Ловлю куртку и футболку Эннекса, и он уверенно направляется на ринг. На меня настороженно косятся несколько трущихся у железной клетки полуодетых женщин, однако быстро отворачиваются в ожидании схватки.

Разглядывая крепкое подтянутое тело Эннекса, я ощущаю черную зависть. Мне до него далеко.

У него идеальный, покрытый татуировками пресс. Затейливые татушки, начинаясь от шеи, тянутся по всему торсу и сползают по бокам вниз, под черные брюки с низкой посадкой.

Чего там только нет – черепа, змеи, черные розы и множество других непонятных узоров, покрывающих каждый дюйм обнаженного тела. Выглядят они мрачно и устрашающе. Добавьте сюда еще пронзительные синие глаза и ауру плохого парня… Даже мне становится не по себе.

По спине пробегает холодок, и я набрасываю на плечи куртку Эннекса. Наверное, промерзла во время поездки на мотоцикле.

Кто мог предполагать, что сегодня вечером я буду участвовать в такой гонке… Раньше вообще на мотоцикл никогда не садилась, ни в этой жизни, ни в предыдущей, хотя всегда было интересно: на что это похоже? И, черт возьми, забава того стоила. Гонка дала мне такое ощущение свободы, какого я и представить не могла. Настоящий кайф, первый раз такое испытала – и точно хочу повторить.

Даже если придется позаимствовать «дукати» Эннекса.

От его кожаной куртки пахнет дымом – похоже на запах тлеющих в камине углей с глубокой ноткой карамели.

Я осматриваюсь в просторном помещении. Над головой горят светильники, в углах стоит тяжелое железное оборудование, с потолка свисают ржавые цепи с крюками. Металлические балки и крыша проржавели и покрылись красновато-коричневым налетом, бежевая краска на стенах выцвела и облупилась. Мое внимание привлекает большая потрепанная вывеска синего цвета, на которой серо-белыми буквами выведено «Скотобойня Беллевера».

Толпа разражается приветственными выкриками, и я перевожу взгляд на ринг. Звучит гонг, давая сигнал к началу схватки. Некоторые зрители буквально прилипают к прутьям металлической решетки и трясут ее с возбужденными воплями.

– У тебя все в порядке, морская звездочка? – с улыбкой спрашивает внезапно появившийся рядом Эзра.

Он оглядывает безумствующую толпу, хмуря брови, когда наиболее нетерпеливые фанаты проталкиваются мимо нас поближе к рингу. Заботливо отводит чуть в сторонку, когда какой-то здоровяк едва не задевает меня плечом.

Отпустив мою руку, делает угрожающий шаг к этому мрачному типу, однако я быстро хватаю его за рукав, и он бросает на меня вопросительный взгляд.

– Все нормально, Эзра. – Слегка пожимаю его кисть, и он расслабляется. – Давай лучше понаблюдаем за Эннексом. Думаешь, он сможет победить?

– Что скажешь, Крид, каковы его шансы? – хмыкает Эзра, глядя мне за спину.

Я быстро оборачиваюсь – не знала, что Крид стоит сзади.

К нам пробирается молчаливый парень из их команды, которого, как я сегодня узнала, зовут Маллином, и встает рядом.

– Ну, этот толстяк ему явно не конкурент, – хмуро смотрит на меня Крид. – Смотри не обмочи штанишки, Микай. Боюсь, ты смоешься отсюда с криками ужаса, когда прольется первая кровь.

Мое имя он произносит с явным отвращением, пережевывая каждый слог, прежде чем его выплюнуть.

Кровь меня не пугает, и в ужасе я точно не убегу – те времена давно прошли.

Улыбаюсь Криду во весь рот.

– Не беспокойся, я собой владею. Не нужно за меня переживать.

Отворачиваюсь к рингу, как раз когда рефери приглашает противников к бою. Огромный оборотень и Эннекс начинают кружить по площадке, присматриваясь друг к другу.

У оборотня в глазах загорается огонек – он явно готовится к атаке. Эннекс язвительно усмехается, разглядывая эту груду мускулов.

Я сравниваю их телосложение. Разве справедливо, когда противники в разном весе?

Никогда не видела Эннекса в бою, поэтому не представляю, чего ждать. Знаю, что в академии его боятся и студенты, и преподаватели, но здоровый оборотень, едва не убивший предыдущего соперника, – дело совершенно иное.

