Посторонним вход на территорию дворца императрицы был запрещён. Лишь прислуге, фрейлинам и узкому кругу приближённых дозволялось переступать порог её владений, остальные обязаны заранее испрашивать аудиенции. Даже её собственный муж и родные дети не в силах обойти это правило.

В тот день императрица, по обыкновению, проводила значительную часть своего времени в саду, несмотря на назначенную аудиенцию с сыновьями. В итоге второму принцу, считавшемуся наследником престола, и его младшему брату, третьему принцу, пришлось прийти к матери в сад. Императрица садовыми ножницами приводила в порядок красные, похожие на лилии цветы.

– Матушка, – позвал её третий принц, широко улыбаясь.

Императрица обернулась, сжав в руке один из цветов, и посмотрела на стоящих в ожидании юношей. Её губы растянулись в улыбке.

– Рада вас видеть, любимые мои дети.

Третий принц поспешил подойти к матери и склонить голову. Она нежно и с любовью обняла его за плечи. Эти двое приветствовали друг друга столь нежно, что непосвящённые увидели бы в сцене трогательную встречу матери и сына после долгой разлуки. Императрица перевела взгляд на второго сына, мнущегося в стороне в нерешительности.

– Приветствую вас, наследный принц.

Она протянула к нему руку, и он нехотя подошёл ближе, а через секунду тоже оказался в объятиях матери.

– Рад видеть вас в добром здравии, матушка, – сказал он потухшим голосом.

Два года назад его официально признали наследником престола.

– Кайрус, у вас нездоровый цвет лица.

Взволнованный голос матери заставил его провести рукой по исхудавшему от недостатка сна лицу и отметить сухость собственной кожи.

– Брат, у вас синяки под глазами. Похоже, вы настолько заняты государственными делами, что даже времени на сон не остаётся.

Кайрус мельком взглянул на кривую усмешку Лутая, своего младшего брата, но почти сразу же отвёл взгляд.

– В последнее время не спится.

Императрица с встревоженным видом положила на стол цветок, который всё это время продолжала держать в руках.

– Как же так, Кайрус?.. Очень жаль, что вы не можете выспаться. Может, мне поделиться с вами квинси? Только что срезала.

Она подвинула красный цветок ближе к юноше. Внешне квинси напоминал лилию, но в действительности не имел с ней ничего общего. Кайрус скривился, почувствовав дурманящий цветочный аромат, но моментально вернул себе самообладание.

– Не стоит, матушка. Вы так дорожите ими, как я могу…

Холодная рука императрицы коснулась осунувшегося лица сына.

– Конечно, дорожу, и с удовольствием отдам их своему драгоценному сыну.

Он не мог и дальше отказываться, поэтому неохотно принял подарок, помрачнев ещё больше.

– Не хмурьтесь так, брат. Вам досталась столь редкая вещица, а вы темнее тучи, – добродушно заметил Лутай, положив руку на плечо брату.

Кайрус покосился на третьего принца и скинул его руку.

– Что же ты тогда и себе не попросишь?

Глаза Лутая злобно засверкали, но он не проронил ни слова, оставив брата без ответа. Императрица посмотрела на сыновей и довольно улыбнулась.

– Вы должны жить дружно, ребята. Подумайте, чему научатся ваши племянники, если увидят, как их дяди ссорятся?

Императрица растила внуков, оставшихся после покойного первого принца. Она знала, что старшего сына в ходе борьбы за место наследника отравили собственные братья, но не придавала случившемуся большого значения. Достаточно и того, что хотя бы один из её детей станет императором. Её нисколько не волновало, начнутся внутрисемейные распри или нет. В итоге престол займёт сильнейший. Самое главное, чтобы этот сильнейший был рождён ею, а кто конкретно им окажется – уже неважно.

– В следующий раз отправлю детям подарки, – сказал Кайрус.

– Вам стоит отправить им что-то, что действительно можно назвать подарком, – съязвил Лутай.

– Думаешь, только тебе можно? Я, в отличие от некоторых, веду себя с детьми как подобает.

Не так давно Лутай преподнёс детям погибшего брата ядовитого паука в качестве подарка. Малыши приняли паука за игрушку, в то время как его яд был смертельным.

– О чём это вы? Племяшки были в восторге…

– И едва не отправились на тот свет!

