблизился, присел на одно колено, в слепой, неожиданно слепой верности. Раньше, он принимал импульсивные, чистые, интуитивные решения, доверяя своему сердцу. Всё привело к этому моменту и обрело смысл. Словно кто-то незримый подводил.

-Предатель… - Процедил сквозь зубы полковник Йохан. – Трибунал давно по тебе плачет.

-Нет, полковник. – Вмешался Ровальд спокойным голосом. – Это мой солдат. Я застрял глубоко под землёй, в лапах неронов. Меня могли разобрать на части. Я ждал своей участи. И только благодаря ему, нарушившему вашу субординацию, я стою здесь. Боюсь, у меня нет другого выхода. Я обязан ему, и, после увиденного, обязан его забрать.

Ровальд присел на одно колено перед полковником Йоханом, склонил голову точно так же, как все вокруг него.

-Вы простите его, и простите меня за грубость. Но по-другому я не могу. – Ровальд поднялся. - Как я понял, здесь тебя ничего не держит, Гаст?

-Мои товарищи мертвы, родительский дом продан. – Признался разведчик. – Придя сюда, убедился, что и мой статус ничего не значит. Мои заслуги… Не осталось даже уважения. Меня ничто не держит.

Солдаты внимательно слушали. Можно прочувствовать фибрами души, как его зауважали, сама атмосфера наполнилась теплотой, но было поздно. Гаст принял решение.

Полковник Йохан, понимая, что если откажет, то потеряет оставшийся авторитет среди солдат и командовать обороной будет невозможно, отступил.

-Это решать не мне, а совету. Но, если вас интересует моё мнение, я не против. Делайте что хотите. Но, для начала, господин Независимый, всё-таки, пройдёмте со мной. Нас ждёт приватный разговор. А ты Гаст, отныне, сам по себе. Вход в служебные помещения тебе запрещён. Но, ты… Учитывая заслуги, до сих пор гражданин Тесио.

Ровальд удовлетворённо поднялся с колена, и кивнул. Войска расступились, пропуская. И когда полковник с Независимым ушли, накинулись на Гаста с расспросами. Но разведчик не хотел отвечать.

* * *

-У нас бой впереди, а вы так строй наш нарушаете. Не хорошо это. – Укоризненно произнёс полковник.

Ровальд сменил тему.

-Как мои люди?

-Перуноградцы в порядке. В целом. Всех удалось разместить. Случай подвернулся, скажемс так, крайне удачный... Вы как знали, что появится острая нехватка людей. – Последнее, как-то особенно печально изрёк полковник. – Освободилось много жилплощади. Вы тоже можете подобрать себе, что-нибудь, в качестве гостиницы.

-Девушка? Она прибыла первой.

-Парламентёр Гея? Да, лучше всех. Освальд увёл её в пещеры. Она удачно пережила восстание предателей. Сейчас активничает. Многие из ваших проснулись, и, конечно, в ужасном состоянии. Часть людей останутся инвалидами на всю жизнь. Но, вы же это и так понимали, что я вам буду рассказывать. Удивительно, что с такими ранами вообще живыми остались.

Да, это, действительно удивительно. Признаться, после обратной вивисекции, Ровальд и сам не имел гарантий на успех. По зову совести сделал всё возможное.

-Отведите меня к ней.

-Нет. Я вас отведу только в штаб. Сначала, чтобы разобраться в некоторых вещах, нам лучше познакомиться поближе.

Пускай будет так, подумал Ровальд. Как-никак, он знатно унизил полковника в глазах подчинённых.

-Что за восстание?

-У нас тайно провели чёрное крещение в неронов. Значительная часть населения, конечно, не половина, но значительная… Ну, вы поняли. Уж не пойму каким образом нашлось столько предателей. Уверен, многих насильно. Но вот что подвигло к столь неразумному восстанию? Зачистка проведена, благополучно избавились от недостойных. Но, ценой. Неприятно вспоминать.

Ровальд проходил мимо обугленных стойбищ, кузниц, домов. Сломанные стены заделывали редкие рабочие, и много работниц. Часть построек из чистого металла. Люди шли на встречу, не обращая на Ровальда внимания. У кого-то перебинтована голова, глаз, рука, или всё сразу. За стёклами домов лежали больные, за которыми ухаживали. Знакомые золотистые волосы промелькнули, но вряд ли это она.

Они неспеша прошли до входа в подземелье. Там спустились в кабинет с круглым столом, за которым сидело несколько человек.

