– Праздник? – переспросил Вэнь Шаньяо, отвлекшись от иголки. – Что за праздник?

Ши Фэнми, с легким удивлением взглянув на него, взял предложенную Доу пиалу с чаем и сделал неторопливый глоток.

Лето было в самом разгаре, однако в домике среди вечно алых кленов стояла приятная прохлада. Выходить никуда не хотелось, так что главный лекарь Байсу Лу и один из самых молодых мастеров клана наслаждались обществом друг друга. Ши Фэнми неторопливо делал в своей тетради заметки по трактату Вэнь Шаньяо, а сам Вэнь Шаньяо зашивал порванную на одной из охот рубашку волка. Доу то и дело подливали им холодный освежающий чай. Где-то на кухне хлопотал Луань, готовя им легкие закуски по новой книге рецептов, которую принес ему Вэнь Шаньяо из города. Порой раздавалась тихая ругань.

– Основание империи, – подсказал Ши Фэнми. – В последнее время ходят слухи, что император поборол старую болезнь, которая мучила его с детства, так что хочет провести этот праздник с размахом и приглашает всех глав кланов в столицу.

– Вот оно как, – безразлично ответил Вэнь Шаньяо, вернувшись к шитью. – И я тут при чем?

– Ты ведь Гуан.

– И что с того? – вскинул бровь тот. – Я ведь не обязан присутствовать на каждом празднике как Гуан.

– Шуан не был на Севере уже полгода, а на праздник приедет глава Ганшаня с Сянцзы, слышал, даже госпожа Вай с дочерью собрались приехать.

Иголка замерла в руке, и Вэнь Шаньяо нахмурился.

И правда, прошел год с тех пор, как они были на Севере. К этому моменту многое успело поменяться, и, насколько знал сам Вэнь Шаньяо, Лэн Шуан и Лэн Юнгань виделись в последний раз еще до битвы у Колыбели. С виду казалось, что волк и не собирается возвращаться на Север, его вполне устраивала жизнь с Гуаном на их пике: выходы на долгие охоты, которые могли занимать несколько месяцев, тренировки юных адептов по просьбе Лу Лимин… Пару раз Вэнь Шаньяо предлагал отправиться в Ганшань, но Лэн Шуан всегда отмалчивался.

– Я спрошу у него, – наконец произнес он.

– Во всех больших городах будет праздник, думаю, мы с Господином тоже наведаемся в столицу, – признался Ши Фэнми, внимательно взглянув в лицо Вэнь Шаньяо и произнеся: – В лесу у гор Хоу я нашел следы Ухэя.

– И что с того? – сухо спросил Вэнь Шаньяо. – Если так жалко, то помогай, у меня нет желания с ним встречаться.

– Знаю. Просто подумал, что за минувшее время ты уже мог…

Игла сломалась в пальцах Гуана, и он, поджав губы, взял новую, вернувшись к шитью. Поняв, что лучше не продолжать, Ши Фэнми допил чай и ушел. Доу недоуменно взглянули на Вэнь Шаньяо, не понимая, почему заклинатель покинул их так рано.

Закончив с рубашкой и отложив ее, Вэнь Шаньяо почувствовал стойкое желание кого-нибудь придушить. За минувшие полгода он старался даже лишний раз не вспоминать о Тоу Яне, хотя, благодаря их связи, чувствовал, что тот жив и находится где-то на Востоке. Впрочем, Вэнь Шаньяо было без разницы, умрет его брат или нет, – лишь бы на глаза не попадался. Волк вернулся ближе к вечеру, принеся из лавки семьи Ши паровые булочки с мясом. Заметив, что Вэнь Шаньяо не вышел его встречать, он прошел через дом и нашел его на ступенях во внутреннем дворе.

Сев рядом, волк вытянул длинные ноги и спросил:

– Что-то случилось?

– Ухэя вспомнил, – с неохотой признался тот. – Фэнми сказал, что на праздник в столице прибудут главы кланов, даже госпожа Вай собралась приехать.

– Она сможет покинуть Север? – с сомнением спросил волк.

– Слышал, принцесса Юэ даровала ей эту возможность. Не хочешь встретиться с ней?

Лэн Шуан на некоторое время задумался. Он дал Вэнь Шаньяо еще теплую паровую булочку, а свою крутил в руке. Наконец, откусив от нее и прожевав, он произнес:

– Я и правда скучаю, но… мне кажется, я сейчас лишний.

Вэнь Шаньяо удивленно взглянул на волка, никак не ожидав услышать от него эти слова.

– Почему ты так решил?

– У госпожи Вай и моего отца уже есть общий ребенок, да и Сянцзы как-то ближе к ним, чем я.

Вэнь Шаньяо вздохнул, почувствовав, как неприятно прострелило виски.

– Вроде прожил две жизни, а все так же глуп, – проворчал он, не обратив внимания на обиженный взгляд волка. – Хорошо, тогда мы посетим столицу на праздник.

– Шаньяо…

– Я давно не виделся с Сянцзы, – парировал Вэнь Шаньяо. – Слышал, он в последнее время весьма часто на Востоке бывает.

– Думаешь, из-за главы Вэнь? – насторожился Лэн Шуан.

– Скорее всего. Вроде как он каждый раз вызывает ее на поединок и постоянно проигрывает.

– Может, у вас, Вэней, есть план, как подчинить себе всех волков? – поинтересовался Лэн Шуан, не сдержав смешка, когда Вэнь Шаньяо ткнул его локтем в бок.

Вэнь Шаньяо наконец съел свою паровую булочку и довольно облизнул губы.

