Начало 1399 г. проходило достаточно мирно. Конфликты с князьями Померании, и особенно с князем Святобором Штеттинским (Щецинским), были улажены. Поводом для военного вторжения в языческую Жемайтию послужило прибытие с запада военных гостей-пилигримов, в том числе и из Франции. Подобные походы считались богоугодным делом, и даже верховный магистр, не считавший в данной ситуации военные действия полезными для Пруссии, принял в нём участие. Поход в Жемайтию продлился 11 дней, в результате было разорено несколько районов. По окончании дворян, участвовавших в нём, посвятили в рыцари, в том числе и многих прусских витингов. Это вторжение не нарушило мира с Витовтом, который после большого пожара в Вильне, в результате которого вместе с городом погибли кафедральный собор, верхний замок, богатейшая сокровищница и множество отличных коней, не отказался от величественных планов на юге и востоке. После катастрофы при Ворксле Витовт оказался не готов к борьбе с татарами и надеялся на помощь ордена. Но в этот момент обострились отношения между Пруссией и Польшей. По приказу короля Владислава-Ягайло был схвачен направлявшийся в своё Кульмское епископство новый епископ Йоханнес Опольский. Магистр Конрад выступил с протестом. Затем 17 июля умерла королева Ядвига, чьё благосклонное отношение к ордену поддерживало мир между двумя государствами. В этой ситуации Витовт выступил в качестве посредника, чтобы сгладить затянувшийся спор относительно Добринской земли. Но попытка осуществить личную встречу магистра и короля не увенчалась успехом. После смерти Ядвиги, не оставившей королю наследника, прервалась правовая связь, породнившая Ягайло с Польшей. В связи с этим у герцога Вильгельма Австрийского появились новые надежды на польский трон, и он обратился к верховному магистру с просьбой подтвердить его права. Польская знать не имела единого взгляда на данную проблему, и Владислав-Ягайло, решив оказать давление, предложил покинуть Польшу и вернуться домой, тем самым прервав польский сюзеренитет над потрясённой, но ещё сильной Литвой. Это заявление, а также сложная ситуация на границах с татарами и Венгрией, выступавшей в поддержку ордена, убедили Польшу укрепить королевский статус Владислава-Ягайло и упрочить отношения с Литвой. Это означало возобновление сюзеренных прав Польши к Литве. Не желая в данный момент обострять отношения с орденом, Владислав-Ягайло заявил о своих мирных намерениях. Для подтверждения своих заявлений он прислал в подарок магистру добытую на охоте дичь[1034].
Победа над Жемайтией, 1400 г. В конце 1399 г. и в начале 1400 г. в Пруссии скопилось большое количество военных гостей из Европы. Командовали ими герцоги Вильгельм фон Гельдерн и Карл фон Кюне Лотарингский. Воспользовавшись случаем, руководство ордена решило окончательно закрыть проблему с Жемайтией, формально принадлежавшей ордену, но фактически являвшейся независимой территорией. Орден мобилизовал дополнительные силы, собрав ополчение из ленных рыцарей и городских отрядов. Пока в кирхах и монастырях вымаливали у Бога победу, войско, возглавляемое маршалом Вернером фон Теттингеном (1392–1404) и Карлом Лотарингским, достигло границ Жемайтии. (Герцог Вильгельм фон Гельдерн ввиду болезни вынужден был вернуться на родину.) Это зимнее наступление, по-видимому, оказалось столь неожиданным, что жители не смогли оказать полноценное сопротивление. В это же время великий князь Витовт выполнил своё обещание и вторгся в Жемайтию со значительной силой с востока, уничтожая своих верных союзников. Благодаря этой помощи был завоёван весь край. Не в силах бороться на два фронта, отчаявшиеся жемайты повсюду выдали заложников и дали клятву безусловного повиновения и принятия христианства. По случаю победы герцог Лотарингский со многими известными дворянскими фамилиями были посвящены верховным маршалом в рыцари. Конрад фон Юнгинген, довольный покорением большей части языческой земли и особо содействием Витовта, наглядно доказавшим его мирное расположение к ордену, немедленно принял меры для полного вступления во владения покорённого края.
