Сержант Иван Кочкин сидел напротив Никитина, разворачивая на столе помятый газетный сверток. Старый оперативник выглядел усталым – с утра колесил по области, выполняя поручение.

– Вот что нашел, Аркадий Петрович. – Он извлек из свертка мужские кожаные перчатки. – Метрах в ста от места, где лежал покойник. В кустах валялись.

Никитин взял перчатки, осмотрел их внимательно. Качественная кожа, размер подходящий для взрослого мужчины. На одной из перчаток заметил темные пятна – похоже на засохшую кровь.

– По размеру и фасону вполне могли принадлежать нашему убитому, – сказал он. – Но почему в ста метрах от тела?

Кочкин почесал седую голову:

– Вот и я об этом думаю. Вариантов несколько. Может, когда его с поезда скидывали, перчатки в полете слетели?

– Сто метров – многовато для такого разлета.

– Тогда другая версия. – Кочкин подался вперед. – А что, если его убили там, где перчатки лежали, а потом зачем-то оттащили в сторону?

Никитин нахмурился:

– Зачем тащить труп? Это же лишний риск, лишние следы…

– Может, хотели изобразить, что с поезда выкинули? Запутать следствие?

– Надо подумать. – Аркадий встал, прошелся по кабинету, прихрамывая на левую ногу. – Пока версий много, а фактов мало.

Дверь распахнулась без стука. Вбежал дежурный, младший сержант Воронин, запыхавшийся, взволнованный.

– Товарищ Никитин! Срочно! Второй труп нашли!

Аркадий резко повернулся:

– Где?

– В пяти километрах, не доезжая до станции Лопасня. Тоже возле железной дороги. Участковый уже выехал, ждут следственную группу.

Никитин схватил фуражку, кобуру с пистолетом.

– Кочкин, едем. Воронин, вызывай врача и Орлова. Машину во двор! А перчатки приобщи к вещдокам по первому делу.

– Слушаюсь! – Воронин забрал сверток и помчался исполнять поручения.

Они поспешили к выходу. В голове у Никитина роились мысли. Второе убийство в том же районе – это уже не случайность. Либо у них серийный преступник, либо что-то более сложное и опасное.

– Быстрее, Иван, – сказал он, садясь в машину. – Чувствую, дело только начинается.