Убийства были моей единственной причиной для существования.

До недавнего времени.

Если у меня и было предназначение, то только лишать жизни террористов. Срывать с их губ болезненные крики, вспарывать кожу и выбрасывать внутренности на асфальт. Терзать. Мучить. Уничтожать. Заставить их испытать страх в стократ больше, чем невинные жертвы. Я всегда пытался растянуть их смерть, но набрасывался и сжирал так быстро, что не успевал утолить жажду.

А возможно, эту жажду никогда нельзя было утолить.

Одно я знал точно: я утоплю террористов в их собственной крови.

Монстр внутри меня провел языком по острым клыкам. Он выпустил когти и ждал момента, когда я наброшусь на кого-нибудь. Первая цель выпустила две пули в мой живот. Я сбил его с ног, отбрасывая автомат в сторону и вырывая бронежилет. Страх вспыхнул в его глазах, но его было недостаточно. Я вонзил нож в грудь и под ласкающий слух крики вспорол ее. Он умер раньше, чем я добрался до сердца.

Слабак.

Второй спустил на меня всю обойму. А когда понял, что я не восприимчив к пулям, что-то выкрикнул и попытался сбежать. Я догнал его, сорвал с лица балаклаву и точным ударом сломал нос. Горячая кровь стекала на черную бороду. Широкий шрам пересекал глаз и лоб.

– Второго для симметрии не хватает. – Он не успел я осознать, как я резко вскинул руку со сжатым ножом и полоснул его. – Вот теперь неплохо.

Мужчина попытался прижать руку к ране, чем привлек мое внимание к его пальцам. Мог ли я лишить себя этого прекрасного хруста? Нет. Фалангу за фалангой я ломал кости, пока он бесполезно барахтался. Инстинкты на мгновение взревели, но Тара сбила нападавшего с ног и вонзила ножи в его глаза.

– Я прикрываю! – Слишком радостно крикнула она, возясь с террористом.

Когда тело подо мной перестало дышать, я окинул взглядом пространство. Мы находились возле четвертого корпуса. Окна в этом здании были выбиты, копоть валила из них. Нам нужно было двигаться к центральному корпусу, чтобы добраться до гражданских и спасти их. Странное предчувствие скользнуло по коже.

– Я здесь. – Она велела всем остальным называть себя Сашей, потому что они не понимали, зачем мы постоянно храним ее имя в секрете.

Саша возникла в окне на третьем этаже и сбросила с головы балаклаву, под которой была маска с эмблемой сокола. Нам нельзя было приближаться без приказа. Саша работала в одиночку не просто так. Онамогла впасть в состояние монстра по собственному желанию. Минхо нашептывал ей отвратительные слова, которые ни я, ни Ройс, ни Билл не способны были сказать. Поэтому Минхо так легко пробирался ей в голову, тянул за веревочки и нажимал на нужные кнопки, чтобы добиться желаемого.

Он не просто знал все подробности ее прошлого.

Он пересматривал их снова и снова, чтобы запомнить все до мельчайших деталей.

Он мог подстроить тембр голоса, выдать тот же смешок и схватить ее так, как хватали они.

Я не слабонервный, но посмотрел то видео ровно один раз.

С ней делали тоже самое, что и с Катариной, только их было несколько.

Но сейчас не то место и время, чтобы думать об этом.

Мы убили всех возле четвертого корпуса и двинулись к третьему. Несколько окон одновременно распахнулись. Град пуль обрушился на нас. Тара с Броуди открыли встречный огонь, а я рванул к окнам на первом этаже и пробраться внутрь. Пока не пришло подкрепление с тыла, нам придется вести мирных к центральному входу.

Нож на полной скорости собирался врезаться в мое плечо, но я успел перехватить его. Террористы стреляли в упор, после каждой бесполезно потраченной пули их глаза расширялись. Я схватил первого, с размаху впечатал лицом в стену, а после перерезал глотку. Второй что-то крикнул, и со второго этажа раздался шум. Я убедился, что Броуди и Тара идут за мной, и рванул наверх. Краем глаза увидел, как воздушный переход, соединявший четвертый корпус с центральным, заполнился дымом. Значит Саша шла туда.

К моим ногам прикатила бомба. Я пнул ее в сторону окна. Взрыв проделал дыру в стене, ударная волна не смогла сбить меня с ног. Осколки больно вонзились в тело, но быстро выскочили наружу. Откуда-то доносился плач, но гражданскими занималась Тара, а не я. Убедившись, что она рядом, я открыл огонь, прорываясь сквозь пули. Дымовая завеса не помешала почувствовать чужое присутствие, но затраченное время дало возможность террористу испортить мой костюм своим жалким ножом.

– Попробуй еще раз, – прорычал я, голыми руками сворачивая ему шею.