Вскоре были сооружены два замка, в одном из которых расположилась резиденция Михаэля Кюхмейстера фон Штернберга, поставленного фогтом Жемайтии. В другом замке, названном Фридебургом, высшим чиновником был поставлен бургграф с небольшим количеством орденских рыцарей. По их распоряжению назначенные в отдельных районах камерарии обязаны были выполнять предписания по управлению краем. Для наставления народа в христианской вере в Жемайтию направили духовных лиц. Благодаря щедрому снабжению зерном, скотом и другими необходимыми вещами жемайты склонялись к принятию орденской власти. Большое количество переселилось в Пруссию, где люди нашли понимание и поддержку местных комтуров. В Мариенбург для крещения прибыли знатные жемайты, многие из которых имели княжеское происхождение (небольшие князьки). Конрад фон Юнгинген принял участие в качестве крёстного отца, одарив новообращённых ценными подношениями и обеспечив праздничным угощением. Магистр делал всё возможное, чтобы склонить глав родов, и через них весь народ, к послушанию ордену и принятию христианства[1035].
Конечно же, не все жемайты приняли христианство и согласились жить под властью ордена, около 4000 беженцев ушло в Литву. На протест ордена с требованием выдать беглецов было указано, что согласно договору возврату подлежали только зависимые люди, а в Жемайтии таковых определить было практически невозможно.
Русь и Литва. Поражение Витовта на Ворксле отразилось на ситуации с Русью. Новгород, хорошо знакомый с кознями Витовта, выступил против его политики, и стороны объявили друг другу войну. До боевых столкновений дело не дошло, и осенью 1400 г. Новгород и Псков заключили с Литвой мир. Бывший князь Смоленский Юрий Святославович при поддержке своего тестя — князя Рязанского Олега осадил Смоленск. Жители открыли ворота и приняли своего князя. Попытка Витовта отбить город закончилась неудачей, не помогло и применение артиллерии. После четырёх недель осады литовское войско отступило. Потеря Смоленска заметно ослабила Литву. Витовту больше не удалось возродить свою гегемонию на Руси, существовавшую до 1399 г. Тем не менее он не желал смириться с потерей, и военные действия продолжались. Очередной поход Литвы на Смоленск в апреле 1404 г. вновь закончился неудачей. После взятия литвинами Вязьмы Василий Московский и князь Рязанский отказались поддерживать Юрия. После заключения Рационжского мира с орденом Витовт смог направить на восток освободившиеся силы, и смоленские бояре сдали ему город[1036].
Великий князь литовский и Виленско-Радомская уния, 1400–1401 гг. Мирные и даже дружеские отношения между Витовтом и орденом, казалось, всё более укреплялись. В год отпущения грехов (1400) супруга великого князя Анна совершила паломническую поездку по Пруссии: она засвидетельствовала своё почтение перед реликвией Св. Катарины в замке Бранденбург, набожной Доротее на её "чудодейственной" могиле в Мариенвердере и голове Святой Барбары в Альтхаузе. Нанесла визит верховному магистру в Мариенбурге, в чём Конрад усмотрел новые доказательства верности Витовта. Приёмом княгини, а также подношением щедрых подарков магистр выказывал своё доброжелательное отношение к великому князю.
В то же время Витовт использовал мирный период для восстановления своих сил, пополнения уничтоженного при Ворксле войска, занимаясь строительством новых и восстановлением старых крепостей. В начале 1401 г. между Литвой и Польшей была заключена новая Виленско-Радомская уния. По этому договору Витовт подтверждал верность польской короне и провозглашался пожизненно великим князем литовским. Параллельно с этим князь готовил восстание в Жемайтии.
Восстание в Жемайтии, 1401 г. Восстание, втайне поддержанное Витовтом, началось в мае 1401 г. Только что законченные орденские замки были захвачены и сожжены, часть орденских рыцарей и кнехтов взяты в плен и уведены в Литву. Вскоре всё, что напоминало о власти ордена, администрация и гарнизоны — бесследно исчезло. Витовт изгнал из края приверженцев ордена, назначил в Жемайтии своих управляющих, забирая для верности заложников, и начал подготовку к войне. В то же время, играя роль миротворца, он встретился с верховным магистром. Некоторые сомнения у Конрада фон Юнгингена вызывали его новый союз с Польшей и договор о взаимопомощи с князьями Твери, Мазовии и некоторыми епископами. Магистр предполагал два варианта: этот союз мог быть направлен против ордена либо против брата короля Свидригайло, являвшегося князем Подолии, Валахии и некоторых других земель. На попытку прощупать позицию Польши на случай войны ордена с Витовтом магистр получил достаточно уклончивый ответ. Конрад был уведомлен своей разведкой о всевозможной помощи, которую король оказывал великому князю, в том числе и военными отрядами.
