– Кто ты такая? – Хрипело чудовище, с животным страхом в глазах.

Они всегда задавали этот вопрос. Они так просто вычеркнули меня из своей жизни, будто произошедшее было незначительным событием.

Будто они не забрали мою душу.

Будто они не сломали мою жизнь.

Не разделили ее на до и после.

Не заставили отказаться от личности, спрятаться на другом континенте и каждую ночь просыпаться в истерике из-за кошмаров.

Сначала в ловушке оказалось мое тело. Я была диким ребенком, который не сильно отличался от мальчика, растущего с волками. Каждый взрослый являлся потенциальной угрозой. Казалось, что они в любую секунду хотят напасть и растерзать то, что осталось от меня. Я не выносила каких-либо прикосновений. Когда Анна привела докторов, чтобы те осмотрели меня, инстинкты взяли верх. Я метала попавшиеся под руку предметы, кусалась, царапалась и кричала так громко, что в соседних кабинетах наступала тишина.

Я была проблемой. Проблемой, которую могла решить только Анна.

Первым она подпустила ко мне Ройса. Он выглядел чуть старше, казался беззаботным и всегда, всегда улыбался. Он отвлекал болтовней и играми, держал дистанцию и не смотрел на меня с вожделением. Его не интересовало ни мое тело, ни губы. Будучи единственным ребенком, Ройс хотел веселья, которого я не могла ему дать.

А потом появился Джекс. И вот тогда я поняла, что боль чужого человека может быть осязаемой. И что она способна заглушить собственную.

Джексу требовалась боль, а мне – выбраться из панциря, чтобы воспоминания перестали управлять телом.

Он видел во мне погибшую сестру, искал в моих глазах свое искупление, но я была воплощением разочарования. Источаемый мною страх наносил ему удары, гораздо больнее плети отца. И тогда Джекс сказал то, что я жаждала услышать от человека мужского пола:

– Ты отвратительна. Если Анна заставит меня прикоснуться к тебе, я отрежу себе руку.

Это стало спусковым крючком. Я первая прикоснулась к Джексу, а он убежал с истошным криком, словно я вылила на него кислоту. С того дня между нами возникла невидимая связь. Связь, которая больно отразилась на Ройсе.

– Что я сделал не так? – Дрогнувшим голосом спросил он, поджимая трясущиеся губы. – Почему ты его обнимаешь, а меня нет?

Я не знала, как объяснить ему. Я просто стояла и молчала, пока он плакал от переполняемой обиды.

– Почему, Алекс?

Его вопрос проворачивал ножи в моем сердце. Я ненавидела себя, свое тело, свой разум за то, что они так поступают с Ройсом. За то, что заставляет его чувствовать себя каким-то не таким, когда вся проблема во мне.

– Я все равно буду тебя любить, даже если ты меня не любишь.

После этих слов Ройс два дня не разговаривал со мной. Он отказывался проводить с нами время, отсиживался в своей комнате и даже не пробирался на кухню, чтобы украсть нам сок и сладкие булочки, посыпанные сахаром. Анна заметила, что что-то не так, и пришла ко мне. Я разревелась в ее объятиях, невнятно пытаясь объяснить произошедшее.

– Ройс из тех, кто проявляет свою любовь прикосновениями. И ему обидно, что ты не даешь ему возможность показать свою любовь, и сама ему никак не показываешь. Он чувствует себя лишним, но ведь это не так?

– Я люблю его так же, как и Джекса.

– Тогда нам нужно найти способ, чтобы показать ему это.

Я вытерла слезы и нахмурилась. Как бы сильно мне не хотелось обнять Ройса, я не могла переступить через страх. Он заставлял мое тело каменеть, набивал горло камнями и воспроизводил в памяти лица чудовищ, их улыбки и похоть в глазах.

Анна отвела меня на кухню и научила готовить любимый салат Ройса со свеклой и рыбой. Вид селедки вызвал у меня приступ тошноты, но я аккуратно нарезала ее, стиснув зубы. Неумело собрав салат, мы отправились к Ройсу. Он лежал на кровати лицом к стене и отказывался вставать.

– Уходите, я не в настроении.

– Ройс, Алекс пришла к тебе с подарком.

– Пусть подарит Джексу, я не обижусь, – пробормотал он, шмыгнув носом.

Анна одарила меня выразительным взглядом. Я сглотнула ком в горле и выдавила:

– Нет. Это подарок для тебя, а не для него.