Надеюсь, с Эннексом все будет в порядке. Но… вдруг оборотень его ранит?

Конечно, он меня периодически здорово достает, да и вообще натуральный псих, и все же в нем есть нечто притягательное. Эннекс разительно отличается от опрятных напыщенных ослов, обучающихся в «Уэнсридже». Действует без оглядки на авторитеты, ни перед кем не склоняет голову. Его не волнуют ни чужая слава, ни мысли окружающих.

Оборотень бросается на моего друга, однако он и не думает уклоняться: спокойно приняв удар, падает на пол, увлекая за собой противника. Я невольно приникаю к решетке.

С губ Эннекса срывается безумный смех; он легко выскальзывает и, захватив в замок шею оборотня, сжимает коленями его живот, не давая брыкаться.

Гигант вовсю работает руками. Легко поднимает Эннекса в воздух и обрушивается с ним обратно на пол, однако смех нашего психа становится все громче.

Оборотень, пытаясь высвободиться из захвата, бьет Эннекса локтем в бок, однако тот, судя по кровожадному взгляду, уже ни на что не обращает внимания – перед ним добыча. Не переставая хохотать, он что есть силы сдавливает шею здоровяка.

Я облегченно вздыхаю. Если у Эннекса такой решительный вид, значит, это далеко не первый его бой. Выглядит и двигается он уверенно и, похоже, точно знает, что делает.

Мне даже жаль дурачка, вздумавшего с ним сразиться.

Оборотень отчаянно крутится, понимая, что Эннекс и не думает ослаблять хватку, – пытается сделать выпад, выпустив когти. Видать, перекидывается в медведя.

Лежа на животе, выбрасывает руки назад в попытке зацепить Эннекса. Слава богу, тот вовремя замечает маневр противника и меняет положение. Его движения настолько стремительны и сильны, что оборотень просто не успевает реагировать. Сейчас Эннекс находится сверху, поставив колено противнику на горло, и смотрит ему в глаза с совершенно безумной гримасой – ей-богу, раньше его таким не видела.

Оборотень испускает рык, и для Эннекса этот звук служит сигналом к атаке.

Его кулаки врезаются в лицо соперника, ломая нос. Хруст треснувшего хряща слышен даже там, где стою я. Обоих бойцов заливает кровь.

Щеки Эннекса в кровавых брызгах, стекающих каплями с подбородка. Останавливаться он не намерен – снова и снова бьет оборотня в лицо, которое уже превратилось в жуткое месиво. Изувеченный соперник тихо стонет и хнычет.

Господи, какая дикая у Эннекса улыбка… Глаза мутные – похоже, он перестал понимать, где находится. Погрузился в свой собственный мир, где сражается уже вовсе не с несчастным оборотнем.

А ведь тот с удовольствием лишил бы Эннекса жизни, просто ему не повезло. Эннекс выживает на ринге как умеет, хотя, может, подобной жестокости и не требовалось.

Впрочем, такой уж это мир: убей, или убьют тебя. Разве я вправе судить?

Я ведь тоже не планирую вести себя по отношению к врагам благородно. Моя месть будет кровава и болезненна, и никто, кроме меня, не поймет, что кровь и тьма, обрушившаяся на головы демонов, – справедливая для них кара.

Наблюдаю за кулаками Эннекса, продолжающими молотить оборотня, лицо которого все больше напоминает отбивную. Если подобная бойня нужна моему другу, чтобы справиться с собственной тьмой, – так тому и быть.

– Я слыхала, тебе всего девятнадцать? – раздается сзади похотливый голос, и я выныриваю из своих мыслей.

Оглядываюсь – за спиной у меня стоит группа полуголых женщин. Маллина они избегают, держась на расстоянии, зато подкатывают к Криду и Эзре.

– Но ведь это неправда, верно?

Грудастая блондинка прижимается к Криду, упираясь бюстом ему в бок, и ее вызывающе короткое обтягивающее платье задирается, обнажая бедра. Она хихикает, проводя пальцем с красным ноготком по его груди.

– Так или иначе, я совершенно ничего не имею против молоденьких ребят. – Прикусывая накрашенные розовой помадой губы, блондинка интимно шепчет: – Наверняка я смогла бы научить тебя паре новых фокусов.

Крид отводит глаза от ринга и заглядывается на нее.