На орденском совете было принято решение осторожно, но со всей энергией подготовиться к надвигающейся войне. В Пруссии приняли необходимые меры для оснащения своих войск. В Мариенбурге спешно заложили литейный цех по изготовлению орудий. В Германию направили просьбу к князьям о помощи. В Померании среди рыцарей были набраны наёмники.
Параллельно руководство ордена организовало вторжение в Жемайтию, куда был направлен отряд под командованием маршала. Войска, форсировав Неман — Мемель, подошли к пограничному орденскому замку Готтесвердер. Доставив гарнизону продукты, они двинулись к Ковно. Гарнизон Ковно, не оказав сопротивления, поджёг крепость и отступил.
В это время от короля к магистру прибыл посланник с предложением мира. Причина столь неожиданного шага была неясна. Возможно, короля беспокоила подготовка к новому браку с Анной из Словении, внучкой Казимира Великого, дочерью графа Германа фон Зилле (Цилле). Конрад, прекрасно зная своего противника, предложил для надёжности подтвердить мирный договор международными гарантиями[1037].
Война с Витовтом, 1402 г. В январе 1402 г. в Мариенбурге неожиданно появился брат польского короля князь Свидригайло — "князь и наследник в Литве и Руси и господин Подолии", как он представился магистру. Приглашённый Владиславом-Ягайло в Краков на праздник бракосочетания, он узнал о прибытии ненавистного двоюродного брата Витовта. Переодевшись купцом, сбежал из города и неопознанным пробрался через Польшу в Пруссию. У магистра он нашёл дружественный приём, ибо Конрад понимал, как важен в данной ситуации для ордена союз с князем. Во время переговоров Свидригайло подтвердил все пункты и определения мира, заключённого между Витовтом и Тевтонским орденом (Салинское соглашение). Добавив к ним важные для ордена приграничные территории, он гарантировал Пруссии большие льготы в торговле[1038]. Богатый опыт показывал, как мало можно доверять литовским князьям, но в этот период любой враг его врага для ордена был другом. Конрад прекрасно понимал, что дипломатические усилия необходимо подкреплять силой меча.
Боевые действия уже шли полным ходом, неоднократно орденский маршал или комтуры отдельными отрядами вторгались в Литву, доходя до Гродно и далее. Жемайты также не оставались в долгу и с помощью вспомогательных отрядов Витовта в мае внезапно атаковали город Мемель. Штурм закончился взятием города и его уничтожением, многие горожане погибли, ещё больше было угнано в плен. Неожиданным нападением была захвачена крепость Готтесвердер на реке Неман — Мемель, чрезвычайно важный пограничный пункт на границе с Литвой. Для подавления жемайтов, которых активно поддерживал Витовт, решено было нанести удар в центр Литвы. Князь Свидригайло обещал, что его сторонники в Вильне помогут взять город. В стране был объявлен воинский призыв, из орденских вассалов собрали рыцарское ополчение, возглавляемое комтурами и орденскими рыцарями. К ним присоединился собственный отряд Свидригайло. По имеющимся сведениям можно предположить, что в войске было свыше 4000 конных, плюс обозы с небольшими отрядами пехоты. Объединённые силы под командованием великого комтура Вильгельма фон Хльфенштайна (Wilheim V. Helfenstein, 1391–1404), по другим данным — маршала Вернера фон Теттингена[1039] в июле 1402 г. вторглись в Литву. Выступивший навстречу Витовт был разбит и, понеся большие потери, обращён в бегство. Войска Тевтонского ордена устремились к Вильне. Но надежда взять город с помощью сторонников Свидригайло не оправдалась (Витовту удалось схватить заговорщиков и предать их смерти), и войска двинулись на юг, в район Ошмяны и Мядининкай. Спалив эти два города, орденские войска в течение трёх недель разоряли область, затем повернули обратно. После поражения Витовт уклонялся от прямых столкновений и, обойдя войска маршала, отрезал им отход, захватив броды на реках Вилия и Неман. Получив сообщение о манёвре литвинов, великий комтур направил своё войско на юго-запад. Пройдя по дебрям Мазурские озёра, вышел через Лётцен к Растенбургу. Князя Свидригайло для лучшей связи с его сторонниками в Литве оставили в замке Базлак (Bäslack) южнее Растенбурга{119}.
Переговоры в Торне, 1402 г. Внешне король Владислав-Ягайло наблюдал за этими событиями спокойно, даже безучастно. Некоторое время даже открыто выражал своё дружеское раположение к ордену. На состоявшихся переговорах в Торне обе стороны порадовали друг друга ценными подарками. Магистр также преподнёс 3 марки актёрам Торна, 2 марки актёрам королевы Польши и 2 марки актёрам епископа, а также актёрам короля 3 марки и королевским певцам 1 марку[1040]. Но, по сути, переговоры ни к чему не привели. Состоялся обмен мнений о Добринской земле, о ситуации в Жемайтии и Литве.
