Цорбах

– Где ты?

– Я уже здесь!

Ворота № 1 тюрьмы Тегель напоминали вход в старинную фабрику.

С телефоном у уха и голосом Стой в динамике я прошел последние несколько метров по мостовой между двумя кирпичными колоннами, увенчанными фонарями в стиле модерн. Хотя уже было довольно темно, они не горели. Зато красный свет светофора у решетчатых ворот, достойных замка, сиял почти неестественно ярко. Как будто предупреждая меня: СТОП. НЕ ХОДИ ДАЛЬШЕ. ЗДЕСЬ ТЫ В ОПАСНОСТИ.

И это, конечно, было правдой. Я знал лучше других, что меня ждет за тюремными стенами. Бывший полицейский и репортер? Конечно, я не стоял на одной ступени с педофилами и убийцами детей, но моя позиция в иерархии была не намного лучше.

Еще метров десять, не больше. Я уже различал Стою за прутьями решетки. Он не хотел пропустить мой приход и явился лично. Издалека он казался еще худее, чем в прошлую нашу встречу. Увидев, как я машу ему рукой, он расправил плечи и попытался выпрямиться.

Кто-то стучался по второй телефонной линии, и я замер.

– Почему ты не идешь дальше? – подозрительно спросил Стоя.

– Подожди секунду. – Я поставил его на удержание и переключился на входящий звонок.

– Алекс?

«Алина?»

– Я этого не ожидал, – обрадованно ответил я. Однако ее тон был совсем не веселым.

– Я звоню не для того, чтобы попрощаться.

– А для чего тогда?

Покачав головой, комиссар Стоя махнул мне рукой от входа в тюрьму. Он сделал жест, которым учителя физкультуры сигнализируют ученикам, чтобы те шевелились быстрее. Однако напряженный голос Алины так меня напугал, что я не хотел двигаться дальше, пока не узнаю, что ее расстраивает.

– Есть три вещи, которые тебе обязательно нужно знать.

– Какие?

– Во-первых: ты был прав. Линия метро U10 существует. Она не действует, но есть несколько недостроенных участков.

– И что еще?

– А еще есть автобусная линия M85.

«Трек 10 группы Silbermond начинается на букву M. Трек 11 группы Alle Farben начинается с числа 85. И у нее даже в названии первая буква М!»

– M85 пересекает линию U10?

– Да, и угадай, что там?

– Подземная станция-призрак?

– Именно, на площади Инсбрукер-Плац. Полностью построена, но так и не введена в эксплуатацию.

Я смахнул морось с глаз и посмотрел в сторону ворот № 1.

– Я скажу Стое. Он всего в нескольких метрах и уже машет рукой.

– Тогда сразу можешь назвать ему имя похитителя Фелины.

– Откуда?..

– Это третье, что тебе нужно знать: Эмилия связалась со мной. Не знаю как, но она, видимо, пробралась в «Амброзию» и позвонила мне оттуда. Там также находится женщина, якобы подружка похитителя. Эмилия поговорила с ней и узнала его имя.

Я почесал лоб, который начал зудеть от волнения.

– Слишком безобидное прозвище для этой твари.

«О боже!»

Я слышал, как Алине было трудно его произнести. Какой же страх охватывал ее – самую сильную женщину, которую я когда-либо встречал, – при одном упоминании этого чудовища.

– Шолле?

– Точно.

– Михаэль Шолоковски?

– Полного имени она мне не назвала, но…

«…это не может быть совпадением».

– Ты уверена? – спросил я, просто чтобы что-то сказать.

Шолоковски. По прозвищу Шолле.

Также известный как Собиратель глаз.

– Да. Он снова играет в свою игру. И похищает детей.

«И сводит нас с ума. Заставляет терять все, если мы встанем у него на пути».

Майк Шолоковски был дьяволом, который убил мою жену и похитил моего сына. Воплощение зла, которое когда-то вынудило меня убить невинного человека – кого я считал преступником после того, как Шолле свалил на него собственные злодеяния. Из-за него я стою здесь под дождем, буквально на пути к потере свободы.

– Я не могу, – простонал я.

– Знаю, тебе нужно отбыть наказание, – сказала Алина.

– Именно. Я не могу туда войти.

Я взглянул на комиссара, стоявшего метрах в десяти и смотревшего на меня из открытых ворот, предчувствуя беду.

– Подожди секунду.

Я снова переключился на комиссара.

– Ты должен кое-что для меня сделать, – сказал я ему.

– Хорошо, поговорим, когда будешь здесь.

– Не могу. Я не могу прийти.

– Ты с ума сошел?

– Юлиан. Речь идет о моем сыне в школе-интернате. Пожалуйста, сделай именно то, о чем я тебя прошу.

– Цорбах, если ты сейчас свернешь, тебе конец.

– Пожалуйста, я пришлю тебе все, что нужно знать, в сообщении. Сделай мне это одолжение. Умоляю тебя!

Я повесил трубку и, возвращаясь к машине, снова переключился на Алину.

– ЦОРБАХ!!! – услышал я, как Стоя кричит мне вслед, теперь уже не по телефону.

И бросился бежать.

– Встретимся через полчаса. Прихвати своего жениха, планы, инструменты и фонарик, – сказал я, ускорив бег.

– Где? – спросила Алина.

– Как ты думаешь?

«Je meurs la. ШО. М85.

Я умираю здесь: линия U10. Там, где останавливается М85».

– На Инсбрукер-Плац!