Как только ствол, который был направлен в пол, поднялся вверх, все наспех бросились на пол, а мы с Ли Чжихён замерли, не в силах пошевелиться. Кто-то толкнул нас, и мы упали к остальным. Женщина, смеясь, нацелила на нас оружие и нажала на спусковой крючок. Раздались два глухих выстрела, но прочное стекло лифта не треснуло.

Люди, которые лежали на полу, закрыв головы руками, закричали от ужаса. Паника накрыла всех, как волна.

Несмотря на то что стекло не разбилось, женщина казалась довольной. Она улыбалась, обнажая зубы. Лежа на полу, я вдруг понял: все ее зубы были имплантами. Казалось, даже язык подвергся хирургической модификации, но я не успел рассмотреть его как следует.

Она быстро переключила оружие на автоматический режим и снова выстрелила.

Со всех сторон послышались крики. Пули врезались в стекло, оставляя паутину трещин. Грохот выстрелов отдавался в ушах, совпадая с бешеным ритмом моего сердца. Стекло не разбилось. Оно не разбилось!

Женщина несколько раз ударила прикладом по стеклу и разочарованно наклонила голову. Потом вытащила гарнитуру, отключила и вернула обратно в ухо. Все это время она не убирала прицел с лежавших на полу людей. Женщина скользнула по нам взглядом, и в какой-то момент ее глаза встретились с моими. Она улыбнулась мне и помахала рукой, словно говоря: «Увидимся». Потом развернулась и пошла в сторону холма.

Она уходила, оставляя спину открытой, но никто из нас не шевелился. Мы просто лежали на полу и смотрели, как ее силуэт постепенно уменьшается. Она уже ушла довольно далеко, но никто не осмеливался подняться, а я тупо смотрел на ее спину и стекло, покрытое паутиной трещин.

Кевин, который прикрывал Ли Чжихён своим телом, тихо спросил:

– Она еще там?

– Ушла, – ответил я, наблюдая, как ее силуэт, уменьшившийся до размеров пальца, поднимается на холм.

Если она пройдет его и выйдет к утесу на берегу, то доберется до центрального лифта.

Кто-то резко толкнул меня, выдернув из оцепенения:

– Свали!

Бенджамин грубо отпихнул меня в сторону, и только тогда я осознал, что лежу на них с Эммой. Остальные начали подниматься с пола и смотреть на стекло, в которое попали пули.

– Оно крепче, чем я ожидал.

– Да, похоже, это не обычное стекло.

– Кто она вообще такая? И откуда у нее винтовка?

– Кто-нибудь ее знает? Как она пронесла оружие на базу?

– Что происходит наверху?! Как нам выбраться?!

– Вы в порядке?! Что случилось?!

Из кабины лифта на нас встревоженно смотрели Ким Гаён и Ю Гыми. Только увидев их лица, я наконец выдохнул. До этого момента я даже не замечал, что задерживал дыхание. От напряжения сводило внутренности, я привалился к стене и медленно сполз на пол. В голове мелькнула мысль, что нужно спуститься, помочь им выбраться, но тело отказывалось слушаться. Стоило облегчению накрыть меня, как все мышцы разом обмякли.

Джеймс спрыгнул вниз, чтобы помочь девушкам выбраться, а остальные начали по очереди вытягивать их наверх.

К тому времени, как Ю Гыми выбралась из кабины, люди уже вовсю обсуждали план побега:

– Придется рискнуть! Мы должны выбраться отсюда и добежать до берега! Там наверняка будет какая-нибудь лодка!

– Лодка? Ты что, ослеп? Не видишь дым, который валит с вертолетной площадки? Ставлю все свои деньги, что это не потому, что там делают барбекю! Вертолеты как пить дать уничтожены, но лодку, конечно, никто не тронул! Ну да, ну да, конечно!!

– Моя яхта! Если хоть кто-то хоть пальцем ее тронул, я убью его!

– Да кому сдалась твоя паршивая яхта? Она утонет, не проплыв и десяти метров.

– Иисус, в воскресенье я пойду в церковь и пожертвую все, что у меня есть. Ты же знаешь, что я веду праведную жизнь!

– Кто она такая и почему стреляет? Она вообще понимает, где находится?! Это что, террористическая атака?

– Даже сюда не доходит сигнал. Связь не работает.

Ли Чжихён устало потерла глаза:

– Давайте сначала решим, уходить отсюда или нет. Голосуем. Поднимите руки, если хотите выйти из лифта.

– А мы сможем закрыть дверь шахты после того, как откроем ее? – спросил Кану.

Ли Чжихён немного подумала, а потом кивнула:

– Думаю, да. Но, чтобы открыть ее, нужно приложить силу. И чтобы закрыть – тоже. И скорее всего, она уже не закроется так плотно, как сейчас.

Как ни странно, никто, помимо Картера и Логана, не проголосовал за то, чтобы выйти наружу.

– Если я еще хоть минуту пробуду в этой шахте, то свихнусь, – хмуро сказал Картер. – Черт с ними, с лодками и вертолетами! Я хоть вплавь, но выберусь с этого гребаного острова! Хочу наконец глотнуть свежего воздуха!