– Так что, мы отправимся в столицу?

– Хорошо, – сдался волк. – Если Лао Вэнь что-то решил, то я уже не смогу его переубедить.

Вэнь Шаньяо довольно хмыкнул, закрыв глаза и наслаждаясь тем, как ветер шуршит листвой и птицы поют на ветках.

* * *

Собрав вещи, Вэнь Шаньяо закинул сумку на спину, заметив, что несколько Доу собрались на столе, с интересом наблюдая за хозяином. По привычке взяв одного, он велел остальным:

– Оставайтесь и присмотрите за домом и павильоном Наказаний.

Спустя полгода он все так же оставался пуст и безмолвен. Никто из мастеров не решался поселиться там, помня о дурной славе пика Демона в Белых Одеждах. Вэнь Шаньяо сомневался, что хоть кто-то помимо него посещает это место и наводит там чистоту. Порой он подолгу переслушивал записанную Лу Чуньду на нефритовых пластинках музыку.

Покинув дом, Вэнь Шаньяо заметил ожидающих его во дворе Лэн Шуана с Лу Лимин. Последняя была облачена в белоснежные одежды с тонкой оранжевой вышивкой в виде парящих среди облаков птиц. Ее золотые волосы оказались заплетены в высокую строгую прическу с серебряными украшениями и шпильками из белого нефрита. Если не приглядываться, Лу Лимин можно спутать с почившей Бао Чжунши, – такая же высокая и статная, она была лишь немного ниже Лэн Шуана. К счастью, и характер ей достался от Львицы.

– Не слишком ли мы поздно? – поинтересовалась девушка.

– Я решил сопроводить главу Лу в образе Гуана.

Глаза Лу Лимин загорелись, но, помня о своем статусе, она лишь сдержанно улыбнулась. Как-то раз ей уже пришлось побывать на спине дракона, и Вэнь Шаньяо знал, что ей это понравилось. Сейчас же важно подчеркнуть статус Лу Лимин; она самая молодая глава клана и, соответственно, самая неопытная. Ей повезло, что до нее уже были глава Няо и глава Вэнь, так что предвзятости можно не опасаться, но найти, где уколоть, главы школ смогут. А если за ее спиной будет стоять Гуан, то половины ударов можно избежать.

Тело Вэнь Шаньяо развеялось золотыми лепестками, явив на его месте дракона со светлой чешуей и парящими в воздухе усами. На голове же, махая толстыми ручками, сидел довольный Доу.

– Никак не привыкну, что он Гуан, – пробормотала Лу Лимин, взобравшись на чешуйчатую спину, отдающую жаром.

– Порой я тоже забываю, но его прожорливость заставляет вспоминать об этом, – признался Лэн Шуан, увернувшись от пролетевшего над головой хвоста.

Мягко оттолкнувшись от земли, дракон взлетел над зелеными пиками Байсу Лу, направившись на Север, к столице. Под брюхом скользили реки, рисовые поля, леса, а также города. Дети, заметив в небе Гуана, радостно кричали и мчались за ним следом, смотря, как дракон быстро скрывается за горизонтом.

Вэнь Шаньяо сам себе с неохотой признавался, что летать оказалось не так страшно: ветер подхватывал его сильное тело и направлял вперед. Это все равно что лежать животом на воде и позволять течению уносить тебя вдаль. Упасть невозможно, только если сам этого не захочешь.

Ветер ласкал лицо. Лу Лимин и Лэн Шуан были окружены невидимым барьером, не дающим ветру сбить их со спины дракона. Они с интересом разглядывали раскинувшееся под ногами Царство людей и видели вдали пристроившееся на облаках Царство духов.

Полет занял всего шичэнь. Увидев впереди стены столицы, Вэнь Шаньяо нарочно промчался над ней, заставив людей испуганно вскрикнуть и успеть разглядеть на его спине Лу Лимин, явно довольную внезапным представлением.

Опустившись за стенами столицы и вернув себе человеческий облик, Вэнь Шаньяо с Лэн Шуаном сопроводили главу Лу до дворца.

– А вы не пойдете? – удивилась она.

– Пир только для глав кланов и школ, мы не можем на нем присутствовать, – ответил волк.

Лу Лимин поморщилась, но все же вошла во дворец, оставив мужчин стоять на мосту.

– И куда мы пойдем? – поинтересовался Лэн Шуан у своего спутника.

– Есть у меня одна идея, – сверкнул тот глазами.

К празднику всю столицу украсили разноцветными лентами и фонарями, высоко в небе парили воздушные змеи в виде ласточек и драконов. По реке плавали лодочки с возлюбленными, а вдоль берега расположились многочисленные лавочки с едой и украшениями.

На двух заклинателей не обращали внимания – сегодня в столице их много. Пару раз Вэнь Шаньяо встречал знакомые лица, ему даже показалось, что он увидел Ши Фэнми с мужчиной в алых одеждах подле себя, но они исчезли слишком быстро, и ему не удалось их рассмотреть.

– И когда мы с тобой в последний раз так гуляли? – поинтересовался Вэнь Шаньяо.

– Очень давно, – согласился Лэн Шуан. – Может… отправимся на Восток?

– У тебя там какое-то задание?

– Нет. Просто надоело сидеть в клане, – признался волк.

Взглянув на него, Вэнь Шаньяо уже собирался ответить, но вовремя прикусил язык. Он хотел отказаться, однако не нашел причин. Сейчас в Байсу Лу, помимо главного лекаря Лу Цао, находится еще трое лекарей Шанбиня. Первые месяцы Вэнь Шаньяо был в клане, чтобы показать, что Гуан на стороне Лу Лимин, однако ситуация стала лучше. Сейчас он чувствовал себя не особо нужным, а если говорить о волке, то его и вовсе словно на цепь посадили, при этом с его же молчаливого согласия.

