Узкий лаз закончился ничем. Сразу, к сожалению, этого рассмотреть не удалось, так как завал не просматривался полностью, уходил немного вверх и терялся за контурами свода. Но стоило просунуть в него голову, всё сразу становилось понятно. Так что я быстро выбрался обратно и ещё раз, внимательно осмотрелся. Я был уверен, здесь что-то есть и проход к нему, просто спрятали. Очередной осмотр периметра ничего нового не принёс, всё те же стены и единственная арка, выходящая из-под толщи грунта.

Пока Федя, не сумевший преодолеть любопытства, кряхтел, согнувшись возле неё в три погибели, я принялся выхаживать взад-вперёд в раздумьях: куда и каким образом упрятали вход. И как только выбрался на середину помещения, под ногой раздался глухой «бум». А вот и ответ: люк, присыпанный грунтом. Снова банальное, но очень эффективное решение.

— Федь! Иди здесь посвети! — крикнул я, всё ещё продолжая играть в несознанку.

Мне не хотелось сверкать перед ним своими талантами и понятия не имею, почему. Не отрицаю, впечатление этот человек производил положительное. Однако в памяти были ещё свежи отпечатки поступка Тихого. И, несмотря на всё это, я пока не решил, что с ним делать в дальнейшем. Пока чаша весов склоняется в сторону смерти, скорее всего, именно так я и поступлю. Да жестоко, хладнокровно, может быть, с моральной точки зрения неправильно, но ещё одного удара в спину я не получу. И опять же, решение не окончательное, присмотрюсь чуть дольше — станет понятно.

— Чё там? — появился тот через секунду и несколько раз сплюнул, освобождая рот от земли, видать всё же попытался поглубже в арку пролезть.

— Слушай, — ответил я и несколько раз стукнул ногой чуть левее себя.

Грунт отреагировал гулким, бунящим звуком и Фёдор тут же натянул на лицо улыбку.

— Чума-а-а, — протянул он. — Не, походу ты точно что-то знаешь. Я бы вот даже искать не стал.

— Открыть помоги, Шерлок.

— Элементарно, Ватсон, — блеснул эрудицией тот и присел на корточки перед странным местом, продолжая подсвечивать себе фонарём.

Спустя пару минут тяжёлая крышка отошла в сторону. Поднять её удалось при помощи двух ножей, которые мы вгоняли в щель поочерёдно и использовали клинки в качестве рычага. Деревянный щит поддавался буквально по миллиметру, но в итоге вышел из паза и позволил подсунуть под себя пальцы. Ну а дальше дело за малым: приподнять и отбросить, что мы с Фёдором и исполнили.

Перед нами распахнулась очередная пропасть. Не бездонная — свет фонаря до него пробивался, хоть и с трудом, зато прекрасно высвечивал примитивно сделанную лестницу. Хотелось бы сказать, что она из говна и палок, но здесь в качестве связующего вещества использовали лианы. Фёдор придержал меня за руку, пока я одной ногой проверял конструкцию на прочность, а как только убедился в её надёжности, приступил к спуску. Боец, всё это время подсвечивал мне сверху.

Метров пять грунта прошли перед глазами, следом показался камень, который впоследствии оказался потолком нового свода. Зрение сменило спектр, и я с нескрываемым восторгом рассмотрел очередной этаж подземного сооружения. Первозданная красота, которую не коснулась эрозия, поражала самое искушённое воображение. Всё те же резные колонны, отполированные до зеркального блеска, отделка стен мрамором, даже без света фонаря их поверхности играли искрами отражения. С замиранием сердца я продолжил спуск, а когда ступил на каменный пол, по залу раскатилось долгое эхо.

— Я спускаюсь, — громко донеслось сверху, словно бы Фёдор рупор в руках держал.