-Господа. Сам Независимый. Живой и невредимый. – Последнее полковник произнёс с некоторой жалостью.

-Ну на счёт живой я бы ещё поспорил. – Встал из-за стола невыоский, слегка полноватый, но крепкого сложения человек лет 50-ти. – Я прав, господин Независимый? Или лучше Ровальд? Ваш знакомый Бен докладывал о происшедшем. Он лучше многих видел, что произошло на самом деле. Меня зовут Хопс.

-Как он?

-Улетел. Довольно давно. Судя по всему, успешно. Мы не имели права его задерживать. А должны были? Неважно. На тот момент, планы были несколько другие.

Да, сейчас бы он пригодился, подумал Ровальд.

-Для начала мы хотели, от имени жителей планеты Чёрный Иксодус, поприветствовать вас. Давно нас не посещали... Снаружи. Со времён Красной Войны. Будьте нашим… Гостем, что ли.

Если бы у Ровальда было лицо, он бы разразился язвительным смехом, широко раскрыв глаза и, подстать им, высоко подняв брови. Столько всего за спиной, а этикет только сейчас. Конечно, это хорошо. Но настолько своевременно, что просто смешно. Конечно, Хопс не виноват. Но так смешно, что не выдержал и вставил комментарий:

-Вы вовремя.

-Во-вторых. – Хопс проигнорировал язвительный укол. - В независимости от ваших планов, иронично звучит, да? Мы бы хотели попросить вас.

Хопс, ожидая реакцию Ровальда, кивнул, принимая правила игры, и продолжил.

-У нас есть три реплики стража. Костюм, как у вас. Ваш оригинал нужен чтобы реактивировать их. Нам, как вам известно, потребуется вскоре отражать нападение. Да эти реплики необходимы по и многим другим причинам.

Накал атмосферы в комнате сразу спал. Обстановка разрядилась, и другие присутствующие начали друг с другом перешёптываться. То, что у всех вертелось на языке, наконец, произнесли.

-Предпочёл бы обойтись без лишних обязательств.

-Боюсь, скорее вы нам, по желанию, создадите обязательства. Стоит реактивировать реплики, как они станут вам полностью подконтрольны. Хотите включите, хотите выключите.

-Звучит интересно. Ничего не обещаю, просто попробую.

Хопс удовлетворённо улыбнулся.

-Всё-таки, мы же для вас выполнили вашу просьбу. Обеспечили спасённых всем необходимым. Это будет справедливо.

Ровальд вспомнил слова Геи: я на всё буду согласна. Он-то с неё спросит. Ох как спросит.

-Что-то ещё?

-Если бы вы нам помогли отразить атаку Нерона, было бы здорово. Но мне кажется, пока самый важный вопрос позади. И, если позволите, можно было бы обсудить прочие интересы тет-а-тет. Возможно, вам пригодятся наши знания. Что-то мне подсказывает, что у вас вопросов больше, чем ответов. А у меня, как раз, как главы развед-штаба, есть ответы.

-Заинтриговали. Умеете располагать к себе.

-А ещё припирать к стенке. – Улыбнулся Хопс. – Чтож, отлично!

Хопс подошёл, пожал руку. За ним, как по указке, тоже самое проделали все присутствующие. В чём-то Ровальд угодил и им. Разговоры пошли оживлённее, многие вояки вернулись к обсуждению обороны города в присутствии Ровальда, не стесняясь откровенного мнения, которое несло хмурый оттенок.

- Спасибо, что согласились сначала прийти сюда. Вас проводят к вашей подопечной. – Повернулся полковник Йохан. Он жестом призвал ближайшего красного стражника с алебардой. Тот подошёл, выслушал указания полковника, кивнул пару раз, отсалютировал. Повернулся к Ровальду, и грубо бросил:

-За мной.

Теперь Ровальда вели по другой дороге, и он периодически слушал, как полушёпотом ругался королевский стражник.

-Великий… Тоже мне. Хрен с горы упал, и возомнил о себе. Без Стража ничего из себя не представляет.

В этом обиженном на судьбу голосе чувствовалась и зависть, и некоторая ненависть как к нарушителю порядков. Публичное оскорбление полковника не осталось без внимания. Его любили, а вместе с авторитетом, Ровальд растоптал и эту самую любовь.

