Мой университетский приятель Виталий Мануйленко (Ман) целый год прожил в Варшаве, куда его послали на студенческую стажировку собирать материалы для диплома. Его рассказы о жизни в польской столице вызывали у всех большой интерес, так как вырваться из СССР за «железный занавес» в те годы было крайне сложно. Запомнился рассказ о его первом и самом сильном потрясении в новой жизни.

Поселили его в мужском студенческом общежитии, где на каждом этаже, естественно, были только мужские туалеты. В них стояли аккуратные легкие кабинки, разделенные по бокам пластиковыми щитами, не доходящими до пола. Первое же посещение этого заведения закончилось для советского студента сильнейшим моральным стрессом. Когда Ман спокойно сидел на корточках, размышляя о проблемах польской цивилизации, неожиданно из соседской кабинки на уровне самого ценного у мужчины достоинства появилась изящная рука с маникюром, и он услышал женский голос:

– Пан, пшепрашем папир! (Пан, дайте, пожалуйста, бумажку!)

Лишь со временем он понял, что, несмотря на запреты, нравы в мужском общежитии были вполне либеральными и здесь всегда ночевало множество различных подружек.