По всей видимости, данный эффект создавался за счёт конструкционной особенности. Звук его голоса усилился чашей купола, пройдя сквозь узкий тоннель лаза. Я отвечать не стал. Не хотелось беспокоить ту тишину, что обитала в мраморном зале. Да и была вероятность просто не докричаться до Феди, из-за превосходного эффекта отражения. Скорее всего, мой голос разнесёт на тысячи осколков эха, но в узкий лаз так и не попадёт. Да и смысла в этом не вижу, так как он по большому счёту предупредил меня о намерениях, дабы случайно на голову не наступить.

Мне вообще уже было глубоко на него плевать, потому как нижний этаж полностью завладел моим вниманием. Я вовсю рассматривал детали искусной резьбы, возведённой мастером в разряд совершенства. Тонкие лини повторяли друг друга до мельчайшего сходства, такое просто не под силу выполнить ручным трудом. Здесь явно имели место машины с числовым модулем управления. Объём и масштабы этих работ потрясали, казались чем-то за гранью возможного. Может быть, я не прав и именно эта цивилизация дала толчок в развитии той, из которой я родом. Образцов подобного качества я там не встречал. Да, допускаю, что разрушения моего мира могли иметь более колоссальный масштаб, но я видел то, что хранилось под толщей земли, в точно таком же нетронутом состоянии и ничего даже близко похожего там нет. Идеально отполированные завитки на хрупком мраморе здесь были повсюду…

— Я того маму в рот ногой топтал! — раздалось сверху.

— Да уж, точнее и не скажешь, — ответил я снизу, и наши голоса разорвали тишину, тысячу раз отразившись от идеальных стен.

— Как думаешь, что это?

— Храм, — с ухмылкой ответил я и неопределённо покрутил пальцами в воздухе.

— Ну да, я как-то сразу так и подумал. Интересно, а ещё ниже этаж есть?

— Вот сейчас и проверим, — ответил я и снова пустился в обход.

Этот ярус был гораздо большего размера, чем предыдущий. Тот, что выступал на поверхности земли, вообще был самым маленьким, хотя его масштабы тоже потрясали и никак не стыковались с примитивным образом жизни, что вели аборигены. Помимо прочего, нижний этаж имел несколько ответвлений или же неких коридоров, что уходили в плоскую часть здания. Она поделена на комнаты, о назначении которых приходилось лишь догадываться. Ни предметов интерьера, ни даже намёков на мебель или хоть какое оборудование, дверей — и тех нет. И да, с этого яруса отыскался спуск ещё ниже.

Мраморная лестница привела на аналогичный этаж, и теперь стало очевидно, что он и является первым. На это намекала планировка, хотя здесь тоже имелись комнаты и даже колонный зал. Последний подпирал арочные своды потолка, за которым сразу начинался трёхъярусный купол.

— Это какой же здесь нанос грунта? Метров двадцать, двадцать пять? — снова подал голос Фёдор.

— Выходит, так, — согласился с ним я.

— Да уж, боюсь представить рожу началь… — Фёдор внезапно осёкся и бросил на меня короткий взгляд.

В этот самый момент я как раз смотрел на него и по итогу оговорки, вскинул в удивлении бровь. Вот как чувствовал, что с этим парнем что-то не так — очень уж поведение странное и очень знакомое. Нет, в том, что он работает на Кетту, я очень сильно сомневался, от него несло чем-то казённым, а если уж быть совсем точным — конторой. Эдакий рубаха-парень, с невинными вопросами и доверчивой улыбкой. Такому прямо тянет рассказать все секреты мира.

— Может, не надо? — слегка поморщился тот.

— Федя, ты прямо напрашиваешься на крылатую фразу, — усмехнулся я и резко перешёл на ускоренные рефлексы.

Как оказалось, вовремя, потому как Фёдор выхватил пистолет, вот только направил его уже на пустое место. Я вынырнул справа от руки, отточенным движением выбил оружие и применил болевой захват. Боец охнул и припал на одно колено, касаясь другой рукой пола. Теперь его тело полностью находится в моей власти. Любая попытка высвободиться приведёт к дикой боли или серьёзной травме.