Ройс медленно поднялся, вытер заплаканные глаза и искоса взглянул на меня. Я очень хотела улыбнуться ему в ответ, но ржавая игла вины пронзила мою грудь, и мое лицо исказила гримаса боли.

– Ты сама готовила?

Я торопливо кивнула и натянула рукава кофты, боясь, что испортила его любимый салат. Внешне он выглядел ужасно, но Ройс все равно зачерпнул щедрую порцию и отправил в рот. Я жадно улавливала эмоции на его лице и в глубине души надеялась, что это хотя бы съедобно.

– Вкусно?

– Да.

– Я могу готовить его каждую неделю.

– Ты ненавидишь трогать рыбу, – с сомнением сказал он и нахмурился.

Анна ободряюще сжала мою руку. Я сделала глубокий вдох и быстро выпалила:

– Но ради тебя – буду, потому что ты любишь ее.

Ройс поднялся и обнял воздух перед собой.

С тех пор он иногда делал так, когда его переполняли эмоции и он хотел выразить свои чувства привычным способом, не пугая меня.

Я оставила вопрос чудовища без ответа, как и всегда. Проигнорировала запах мочи, фекалий, животного страха и отчаяния. Сегодня цель нашего прихода заключалась не в мести, но я не могла лишить себя удовольствия, чтобы увидеть его страдания.

Пэйдж повелевали эмоции, когда Джекс действовал размеренно, с особым наслаждением вспарывая кожу. После нам приходилось переливать чудовищам кровь, зашивать раны, чтобы они не умерли раньше времени.

Я готовилась к этому представлению много лет и не хотела торопить события ради соблазна. Энзо должен был принять мои условия, занять то место, которое принадлежало ему по праву рождения. Это то, что я действительно могла сделать для него в знак благодарности, хотя даже этот поступок казался ничтожным, по сравнению с тем, что он сделал для меня.

С учетом живущей в нем ненависти, он мог пройти мимо и не рисковать собственной жизнью, ради спасения маленькой девочки.

Я не стоила тех усилий. Но он посчитал иначе.

Истошный крик ударился о стены камеры. Спазм медленно сдавил мою грудь, но я продолжала смотреть, как Пэйдж и Джекс измываются над чудовищем. Я отказывалась называть их по имени, ведь мое собственное они стерли с лица земли.

Анна вела допрос напористо. Она повторяла вопрос снова и снова, сидя напротив чудовища и смотря в налитые кровью глаза. Я единственная стояла в стороне. Пистолет в моих руках весил целую тонну, но я продолжала поглаживать спусковой крючок, зная, что не смогу выстрелить.

Мы не получили ответы на свои вопросы. Чудовище клялось и божилось, что ничего не знало. Час пыток был потрачен в пустую. Пэйдж принесла кровь, сделала переливание и зашила раны. Закончив, она вылетела из камеры со слезами на глазах. Однажды она призналась мне, что мечтает убить одного из них, чтобы снять с моих плеч этот груз. Чтобы я винила ее, а не потеряла цель своего существования, после совершенной мести.

– Ты можешь переночевать здесь, – предложила я Анне, когда мы покинули камеру и оставили стонать чудовище без обезболивающего, – останься в моей комнате, я все равно не усну.

Анна отбросила со лба челку и тяжело вздохнула.

– Только потому, что ты нуждаешься в моем присутствии.

Как только мы поднялись в мою комнату, я быстро приняла душ и переоделась. Мои эмоции притупились, словно после посещения чудовищ я находилась в трансе. Анна задумчиво наблюдала за мной, сидя на диване с ноутбуком.

– Рэй продолжит задавать вопросы, – наконец-то сказала она.

– Они не имеют значения, – отрезала я, садясь напротив, – я переключу его внимание на «Плазу». Все остальное его не касается.

– Ты уверена в этом?

Я кивнула, прикусывая губу. Мой взгляд упал на подоконник, где стоял горшок с цветком. Лифея – главный секрет Соколов. Растение, растущее на севере России, там, где обитали соколы. Растение, сок которого давал нам регенерацию. Информация о нем была уничтожена из всех доступных источников, однако Анна оставила некоторые зацепки в «Плазе». Вероятней всего, Морган смог их расшифровать, если за всем этим действительно стоял он. Потому что там, где мы обнаружили Лифею, росла и Талисса, из сока которой и был сделан антидот.

– Да. Ложись спать.