– И куда волк хочет отправиться? – с улыбкой поинтересовался Вэнь Шаньяо.

В глазах Лэн Шуана мелькнули искры, и он ответил:

– Я слышал, есть озеро в провинции Фан, которое целое лето цветет алыми лотосами.

– О, я знаю, где это, – кивнул Вэнь Шаньяо. – Рядом еще есть деревня, где делают очень вкусные паровые булочки… не смотри на меня так!

– Мне кажется, или ты просто запоминаешь места, где лучше всего кормят? – не сдержал смешка волк, получив в ответ весьма неоднозначный взгляд.

На берегу было весьма шумно от разговоров и доносившихся откуда-то звуков музыкальных инструментов. Купив по палочке тунхулу, мужчины с интересом наблюдали за выступлениями, стараясь не потерять друг друга в толпе.

В какой-то момент Вэнь Шаньяо заметил лавку, где продавались алые браслеты с различными камешками. Он с интересом подошел и спросил у торговца:

– Господин, что это?

– Это браслеты судьбы, – охотно пояснил мужчина за лавкой. – Они у многих пользуются спросом: матери завязывают их детям, чтобы отпугнуть несчастье, женщины дарят мужчинам в знак любви, а близкие друзья – друг другу как символ дружбы.

Лэн Шуан и Вэнь Шаньяо переглянулись, не сговариваясь протянув деньги. Каждый выбрал по браслету, и они завязали их на запястьях друг друга, с довольным видом направившись дальше. Лишь ближе к вечеру они дошли до небольшого, но весьма уютного ресторана «Белая слива», находящегося на одной из тихих улиц столицы. Ожидающая их у двери фигура тут же оживилась и с недовольством в голосе произнесла:

– Я уже устала вас ждать!

– Глава Вэнь, – с почтением приветствовал ее Лэн Шуан, – неужели собрание уже закончилось?

– И да и нет, но меня никогда не прельщало сидеть на таких пирах и слушать льстивые слова. Сначала Шанбинь все презирали, а сейчас главы школ надеются заполучить несколько моих людей, – закатила глаза Гадюка, смахнув с головы брата лепесток. – Идемте, все уже собрались.

– Все? – не понял Лэн Шуан, на что Вэнь Шаньяо молча затащил его в ресторан.

Внутри оказалось тихо, немногочисленные посетители пили чай и болтали о своих делах. К заклинателям подошла служанка, но Вэнь Сяньмин жестом показала, что им помощь не нужна. Она отвела мужчин на второй этаж, где располагались приватные комнатки с круглыми, уже накрытыми столами. Раскрыв дверцу одной из комнат, она позволила Лэн Шуану войти первым, придержав Вэнь Шаньяо за рукав. Тот заметил, как удивленно замер волк, а после услышал знакомый голос:

– Дагэ!

За столом, до этого о чем-то разговаривая, сидели Лэн Юнгань, Вай Сянцзы и Вай Яньгэ, на коленях которой, с интересом постукивая палочками в пухлой ладошке, находился ребенок.

Вай Сянцзы подорвался с места, чуть не перевернув стол, и крепко обнял Лэн Шуана, да так, что Вэнь Шаньяо услышал треск костей. Тут же опомнившись, он отступил и с почтением поклонился:

– Приветствую главу Вэнь и Гуана!

– Ну хоть о правилах приличия не забыл, – проворчал Лэн Шуан, поправив одежду, и с уважением обратился к главе Ганшаня и его жене: – Приветствую отца и матушку.

Стоило Вай Яньгэ услышать такое обращение, как на ее глаза навернулись слезы. Отдав дочь мужу, она поднялась и поспешила обнять волка, который уже не так уверенно приобнял ее в ответ, неловко отведя слегка покрасневшие глаза.

Лэн Юнгань поднялся из-за стола, кивнув главе Вэнь, и подошел к сыну. Лэн Шуан тут же подобрался и произнес:

– Отец, я…

– Паршивец, какие могут быть оправдания тому, что ты не появлялся на Севере, если под твоим боком Гуан, – без злости в голосе произнес тот.

Лэн Шуан неловко замолчал, на что Вай Яньгэ тут же произнесла:

– Мы так беспокоились о тебе! Слышали, ты остался в Байсу Лу, но почему же не вернулся в Юнбао после зимы? Мы почти восстановили клан, осталось только несколько горных тоннелей расчистить.

Лэн Шуан не решался смотреть им в глаза, словно провинившийся щенок, загнанный в угол. Вэнь Шаньяо даже стало его жаль, но не успел он толком заступиться за волка, как ребенок на руках Лэн Юнганя издал тихий смешок, протянул пухлые ручки и схватил Лэн Шуана за волосы. От неожиданности тот замер, и глава Ганшаня молча передал ему сестру, которую волк осторожно взял. Та с интересом смотрела на старшего брата, ничуть не боясь незнакомого лица.

– Надо же, ты ей понравился, – улыбнулась Вай Яньгэ. – Она не у всех на руках сидит.

– Мне она и вовсе доверилась только пару дней назад, – обиженно заметил Вай Сянцзы.

Вэнь Шаньяо не особо был этому удивлен – младший волк не всегда аккуратен, и доверять ему ребенка лишний раз не хотелось.

– Сколько ей? – вдруг спросила Вэнь Сяньмин, с интересом смотря на ребенка.