Логан посмотрел на стекло, в котором застряли пули, размял запястья и пальцы и сказал:

– В конце концов, против нас всего лишь одна женщина. Если нападем разом, то сможем ее обезвредить. Пусть и с потерями.

– Включи мозги. – Эмма посмотрела на него так, будто он только что сморозил чушь. – Она не просто женщина, она женщина с оружием. И не с каким-то там пистолетом, а с модифицированной M27[21]. Она может убить нас всех по пять раз. А что, если она не одна?

Джеймс, оглядевшись, предложил:

– Лучше подождем, пока снаружи поймут, что с Подводной станцией что-то не так, и пришлют сюда спасателей. Как мы сами спасаться будем?

– Я ухожу. Не могу торчать здесь с вами, – заявил Картер.

Сэм бросил ему в ответ:

– Ну так вали!

– Я и валю!

Сидевший чуть поодаль Кану смотрел на холм, который было видно через панорамное стекло.

Я, все так же распростершись на полу, повернул голову и спросил его:

– Вы ее знаете?

– Ту девушку? Нет. Первый раз вижу. Но она явно не в себе.

– А на что вы там смотрите?

– Вот думаю, не горит ли сейчас мой Mи–172.

– Что это?

Какая-то аббревиатура? Переводчик не выдал никаких подсказок.

Кану безразлично ответил:

– Старый вертолет.

– Разве можно просто взять и купить себе вертолет?

– Если есть деньги, то купить можно все. Приезжай как-нибудь в Штаты. Я покажу тебе расцвет капитализма.

Можно купить себе вертолет… Невероятно. У меня даже велосипеда нет. Впрочем, некоторые из присутствующих владеют яхтами и лодками. Наверное, не стоит так удивляться.

– Что такое поунаму? – спросил я. – Те зеленые камни, что висели у нее на оружии.

Кану, похоже, разбирался в этом – он немного оживился.

– Поунаму – символ удачи. А еще считается, что он связывает прошлое, настоящее и будущее. Он зеленый, и добывают его в основном на Южном острове Новой Зеландии. Когда я там был, купил несколько камней в подарок. Сейчас в интернете продаются дешевые китайские подделки из нефрита, которые выдают за поунаму. Обычно эти камни либо дарят, либо обмениваются ими. Но что-то я очень сомневаюсь, что та женщина получила их в подарок.

Значит, забрала силой?

Кану задумчиво провел пальцем по вставленному в его зажигалку камню.

Я вспомнил, что другие члены Церкви Бесконечности тоже носили украшения с камнями. Интересно, а у Тайлера что-то такое было? Возможно, не только кепки и нашивки с акулами были частью их символики.

Тем временем Кевин извинялся перед Ю Гыми и Ким Гаён за то, что сбросил их вниз. Он бормотал о том, что растерялся и подумал, что самый безопасный вариант – это запихнуть их обратно в лифт. Он все повторял, как ему жаль, и спрашивал, все ли с ними в порядке.

Я, отключившись от реальности, прислушивался к чужому разговору, когда вдруг услышал знакомый звук и повернул голову к стеклу. Ничего. Что происходит?

Бах!

Грохот был таким, что мне показалось, что я сейчас оглохну. Меня накрыло ударной волной. Я будто оказался на американских горках. Все вокруг закачалось, я на мгновение зажмурился, а когда открыл глаза, меня захлестнула такая головокружительная слабость, что, казалось, вот-вот потеряю сознание. Пытаясь удержаться, я схватился за стену. Смотрел перед собой, но происходящее казалось совершенно нереальным. Люди, стена лифта – все исчезло, а на их месте теперь торчала смятая машина. Влетевший в нас грузовик был разбит вдребезги: кабина и пассажирское сиденье превратились в груду металла, но внутри никого не было. Одна из стен лифта почти полностью обрушилась, а под грузовиком, словно сломанные манекены, застряли люди. Остальные лежали вокруг, искореженные, будто сломанные куклы.

У меня на груди покоилась чья-то оторванная нога. Это казалось настолько неправильным, что мозг просто отказывался воспринимать реальность. Спустя какое-то время абсолютная тишина в ушах начала исчезать, уступая место звону.

Кровь текла из моего лба, заливая глаз и подбородок, так что я почти ничего не видел. Я не мог двигаться. Попытался пошевелить пальцем, но мышцы не поддавались. Со всех сторон раздавались стоны и крики.

Чтобы повернуть голову, потребовались невероятные усилия, и когда мне это удалось, боль в шее заставила меня тихо застонать. Еще одно движение, и я отключусь. Серьезно. Боль была такой сильной, что я был уверен, что потеряю сознание.

Логан и Картер, судя по всему, были под грузовиком. Но где Ким Гаён и Ли Чжихён? Пыль заполнила мои ноздри, вызвав приступ кашля, и не было ни одного места в теле, которое бы не болело. Слабые просьбы о помощи или спасении едва долетали до моего сознания, но я не мог пошевелить ничем, кроме головы и глаз. Я едва дышал, когда услышал шаги.

В проделанном грузовиком проеме появилась темноволосая женщина. Она подошла к Кевину, который лежал на полу, и без колебаний дважды выстрелила ему в голову.