Покупка Новой марки, 1402 г. Король Венгерский Сигизмунд Люксембургский ещё в 1398 г. предложил Немецкому ордену купить Новую марку, но по многим причинам верховный магистр отклонил это предложение. Вторично король предложил эту сделку осенью 1402 г., при этом предоставил ордену выбор: взять эту землю под залог либо приобрести официально. Магистр снова отказался от предложения под предлогом, что из-за войны с Литвой у него не было сил для обороны этого края, а также указал на другие причины, одна из которых — нехватка финансов. Тогда Сигизмунд пошёл другим путём: он распустил в Пруссии слух, что якобы король Польши пытается приобрести эти земли. Вскоре появился проект договора, по которому Новая марка должна была быть передана польскому королю в залог под определённую сумму. Но хитрость заключалась в том, что договор можно было признать недействительным в случае согласия ордена на покупку этой земли. Неясно, являлось ли это фальшивкой, но в любом случае орден не мог допустить передачи Новой марки Польше. В этом случае Пруссия была бы отделена от Германии, а Польша окружала бы орденское государство с трёх сторон. С другой стороны, Польша тоже была недовольна, имея врага на северо-западе. Имелся ещё один претендент на эту территорию — князь Штеттинский Святобор I, который утверждал, что Новая марка вследствие долгов имеет перед ним обязательства, и также желал её приобретения. Опасаясь надуманных или имеющихся претендентов, руководство ордена решилось купить эту территорию. Договор о покупке был заключён в июле 1402 г. и одобрен королём 29 сентября в Прессбурге (Братислава). В договоре было чётко определено: сумма сделки — 63 200 венгерских гульденов, король обязуется освободить орден от всех притязаний на эти земли других лиц и государств, в ином случае он был обязан вернуть указанную сумму со всеми издержками. За королём Сигизмундом и его возможными наследниками, братом короля Венцеславом и маркграфом Моравским Иобстом, на время их жизни сохранялась возможность выкупить эту землю за указанную сумму. После смерти всех указанных лиц земля в целом и на вечные времена отходила в собственность ордена. Несмотря на доводы ордена в ходе приобретения данной территории, предусмотреть все последствия и осложнения было невозможно. Тотчас последовали требования от князя Святобора и более серьёзные — от маркграфа Моравского Йобста, считавших действия Сигизмунда противозаконными. Всех этих претендентов с претензиями и требованиями орден направлял к венгерскому королю. В результате этого приобретения обострилась ситуация с Польшей, которая, как считают современные польские историки, оказалась охвачена орденом с северо-запада, что грозило ей серьёзными последствиями.[1041]
В начале года маршал Вернер фон Теттинген совместно с прибывшими отрядами военных "гостей" совершил поход в Литву. Экспедиция прошла традиционно — с разрушением и разграблением деревень и захватом более 3000 пленных. Была уничтожена пограничная крепость Мяркине, но в районе Тракай успеха не добились. Всё закончилось посвящением в рыцари участников похода и возвращением в Пруссию. Литва, понеся значительные потери, выстояла в этой тяжёлой ситуации. В апреле литвины нанесли удар по Ливонии и разрушили замок Дюнабург, а немного позже Витовт взял крепость Юргенбург (Георгенбург, Юрбаркас на правом берегу Немана). Польский король издал и разослал королям и правителям официальную жалобу, направленную против действий ордена. Орден в ответных письмах решительным образом опроверг обвинения короля. Не ограничившись этим, магистр, понимая, что надо быть готовым к войне, ещё в 1397 г. приступил к постройке нового каменного замка Рагнит.