– Полгода, – призналась Вай Яньгэ. – Дети тяньгоу растут быстро, даже если они полукровки.

– Как вы назвали ее? – поинтересовался Лэн Шуан, не обращая внимания на то, что ребенок сорвал с его волос колечко и с интересом крутит в руках.

Лэн Юнгань и Вай Яньгэ переглянулись, и первый произнес:

– Хо.

Услышав его ответ, Лэн Шуан пораженно замер и тихо прошептал:

– Это ведь имя моей матери…

– Да. Мы решили почтить ее память через нашу дочь, – кивнула Вай Яньгэ, осторожно смотря на волка. – Шуан, ты не против?

– Я… нет, не против, – наконец произнес он, сморгнув выступившие на глазах слезы.

Вэнь Шаньяо почувствовал, как напряжение в комнате спало, даже старый волк облегченно выдохнул, пригласив всех за стол. Хо с неохотой отпустила Лэн Шуана, вернувшись на руки к матери и посасывая украденное колечко.

– Глава Вэнь, раз и вы тут, может, скажете этому старому главе Ганшаня, что мой младший сын периодически делает на Востоке? – поинтересовался Лэн Юнгань, вскинув бровь.

Сидевший рядом Вай Сянцзы подавился вином, закрыл рот, чтобы не закашлять, и покраснел. Вэнь Сяньмин, окинув его внимательным взглядом, фыркнула и произнесла:

– Все просто – ваш волчонок решил, что было бы неплохо поучиться у меня скорости, и вот уже несколько месяцев набивается в ученики.

За столом повисло молчание. Волки одновременно уставились на все еще красного Вай Сянцзы, с трудом сглотнувшего вино и прохрипевшего:

– У меня еще ни разу не получалось одолеть госпожу Вэнь в поединке. Она невероятно сильна!

– Скорее быстра, – поправил Вэнь Шаньяо. – Ты ее и через сотню лет не поймаешь.

Как бы ни был силен Вай Сянцзы, неповоротливость тоже была при нем. То, что Вэнь Сяньмин могла его одолеть, используя учение Юлин, не особо удивляло. Однако она была единственной, кто оставался непобежденным младшим Лэном, и он спешил это исправить.

– Глава Вэнь, прошу простить моего младшего, – вздохнул Лэн Юнгань. – Он порой бывает слишком надоедливым и не всегда знает меру. Если он доставляет вам неудобства, скажите об этом, и я приму меры.

– Не стоит переживать, глава Лэн, – отмахнулась Гадюка. – Я уже предупредила вашего младшего, что если он начнет меня донимать, то уйдет только в разобранном виде. Все же я еще не разучилась вскрывать людей.

Вай Сянцзы послушно закивал, не заметив, как тяжело вздохнула Вай Яньгэ, покачав головой.

– Шаньяо, а где сейчас Тоу Янь? – поинтересовался младший Лэн.

– Не знаю, не слежу за ним, – равнодушно ответил Вэнь Шаньяо, накладывая себе мясо. – После Колыбели наши пути разошлись.

Поняв, что больше Вэнь Шаньяо ничего не скажет, Вай Сянцзы отстал от него, сосредоточившись на еде.

Они просидели в ресторане до пятой стражи, рассказывая о ближайших планах и делясь новостями. Так, глава Ганшаня вместе с госпожой Вай и дочерью решили ненадолго задержаться в столице; Вай Яньгэ впервые покинула Север, так что желала увидеть все, о чем слышала от заклинателей, и Лэн Юнгань не мог отказать своей жене. Вай Сянцзы же в скором времени должен отправиться на Запад, чему явно был не рад.

Когда от выпитого вина уже начало клонить в сон, заклинатели с неохотой разошлись. Вэнь Сяньмин придержала брата, дав волкам напоследок насладиться обществом друг друга, и негромко произнесла:

– А-Яо, позволь кое-что узнать у тебя.

Вэнь Шаньяо склонил голову, готовясь выслушать сестру и видя ее волнение. Что же она собиралась спросить?

– Где… ты нашел того Шаньяо? – тихо спросила Вэнь Сяньмин.

Отчасти Вэнь Шаньяо ждал этого вопроса, но все равно надеялся, что он прозвучит как можно позже. Он неохотно рассказал, как добраться до небольшого домика, расположенного в горах.

– Что ты собираешься делать, когда найдешь его?

– Не знаю, – призналась Вэнь Сяньмин. – Интересно узнать, кто он сейчас и почему все еще прячется.

Вэнь Шаньяо не стал ее отговаривать и дождался, когда подойдет Лэн Шуан. Распрощавшись с остальными, они неторопливо зашагали по улице. Бо́льшая часть толпы уже разошлась, но некоторые до сих пор праздновали и не торопились уходить.

– Уже думаешь на Север вернуться? – поинтересовался Вэнь Шаньяо, мягко толкнув волка в бок.

– Если только ближе к зиме, – вздохнул тот, потирая ушибленное место. – По крайней мере, меня там ждут.

– Конечно ждут! Не с Сянцзы же малышке Хо брать пример?

Лэн Шуан тихо хмыкнул, однако спорить не стал.

Пир во дворце для глав кланов и школ должен был продлиться до утра, однако главе Ганшаня и Шанбиня повезло уйти намного раньше. А вот Лу Лимин пришлось сидеть до первых лучей солнца. В весьма мрачном настроении она покинула дворец, встретив поджидающих мужчин.

– И как все прошло? – поинтересовался Вэнь Шаньяо.

– О, прекрасно! Будь у меня возможность перерезать себе горло, сделала бы это еще в первые часы, – проворчала она. – У меня от улыбки чуть лицо не треснуло. Теперь понимаю, почему отец так не любил этот праздник.