— Разведка? — сухо уточнил я.

— Да ты что, дружище как…ай-я, мля…

— Нас всё равно никто не услышит, не включай героя.

— Допустим. Убьёшь меня?

— Пока не решил.

— Почему же?

— Думаю, ты мне ещё пригодишься.

— Хреновый у тебя способ вербовки. Для начала нужно замотивировать будущего агента.

— Неподкупный, значит? Это хорошо, патриотично. Только назад ты больше не вернёшься, а для армии Кетты ты отныне предатель, дезертир. Можешь, конечно, вернуться в их ряды и продолжить убивать невинных аборигенов, сдать меня или выставить ситуацию в выгодном для себя свете. Но есть и другой вариант.

— Работать на тебя?

— А почему нет? Я что, рожей не вышел?

— Тебе честно?

— Значит, лучше умереть?

— Я не пойму, ты меня уговариваешь, что ли?

— Ну, есть немного, — честно признался я. — Одному мне придётся очень тяжело, твоя помощь и знания могли бы пригодиться.

— Пригодиться для чего?

— Не включай дурака, ты ведь уже всё понял. Я единственный, кто пытается ей противостоять, к тому же ты сам сказал, что я — цель номер один. Или это так, очередная уловка, чтобы втереться в доверие?

— Нет, это правда. За тебя обещают очень приличные деньги, и нет разницы, за живого или мертвого. Может, отпустишь уже?

— Нет, рано, — покачал я головой, словно он мог меня видеть, хотя, разве что в отражении мраморного пола.

— Цели у тебя какие?

— Выяснить, куда вдруг потребовалось такое количество оружия и боеприпасов. Нового военного конфликта в мире не вспыхнуло, а логистика прослеживается довольно серьёзная. Хотелось понять, против кого ведётся подготовка. А когда начальство узнало о возможности попасть в другой мир… В общем, сам ведь знаешь, как на это должны были отреагировать.

— О как, значит, «Контра» даже, серьёзный интерес.

— А ты чего ждал? На верхних эшелонах уже пошли переговоры, всем хочется урвать выгодный кусок, а вместе с тем и влияние получить. Ты хоть представляешь, какие здесь перспективы?

— Значит, вы решили её поддержать?

— Пока никто ничего не решал. Слушай, я попробую замолвить за тебя словечко, ты ведь наш, я смогу договориться. Мы дадим тебе оружие, технику, если поможешь нам закрепиться и вытеснить Кетту.

— Эко ты быстро переобулся.

— Никто не переобувался, это реальный шанс, у тебя появятся люди и возможности. Опять же, сможешь защитить аборигенов… Ну, что скажешь?

— Твои обещания невыполнимы.

— Ты мне не веришь?

— Во-первых, нет, а во-вторых, я тебе уже сказал, отсюда больше нет выхода.

— В смысле?

— В прямом. Либо с утра, либо сегодня вечером, портал подорвут.

— Да ты что… Уй, мля-а-а, — Фёдор попытался подскочить, но вместо этого причинил себе немалую боль.

Его сухожилия и так были в максимальном натяжении, ещё немного и начнут рваться, словно перетянутые гитарные струны. Плюс крайнее положение сустава, практически не оставляло возможностей для манёвра. И я всё ещё не спешил лишать себя контроля над ним, а потому отреагировал на резкое движение адекватно, ещё больше довернув кисть.

— Лучше не дёргайся, здесь госпиталей нет.

— Останови своих людей, Безликий. Ты ведь упускаешь хорошую возможность. Я поговорю с начальством, мы уберём Кетту от портала.

— Ты идиот или притворяешься? Может, меня считаешь таковым? Вы и близко не знаете, как работает это устройство, без неё вам портал не запустить. Даже если вы выбьете её с позиций, всё равно придётся договариваться и вы, и она это прекрасно понимаете. Так что, как только завершится торг, подпитывать вы будете вовсе не меня.

— Ладно, уел.