– Насчет Реджины, – медленно начала Анна, всматриваясь в мои глаза, – если я допущу ее до сыворотки, то должна буду показать в том числе и твою медицинскую карту.

– Проверим, что для нее значит профессиональная этика.

Анна кивнула. Она единственная, кому я могла показать все свои неприглядные стороны, эмоции, чувства и страх. Анна не отказалась от меня, несмотря на то, в каком состояние я к ней попала. Я бы не смогла справиться с таким ребенком, как я.

– Точно не будешь спать?

Я одарила ее долгим взглядом и в конце концов качнула головой.

– Я найду себе занятие.

Я взяла ноутбук и спустилась в гостиную. Холод уже пробрался в вены, вызвав крупную дрожь в теле. В ноздри заполз запах сырости и мочи, родом из прошлого. Леденящий душу ветер, взявшийся из ниоткуда, набросился на меня, впиваясь острыми когтями в кожу и разрывая ее на части. Я не могла двигаться. Потерянно смотрела по сторонам, жалея, что не отправилась к Минхо. Лучше его игры разума или споры с Рэйем, чем пустота, способная поглотить меня.

Тихий скрип заставил меня вздрогнуть. Рэй стоял в дверях и пристально смотрел на меня, сложив руки на груди. Теплое облегчение густым медом растеклось в груди. Если бы не распухший во рту язык, я бы набросилась на него со словами благодарности.

– Копилка секретов снова пополнилась. Дай угадаю, ты не расскажешь мне, кто такие чудовища?

– Нет.

– Становишься предсказуемой, птичка.

– Повод потерять ко мне интерес.

– И не надейся.

В его глазах сверкнул незнакомый блеск, и я зацепилась за него, карабкаясь из бездны, в которую провалилась после встречи с чудовищем. Мне требовалось ощутить его пульсирующую ненависть, чтобы напомнить себе, что я здесь, что я больше не та маленькая девочка, не способная отстоять себя и свое тело.

– Если не собираешься запереться в комнате , – холод в его голосе отрезвил меня, – то предлагаю спланировать маршрут.

Я пожала плечами, стараясь не выказывать лишней заинтересованности в его компании. Потому что Рэй все еще оставался хищником, который терпеливо выжидал моей слабости, чтобы напасть.

Он пошел на кухню, а я села на диван и открыла ноутбук. Прежде чем загрузить карту Америки, проверила открытые вкладки, так как Тара последние два дня пользовалась им. Крохотное розовое недоразумение возникло на экране во всей красе. Не успела я закатить глаза, как меня накрыло тепло, пропитанное сандалом и цитрусом.

– Ты сейчас серьезно?

Я повернула голову и едва не уткнулась носом в щеку Рэя. Его лицо было не просто в опасной близости, а едва не прижималось к моему.

– Что?

– Свинья.

– Это мини-пиг.

– Птичка, это гребанная свинья, – продолжал возмущаться он и резко уставился на меня. От мысли, что мы едва не соприкоснулись губами, закружилась голова. Я немного отодвинулась, но его близость все равно ласкала мою кожу, словно бархат.

– Мини-пиги живут дома и чистоплотней свиней.

– О, даже не начинай эту чушь. Мы и так живем с двумя котами-убийцами и наглым гусем.

– Не называй так Звездочку! – Каждая клетка в теле наполнилась возмущением. Вот почему мне требовалось сейчас его компания. Он клешнями вытаскивал из меня эмоции, до которых остальные так просто не могли добраться.

Рэй закатил глаза и снова придвинулся ко мне.

– Что, по-твоему, ты делаешь? – Мой голос дрогнул, что не скрылось от его внимания. Я больше не могла выдержать его взгляд, мое сердце и так набатом стучало в груди.

– Пытаюсь выбросить из твоей головы идею о мини-пиге. Прекрати потакать сумасшедшим желаниям Тары.

– Да я не собираюсь покупать ей свинью.

– Вот, ты сама это сказала. Свинья.

Я выругалась себе под нос и снова отодвинулась, создавая между нами хоть какую-то дистанцию. Рэй с неприсущим любопытством наблюдал за моими жалкими попытками.

– Закрой этот сайт.

Волна гнева омыла мое тело. Я поджала губы и яростно застучала по клавишам, совершая самую огромную ошибку в своей жизни.

– Что еще мне сделать, командир?

– Прекрати дрожать.

– Мне холодно.