Старые средневековые дома тянулись плотным строем, но они только казались старыми. Переключившись на пару мгновений в режим Аз Есмь Ровальд увидел истинную картину окружающего мира: обветшалый кирпич установлен вокруг стальных стен, скорее, сделано для дополнительного удержания тепла. Внутри всплыли кучи рунических надписей, которые Ровальд не мог прочесть, но, тем не менее, по подсвеченным очертаниям нашёл электрическое отопление, приборы для разогрева еды, трубопровод, полноценную канализацию, уходящую далеко вниз, - дальше взгляд Стража упирался в цельную толстую пластину: Мощное железное плато, на котором и находилась аккуратная каменная дорога, перемешенная слоями земли. Всё это создавало иллюзию того, что под ногами, за исключением мощёной дороги, ничего нет. Атмосфера средних веков разрушилась о голую правду. Странное и непонятное сочетание.

Рыцари, звонкие доспехи разного цвета, с отливом бордового, коричневого, серебристого, изредка красного - королевского цвета. Оружие ближнего боя, напоминало обычное средневековое, между тем, было коварно высокотехнологичным. Множество солдат маршировало по улицам, перемешанные с гражданскими лицами. Женщины с корзинами носили одежду, продукты, склянки. Мужчины катили повозки, наполненные стройматериалами, в основном необработанными камнями. Словно всё, чем мог похвастаться Тесио, это сущие остатки некогда яркого прошлого. Как и всё, что Ровальд встретил на Иксодусе до этого.

На лицо дефицит ресурсов, который королевство Тесио стоически выдерживало обходясь тем, что находилось в окрестностях. А у него, Ровальда, очень много вопросов, на которые нужны ответы. Самое главное вообще отыскать свой корабль, без которого он в огромной заднице. И желательно, чтобы об этом никто не узнал: что он, «великий» покоритель из космоса, остался без главного преимущества.

А ведь ещё недавно он бороздил просторы чёрного вакуума и общался с Орин. Интересно, как там она?

Красный доспех остановился у дверей какого-то домика, поклонился, и ушёл. Ровальд поднял взгляд, оценивая двухэтажное здание, внутри которого кипела жизнь. Как там его подопечная, которая чуть не осталась без своего народа?

Какое-то время стоял, будто в нерешительности. Беспокоить людей не хотелось. Он сам очень не любил, когда его беспокоили. Может, стоило развернуться и уйти? Бог с ними со всеми.

Дверь самопроизвольно открылась, на входе стояла женщина, чьё лицо удачно срослось, оставив лишь небольшую полоску под подбородком. Обычная, приятная женщина с глубоким спокойным взглядом.

-Здравствуйте, уже сборы?

-Нет. Гея дома?

-Да, её позвать надо?

Ровальд кивнул. Гея примчалась, живая, здоровая. Сначала она стояла обездвиженно, не веря глазам. Затем обняла, и осталась висеть на шее.

-Спасибо, спасибо, спасибо, спасибо… СпасиБог тебя. Мы думали, ты погиб. Кто-то даже помнил тебя, видели прямо с конвейера, запомнили. Представляешь? Оказывается, пока их сшивали, многие были в сознании, просто ни слова не могли сказать. Если бы выяснилось, что ты погиб…

-То что?

-Я бы, как требовал того наш закон, осталась бы одна, бездетная, навеки, храня память о тебе, пока не умерла бы от старости.

-Да ну, врёшь.

Гея отшатнулась, в глазах её мелькнула глубокая обида, которая тут же прошла.

-Думай, как пожелаешь, спаситель. – И снова прижалась к Ровальду. Её золотистые волосы облепили его стальные плечи.

В очередной раз пожалел, что лишился тела, и не мог оценить всей полноты душевного тепла. Но, даже так, это было очень, очень приятно. Пустынный космос оставляет свои отпечатки, и вот такая мелочь, порой, самое дорогое, что можно получить.

-Я в неоплатном долгу перед тобой, Ровальд. Что я могу для тебя сделать?

-Возможность ещё появится. Настанет час, и я ею воспользуюсь сполна.

Девушка встрепенулась, попыталась заглянуть в глаза Ровальда, которых давно не было.

-Хочешь есть? – Спросила она.

Но Ровальд не ответил.

-Ты, как всегда… Но, этим ты и прекрасен. Заходи, познакомлю с родителями. Должен же наш народ знать своего героя в лицо. Она потащила его за руку и Ровальд пошёл.