Строительство нового замка Рагнит. Строительство Рагнита было подготовлено очень хорошо. Здесь работал знаменитый архитектор, мастер Николаус Фелленштайн[1042] из Кобленца (он работал также над крепостью в Тильзите и в других местах). Были подготовлены мастерские и склады, построено жильё для прибывших каменщиков, каменотёсов, плотников и других специалистов. Из документов ордена следует, что на строительстве было занято до 30 мастеров различных специальностей. В 1403 г. были мастера из Данцига, Эльбинга, Бранденбурга, Грауденца, Торна, Кульма, Мариенбурга, Бальги и даже из Померании[1043]. На вспомогательные работы из Самбии (Замланда) было затребовано 1200 человек, а жившие в округе скаловы за плату выполняли подсобные и извозные функции. Рыцари-витинги под командованием орденских представителей охраняли и обороняли строительную площадку. Им была также поручена охрана материалов и контроль над их расходом. Полевой камень ввиду его незначительного количества использовался только для закладки фундаментов, в началах стен и углах. На месте было организовано производство кирпича. Древесину получали из лесов, лежащих к востоку от Рагнита. Доски привозили из Кёнигсберга. Известь, потребность в которой была очень высока, доставлялась издалека. Наиболее качественная известь добывалась на острове Готланд и вывозилась в Пруссию. В Рагнит её привозили корабли из Данцига, всего 107 ластов, или около 346 тонн. Из Данцига поступали и гвозди, сохранился счёт на 1400 шоков (шок = 60 шт.) больших и 450 шоков малых гвоздей. Для строителей доставлялось и продовольствие, в орденских счётных книгах имеются записи на 62 840 шеффелей ржи, 120 шеффелей пшеницы, 17 000 шеффелей овса, 11 300 кругов сыра. Из 2218 шеффелей ячменя и солода большая часть, безусловно, использовалась для приготовления пива, как и 750 шеффелей хмеля[1044].
Вначале построили по всему периметру крепостной территории внешнюю оборонительную стену. Летом 1397 г. после закладки подвалов и фундаментов начались кирпичные работы, руководил ими каменщик Альбрехт. К марту 1402 г. были возведены стены главного здания. Мастер из Бартенштайна Михил Мюнстерберг установил на них стропила и возвёл крышу[1045]. Главное здание замка, сложенное из кирпича готической кладкой, имело размеры 58,91 х 58,88 метра, занимало площадь более 3000 квадратных метров. Внутренний двор имел площадь 575 квадратных метров. Высота главного этажа достигала 12 метров. Располагавшийся над ним оборонный этаж был высотой два метра. Двускатная крыша на внутренней стороне достигала ближайшего этажа. Внутренний объём главного здания достигал 28000–30000 кубических метров. Внешние стены были толщиной три метра. Внутри оконные ниши позволяли поставить стол с четырьмя стульями[1046]. В южном флигеле зал капитула и часовня занимали всю высоту здания до оборонного этажа[1047]. Другие флигели были многоэтажными. Внутренняя галерея была двухэтажной. В 1402 г. орденская крепость получила 46 центнеров (1 центнер = 50 килограммов) белого стекла и два центнера цветного. Доставка стекла говорит о заключительном этапе строительства. В 1403 г. орденские братья уже вселились в новый замок. Предположительно в это же время была разобрана старая крепость, при этом строительные материалы использовались для продолжения строительства новой. Верховный магистр Конрад фон Юнгинген 1 декабря 1403 г. заключил с каменщиком Йорге Бешайденом договор о проведении дальнейших каменных работ. Йорге Бешайден получил за изготовление сводов и реконструкционные работы в орденском замке Рагнит, согласно договору за двухгодичный период (декабрь 1403 г. — декабрь 1405 г.), 500 марок, которые были разделены на многие платежи различной величины[1048].
На ручье у замка построили дамбу, а перед ней выкопали ров до четырёх метров глубиной и до 12 шириной. С помощью дамбы образовался пруд, необходимый для работы мельницы. Эти работы длились 18 месяцев и шли до 1404 г. Данцкер в Рагните располагался на севере в сторону Мемеля. К 1405 г. строительство самого замка было закончено.
В одном из помещений западного крыла стены были расписаны гербовыми картинами: там имелись изображения гербов хохмейстера Ульриха фон Юнгингена, великого комтура Куно фон Лихтенштейна, маршала Фридриха фон Валленрода и комтура Эберхарда фон Вальденфельса. Гербы были изображены в 1407–1408 гг.[1049]
С 1406 г. приступили к возведению форбурга[1050], возглавил это строительство каменщик из Данцига Ханнус Боллен[1051]. Летом 1406 г. комтур Рагнита попросил верховного магистра прислать четырёх плотников для установки на стенах оборонительного хода, в это же время на форбурге делалась башня. К 1 сентября 1407 г. в замке имелось уже 11 больших и малых орудий, 18 картечниц и пять бочек пороха. Для картечниц, стрелявших раньше колотым камнем, появились свинцовые заряды (пули). На складах имелось также 248 арбалетов и 1970 шоков (118 200 штук) стрел[1052].
