Помимо концепции «внутреннего ребенка» существует популярная в психоаналитической практике концепция «внутренней матери». Эту концепцию активно развивали такие известные психологи, как основатель психоанализа Зигмунд Фрейд, психоаналитики Мелани Кляйн, Хайнц Кохут и уже упомянутый Дональд Винникотт. В каждом из нас, взрослых, живет «внутренняя мать», то есть энергетически мощный архетип, включающий черты как реальной матери, так и других известных из опыта материнских фигур: мам наших друзей и знакомых, матерей из всевозможных мифов, сказок, литературы.

Архетип внутренней матери начинает развиваться в психике ребенка на основе его самых ранних взаимодействий со своей мамой. В зависимости от особенностей реальной матери и сложившихся с ней отношений, «внутренняя мать» может быть заботливой, чуткой, сочувствующей, позитивной либо требовательной, властной, контролирующей, критикующей, наказующей. Или холодной, отсутствующей, равнодушной, безразличной к просьбам, интересам и серьезным проблемам ребенка.

«Внутренняя мать» влияет на нашу самоценность, на способность к общению, построению близких контактов, состраданию, пониманию окружающих, соблюдению личностных границ, умению грамотно и конструктивно выражать свои чувства. Конечно же, состояние и опыт «внутренней матери» формируют наш подход и установки (подчас бессознательные) к воспитанию собственных детей. Иначе откуда было бы столько упущений, просчетов, непоправимых ошибок, детских слез и взрослых проблем!

Архетип «внутренней матери» менее доступен для осознания и в значительной мере нагружен нашим ранним семейным опытом. Психологическая работа с этим архетипом чаще всего требует профессиональной поддержки со стороны психолога или психотерапевта.