Пригласив его за стол, где наложили тарелку всего, что было, как понял, самого лучшего. Ровальд присел, но даже не притронулся. Значит, вот как выглядит обычная семья? Хочется привыкнуть.

-Господин Ровальд, накидывайтесь! Весь стол к вашим услугам! – Сказал отец Геи. Здоровый мужик с длинными волосами, приподнятыми резным обручем на лбу, с добродушным, миролюбивым лицом, но твёрдым голосом. – Если бы не вы, если бы не вы... Как я рад, что вы мимо проходили …И наша доченька. – Он хитро улыбнулся.

Шутка удалась, и даже Ровальд невольно присоединился к общему смеху. Они опустошили свои тарелки, а он так и не притронулся, хотя желание сожрать что-нибудь просто разъедало.

-К сожалению, ничего больше предложить, не можем. – Сказала мать Геи. – Вам это не по вкусу?

-К сожалению, я сыт.

-Может, вы просто разденетесь? Снимите броню, отдохнёте? Мы покараулим.

-Да не. Дел много. В следующий раз, как-нибудь.

Отец пожал плечами.

-Как хотите, так и будет.

Что мог ответить космический путешественник? Только и мог, что увиливать от неудобных вопросов. Разве он может кому-то рассказать о том, что больше всего на свете боится открыть броню и в зеркале в отражении, что внутри на самом деле никого нет, что он действительно пуст? За этим обязательно последует страшная мысль, что он ненастоящий, вся жизнь приснилась, что он работ, а дальше и думать страшно. Не говоря уже о том, как среагируют другие. Чужая реакция могла вогнать в большее уныние. Так Ровальд берёг собственную душу от фатального потрясения.

Но разговор, вот разговор сложился интересный. Родители много говорили, Гея рассказывала, как они вместе ходили по лесу, как они жили, какое весёлое, доброе, яркое детство складывалось у всех жителей, выходцем Перунограда, ныне переименованного в империю Нерон. Так прошло целых два часа. Гостеприимные хозяева и думать забыли, что гость не глотнул чая, не надкусил свежей порции длинных витееватых водорослей. По крайней мере, чего-то похожего на водоросли-макароны.

Уходя, отец Геи нагнулся и по секрету сказал на ухо.

-Уж не знаю, сэр-господин, насколько вы изуродованы, что не хотите своё лицо показывать, но в любом случае, даю одобрение. – Он по-заговорщицки подмигнул. – Мы своих не бросаем. Честь превыше всего. Детей ваших будем любить так же сильно, как Гею. Ну, если что, я сказал.

Ровальд от души рассмеялся, хотя отец Геи оказался серьёзен. Выйдя из дома, девушка пошла рядом, делясь чувствами. Как трудно обслуживать всех людей одновременно, что у многих проблемы, и отношение тесионцев, порой, оставляет желать лучшего. Что инвалидами, даже после пробуждения, останется четверть людей, та или иная помощь таким будет требоваться до конца жизни, и она никогда не сможет покинуть свой народ. Но, они справились. Всё получилось.

Когда она это говорила, Ровальд и Гея проходили мимо гробов, стоящих возле распахнутых дверей. Один раз он лично увидел, как обезображенного, наспех сшитого лазером вынесли и положили в такой. Значит, про высокую смертность Гея решила умолчать.

-Если что, приходи переночевать к нам. Всегда будем рады. – Она обняла его напоследок, поцеловала шлем – в место, где должна находиться щека, и побежала обратно, не оборачиваясь. Видимо, человек, которого вынесли из дома, был важен для неё.

Возможно ли, чтобы он однажды завёл семью, детишек? О нет, с чего это?

В этот момент душещипательных размышлений к нему подошёл солдат в точно такой же форме, как и Гаст, и пригласил переночевать в ближайшем свободном доме. После девяти вечера, зайдёт командир Хопс.

Глава развед-штаба лично? Подумал Ровальд. Разговор обещает быть информативным. Наконец получит ответы, вместо того чтобы выпытывать и выгрызать.

Получив ключи, Ровальд сразу поднялся на второй этаж, чтобы посмотреть какой открывается вид, но нашёл первую же постель и свалился, не обратив внимание на аккуратное убранство подготовленного помещения. Не обратив внимания на цветы в вазах, и на столе, и на подоконниках. Не обратив внимание на старинный холодильник, полный еды. Не обратив внимание ни на что. Он просто лёг и отключился. Сразу видно, этот дом для него кто-то готовил. Кто-то, кто не знал, что он давно мёртв.