Контакты с Витовтом. В то время как в 1403 г. орденский маршал с военным отрядом стоял у Рагнита для защиты строителей, неожиданно от Витовта прибыл посланец с предложением о перемирии. Князь предлагал подготовиться к проведению мирных переговоров с верховным магистром и по возможности добиться мирного разрешения разногласий.
Как полагает И. Фойгт, Витовт с Владиславом-Ягайло ставили главной целью дождаться результатов своего послания императору и римскому папе. Они надеялись положить конец дальнейшим походам европейского рыцарства в Литву. Осторожный Конрад фон Юнгинген никогда не отвергал мирных предложений, и в сентябре на острове посреди реки Дубисы состоялись переговоры. На них неожиданно выяснилось, что все предыдущие договорённости по Жемайтии не имеют силы. Витовт заявил, что без позволения Польши он не имеет права передать эту землю ордену. Стало ясно, что переговоры были явным обманом, они выглядели как насмешка над магистром. Старый друг Витовта орденский рыцарь Марквард фон Зальцбах ещё в 1387 г., находясь у него в плену, помог князю в решающую минуту заключить с орденом союз. В дальнейшем Марквард вместе с князем боролся против Ягайло, а в 1399 г. участвовал с Витовтом в походе на татар. Услышав заявление Витовта, он не удержался и при всех назвал его подлецом и изменником[1053]. Витовт не простит ему этого оскорбления и после сражения под Танненбергом прикажет убить захваченного в плен Маркварда.
Папский запрет. Буллой от 3 сентября 1403 г. папа Бонифаций IX запретил Тевтонскому ордену устраивать крестовые походы против новообращённой Литвы. Но Конрад фон Юнгинген 10 декабря 1403 г. написал аппеляцию к папскому престолу. В своём послании он, представив Витовта и короля "покровителями и пособниками языческих и еретических нравов и обычаев", объяснил свой отказ подчиниться папскому диктату обязанностью защищить свою страну[1054]. В то же время отказ от крестовых походов не отменял обычные войны между христианскими государствами.
Претензии Свидригайло на трон великого князя значительно осложняли политические манёвры Витовта. Попытки давления на магистра с требованием удалить Свидригайло из Пруссии встретили отказ. Назревал компромисс между Свидригайло и Жемайтией, о чём магистр открыто заявил в январе 1404 г. на встрече с Владиславом-Ягайло и Витовтом. Во время встречи было заключено перемирие, а 22–23 мая 1404 г. достигнуто соглашение. Уже в начале года через посредничество Свидригайло собрались уполномоченные Польши и ордена для обсуждения проблем Добринской земли. В этом юридическом вопросе обе стороны привлекли советников. На орден работал опытнейший придворный юрист Йоханнес Риманн, получавший за свою работу 40 марок в год{120}. В случае если обе стороны не достигнут согласия, было решено передать этот спорный вопрос на имперский суд и удовлетвориться его заключением. Шаг за шагом обе стороны шли навстречу друг другу, обмениваясь подарками. Для ускорения мирного урегулирования Витовт обещал вернуть Жемайтию. Затем все стороны собрались в замке Рационж (Racyans, Рацанс, Рацёнжек) и при личной встрече достигли соглашения о мире. По этому договору польская сторона обязалась выкупить Добринскую землю, уплатив ордену компенсационную сумму в 2400 коп (144 000) богемских грошей, до Троицы следующего года и защищать орден от всех требований наследников этой территории. Были также подтверждены по всем пунктам договорённости между орденом и Казимиром. После этого приступили к переговорам о спорных вопросах между Литвой и орденом. Король и магистр подтвердили ранее заключённые соглашения с Витовтом о границах Жемайтии. Сам Витовт обязался соблюдать все соглашения, достигнутые между королём и магистром, а также содействовать всеми силами ордену, чтобы в течение года или раньше Жемайтия выдала заложников и принесла присягу на верность. Если Витовту это не удастся, он обязался прекратить с этим краем все связи, запретить любую торговлю и принимать в Литву бежавших жемайтов. Владислав-Ягайло тоже подтвердил и гарантировал передачу Жемайтии. Если же Витовт не будет своими вооружёнными силами помогать ордену, король обязался заставить его в приказном порядке. На этих условиях Свидригайло вернулся в Литву и покорился великому князю. Таким образом, на Троицу 1404 г. между сторонами был заключён мир. Его отметили трёхдневным празднованием, с пирами, рыцарским турниром и военными соревнованиями в Торне[1055].