— Угу, — усмехнулся я и открыл рот, чтобы не оглохнуть во время выстрела.

Да, пистолетная пуля дозвуковая, но в этих стенах выстрел всё равно слишком звонкий, а так он хоть немного самортизирует. Мышцы Фёдора несколько раз сократились, пытаясь достучаться до мёртвого мозга, часть которого расплескалась по лопнувшей мраморной плитке, и тело обмякло. Я выпустил руку, за ненадобностью, убрал пистолет в кобуру и неспешно отправился наверх.

*****

Мыш явился к обеду следующего дня. Ждал я его за пределами храма, потому как внутри уже воняло так, что дышать было просто невозможно. Дождь не прекращался ни на минуту, он лишь менял интенсивность, делаясь то мелким, моросящим, то вдруг снова начинал лить, словно из ведра. Но я быстро приспособился, организовал вокруг себя, некое поле и вода попросту огибала моё тело. Высушить часть почвы, на которой я расположился, тоже особого труда не составило. Стихия подчинялась мне беспрекословно и в голове даже возникли мысли: «А смогу ли я вообще прекратить дождь?» Но пробовать отчего-то не решился.

Мыш явился не один, но и двумя десятками людей здесь не пахло, лишь пятеро. Негусто, однако, но бывали времена и похуже. В качестве инструкторов и старших офицеров — сгодятся, если они на самом деле такие профи, как говорил Мыш. По крайней мере, меня они не заметили, хотя у них не было ни единого шанса. Я спрятался в джунглях недалеко от тропы, что вела к храму. А когда вдалеке послышались голоса, окончательно затаился и старался не двигаться. А потому люди, не подозревая подвоха, прошли мимо, и Мыш в том числе.

— Кхм, — я осторожно выбрался на тропу, за их спинами и вежливо прокашлялся, заставляя вздрогнуть.

— Господин, — спокойно отреагировал Мыш, к слову, единственный из всех. — Опустите оружие.

Пятеро бойцов как раз ворочали стволами автоматов, упорно делая вид, что всячески контролируют ситуацию. И вроде как неожиданного появления у меня не вышло. Но получив приказ от босса, незамедлительно его исполнили, при этом напустили на лица мрачные выражения, мол, мы за тобой присматриваем. Я озарил их своей фирменной, хищной улыбкой, а ближайшего к себе даже по плечу прихлопнул.

— Двойка вам, господа. Будь я вашим врагом, вы бы уже остывали в лужах.

— Мы просто не ожидали…

— Само собой. Да ладно, не куксись, у вас не было и малейшего шанса. Что с порталом и почему так мало людей, Мыш?

— Это все, кто успели пройти до взрыва. Ночного перехода уже не было, но мы на всякий случай остались до утра, чтобы убедиться. После обеда свалили, когда нас в новый рейд отправили.

— Хорошие вести, — сухо кивнул я.

— К сожалению, боеприпас и оружие так же не успели пройти портал. Был срочный запрос, исключительно на провизию и обмундирование. Два вагона успели переправить, а затем пошёл тот, что с сюрпризом.

— Странно, я взрыва не слышал.

— Вы и не должны были, господин, он произошёл на той стороне. Точной информации об ущербе нет, но полагаю, что данный проход закрыт уже навсегда. Открытие следующего — вопрос времени.

— Я помню. Карта с тобой?

— Само собой, — Мыш протянул мне свою папку.

— Ладно, двигаем, — я мельком определил маршрут и вернул карту владельцу.

Нам предстоял долгий путь. За три дня Лема могла увести людей на приличное расстояние. И чтобы их догнать, нам придётся топать гораздо больше, чем они. Надеюсь, бойцы сдюжат. В любом случае, кое-что нужное они всё-таки из нашего мира прихватили. Каждый из них имел в поясной кобуре по мачете, что позволяет ломиться напрямую через джунгли. Это хоть и несильно, но всё же сделает путешествие немного приятнее.