– Неужели?

С другой стороны от меня тоже доносится хихиканье – две светловолосые девушки в одинаковых маленьких черных платьях тянут Эзру к двери на другой стороне зала.

Я хмуро наблюдаю, как он с готовностью дает себя увести. Все трое с затуманенными взглядами и сплетенными руками входят в маленькую комнатку. Выходит, Эзра их знает? Или они заранее договаривались о встрече?

Конечно, он очень привлекательный и общительный парень – естественно, девушки на него бросаются.

Блондинка у меня за спиной хмыкает, напоминая о себе Криду. Тот мельком смотрит на меня, а потом их губы встречаются в страстном поцелуе. Он обнимает женщину за талию, и ее платьице задирается еще выше.

Она театрально стонет, а Крид все продолжает коситься в мою сторону. Опустив руку к ягодицам блондинки, стискивает их и привлекает ее к себе.

Я закатываю глаза и отворачиваюсь в сторону. Что там на ринге?

Хочет, чтобы на него смотрели – пусть красуется перед остальной публикой. Я вовсе не наивная девственница, во всяком случае, не была ею в прошлой жизни. Окончив академию, до того, как угодить в Учреждение, имела пару коротких связей – исключительно с целью набраться опыта. Ничего серьезного и даже приятного, но понятие получила.

Возбужденные крики толпы выдергивают меня из воспоминаний, и я приближаюсь к рингу, когда чья-то рука, скользнув по пояснице, опускается на мою задницу.

Рядом возникает придурок с зализанными назад волосами и глазами-бусинками. Делает вид, будто следит за схваткой, а сам продолжает меня лапать. Урод скалится во весь рот, скользя похотливым взглядом по моему лицу. Должно быть, уверен, что я наслаждаюсь его грязными прикосновениями.

Я медленно набираю полную грудь воздуха, и уже в следующий миг физиономия кретина искажается от боли. Стиснув ему кисть, словно клещами, я ломаю один за другим два пальца, и он испускает мучительный стон сквозь стиснутые зубы. Взмахивает второй рукой, пытаясь меня ударить, и в общем шуме раздается тихий хруст третьего сломанного пальца.

– С-с-сука… – шипит он сквозь стон.

Я рывком завожу его руку за спину, и колени мрази подгибаются. От новой попытки удара я легко уклоняюсь, одновременно подбивая ему ближнюю ногу и ломая запястье. Неудачливый ухажер падает лицом вперед.

– Ты чертова шлю…

Он не договаривает, в ужасе выпучивая глаза: вокруг его шеи обвиваются черные полупрозрачные кольца – будто удавка, сотканная из дыма. Подонок начинает задыхаться, судорожно хватая ртом воздух, и нас вдруг накрывает пелена тени.

– Ты кем себя вообразил? Какого черта устроил на моей территории?

Рядом стоит Крид с ледяным лицом, и в его голосе звучит бешеная ярость. Таким я вожака Адской четверки еще не видела.

Вокруг него образуется клубок темной энергии, излучающий силу, которой нельзя не подчиниться. Я на миг рефлекторно зажмуриваюсь, но тут же напоминаю себе: я больше никого не боюсь.

Толпа затихает – кто отвернулся, кто робко втянул голову в плечи. Я поворачиваюсь к Криду и встречаюсь со взглядом его бешено вращающихся в орбитах глаз с серебристой радужкой.

Меня пробирает невольная дрожь. Инстинкты кричат: беги, спасайся! Внутренний голос возражает, и я остаюсь на месте.

Крид хмуро смотрит мне в лицо, но отводит взгляд, когда рядом с нами раздается булькающий звук.

Ага, это мой ухажер.

Его шею все крепче стягивает дымная удавка. Интересно, что это за черные кольца… Эманация магической силы Крида?

Рядом раздается какой-то грохот, лязг металла, кто-то ахает. Я в оцеплении наблюдаю, как к моему скорчившемуся на коленях обидчику прыгает могучая темная фигура, бьет его ногой в лицо, и тот летит прямо в толпу. Люди падают, как сбитые шаром кегли.

Черная фигура ощупывает меня глазами – цела ли – и, прищурившись, смотрит на хрипящего на полу человека.

– Эннекс?