Его глаза каким-то невероятным образом потемнели, хотя всегда казались мне черными. Но по крайней мере мои слова заставили его выпрямиться и удалиться. И пока я с ужасом смотрела на последствия своей минутной вспыльчивости, он чем-то загремел на кухне.

Рэй вернулся через несколько минут с тазом чая. Я даже не знала, что у нас есть таких размеров чашки. Поставив его на стол, он снова ушел, только теперь в свою комнату. Я наконец-то смогла перевести дыхание, но следующих вдох снова застрял в горле.

– Ты собираешься спать здесь? – На всякий случай уточнила я, взглядом указывая на одеяло в его руках.

Он в ответ цокнул языком и накинул его на меня. Движение должно было выйти небрежным, но отчего-то получилось заботливым.

– Укутайся так, чтобы я смог сесть рядом, но при этом не оказался в эпицентре землетрясения.

– Это не смешно, – пробормотала я.

– Я и не смеялся.

Несмотря на жгучее желание выбросить одеяло, я укуталась в него и поджала ноги, чувствуя, как тепло разливается под кожей, а легкие заполняются запахом Рэя.

– Дай мне ноутбук.

– Ради разнообразия попробуй использовать слово «пожалуйста», а то становишься предсказуемым.

Недоумение отразилось на его лице, словно я попросила его сделать тройное сальто назад. Смех щекотал горло, но я лишь шумно выдохнула и отдала ноутбук.

Прежде всего нам требовалось добраться до временного убежища, находящегося в Лос-Анджелесе. После оборудовать трейлер оружием и выдвинуться в сторону Северной Каролины.

– Десять-двенадцать часов мы можем ехать без остановок, – задумчиво сказал Рэй, прокладывая маршрут Лос-Анджелес – Финикс.

Я сделала небольшой глоток чая, грея заледеневшие пальцы о горячую кружку.

– Нужно найти мотель или стоянку для ночлега. Лучше, если мы будем оставаться в трейлере и не привлекать к себе лишнее внимание.

– В трейлере одна кровать, – заметил он.

– И?

– Собираешься спать со мной? – Жар лизнул мои щеки и спустился ниже, воспламеняя клетки тела праведным гневом. Одним вопросом он поселил в моей голове образы, которые я не хотела видеть.

– У тебя по ночам просыпается чувство юмора? – Рэй тихо усмехнулся и качнул головой. – Если оно обратно не уснет, я вылью на тебя чай.

Он примирительно вскинул ладони. Я задержала взгляд на его профиле, отмечая напряженные желваки и твердую линию челюсти, покрытую щетиной. Рэй тяжело сглотнул и несколько раз моргнул, будто бы отвлекся на собственные мысли.

– Я хочу знать, о чем ты думаешь? – Не выдержала я, замечая, как он поправляет ноутбук, лежащий на бедрах.

– Определенно нет.

– Тогда займись маршрутом, а не своими влажными фантазиями. Я не поеду с извращенцем в одном трейлере.

– А с напарником?

– У меня нет напарника. Я работаю одна.

– Из-за монстра?

Я кивнула, делая еще один глоток. В животе неприятно заурчало. Из-за документов, которые прислала Анна, я не успела толком поесть.

Рэй молча отставил ноутбук и поднялся. В его отсутствие, я быстро проверила соколов, сидящих возле дома Угго Эррера. Их осталось всего два. И оба мне были нужны до тех пор, пока мы не попадем в Чикаго.

Закрыв камеры, я поставила чашку на стол и плотнее укуталась в одеяло. Рэй вернулся с двумя тарелками, наполненными доверху едой. Я удивлено вскинула брови, аккуратно забирая одну.

– Чай, одеяло, еда. Кто ты и куда дел Рэя?

– Заткнись.

Хохот без спроса вырвался из горла. Я качнула головой и проверила, чтобы ни один кусочек лука не затесался среди картофеля, но почувствовав требовательный взгляд Рэя, посмотрела на него.

– Смех? Кто ты и куда дела Алекс?

– Заткнись.

Некоторое время мы молча ели, однако было заметно, как Рэй просто выжидал момент, когда я отложу пустую тарелку, чтобы вновь продолжить разговор.

– Нет, я серьезно. Почему ты так редко смеешься?

– И это спрашиваешь ты? Мистер «вечно хмурые брови»?

Мой телефон завибрировал, и мы посмотрели на всплывшее сообщение. Саша отправил очередное видео. Он скидывал мне все, что считал забавным, начиная от неуклюжих животных и заканчивая идиотскими пранками.

