Когда я переезжала из Торонто в Нью-Йорк, то, разбирая вещи, наткнулась на свой старый дневник. Кажется, я вела его, когда мне было чуть за 20. Мое внимание привлекла одна запись, которая начиналась с дерзкой цитаты: «Самодовольство – это смерть». Ниже была еще одна: «Стоячая вода не представляет ценности». Дальше я в деталях расписывала, как буду достигать целей, а закончила обещанием «никогда не прекращать стремиться к большему».

Прочитав это много лет спустя, я пожалела молодую себя, чье самосознание захватила продуктивность. Представила, как мучилась долгие годы, подталкивая себя к «успеху» и чувствуя, что никогда не делаю достаточно. Не уверена, что я вообще понимала, что для меня значил успех и каковы мои стремления. Одно, однако, очевидно – четкое убеждение, что покой – противоположность продуктивности. Отдых, перерывы, время на перезагрузку входили в определение нежелательной «ленивой» личности.

Размышляя над прошлым, я понимаю, что такая модель непонимания и избегания отдыха – один из ключевых факторов, приведших меня к выгоранию. Как психотерапевт, я много думала об этой теме. Мне самой пришлось сделать следующее:

1.Избавиться от неточного или неверного понимания отдыха.

2. Осознать имеющиеся у меня убеждения, которые поддерживали во мне токсичную продуктивность.

Как мы усваиваем послания об отдыхе? Угадали: впитываем идеи от окружающих, особенно в детстве. Хотя в моей семье никогда вслух не произносили фразу «отдых – сомнительное времяпрепровождение», она витала в воздухе. Я воспитывалась иммигрантами, и отдых казался поблажкой, почти роскошью – чем-то, что предназначено только для тех, кто может себе такое позволить[21]. Даже на выходных мы всегда учились чему-то новому: плаванию, теннису, академическому пению.

Поскольку меня воспитывали так, что я ценю себя больше, когда что-то создаю, делаю или достигаю, любое бездействие казалось угрозой моему росту. Мне было неведомо, что на самом деле оно – часть роста. Я узнала это совершенно случайно, когда поиск в Google привел меня на сайт сиэттлского японского сада. Даже не помню, как оказалась на его странице, но именно там мне встретилась концепция под названием «ёхаку-но-би», лежащая в основе практики зенарт. Она предполагает, что мы будем оставлять в рисунках незакрашенные участки для баланса. Словосочетание переводится как «красота пустого пространства».

Размышляя над «ёхаку-но-би», я осознала, сколько времени в жизни потратила, пытаясь заполнить каждую минуту. После того как я длительное время жила в условиях дихотомии между «делать» и «быть», я больше не воспринимала никаких нюансов продуктивности. Однако, меняясь, научилась считать полное и пустое не противоположностями, а двумя частями целого. Жизнь – постоянное балансирование между «делать» и «быть». По сути, это две стороны одной медали. Нельзя получить удовлетворение, имея одно и не имея другого.