Он резко оборачивается. Господи… Лицо окровавлено, алые струйки стекают по торсу, с кулаков падают багровые капли. Фильм ужасов какой-то, только все не понарошку. Кровь настоящая, но, слава богу, принадлежит не Эннексу.

– Что, Лисичка?

Его брови все еще яростно сдвинуты к переносице, однако черты лица постепенно начинают разглаживаться.

Из-за спины Эннекса доносится шуршание и тихий стон. Пытаюсь разглядеть, что там происходит. Хм, поверженного ухажера на прежнем месте нет, зато там стоит Маллин.

Он слегка кивает Криду, и тот наконец расслабляется. Черные глаза с серебристой радужкой обретают обычный цвет оттенка золотистого янтаря.

Сзади вдруг накатывает теплая волна воздуха, принося с собой приятный успокаивающий аромат – нечто вроде смеси меда и сдобренной легкой ноткой соли лаванды.

Эзра… Он встревоженно окидывает меня взглядом. На рубашке у него мазки губной помады, волосы в беспорядке, а к его обычному запаху примешивается какой-то чужой, приторный, от которого меня начинает подташнивать.

Стряхивая с плеч его руки, отступаю на шаг.

– Со мной все в порядке.

Видя, как я отпрянула, он немного бледнеет, а я подхожу к Эннексу. Успеваю уловить обрывок их разговора с Кридом:спешить в этом деле ни к чему…

– О, Лисенок, с тобой не соскучишься, – заразительно ухмыляется он.

– Куда делся тот говнюк? – спрашиваю я.

Надеюсь, он не сбежал. Таким нужен более суровый урок, чем пара сломанных пальцев.

Вспоминаю его липкий взгляд, и волосы у меня на затылке встают дыбом. Сто раз видела такие в Учреждении, от надзирателей, а потом и в академии – от Адама Мансера и Дина Филлипса. Подобные взгляды говорят об одном: их обладатель считает, будто имеет на тебя все права и может взять все необходимое силой, не опасаясь последствий.

Ни одной девушке не пожелаю стать мишенью таких взоров.

Осматриваюсь в зале, и Эннекс хмыкает:

– Хотела его добить, Лиса?

– Может, и хотела.

Он умолкает, и на короткий миг его глаза становятся непроницаемыми, а затем губы вновь растягиваются в озорной улыбке.

Вокруг нас по-прежнему царит тишина, и я физически ощущаю на себе взгляды четверки.

Думают, я сошла с ума? Неужели считают, что желание отомстить – это слишком?

– Мы возвращаемся, – отрывисто бросает Крид. – Бои на сегодня окончены.

– А жаль, – вздыхаю я.

– Никак собиралась поучаствовать, Лиса? – бормочет Эннекс, подходя ближе и оглядывая меня с головы до ног. – Может, тебя привлекает идея оказаться со мной вдвоем в этой железной клетке?

Я ухмыляюсь в ответ.

Эннекс – парень психованный и непредсказуемый, полная противоположность мистера Вэлора. Однако не буду себе врать: мысль о схватке с ним меня возбуждает.

– Можно и без клетки. И в бойцовский клуб для этого ездить необязательно. – Я встаю вплотную к Эннексу, так, что кончики моих туфель касаются носков его ботинок, и смотрю ему в глаза. – Я готова в любое время.

Он слегка вздрагивает, на миг опускает веки и, покачивая головой, плотоядно улыбается. Наклонившись, щекочет губами мое ухо и шепчет:

– Не давай обещаний, которые не готова выполнить…

– Я и не даю.

Мы встречаемся взглядами, и Эннекс приближает ко мне лицо. Наше дыхание смешивается, губы едва не соприкасаются, и вдруг сзади кто-то выразительно кашляет.

На нас, почесывая затылок, посматривает Эзра.

– Нас… э-э-э… ждет Крид.

Он мнется с вопросом в глазах, явно собираясь продолжить, но, быстро встряхнувшись, качает головой и разворачивается к дверям.

Отстранившись от Эннекса, я пристраиваюсь за Маллином и Эзрой, и мы вместе выходим на пустую парковку. Идем к мотоциклам, когда Эннекс неожиданно ухмыляется:

– Черт, Лиса, как круто ты выглядишь в коже! Почему я раньше не обращал на это внимания?

А, я ведь до сих пор в его куртке… Столько всего случилось, что совсем забыла вернуть.