– Ну, разумеется, – щелкнул языком Рэй и перевел взгляд на меня, – ответишь своему парню?

– У меня нет парня.

– Тогда почему он пишет тебе посреди ночи?

Удивление отразилось на моем лице, но Рэй выглядел так, будто не собирался снижать обороты. В его глазах затаилась угроза убийства, и я понятие не имела, как реагировать на нее.

– Ты хотел обсудить маршрут, а не мою личную жизнь.

– Так все-таки он твой парень?

– Все-таки это не твое дело.

Воздух загудел от излучаемой им энергии. Непроницаемая маска скрыла мои истинные эмоции, когда Рэй едва сдерживал злость. Его руки напряглись, ноутбук жалобно скрипнул от твердой хватки, и я на секунду допустила глупую мысль, от которой успела вовремя избавиться.

– Финикс – Эль-Пасо, – с нажимом сказала я, кивком указывая на экран.

– Остановимся на ночлег. Дальше Эль-Пасо – Остин.

– Чем ближе мы будем к Северной Каролине, тем дальше должны держаться от людных мест. Никаких мотелей, на заправках и в закусочных только с масками, и ночевка в трейлере.

– Остаётся надеятся, что в дороге мы не сломаемся, – вздохнул Рэй и взъерошил волосы.

– Ты умеешь чинить машины?

Он кивнул и почесал подбородок, не забывая поглядывать на экран моего телефона.

– Дать его номер? – Не выдержала я. – Очевидно, из нас двоих ты больше заинтересован в общение с ним.

Рэй одарил меня убийственным взглядом, чем вызвал улыбку. От внезапно нахлынувшего жара, я скинула одеяло, собрала волосы и отбросила их за спину. Пристальный взгляд черных глаз следил за каждым движением, словно хотел уловить момент, когда я вытащу нож и воткну в него.

– Согрелась?

– Да.

Рэй забрал пустые тарелки и отнес на кухню. Пока он мыл, я зачем-то смотрела на перекатывающиеся под футболкой мышцы спины. Он был не только высоким, но и крупным. Фотографии, что присылал Ройс, разительно отличались от реальности. В первую встречу я была сбита с толку из-за собственной глупости и неосмотрительности и не сразу обратила внимание на то, каким телом он обладает. Мне нужно было как можно скорее скрыться, надеясь, что он не успеет запомнить мою внешность.

Но Рэй не только запомнил.

Он задался целью меня найти.

Несмотря на его внешнее преимущество, я поймала себя на мысли: все это время, что мы сидели одни в гостиной, я не испытывала страха. Кроме пульта под рукой ничего не было, и реши Рэй сейчас прикоснуться ко мне, я бы вряд ли смогла дать отпор.

– Ответишь мне на один вопрос? – глубокий голос скользнул по моей коже, вызывая теплые мурашки. Я натянула рукава кофты и перевела взгляд на Рэя, протягивающего мне стакан сока.

– Зависит оттого, что именно ты хочешь узнать.

То, как я напряглась, не скрылось от его внимания. Взгляд темных глаз смягчился, насколько это было возможно, а следующие слова прозвучали спокойно:

– Когда я вернулся за тобой, ты сказала, что специально тянула время, чтобы не спасать Грегора. Это так?

Я нахмурилась, не понимая, о чем он говорит.

– Ты не помнишь этого?

– Нет.

Он неопределенно кивнул и сел.

– Я бы не успела его спасти при всем желании.

– Которого у тебя не было?

Настал мой черед кивать. Потому что жизнь Грегора меня не интересовало, если бы только Анна не отдала приказ спасти его.

– Когда я… отключаюсь, то намеренно говорю то, что может спровоцировать.

– Спасибо за честность, – несмотря на благодарность, которую он вложил в ответ, я заметила, как напряглись его плечи.

Рой мыслей пронесся в голове, однако мягкий топот лапок отвлек меня. Мистер Котик шумно спускался по лестнице. Он медленно потянулся, выпуская коготки, а после запрыгнул на диван и зашипел, увидев Рэя.

– Опять этот дьявол, – пробормотал Рэй, отодвигаясь от Мистера Котика и приближаясь ко мне. Я инстинктивно схватила пульт. – Убери его.

– Не провоцируй, и он пройдёт мимо.

– Этот бесполезный комок меха ненавидит меня.

– Действительно, ты же само очарование.