– Они здесь! – Крикнула Тара.

– Ройс! – Позвал я, чтобы Чеглок въехал на территорию, и наши солдаты перехватывали гражданских.

– 5 минут.

Я исследовал все этажи. Мы обнаружили пять человек, которые были сотрудниками больницы, среди них главный врач. Тара мягко допросила их и выяснила, что большая часть гражданских в центральном корпусе. Их же держали отдельно, чтобы использовать в переговорах.

От третьего корпуса мы направились ко второму. Из-за гражданских пришлось осторожничать и убеждаться, что никто не собирается расстрелять нас с высоты.

– Они говорили, что заминировали центральный корпус, – прохрипел мужчина, прижимая руку к плечу. Я не сразу заметил его рану.

– Центральный корпус может быть заминирован, – передал я остальным. Ройс и Билл одновременно выругались, а Пэйдж проворчала:

– Заебали.

Возле второго корпуса мы потеряли этого мужчину. Пуля, выпущенная террористом из укрытия, прошла ему про меж глаз. Одна женщина от испуга побежала к забору, но и ее убили выстрелом в голову. Пока Тара успокаивала остальных, я расправился со стрелками.

Мелкими перебежками нам удалось приблизиться к первому корпусу. Саша, заметив Тару с гражданскими, отправил к нам несколько солдат.

– Центральный корпус может быть заминирован, – бросил я ему.

Мы вернулись обратно ко второму корпусу, чтобы проверить его на наличие гражданских. Но к моменту прихода обнаружили только трупы. Не успели направиться к первому корпусу, как взорвался один из воздушных переходов, соединяющий третий с центральным.

– На что они надеются? – Закатил глаза Броуди.

– Штурмуйте центральный, – сообщила Саша.

– А первый?

– Пусть Чеглок займется им. Здесь не менее пятисот гражданских. Мы не успеем их вывести.

– Идем.

Пришлось идти через воздушный переход, чтобы не терять время. Ройс отчитался, что они успешно прорвались через вход и выводят гражданских. Но центральный корпус был не только огромным, но и длинным. Гражданских могли держать где угодно.

Нас ожидал радушный прием. Я захлебывался чужой кровью, напаивая монстра внутри себя. Он жаждал больше смертей, заставлял действовать жестче, отрывая конечность за конечностью, разрезая суставы, сухожилия, вырезая внутренние органы. Кровь покрывала меня с головы до ног. Я видел все в алом цвете, сохранял остатки контроля, но все равно терялся во времени и пространстве.

Монстру все еще было мало.

Даже когда я вырезал сердце из трупа, он хотел заполучить каждое. Они так удобно лежали в одной куче. Им все равно они уже были ни к чему. А монстр должен был убедиться, что они действительно мертвы, а не притворяются.

– Джекс! – Взревел Броуди и схватил меня за плечи.

Монстр склонил голову, предлагая вырвать сердце из его груди. К тому же вена на шее так заманчиво билась. Мой нож мог красиво торчать из нее.

– Джекс! – Рявкнула Саша.

Я несколько раз моргнул, но алая пелена все еще застилала взор. Холодная вода внезапно брызнула в лицо. Обеспокоенный Броуди всматривался в мои глаза.

– Оставайся со мной. Не уходи.

Я тряхнул головой. Монстр рычал, царапал легкие и сердце, стремился забрать власть в свои лапы. Невидимой рукой я схватил его за загривок и встряхнул.

– Я здесь, – мой уверенный ответ успокоил Броуди.

– Нам не помешает подкрепление! – Услышал я Ройса.

– Энзо приближается к корпусу. Еще два вертолета летят следом. Джекс, выводите гражданских через крышу.

Тара успокоила гражданских, насколько это было возможно в данной ситуации. Я знал, что пугаю детей, поэтому отошел искать выход на крышу. Как только сформировали три группы и Саша сообщила, что Энзо приземлился, повели одну на верх. Я не хотел оставлять Броуди одного, но он отмахнулся от меня.

– Идите, у нас не так много времени.

Я убедился, что на крыше чисто, и помог Таре выбраться. Энзо уже спешил к нам, одетый в черную форму с бронежилетом. Мы загрузили первую группу, а как только приземлился второй и третий вертолет, остальные две. В одном из них была Реджина, которая спешно осматривала выживших.

Но это была капля в море. Нам приходилось исследовать кабинет за кабинетом, отбиваться, убивать, вытаскивать, дожидаться вертолетов. Тоже самое происходило на первом этаже. Если здание действительно заминировано, то мы можем взлететь в любую секунду.

