Алина

«Это бессмысленно», – выругалась про себя Алина и, войдя в комнату Фелины, чуть не расплакалась от собственной беспомощности. Как бы она ни старалась, ей не удавалось различить отдельные предметы мебели. То, что могло быть кроватью, столом, шкафом или стулом, для нее оставалось лишь бесформенными тенями. Она понимала, что это мебель, только потому, что предметы не двигались. В отличие от Эмилии, стоявшей рядом.

– Ты ищешь что-то конкретное? – спросила Эмилия.

Алина обернулась к ней, и у нее перехватило дыхание при виде такого уродства. При этом Алина понимала, что определенно несправедлива к Эмилии. Для натренированного с детства глаза у нее, возможно, были симметричные черты лица. Но для Алины она выглядела чудовищно, особенно когда открывала рот, чтобы заговорить.

– Полиция уже все осмотрела, – сказала Эмилия, и Алине пришлось отвернуться, потому что от движений ее рук у нее закружилась голова.

«Как глупо было думать, что я смогу проверить свои подозрения глазами!»

До сих пор она отказывалась от помощи Цорбаха, но сейчас ей была нужна его поддержка.

– Ты что-нибудь заметил? – спросила она его.

– Если ты скажешь, что ищешь, мне будет проще помочь.

– Ищи то, чего не хватает.

– Это я могу тебе сказать. Здесь не хватает обычных девчачьих штучек, – ответила Эмилия. – Томас строго следит, чтобы ничего не валялось, а кровати были заправлены «как в армии».

Тень Эмилии, вероятно ее рука, указала на еще одну длинную тень, предположительно кровать.

– Он не хотел, чтобы Фелина тратила время на макияж или музыку вместо учебы. Книги, конечно, разрешал. Но никаких постеров с поп-звездами или чего-то подобного на стенах. Как преподаватель физики и географии, он терпел только это.

Алина видела лишь пятно на стене слева от себя, но поняла, что на нем изображено, когда Цорбах прочитал надпись на плакате:

– «Мы встретимся завтра, мой юный спутник, у небосвода».

– Меркурий, Венера, Земля, Марс, Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун! – сказала Алина. Она знала мнемонический прием, с помощью которого запоминалась последовательность восьми планет Солнечной системы. Первые буквы слов в таком предложении соответствовали начальным буквам названий небесных тел.

– Я думал, это звучит как «Мы встретимся завтра, мой юный спутник, у новой планеты», – уточнил Цорбах.

– Так было, пока Плутон не лишили статуса планеты, отчасти потому, что он слишком мал, – пояснила Эмилия, которая, казалось, была рада возможности поговорить о чем-то, кроме неизвестной судьбы своей дочери.

К сожалению, Алина не дала ей надолго отвлечься.

– Фелина рассказала мне, что в ее сундуке есть потайное отделение, – сказала она.

– Ты имеешь в виду ее старый деревянный ящик?

Алина увидела, как тень Эмилии подошла к окну и открыла предмет, похожий на сундук.

– Она использует его как скамейку. Но потайное отделение?

– Что там внутри? – спросила Алина.

– Ничего, что полиция посчитала бы важным, – ответил Цорбах, тень которого тоже склонилась над сундуком рядом с Эмилией. – Ручки, просроченные удостоверения личности, грамоты за балет и участие в Национальных юношеских играх, фотоальбом, еще один. Старые журналы «Браво».

– Вытащи все, – попросила Алина и велела Эмилии также снять и нижнюю панель сундука.

– Я и не знала об этом, – удивленно сказала мать, когда открыла потайной отсек, в котором Фелина, как она сама призналась Алине во время одного из сеансов физиотерапии, хранила свои «сокровища».

– Ты видишь ее МРЗ-плеер?

– Какой плеер? – спросила Эмилия.

Значит, Фелина скрывала его даже от своей матери.

Алина объяснила ей, что это за «часы» и почему она подарила Фелине МРЗ-плеер.

– Я и об этом ничего не знала, – грустно сказала Эмилия. – И Томас, конечно, тоже, иначе он бы их у нее забрал.

В голосе Эмилии мелькнула тень самоосуждения. Наверняка она не впервые размышляла о том, насколько маниакальный контроль мужа отдалил их дочь от семьи.

– Нет, здесь нет никакого МРЗ-плеера. Только вот это.

Эмилия снова наклонилась над сундуком и достала из его глубин нечто, что Алина не смогла бы описать просто потому, что никогда прежде ничего подобного не видела.

Серо-зеленый предмет, похожий на блок. Ей пришлось прикоснуться к нему, чтобы буквально осознать, что это такое.

– Кассетный магнитофон? – спросил Цорбах, пока Алина держала за ручку старомодное устройство, наверняка когда-то предназначенное для детских аудиосказок, а свободной рукой провела по кассетной крышке.

Она поставила прибор на поверхность, которую приняла за стол.

– Можешь, пожалуйста, вставить для меня? – спросила она, но Цорбах опередил Эмилию, взяв у Алины кассету, которую та ранее достала из коробки с мелочами в кабинете Нильса. Без дальнейших подсказок он нажал кнопку воспроизведения, и голос Фелины наполнил комнату.