Рэй бросил на меня осуждающий взгляд, и Мистер Котик воспринял это как личную угрозу. Он выгнул спину, снова зашипел и активно замахал хвостом, выглядя так, будто собирался наброситься на Рэя и исцарапать его лицо.

– Алекс, – прорычал Рэй, резко приблизившись. Я успела подставить пульт, чтобы избежать столкновения. – Что это?

– Пульт. Вернись на место.

– Убери кота.

– Уберу, когда ты уйдешь.

– Ага, он сразу набросится на меня.

– Я наброшусь на тебя, если ты не возьмешь себя в руки.

– Звучит так, будто мне лучше не держать себя в руках.

Каждый дюйм моего тела горел от его близости и слов. Когда он склонил голову и встретился со мной взгляд, я перестала дышать. Теплая волна ударила по телу, оставляя после себя легкую дрожь. В легких стремительно заканчивался воздух, но я никак не могла вдохнуть, не рискнув выдать свой страх.

– Рэй.

– Да, птичка?

– Отодвинься.

– Лучше ты, чем он.

– Спасибо. Ты первый, кто выбрал меня вместо Мистера Котика.

Я вдавила пульт ему в лопатки, но ни один мускул на его лице не дрогнул. Рэй продолжал смотреть на меня со странным голодом. Его взгляд опустился к моим губам, и мое сердце глухо ударилось о ребра. Я сглотнула и крепче сжала пульт. Что-то в его глазах переменилось, когда они снова встретились с моими. Словно Рэй не верил, что я действительно нахожусь здесь, рядом с ним, и вдавливаю пульт в его спину.

Словно он продолжал сомневаться в моем существовании.

– Командир, с каких пор ты истеришь из-за кота?

– С тех пор, как он пытался откусить мою ногу, а ты выставила виноватым меня.

Мои губы возмущенно приоткрылись, и глаза Рэя снова скользнули к ним. Это стало последней каплей. Я резко поднялась, стараясь не касаться его, и обошла диван. Рэй устало рухнул и теперь поглядывал на меня из-под опущенных ресниц. Черная футболка задралась, оголяя косые мышцы живота и темную дорожку волос. Жар вновь лизнул мои щеки и шею, посылая странные импульсы в нервные окончания.

– Иди сюда. – Я схватила Мистера Котика и прижала к груди. – А ты вернись на свое место.

– Он не останется с нами.

– Он – гарант моей неприкосновенности.

– Кот? Ты серьезно? – Рэй недовольно щелкнул языком и медленно поднялся. Я села на диван, когда он сдвинулся на свою сторону.

– Мои приказы не останавливают тебя, в отличие от его зубов и когтей.

– Потому что я ничего не могу сделать в ответ.

– И ты еще удивляешься, почему я тебе не доверяю?

Черты его лица ожесточились, а в глазах сверкнуло знакомое раздражение.

– Я сказал тебе тогда и повторю сейчас: я не притронусь к тебе без твоего разрешения, только если речь не идет об угрозе твоей жизни. Несмотря не внезапный целибат, я умею держать себя в руках.

– Избавь меня от подробностей.

– Услышь меня, Алекс, – тон его голоса изменился, стал ниже и серьезней, – ни в трейлере, ни в мотеле, ни где-либо еще, я не причиню тебе вред, как бы сильно ты не испытывала мою выдержку и терпение.

– Тогда зачем ты все время пытаешься прикоснуться ко мне?

– Потому что тебе нужно преодолеть этот страх. Он мешает твоему потенциалу. Ничего не произойдет, если ты прикоснешься ко мне.

Он протянул руку, предлагая вложить в его ладонь свою. Я крепче прижала к себе Мистера Котика и отодвинулась, чувствуя, как зуд распространяется по коже. Мерзкий запах едкого табака тяжелым облаком накрыл меня.

– Убери. Руку.

– Мы уже проходили это. Давай.

Сердце неистово билось в груди. Мистер Котик протяжно замяукал из-за усилившийся хватки. Он пытался вырваться, но я удерживала кота, как единственное оружие, способное остановить Рэя.

– Тебе нужно выбраться оттуда. – Он ударил пальцем по своему виску.

– Я так понимаю, мы закончили обсуждение маршрута?

Разочарование промелькнуло на лице Рэя, но меня это уже не волновало. Вместе с Мистером Котиком я направилась на второй этаж в комнату Тары, пытаясь сбежать от запаха табака и воспоминаний.