Для улучшения отношений с орденом Витовту пришлось ещё раз предать жемайтов. Он помогал ордену в строительстве замков на территории Жемайтии и склонял народ к послушанию новым властям. Но ненависть к ордену среди строптивого народа была так сильна, что появилась необходимость вновь набрать заложников и ввести в этот упрямый край дополнительные войска. Витовт выразил готовность часть орденских войск расположить на своей территории, чтобы в случае необходимости они могли быстро выступать против жемайтов. Великий князь советом и делом помогал порабощать этот свободолюбивый народ. Предав жемайтов, он в сентябре 1404 г. в Ковно заключил с орденом договор о военной взаимопомощи. Против этого договора выступила Польша, и Витовт был вынужден формально аннулировать его, фактически продолжая его соблюдать. Его войска в 1405 г. дважды вторгались в Жемайтию и принудили её жителей признать власть ордена. Близ Шушве он построил крепость Кёнигсбург, где расположился гарнизон из 40 воинов ордена и 400 поляков, его снабжение легло на Витовта.
В этом же году осенью жемайты атаковали крепость, но неудачно, и вынуждены были отступить. Фогтом Жемайтии был назначен Михаэль Кюхмейстер фон Штернберг (Michael Küchmeister v. Sternberg), знавший прусский и литовский языки, на начальном этапе своей резиденцией он избрал крепость Кёнигсбург. Под его руководством в 1407 г. был восстановлен Фридбург и при содействии Витовта завершена крепость на реке Дубисе. В Дубисскую крепость и перебрался фогт Жемайтии. Орденские чиновники приступили к учёту населения, появились первые колонисты из Пруссии. Вспышки сопротивления оперативно подавлялись жестокими рейдами и захватом заложников.
Прекращение военных действий с орденом помогло великому князю направить свои усилия против Руси и, прежде всего, Московского княжества. Витовт не собирался мириться с утратой Смоленска, который он потерял в 1400 г., но все его попытки вернуть город в 1401, 1403 и в апреле 1404 г. закончились поражением.
После Рационжского мира Витовт смог сосредоточить на этом направлении дополнительные силы и 26 июня вновь захватил Смоленск. Это повлекло за собой обострение ситуации на востоке и начало новой литовско-московской войны, развернувшейся в 1406, 1407 и 1408 г.[1056] Во время похода Витовта в 1406 г. против московского князя Василия I орден направил на помощь вспомогательный отряд численностью более 1500 воинов под командованием комтура Рагнита графа Фридриха фон Цоллерна (Graf Friederich v. Zollem, 1402–1407) и фогта Жемайтии Михаэля Кюхмейстера. В этом отряде могло находиться от 100 до 150 орденских и прусских рыцарей, в своём большинстве выходцев из дворян-пруссов и частично немцев.
Война за Готланд, 1404 г. Прекращение военных действий против Литвы позволило магистру заняться проблемой Готланда. Опасения подтвердились очень быстро: королева Дании объявила своё право на остров как "право Божье" и потребовала от ордена немедленной передачи его, или она применит силу. В октябре 1399 г. Маргарита потребовала безусловного освобождения острова как части её наследства от отца. Верховный магистр ответил, что занятие острова произошло в условиях необходимости, с большими издержками, и его безвозмездное освобождение невозможно. Королева упорно настаивала на своём, полностью отметая доводы верховного магистра. Попытка ганзейских городов урегулировать этот спор успеха не принесли. Внезапно в январе 1403 г. датские войска высадились на остров, обороняемый лишь слабыми гарнизонами. После четырехнедельной осады был взят Висбю и воздвигнуты три крепости. Об этих событиях верховный магистр был уведомлён 30 января, но ввиду сложной ледовой обстановки оказать помощь было невозможно. Конрад фон Юнгинген распорядился о подготовке ответной акции. Полным ходом началась сборы: магистраты Данцига, Эльбинга, Торна и Кёнигсберга выделили арбалетчиков и пехотинцев с большими щитами, опиравшимися на землю, а также артиллерию. На этот раз города прислали контингент из 300 воинов, из них Данциг — 126 человек, Торн и Эльбинг — по 73, а Кёнигсберг — 28 человек, не считая вооружённых команд судов. В основном это была пехота. Эльбинг направил две группы: первая — 37 воинов и 21 лошадь, вторая — 36 арбалетчиков. Дополнительно горожане наняли 36 вооружённых моряков. В отряде также имелись оружейник, брадобрей-хирург с помощником и три трубача. Военных определили на три судна, самое большое из них имело 100 ластов грузоподъёмности, остальные — 43 и 16 ластов (соответственно 200, 86 и 32 тонны)[1057]. Орденское руководство выжидало, пытаясь застать Маргариту врасплох. В марте 1404 г. флот ордена с 1500 воинами, запасами продовольствия и артиллерией прибыл на остров и взял Висбю. Фогт Иоханн фон Техвиц был заменён орденским рыцарем Вильгельмом фон Эппингеном (Wilhelm v. Eppingen, 1404–1407)[1058]. После взятия Висбю отряд воинов был направлен на захват одного из датских укреплений. Вскоре из Пруссии прибыли новые подкрепления. Датская королева в порту Кальмар собрала внушительные силы для высадки на Готланд. Но корабли, подготовленные для транспортировки войск, подверглись нападению орденского флота. В сражении 60 датских кораблей были сожжены, а 100 захвачены[1059]. После этого поражения удача окончательно отвернулась от датчан. Оставшиеся на Готланде войска оказались отрезаны орденским флотом от баз снабжения. Одна за другой датские крепости сдались, и остров полностью перешёл под власть ордена. Потеряв около 200 кораблей и все войска на Готланде, королева больше не решилась продолжить войну. При содействии отдельных ганзейских городов она предложила перемирие, которое было заключено в Висби 1 июля 1404 г.[1060] Затем начались бесконечные переговоры, которые со стороны ордена вел кбмтур Бальги Ульрих фон Юнгинген[1061].