Волк с трудом сдержал усмешку, однако сочувственно качнул головой.

Не став мучить их еще больше, Вэнь Шаньяо воспользовался учением Юлин и переместил их обратно в Байсу Лу.

– Глава Лу, мы вскоре покинем клан, – обратился к ней Лэн Шуан.

– И надолго?

– Кто знает, – задумчиво улыбнулся Вэнь Шаньяо. – Может, на пару месяцев, а может, и на несколько лет.

Подумав, Лу Лимин кивнула:

– Хорошо, вы оба все равно не принадлежите Байсу Лу, да и держать вас тут, как младшего мастера Лу, я смысла не вижу. Но если что – клан всегда открыт для вас.

Поклонившись на прощание, Лу Лимин ушла, оставив мужчин в одиночестве встречать рассвет.

* * *

Спустя несколько дней Вэнь Шаньяо и Лэн Шуан отправились в провинцию Фан. Она сплошь состояла из высоких гор, покрытых зеленью, многочисленных озер и небольших поселений. Это место словно специально спрятали от чужих глаз, даже обитавшие здесь демоны не торопились устраивать беспорядки и мирно жили вместе с людьми.

Облачившись в простые одежды и спрятав отличительные знаки и цвет глаз, мужчины неторопливо прогуливались по горам. Зачастую утром здесь стоял туман, плотным белым одеялом укрывая высокие горы, а ночью нередко лился дождь.

Вэнь Шаньяо и Лэн Шуан никуда не спешили и были предоставлены самим себе. Находя небольшой охотничий домик, они ночевали в нем, порой даже останавливались там на пару дней.

Мечи были обернуты в ткани и забыты, а все печати спрятаны глубоко в сумки. Никто бы не узнал в Вэнь Шаньяо Гуана, а в Лэн Шуане волка Севера, пускай его и выдавала металлическая рука. Они больше напоминали двух молодых господ, сбежавших из дома, лишь бы не перенимать семейное дело. Так же их воспринимали и встречавшиеся на пути люди. Несколько раз мужчин даже подвозили на нагруженной мешками телеге, которая неторопливо ехала по горной дороге.

Лишь на пятый день своего неторопливого пути они добрались до лотосового озера с крупными красными бутонами. На берегу расположилась небольшая деревня, тихая и уютная, Вэнь Шаньяо захотелось там задержаться. Паровые булочки были здесь необычайно вкусными, а чай свежим и легким.

Взяв лодку и немного еды с собой, Вэнь Шаньяо и Лэн Шуан провели остаток дня на озере, нежась под лучами солнца и вслушиваясь в тихое урчание воды. Порой лотосовые стебли мягко стукались о борт, а большие листья накрывали их словно зонтики.

– Ты бы хотел остаться в подобном месте? – спросил Вэнь Шаньяо, смотря, как волк разливает по их пиалам легкое вино.

– Думаю, что да, – неожиданно признался Лэн Шуан, обмакнув кончики пальцев левой руки в воду. Несколько любопытных рыб тут же подплыли и ущипнули за них. – За те десять лет, что мы не виделись, я обошел почти все Царство людей, однако не нашел места, где мог бы задержаться дольше чем на пару дней.

– Почему же? – поинтересовался Вэнь Шаньяо, склонив голову и качая в руке пиалу.

– Не было приятной компании.

Рассмеявшись, Вэнь Шаньяо с неохотой признался:

– Знаешь, я сначала не хотел покидать Байсу Лу. До сих пор кажется, что если зайду в павильон Наказаний, то услышу одну из мелодий Лу Чуньду.

– Когда моя матушка умерла, я отказывался в это верить, – признался Лэн Шуан, сделав неторопливый глоток. – Все время казалось, что она где-то прячется, порой даже ее голос слышал…

– И когда ты ее отпустил?

– Недавно. Ты самому себе делаешь больно, не отпуская человека и страдая. Ты не сбежишь от горя, Лао Вэнь, однако рано или поздно оно отступит и жизнь станет легче.

– Я знаю, – тихо произнес Вэнь Шаньяо, отведя глаза, – просто не думал, что такой человек, как Лу Чуньду, заставит меня так долго страдать. Он бы отругал меня за то, что я отказываюсь покидать Байсу Лу и горюю слишком долго.

– Верно. Он не мог покинуть клан из-за прихоти одного человека, а ты собственноручно привязал себя к Байсу Лу. Разве это отличается от плена?

– Мне нужно было время, – слабо возразил Вэнь Шаньяо.

– Да, поэтому я тебя и не торопил, но я рад, что ты согласился выбраться оттуда. Почему бы не отдохнуть от скорби?

Вэнь Шаньяо не успел ответить, как по озеру пробежала волна, и лодка покачнулась. Вино выплеснулось из пиал, и мужчины поторопились сесть, с непониманием оглядываясь по сторонам. День стоял безветренный, даже листья растущего у берега бамбука не шелестели, – так откуда же взялась волна?

Приподнявшись, волк внимательно осмотрелся, заметив быстро приближающуюся к ним тень, которая с такой силой толкнула лодку по дну, что та чуть не опрокинулась! Вэнь Шаньяо успел схватить волка за плечо, не дав ему упасть, он внимательно вглядывался в воду, видя быстро удаляющуюся фигуру существа.

– Меч при тебе?

– Остался на берегу, – с неохотой признался Лэн Шуан, коснувшись металлической руки. Узоры на ней вспыхнули мягким белым светом, и в воздухе защелкало от светлой ци. – Не припомню, чтобы отсюда поступали жалобы на демона.