– Где подкрепление? – Прорычал Рэй. Ответом на его вопрос был мощный взрыв. Я ринулся к ближайшему окну и увидел, как забор со стороны леса разлетелся на обломки, а из самого леса валил дым. Сотни солдат высыпались на территорию. Вздох облегчения сорвался с моих губ. Теперь их забота гражданские. А я спокойно могу убивать, несмотря по сторонам.

Подкрепление должно было зайти с другого входа. Террористам больше некуда было отступать, потому что снаружи их встречал Чеглок. Мы сформировали еще три группы и повели на крышу. Как только они улетели, пришлось двигаться в сторону Саши.

В этом крыле было по меньшей мере сотни гражданских. Я отыскал выход на крышу и помог людям взобраться наверх. Кто-то пытался обнять меня, кто-то отблагодарить. Тара не выдерживала и просила их поторопиться. Броуди выносил маленьких детей, те безостановочно звали родителей. Внутри меня нарастало напряжение, скручиваясь спиралью. Какого черта подкрепление не спешило? Чем они там занимались?

Я еще раз выглянул в окно. Черный дым продолжал валить и сквозь него проглянули языки пламени. Пожар мог с легкостью перекинуться на корпуса и взорвать здесь все к чертям.

– Зачем они устроили пожар?

Саша не ответила мне. Видимо, была занята очередным убийством. У меня самого чесались руки от желания свернуть кому-нибудь шею.

– Этот последний! – Крикнул Броуди, держа в руках мальчика лет десяти. Он громко рыдал, разрывая мои барабанные перепонки. Все внутри меня распадалось, будто от мальчика веяло угрозой. Я зажмурился, борясь с эмоциями, что обрушились гигантской волной. А когда открыл глаза, то увидел стеклянный взгляд.

Мальчик больше не плакал.

Он больше не мог издавать какие-либо звуки.

Что-то сбоку сверкнуло. Мое дыхание стало тяжелым, будто легкие наполнились камнями. Сердце совершило два тяжелых удара. Все замедлилось, крики стали глухими и отстраненными, пространство окрасилось в серый цвет, и только Броуди выделялся на фоне. Он перевел взгляд от мальчика в сторону стрелявшего. Осознание промелькнуло в его глазах, а после они наполнились гневом. Еще один предмет выбивался цветом из этой серой массы.

Бронзовая маска.

– Это не подкрепление! – Взревел Ройс, и все погрузилось в хаос.

Бронзовые маски расстреляли гражданских позади меня. Несколько мужчин сбили меня с ног, пытаясь удержать на месте. Пришлось отдать контроль монстру и позволить ему вытащить меня. Сквозь выстрелы прорывались несколько слов:

– Не убивать! Взять живыми!

Эти идиоты решили, что могут убить нас? Монстр громко расхохотался, разбрасывая органы очередного солдата.

Гражданские бегали в панике, лезли на крышу, где не было вертолетов. С улицы доносились взрывы, выстрелы и крики. В этой суматохе я старался не терять из вида Броуди, который с особым остервенением срывал бронзовые маски и убивал.

За еще одним громким взрывом последовал мощный грохот. Четвертый корпус сложился, как карточный дом. За столбом пыли я разглядел, как огонь перекинулся на машины и медленно полз в ту часть здания, где была Саша.

– Где ты? – Спросил я, перерезая горло террористу. Тара продолжала успокаивать и вытаскивать гражданских.

– Двигаюсь в вашу сторону. Здесь самодельные взрывные устройства. Я разминирую их.

– Поднимаюсь, – отозвался Минхо.

– Продолжай выводить гражданских.

– Это последняя группа, – доложила Тара, смахивая со лба прилипшие волосы, – нужно вытащить тех, кто в дальной части.

– Не отходи от меня. – Я обернулся, надеясь увидеть Броуди за спиной, однако там никого не оказалось. – Ты видела его?

Тара озадаченно покачала головой.

– Иди за ним, я пойду Саше навстречу.

– Нет! Оставайся рядом с Джексом. Джекс, прикрывай ее, – прорычала Саша.

Я на всякий случай выглянул в окно. Сердце внезапно подскочило к горлу и забилось так быстро, что в глазах потемнело. Все случилось как в замедленной съемке: я отдался инстинктам, повернул голову в ту сторону, где стоял солдат в бронзовой маске с ручным противотанковым гранатометом.

Раздался глухой звук, в воздухе вспыхнул яркий огненный след. Граната стремительно направлялась к нам.

Я успел сбить Тару с ног и накрыть собой.

Граната пробила стены, оставляя за собой облако пыли и обломков. Мгновение спустя раздался взрыв. Нас отбросило ударной волной, осыпало осколками бетона и стекла. Тара подо мной тяжело дышала, но была невредима. Я протер глаза, чтобы оценить последствия. На этаже образовалась огромная дыра, обломки падали вниз на террористов, гражданских и наших солдат. Я не слышал криков, плача и слов Тары, но нутром чувствовал, что Броуди нужна помощь.