Сбрасываю ее с плеч, однако Эннекс поднимает руку:

– Нет-нет, я не к тому. Просто тебе действительно идет.

– По-моему, тебе она сейчас нужнее, – отвечаю я, бросая ему кожанку.

Эннекс сплошь покрыт кровью: забрызган и голый татуированный торс, и лицо. Проведя ладонью по окровавленной груди, он вновь встречается со мной взглядом.

– Хм, ревнуешь? Мне это нравится. Ладно уж, пока прикроюсь.

Шаловливо подмигнув, он набрасывает на себя куртку и вдруг замирает. Спрятав лицо за высоким воротником, втягивает в себя воздух и тихо стонет.

– Вот дьявол…

– Эннекс! – кричит Крид от «доджа», и его лицо опять принимает уже знакомое мне ледяное выражение.

Эзра запрыгивает в салон и командует:

– Ну, поехали!

Крид заводит двигатель.

– Ладно, ладно, – бурчит Эннекс и, сдвинув брови, шарит в кармане куртки, затем лезет в другой.

Я вытягиваю ключи от мотоцикла из кармашка джинсов, кручу их в руках и направляюсь к «дукати». Положив ладонь на холодный кожух, перекидываю ногу через сиденье и усаживаюсь на место водителя. Все четверо пялятся на меня, пока я завожу мотор, и вот он с ревом оживает.

Улыбаюсь во весь рот, сжимая ручки руля, и наслаждаюсь ревом двигателя. Оборачиваюсь к Эннексу.

– Ты со мной?

Тот сгибается пополам от смеха и бежит к мотоциклу.

– Эй, погоди! – окликает меня Эзра. – Ты хоть водить-то умеешь?

Крид хмуро изучает меня из окна машины.

– Я быстро учусь.

– Черт возьми, нет! – наконец подает признаки жизни вожак Адской четверки.

– Черт возьми, да! – кричит Эннекс и садится на пассажирское место.

Обняв меня за талию, прижимается всем телом, и в поясницу мне упирается что-то большое и твердое.

– Будь аккуратна, Лисичка, – бормочет он мне в ухо и, судя по всему, улыбается. – Знаешь, я как-то не привык, когда меня везут.

Я пожимаю плечами, и он хмыкает за спиной.

Вцепившись в руль, поддаю газа и мысленно прокручиваю в голове маршрут, которым мы сюда прибыли. Медленно выезжаю с парковки; рядом с той же скоростью движется мотоцикл Маллина, и я довольно быстро осваиваюсь. Маллин продолжает меня сопровождать, пока мы едем по тускло освещенной дороге мимо закрытых магазинов. Потом, покинув город, сворачиваем на ведущую к академии трассу, и тут прямо перед нами выскакивает машина.

Я слишком резко бью по тормозам, и нас с Эннексом бросает вперед. Сзади подъезжает наш «додж». Если бы взглядом можно было убить, наверняка Крид укокошил бы меня на месте, да еще и прикопал.

Эннекс же только благодушно усмехается.

– Если уж мне суждено погибнуть, то только от твоих сексуальных ручек, Лисичка. – Он прижимается еще плотнее. – Нет, не то чтобы я боюсь, но…

– Спасибо за поддержку, – бурчу я.

– Ну, все-таки смерть, знаешь…

Я откидываюсь на него, и в попку мне вновь упирается твердая штуковина. С губ Эннекса срывается хриплый стон, но я командую:

– А ну тихо! Мне нужно сосредоточиться.

Он тихонько рычит и сжимает мою талию, от чего под куртку проникает странное тепло. Отбросив в сторону лишние мысли, трогаюсь с места. Слава богу, за городом дорога почти пуста.

Я прибавляю скорость, и Эннекс посмеивается. Склоняюсь к рулю и закладываю виражи на извилистой трассе, наслаждаясь скоростью и ощущением могучей силы мотора.

Маллин остается рядом – то чуть обгоняет, то приотстает, и мы спокойно едем вместе. Клянусь, на его лице играет легкая улыбка.

Крид и Эзра всю дорогу держатся немного позади. Наверное, опасаются, как бы я не стукнула их драгоценную тачку.

Вдали уже показывается большие черные ворота и сложенные из серого кирпича корпуса академии, когда меня вдруг охватывает странное чувство. Как хочется, чтобы эта ночь и поездка по пустынной дороге продлились еще немного…