– Может, его разбудил кто?

Волк не ответил, заметив приближающуюся тень и направив на нее руку. С пальцев сорвался ослепительный свет, стрелой метнувшийся в воду и ударивший по демону. Тот взвыл и выпрыгнул на поверхность, дав рассмотреть свое большое чешуйчатое тело, с наполовину покрытой водорослями раковиной. Рассерженно взревев, демон, которого Вэнь Шаньяо определил как цзяоту, со всей силы рухнул на лодку и разломил ее пополам.

– Шуан! – воскликнул Вэнь Шаньяо.

Волк до сих пор не научился плавать и сейчас отчаянно хватался за стебли лотоса, чтобы не утонуть.

Вэнь Шаньяо собирался обратиться, но цзяоту с такой силой сжал его тело и потащил на дно, что в глазах потемнело. Ребра захрустели, а несколько из них сломалось, заставив беззвучно закричать. Вода хлынула в легкие, и Вэнь Шаньяо содрогнулся, чувствуя, как начинает задыхаться.

Ему удалось высвободить одну руку, на которой возникли острые когти, вонзившиеся в лапу цзяоту, но они отскочили от его плотной чешуи.

Отчаявшись, Вэнь Шаньяо закрыл глаза, намереваясь во что бы то ни стало призвать свою истинную форму, как раздался громкий всплеск, столь сильный, что оглушил его. Раскрыв глаза, Вэнь Шаньяо заметил покрасневшую от крови воду с плавающими в ней частичками панциря. Из красной мути вырвалась когтистая лапа, которая, бережно схватив заклинателя, вытащила его на поверхность.

Стоило Вэнь Шаньяо вдохнуть воздуха, как он тут же хрипло закашлял, не видя ничего перед собой. Сердце бешено билось в груди, вода вытекала из носа и рта, а кашель, от которого содрогалось все тело, не прекращался.

Сморгнув пелену перед глазами, Вэнь Шаньяо наконец понял, что находится в лапе дракона, летящего к берегу. Добравшись, он бережно отпустил Вэнь Шаньяо и снял со спины находящегося без сознания Лэн Шуана. И тут же шмыгнул в бамбук, скрывшись в его зарослях, словно солнце обжигало его переливающуюся чешую.

Не обратив внимания на дракона, Вэнь Шаньяо поспешил сделать волку массаж сердца. Тот закашлял, перевернулся на бок и сплюнул воду, с непониманием осматриваясь по сторонам.

– Как ты? – с тревогой спросил Вэнь Шаньяо, внимательно осматривая Лэн Шуана.

– Что это было?

– Цзяоту. Они обычно не нападают просто так, видимо, его кто-то потревожил.

Оглядевшись и заметив ободранный бамбук, волк молча взглянул на Вэнь Шаньяо, но тот лишь поджал губы. Завязав непослушные волосы в высокий хвост, он помог Лэн Шуану подняться, снял тяжелую от воды верхнюю одежду и неторопливо направился вдоль берега. Солнце приятно пригревало и в скором времени высушило их рубашки и штаны, однако Вэнь Шаньяо все еще чувствовал неприятный запах тины, пропитавший ткань. Хотелось как можно быстрее переодеться во что-то более чистое и свежее.

Обогнув лотосовое озеро, мужчины вошли в поселение. Временно они остановились в небольшом домике с уютным двориком, где по утрам выпивали чай, любуясь открывающимся видом высоких зеленых гор, объятых утренним туманом, и вслушиваясь в пение птиц.

Сменив одежды, мужчины сели в небольшой чайной, которой владела одна семья. Чай тут был вкусным, а вот еда пресноватой по сравнению с лавкой семьи Ши.

– Юная госпожа, у вас тут, случаем, демоны не водятся? – поинтересовался Вэнь Шаньяо у дочери хозяев.

Девушка, на вид лет шестнадцати, слегка покраснела при взгляде на мужчин, опустила взгляд в пол и произнесла:

– Наше место весьма тихое, даже школ рядом нет… но я слышала от старших, что в горах поселился пилигрим.

– И как он выглядит? – спросил на этот раз Лэн Шуан.

– Весьма молодо, наверное, ваш ровесник, – ответила девушка, задумчиво прикусив нижнюю губу, – однако он не заходит в город, так что здесь вы его не встретите.

– Не сомневался, – хмыкнул Вэнь Шаньяо.

– Вы с ним знакомы? – поинтересовалась она.

– Встречались, – ответил Лэн Шуан, взглядом говоря, что больше не стоит задавать вопросы.

Только девушка ушла, как волк молча взглянул на Вэнь Шаньяо, который старательно игнорировал его. Молчание затягивалось, и, не выдержав, он все же спросил:

– Что?

– Он спас нас, – тихо произнес волк. – Спас тебя.

– А до этого несколько раз чуть не убил.

– Разве ему не велели это сделать? – приподнял бровь Лэн Шуан, сделав неторопливый глоток. – Напомни, что ты делал, будучи Королем Бездны?

Вэнь Шаньяо не ответил, нечитаемым взглядом смотря на плавающие на поверхности чашки чаинки. Где-то тихо запела сяо, и солнце скрылось за горами. На улицах под крышами домов зажгли фонари, и мягкий желтый свет прогнал тьму.

