Как бы мы ни называли эту войну, главная цель у европейских государств, составивших коалицию, была единой: «Крымская война была первой в новое время попыткой насильственного расчленения России, задуманной и спланированной в Европе. Против России объединенным фронтом выступили, по сути, все европейские государства»[491].

В этом заключалась первая особенность Крымской войны, к осмыслению которой мы приступили. Наполеон I не предусматривал расчленения России, он хотел лишь подчинить Русское государство для совместной борьбы с Англией. Теперь же государства, точнее сказать, мировые империи, все свои ресурсы, включая подчиненные им страны и народы, направили на ослабление России – военно-политическое и экономическое. «В результате в армиях напавших на Россию государств господствовал полный антироссийский интернационал: рядом с англичанами и ирландцами, шотландцами и французами, итальянцами и турками воевали австралийцы и новозеландцы, поляки и венгры, немцы и швейцарцы, египтяне и тунисцы, казаки-некрасовцы, горцы и североамериканцы. Французы привезли в Крым экзотических зуавов. Инструкторами турецких военных и даже командирами их кораблей чаще были англичане…»[492] С этого времени во всех последующих конфликтах России и Европы в XX и XXI веках главенствовать будет идея если не захвата и покорения Русского государства, то его ослабления, нанесения ему стратегического поражения и оттеснения на задворки мировой политики.

Второй особенностью Крымской войны, которая станет характерной для всех будущих войн против России, стало максимально возможное расширение географии военных действий. Используя потенциал подвластных стран, формируя военные союзы, ведущие европейские державы и тогда, и в последующем, а с XX века и США, создают либо очаги напряжения по периметру русских границ, либо открывают военные действия, рассчитывая на то, что у России не хватит людских сил, материальных и финансовых ресурсов для защиты своей территории. Открывая военные действия на разных и удаленных друг от друга русских территориях, западные коалиции всегда прежде и в настоящее время преследуют цель держать Россию в состоянии войны, заставляя направлять ресурсы на военные нужды и тем самым мешать ее мирному созидательному развитию.

Именно так обстояли дела перед Крымской войной. После победы в войне с наполеоновской Францией Россия объективно стала влиятельнейшей страной на европейском континенте. Могло ли такое положение дел понравиться европейским правителям – вчерашним союзникам русского императора? Мы уже говорили в предыдущей главе, что во время Венского конгресса в процессе работы над коллективным приговором стран-победителей поверженной наполеоновской Франции союзники России в борьбе с Наполеоном Англия и Австрия в январе 1815 года подписали совместно со своим врагом Францией тайный договор против Русского государства. Но кого удивишь цинизмом и вероломством европейских лидеров? Это может возмущать всякого здравомыслящего человека в России, который еще не в полной мере усвоил, что из века в век европейские державы пытаются нанести поражение русским, когда видят для этого благоприятные обстоятельства, как правило, ими же созданные.

Заняв главенствующее положение в Европе после победного завершения войны с наполеоновский Францией, активно участвуя в разрешении послевоенных конфликтов между государствами континента, отстаивая и продвигая свои интересы, Россия вызывала чувство неприязни у европейских лидеров, которые копили злость и только дожидались момента, когда эти негативные чувства можно будет выплеснуть наружу. Так происходило даже тогда, когда Россия спасала европейские государства от краха, за что российского императора вынужденно публично благодарили, но втайне вынашивали против него агрессивные планы. Это не удивляет, так как, участвуя в разрешении конфликтов, Россия демонстрировала свою силу, военные возможности.