Неожиданно король Альбрехт и королева Маргарита пришли к соглашению, в котором не было указано, кто именно должен возвратить ордену деньги. На претензии магистра королева отвечала: орден должен требовать свои деньги с того, кому он их дал. В ответ на это магистр усилил гарнизон Готланда отрядом наёмников. Во время приёма делегации из Висби Конрад фон Юнгинген посоветовал им построить две крепости, где при необходимости население острова могло найти убежище. Вскоре королева возобновила переговоры с магистром, но они приняли столь затяжной характер, что решение этой проблемы отодвигалось на неопределённое время. Готландское предприятие оказалось обременительным, требовавшим чрезвычайных расходов, но при этом ограниченной политической пользы. Конрад отдал распоряжение упразднить фогтство Готланд и завершить это предприятие. Окончательно всё закончилось уже при его преемнике Ульрихе фон Юнгингене, после уплаты оккупационных издержек в размере 9000 нобилей остров был освобождён 15 июня 1408 г.[1062]
Ситуация внутренняя и внешнеполитическая. Конрада фон Юнгингена современники считали кротким и дружелюбным человеком, в своей религиозной жизни он всё ещё был привязан к внешним церковным формальностям. Он постоянно и внимательно следил за религиозной жизнью орденских братьев. По отношению к населению требовал неукоснительного соблюдения законов. Если во время охоты было случайно потравлено посевное поле или пострадало несколько овец или гусей, он приказывал немедленно возместить ущерб. Если орденский вассал в походе терял коня или тот стал непригодным к дальнейшему использованию, из казны ордена ему выплачивали необходимую сумму. Призванные для строительства замков сельские жители за работу получали достаточное жалованье. Если в результате пожара, наводнения или града крестьянину не хватало средств к существованию, он мог обратиться к магистру и получить финансовую помощь. Не было года, чтобы пострадавшие от природных катаклизмов районы полностью не освобождались от налогов. Таким же образом он поступал и в отношении небольших городов. В случае пожаров или других катастроф они получали денежную помощь или, по крайней мере, на многие годы освобождались от налогов.
Внешнеполитические условия требовали от Конрада необходимости в военных приготовлениях, но делал он это очень взвешенно. Благодаря своей политике, помогавшей избегать прямого столкновения с объединёнными силами Литвы и Польши, орден мог продолжать своё существование и балансировать на грани войны и мира. Период правления Конрада часто называют апофеозом орденской истории. Помощь в лице пилигримов-крестоносцев из Европы пришла к своему завершению. Формально на границах были только христианские территории, о чём не раз заявлял римский папа. Приходилось рассчитывать только на свои достаточно ограниченные вооружённые силы и финансовые возможности. Польша и Литва по своим ресурсам даже по отдельности во много раз превосходили Пруссию. Только по территории они более чем в 23 раза превышали территорию орденского государства, а по населению — почти в 10 раз.
[1063]
Если учесть, что в Пруссии практически отсутствовали природные ресурсы, то можно представить, насколько хрупкой была надежда ордена на победу. Всё это магистр прекрасно понимал и старался всеми силами предотвратить открытую войну с Владиславом-Ягайло и Витовтом. Умер Конрад фон Юнгинген 30 марта 1407 г. в Мариенбурге, где и был похоронен.