Место второго убийства находилось в небольшой лощине рядом с железнодорожной насыпью. Тело лежало лицом вниз, раскинув руки. Молодой парень лет двадцати восьми, в дорогом плаще поверх яркого, в клетку пиджака. Галстук пестрый, с тропическими мотивами, брюки очень широкие, модный клеш, и в довершение остроносые туфли «монки». Одним словом – настоящий щеголь. Несчастный до сих пор источал запах французского одеколона.

– Это что еще за попугай? – удивился Никитин.

– Явно из обеспеченных, – заметил Кочкин, осматривая одежду. – Плащ, пиджак, туфли – все импортное.

Рядом валялась кепка, вся забрызганная кровью. На затылке трупа зияла рана от удара тяжелым предметом.

Орлов деловито подошел к телу, начал осмотр:

– Аркадий Петрович, разрешите я возьму на себя осмотр места происшествия? У меня свежий взгляд, может, что-то новое замечу.

Никитин бросил на него холодный взгляд:

– Виктор, следователь по делу – я. Ты выполняешь мои поручения. Не забывай о субординации.

Орлов ухмыльнулся, но промолчал. Напряжение между ними было почти осязаемым.

Никитин при понятых обыскал карманы жертвы. Ни денег, ни документов, ни часов. Только в нагрудном кармане пиджака нащупал что-то.

– Билет. – Он извлек мятый кусок картона. – Ростов – Москва. Но край оторван – там, где должна быть дата.

– Опять поезд дальнего следования, – пробормотал Кочкин. – Как и в первом случае.

– Кто обнаружил тело? – спросил Никитин у местного участкового.

– Жители деревни Луч, товарищ следователь. Иван Петрович Сухов с сыном. Шли на работу в колхоз, увидели.

– Во сколько?

– Около семи утра.

Подошел судмедэксперт, пожилой доктор в мятом халате:

– Предварительно – смерть наступила между шестью и семью утра. Удар тяжелым предметом, возможно, металлическим.

Никитин повернулся к Орлову:

– Виктор, твое задание. Выясни время прибытия поезда Ростов – Москва на Курский вокзал и когда примерно состав проходил это место. Свяжись с железнодорожной милицией.

– Слушаюсь, – сухо ответил Орлов и пошел к машине.

Кочкин подошел к Никитину:

– Что думаете, Аркадий Петрович?

– Почерк тот же – удар по голове, ограбление, билет поезда дальнего следования. Но есть нюансы. – Никитин задумчиво смотрел на труп: – Этот одет еще более парадно, чем первый. И убит позже – рано утром, а не ночью. Но почему опять примерно в том же месте, километров пять не доезжая до станции Лопасня?

Орлов вернулся от машины:

– Поезд Ростов – Москва по расписанию прибывает в семь пятнадцать утра. Это место он должен был пройти примерно в четыре тридцать.

– Получается, его убили уже после прибытия поезда в Москву, – сказал Никитин Орлову. – Глупо получается, правда? Как там твоя версия с проводницей Аней? Не рассыпалась, случайно?

Орлов стиснул зубы:

– Рано еще говорить. Может, здесь другая проводница виновата.

– Может, – усмехнулся Никитин. – А может, стоит искать другие версии, а не цепляться за первую попавшуюся? Допроси-ка ты смотрителя переезда… Как его там…

– Федор Ткачев, – напомнил младший лейтенант.

– Да. Ткачев. Уточни у него, точно ли по расписанию прошел переезд ростовский поезд?

– Есть, – кивнул Орлов.

Между ними повисла тяжелая пауза. Кочкин дипломатично отошел в сторону, чувствуя накал страстей.