Сидя в одиночестве во дворе их домика, Вэнь Шаньяо смотрел в пустоту перед собой. На каменном столике два Доу с интересом гонялись за сверчком, порой запинаясь о собственные ножки и с тихим писком падая. Вэнь Шаньяо едва ли обращал на них внимание, погрузившись в мысли и вспоминая Тоу Яня. По сравнению с ним Ухэй и правда был «ребенком», у которого отняли семью. Он мог бы остаться в Царстве духов с принцессой Юэ и Цзинь Хуэем, однако предпочел странствовать по Чуньцзе. Вэнь Шаньяо не сомневался, что сегодняшняя их встреча – просто совпадение, иначе он давно поймал бы его за черный хвост. Однако Тоу Янь сбежал слишком быстро, впрочем, оно и ясно – не хотел лишний раз показываться на глаза брату.

Перед глазами невольно встало побитое лицо Тоу Яня, и Вэнь Шаньяо скривился, чувствуя себя ужасно жалким. Брошенные в бессильной злобе слова ранят хуже меча; кто, как не он, об этом лучше всего знает?

– Не собираешься спать? – раздался голос Лэн Шуана. Опершись плечом на дверной проем, он не сводил внимательного взгляда с Вэнь Шаньяо, чью фигуру мягко обволакивал белый свет луны.

– Не хочу.

– Над чем ты так задумался?

Вэнь Шаньяо промолчал, и Лэн Шуан со вздохом опустился напротив, смахнув со стола сверчка. Доу расстроенно поникли, не зная, чем им дальше заниматься.

– Давай сходим завтра в горы, – вдруг предложил волк.

– Зачем?

– У меня отпало всякое желание идти к озеру, – признался Лэн Шуан. – Боюсь, окажись я вновь в воде, утону.

– И как ты не научился плавать за такое количество времени? – изумился Вэнь Шаньяо.

– Мне это было не нужно, как тебе – учиться полету на мече.

Вэнь Шаньяо решил больше не спорить, задумчиво взглянув на горы.

* * *

Утром, скудно позавтракав, заклинатели выдвинулись в горы, они пошли по едва заметной тропе, вслушиваясь в пение птиц и стрекот сверчков. Туман окутал низину, напоминая плотную белую реку, из которой торчали зеленые островки.

Мысленно Вэнь Шаньяо надеялся, что они никого не встретят здесь, и спустя шичэнь уже уверился в том, что в этих горах обитают только животные и птицы. Порой им встречались небольшие алтари, посвященные духам этого места, с подношениями в виде фруктов.

Вскоре тропа стала чуть шире и появилась старая арка, покрытая плющом. За ней начиналась бамбуковая роща, вдоль которой стояли каменные фонари с желтыми бессмертными огнями.

Мужчины недоуменно переглянулись.

– Напомни, какой дух охраняет эти земли? – спросил Лэн Шуан.

– Самому бы знать.

Заклинатели неторопливо пошли вперед, вслушиваясь в шелест бамбука и тихое пение сверчков. Дорога напоминала тайный путь, который далеко не каждый сумеет отыскать. Что их ждало в конце? Тупик? Чей-то храм? Пещера в одной из гор?

Тропа вильнула в сторону, закончившись еще одной аркой. За ней расположился горный уступ с небольшим углублением на отвесной скале, где виднелась вырезанная из камня статуя. Она была здесь так давно, что непогода сточила все острые углы, отчего, сколько бы Вэнь Шаньяо ни вглядывался, он так и не смог понять, кого она изображает. Цзинь Хуэя? Четырех принцесс? А может, самого Хаоса?

У ног статуи находился просторный храм весьма потрепанного вида, а перед ним развернулся небольшой огород, в котором копошились двое. Одним из них оказался ребенок – мальчик лет десяти – с растрепанными волосами и в заляпанной грязью одежде. Он с серьезным видом пропалывал грядки, слушая, что ему говорит более старший мужчина. Закатав рукава почти до плеч и завязав волосы в неопрятный пучок на затылке, тот с серьезным видом поучал его:

– …Если продадим это все до осени, то сможем купить себе теплые вещи. Так что внимательнее следи за урожаем, чтобы саранча его не съела!

Мальчик послушно закивал, откинув в сторону еще один вырванный сорняк.

– Я спущусь сегодня в деревню и…

Мужчина замолк, заметив двух заклинателей, и, резко поднявшись на ноги, нерешительно отступил на пару шагов назад, не зная, стоять ему на месте или бежать. Вэнь Шаньяо тоже остановился, молча смотря на брата и видя в его глазах панику.

– Слышал, в горах остановился пилигрим, который охотится на мелких демонов.

Тоу Янь промолчал, неловко отведя взгляд. Ребенок спрятался за его спиной, с подозрением смотря на незнакомцев.

– Что это за место? – спросил Вэнь Шаньяо, взглянув на старый храм.

– Здесь поклонялись духу тумана, – негромко ответил Тоу Янь. – Он давно исчез, так что это место пустует. Ты… искал меня?

– Нет, – даже слишком резко ответил Вэнь Шаньяо и, почувствовав взгляд Лэн Шуана, вздохнул. – Тогда, на озере… это был ты, не так ли?

Тоу Янь неловко кивнул.

– Зачем спас нас?

– Разве я мог поступить иначе? – тихо спросил брат. – Я знаю, что ты все еще не простил меня за то, что случилось тогда… но я не убийца. И не смогу никогда никого убить.

Вэнь Шаньяо весьма долго смотрел на Тоу Яня, который в этот раз не отвел взгляда, лишь слегка хмурясь.

– Я знаю, – наконец произнес Вэнь Шаньяо. – Тогда у тебя не было выбора, впрочем, как и у меня.

Брат медленно кивнул, бросив быстрый взгляд на храм за спиной, и неловко спросил:

– Может… хочешь выпить чай?