Пока братья метали друг в друга молнии, императрица успела приказать прислуге подать чай.

– Если Лутай пожелает, я и ему могу квинси дать. Цветы квинси содержат вещество, поднимающее настроение.

В руках императрицы появился ещё один цветок. Лутай смиренно принял подарок.

– Вам так нравятся эти цветы, матушка.

– Естественно, квинси помогает лучше спать и избавляет от плохого настроения. Особенно заметен эффект от луковиц.

Она улыбнулась, поставив несколько цветков в вазу, как будто и правда безмерно их любила.

– К тому же хотя для обычных людей, как мы с вами, квинси работает как лёгкое успокоительное, для некоторых он может стать смертельным ядом. – Она провела по красным лепесткам своим длинным ногтем. – Цветы, что ожесточают нежные сердца и рождают болезни в здоровом теле.

– И что же это за люди? – без задней мысли поинтересовался третий принц.

Императрица не стала отвечать и лишь улыбнулась.

– Я собрала букет квинси и отправила его им в качестве поздравления с рождением ребёнка.

В отличие от улыбающегося Лутая, наследный принц словно окаменел.

– Такие душистые цветы. Сразу настроение поднимается, но для «них» они, по-видимому, настоящий яд.

Смех императрицы эхом разнёсся по саду. Служанка привезла на тележке чай и сладости. Лутай спокойно выпил насыщенно-красную жидкость, напоминающую по цвету лепестки квинси, а Кайрус колебался и всё никак не мог разлепить губы, продолжая просто держать чашку в руках.

– Не волнуйтесь, Ваше Высочество. Чай не отравлен.

– Я и не думал об этом, матушка. Прошу прощения, если смутил вас.

Кайрус поднёс чашку к губам и сделал глоток. Он почувствовал, как сладость на кончике языка сменяется горьким послевкусием.

– Они знали, что цветы квинси содержат в себе смертельный яд? – спросил Кайрус, опустошив чашку.

Он пристально всматривался в материнские черты. Императрица выглядела гораздо моложе своего возраста и внешне больше напоминала прекрасную юную леди, чем женщину средних лет, подарившую жизнь нескольким детям.

– В квинси не живут духи.

– Духи?..

– Духи обитают во всём, что нас окружает. Они не умеют лгать и рассказывают обо всём, что видели и слышали. Не нам, конечно, а тем людям.

Теперь Кайрус понял смысл её слов.

– Потому они не знали ни о существовании этих цветов, ни о наличии в них яда, опасного для таких людей, как они. Очень жаль…

Опустив чашку на стол, Кайрус сделал пару глубоких вдохов и выдохов. Он посчитал, что пришло время поднять эту тему, раз уж зашла речь о королевстве духов.

– Я просил аудиенции у вас с братом, чтобы поделиться своим сновидением.

– Брат, не стоит вкладывать столько смысла в обычный сон! – прыснул Лутай.

Кайрус злобно уставился на него, но вмешалась императрица:

– У наследного принца всегда была хороша развита интуиция.

Императрица родилась с огромным талантом к магии, однако её дети не унаследовали силу матери. Лишь её второй ребёнок, Кайрус, перенял у родительницы остро развитое чутьё, интуицию сродни дару предвидения.

– Последнее время я часто вижу один и тот же сон.

– И о чём же он?

Императрице было любопытно, что за пророческий сон увидел сын, пусть и совсем немного, но всё же унаследовавший её магическую силу. В сравнении с ней самой его способности были совсем ничтожны, однако точность пророчеств оставалась очень высокой, особенно когда будущее являлось ему в виде визуальных образов.

– Вокруг трона скапливалась кровь. Всё вокруг было пропитано ею, словно вещи вымокли под кровавым ливнем.

Сон Кайруса всегда начинался со стоявшего на возвышении трона, который гордо сверкал впереди. Иногда сам Кайрус сидел на троне, а иногда – нет. Но всё вокруг неизменно было в крови.

Мраморный пол был будто бы устлан красным ковром из растекающихся от людских тел алых луж крови. Происходящее было сном, но Кайрус интуитивно знал, что перед ним трупы.

Острый запах крови бил в нос. Когда Кайрус пытался уйти, убежать от ужасающей картины, он замечал какое-то движение перед горой трупов. Он испуганно всматривался в человеческие тела и замечал, как что-то поднимается с пола. Девушка, чьё лицо закрывали длинные, вымокшие в крови красные волосы, начинала двигаться в его сторону, не открывая лица. Её жуткий вид вселял в принца ужас, но он никак не мог сдвинуться с места, сколько бы ни старался убежать.

– Это место… принадлежит моему дитя…

С её длинных волос капала кровь.

– Убирайся…

Позади неё один за другим поднимались с пола истекающие кровью трупы.

– Мы будем забирать твоих потомков до тех пор… пока не утихнет наша злоба.

– И это всё? – спросил Лутай, закинув ногу на ногу.

Кайрус с детства отличался малодушием, в связи с чем и не принимал активного участия в борьбе за престолонаследие. Лутая всегда удивляло, что каким-то образом брату всё же удалось остаться в живых. Раньше Лутай уделял всё внимание самому опасному сопернику – четвёртому принцу, – однако теперь, когда место наследника занял Кайрус, ситуация кардинально изменилась.

«Бесхребетный червяк, только и делает, что тешится своими детскими фантазиями», – подумал Лутай.

Он никак не мог взять в толк, как брату удалось его обойти и за какие заслуги того выбрали наследником престола. Кайрус не отличался выдающимся умом, не имел большого таланта к фехтованию и не добился особых успехов в государственном управлении. Самый обычный мягкотелый трус, дрожащий от любого дуновения ветерка.

– И вы беспокоите нас с матушкой из-за подобной мелочи?

Кайрус вздрогнул под грозным взглядом младшего брата. Наследный принц прекрасно знал характер Лутая: проявишь перед ним слабость, и он обойдётся с тобой ещё жёстче. Учитывая это обстоятельство, лучшим решением было бы по меньшей мере притворяться сильным, однако… Сон внушал Кайрусу куда больший страх, чем младший брат.

– Лутай, принц ведь сказал, что всё было в крови. Подобное кого угодно напугает.

Хотя на словах императрица приняла сторону Кайруса, дальше расспрашивать она не стала, совершенно потеряв интерес к этой теме.

– У всех трупов… были розовые волосы, – сдавленно прошептал Кайрус.

Императрица, до этих слов широко улыбающаяся, словно окаменела.

– Розовые…

Она смертельно побледнела и покачала головой.

– Королевство духов пало в результате внутриполитических распрей, мы… Мы не сделали ничего ужасного, всего лишь заняли опустевшие земли Аллика.

Она снова налила красного чая в опустевшую чашку принца.

– К тому же призракам никак не победить живого человека.

Алая жидкость пугающе напоминала кровь.

– Каким бы великим магом или заклинателем духов ты ни был при жизни, после смерти ты не более чем труп, – добавила она, протягивая принцу его чашку. – Поэтому Вашему Высочеству совершенно не о чем волноваться. В будущем вам предстоит повести за собой всю империю. Нельзя же, чтобы правитель плакался матушке всего лишь из-за небольшого кошмара, согласитесь?

Императрице не нравился слабохарактерный второй принц, поэтому в её взгляде не было заметно ни намёка на улыбку, которую она старательно изображала в эту секунду.

Кайрус более не собирался пить предложенный матерью чай, поскольку красная жидкость в стакане постоянно напоминала ему о лужах крови из сна.

«Меня беспокоит другое, матушка, – возразил он про себя, не в силах произнести это вслух. Его сон не ограничивался рассказанным. – Вы тоже были там».

Множество трупов с длинными розовыми волосами растворялись в ярком свете, врывающемся в зал из-за дверей, однако стоило Кайрусу облегчённо вздохнуть, как двери растворялись…

Высокий юноша переступал порог зала и шёл в сторону Кайруса. Незнакомца нисколько не волновал по-прежнему залитый кровью пол – на его лице даже сверкала улыбка. Заметив Кайруса, юноша бросал в его сторону что-то увесистое. Оно катилось по полу до тех пор, пока не ударялось о ноги принца. Осознание накрывало Кайруса волной ужаса: этим нечто оказывалась голова его матери.

Незнакомец перед ним довольно ухмылялся. Лицо было плохо различимо из-за света за его спиной, однако постепенно Кайрус смог разглядеть прекрасные черты, а также… его розовые волосы.

Продолжение в следующем томе…