Вэнь Шаньяо задумался, взглянув на волка, который молча приподнял брови, подбадривая его.

Братья прошли в храм, внутри которого оказалось весьма сухо и уютно. Так и не скажешь, что он пустует.

– Кто тот ребенок?

– Лунь. Беспризорник, – признался Тоу Янь, заваривая им чай. – Он уже жил тут, когда я сюда пришел… умный, но немой.

– И как тебе тут живется?

– Хорошо. Лучше, чем во дворце.

Тоу Янь поставил перед Вэнь Шаньяо пиалу и налил в нее травяной чай. Запах был резким, но заклинатель промолчал и сделал небольшой глоток.

– Я не знаю, есть ли хоть в одном из Царств место для меня, – негромко признался Тоу Янь, опустившись напротив. – В Царства призраков и демонов мне вход заказан, в Царстве духов мне нет места, а в Царстве людей я не особо кому-то и нужен. Я с детства понял, что от меня одни неприятности, так что единственное, что мне остается, – спрятаться так далеко, насколько это возможно, чтобы обо мне все забыли.

– И ты думаешь, что это место подойдет?

– Нет, оно лишь временное убежище. Ближе к зиме мы накопим немного денег и уйдем отсюда.

Вэнь Шаньяо задумался. Здесь зима была мягкой, однако очень влажной, а этот храм весьма старый, и неясно, сколько еще продержится. Оставаться на зиму опасно.

– Почему бы тебе не укрыться в Колыбели? Никто там не нарушит твой покой, да и ты никому не навредишь.

– Я думал об этом, – серьезно произнес Тоу Янь, посмотрев в окно, – даже собирался отправиться туда, но потом встретил Луня.

– Собираешься о нем заботиться?

– Да, пока он не вырастет, а потом… возможно, и правда уйду в Колыбель. А ты?

Вэнь Шаньяо неопределенно дернул плечом:

– Не особо задумывался об этом. У меня много времени, чтобы понять, чем я хочу заниматься.

– Но не у него, – тихо произнес Тоу Янь, переведя взгляд на Лэн Шуана за окном.

– Тетушка Фагуань дала каждому живому существу по сто жизней. Когда Шуан умрет, я просто найду его переродившуюся душу.

– Хороший план, – слегка улыбнулся брат. – Ты все еще злишься на меня?

– Да. Не знаю, – тут же поправил себя Вэнь Шаньяо. – Я лишился своего шифу из-за Короля Бездны и чуть не лишился сестры из-за тебя.

– Я убил тогда многих, не так ли?

Вэнь Шаньяо не ответил. Неторопливо допив чай, он поднялся с места:

– Нам уже пора.

– Удачи тебе, – на прощание произнес Тоу Янь.

Замерев на пороге, Вэнь Шаньяо бросил на него задумчивый взгляд, прежде чем ответить:

– И тебе, Янь.

* * *

Вэнь Сяньмин неторопливо шагала по узкой холмистой тропе, вдоль которой покачивалась высокая трава. Солнце уже клонилось к горизонту, готовясь скрыться за высокими горами, и небо пылало огнем.

Гадюка шла весьма долго, до тех пор, пока не увидела небольшой дом. Во дворике стояло несколько столов, на которых сушились глиняные горшки. Часть из них уже была расписана парящими среди облаков драконами с журавлями.

Взяв один из горшков, Вэнь Сяньмин осмотрела его и произнесла:

– Ты ведь не думал, что будешь скрываться от меня вечность?

– Разве я мог?

Обернувшись, Гадюка взглянула на стоявшего на пороге мужчину с морщинами на лице и сединой в волосах. Отложив горшок, она сняла с пояса небольшой кувшин размером с кулак.

– Не желаешь выпить, брат?

Вэнь Шаньяо, настоящий Вэнь Шаньяо, слегка улыбнулся и кивнул. Сев на скамью, он предложил место сестре. Опустившись рядом, она откупорила кувшин и сделала первый глоток, передав остальное брату.

– Зачем ты пришла?

– Нашлось лишнее время – не знала, куда его деть, – фыркнула Вэнь Сяньмин. – Ты не особо рад меня видеть, не так ли? Неужели думал, что я оставлю это просто так?

– Да, – признался Вэнь Шаньяо. – Я давно перестал считать себя членом семьи Вэнь, не думаю, что вообще заслуживаю этот фамильный знак. Вдобавок у тебя уже есть «брат», и очень верный секте.

– Я знаю, но мне интересно: ты не жалеешь?

– О чем я могу жалеть? – грустно улыбнулся он. – Вы прекрасно справились и без меня, Сяньмин. Я горжусь вами, горжусь тобой, ты дала этому ребенку семью и свою любовь. И он отплатил тебе, возвысив секту.

– Он и правда сделал намного больше, чем я сама, – призналась Гадюка. – Ты когда-нибудь хотел вернуться в секту? Ко мне?

Вэнь Шаньяо промолчал, на что Вэнь Сяньмин не сдержала усмешки:

– Нет, не хотел…

– Прости.

– Тебе не за что извиняться.

Отложив кувшин, она поднялась с места, потянулась и хрустнула затекшими позвонками.

Бросив взгляд на пылающее за горизонтом небо, Вэнь Сяньмин произнесла:

– Я сказала и услышала все, что хотела. Я ухожу и больше тебя не побеспокою.

– А ты жалеешь, что все так обернулось? – раздался тихий голос за ее спиной.

Взглянув на мужчину, Вэнь Сяньмин искренне улыбнулась ему и произнесла:

– Нет, и никогда не буду жалеть.