Я выглянул сквозь дыру и увидел его, цепляющимся за железное перекрытие. Бетон подо мной шатался, из-за чего пришлось лечь и протянуть ему руку. Слух понемногу возвращался, будто кто-то чересчур медленно увеличивал громкость.

– Давай! – Крикнул я, чувствуя, как страх скапливается в груди. – Никаких дурацких жертв.

– Ты так просто от меня не отделаешься, – прошипел он.

Я схватил его за запястье и потянул на себя. Сердце продолжало яростно клокотать, словно не верило, что Броуди в порядке. Даже когда он упал на меня, оно разрывалось от боли, кровоточило, затапливая внутренности.

По телу ударила крупная дрожь. Пот скатывался со лба прямо в глаза. Я окинул Броуди взглядом, но он был в порядке. Он же Сокол. Его невозможно так просто убить.

И не успела эта мысль осесть в голове, как раздался леденящий душу крик.

Я так резко повернулся, что закружилась голова.

Тара.

Рухнула на колени, прижимая руки к животу. Ее лицо, незакрытое маской, исказила боль, слезы струились по щекам. Я ждал, когда она уберет руки, чтобы пуля выскочила из тела.

– Джекс, – прошептала Тара.

Пуля не выскочила. Кровь продолжала стекать по рукам Тары. Тяжелый ботинок опустился на ее плечо и толкнул. Она не сломала ногу солдату.

Не поднялась.

Не сделала ничего.

Что-то звонко разбилось на тысячу осколков. Кажется, это было мое сердце.

Я оторвал взгляд от Тары и уставился на солдата в бронзовой маске, который вертел в руках пистолет. Мне не требовалось видеть его лица, я и без маски знал, что он улыбается. Эмоции наслаивались друг на друга, пока их не накрыла тяжелая плита гнева.

Я отдал контроль монстру, а сам провалился в бездну, чтобы ни чувствовать ничего.

В голове раздавались крики, слова превратились в кислотную кашу, которая разъедала мозг. Монстр рычал, лапами разрывал грудь ублюдка и пока не добрался до сердца, не успокоился. Падение в бездну прекратилось. Кто-то схватил меня и встряхнул, а после больно врезал. Реальность вернулась, обрела очертания и краски, только Тара безвольно лежала, а из ее живота текла кровь.

– Не отключайся! – Сорвался Броуди, пытаясь привести Тару в чувство.

– Отступаем! – Прорвался голос Саши сквозь шум. – Все назад!

– Джекс, нож! – Кричал Броуди, а я не понимал, о каком ноже он говорит. Только когда он забрал его из моих рук, пришло осознание.

Броуди вытащил из рукоятки сыворотку и влил в Тару. Мы подождали. Секунду. Две. Три.

Рана не затянулась. Сыворотка не сработала.

Пульс Тары медленно угасал. Я прижимал руки к ее ране, надеясь остановить кровь. Но она все лилась и лилась.

Я отказался от молитв, примкнув к Соколам. Но сейчас вспомнил все, которые когда-либо знал. Я просил Бога забрать мою жизнь и не дать умереть Таре. Но на мои молитвы пришли Ройс и Джиджи. Облегчение наполнило меня, потому что Ройс всегда мог решить проблему. Броуди что-то говорил, но я не сводил глаз с Ройса.

Отчаяние. В его глазах плескалось отчаяние вперемешку с бессилием.

Он подхватил Тару и понес в сторону крыши.

– Джекс, живо! – Рявкнул он. – Саша, где ты?

– Ройс, не дай ей умереть! В вертолет, быстро!

– Где ты? – Страх исказил мой голос. – Я не уйду без тебя.

– Это приказ! – Прорычала Саша.

Броуди схватил меня и потащил на крышу. Из другого выхода показались Минхо и Рэй.

– Пэйдж и Билл ушли с земли, – бросил Минхо и ринулся к Таре.

Серия взрывов увела землю из-под ног. Били по той части, где должна была находиться Саша. Разум забился в тревоге, не давая сосредоточиться. Странное предчувствие разлилось чем-то кислым на языке. Пока остальные погружались в вертолет, я отступал.

– Я не вижу тебя. – Я не использовал имя, потому что все понимали, о ком идет речь.

Ответа не последовало. Только тишина, которая уничтожали меня изнутри. Время снова замедлилось. Лицо Броуди медленно искажал испуг. Я почувствовал угрозу, но ничего не сделал. Пуля врезалась в мое плечо.

Вспышка ослепительной боли пронзила тело. Я должен был почувствовать то, что почувствовала Тара. Я должен был понести за свою неосмотрительность наказание.

Вторая пуля прошила бок. Другие свистели в воздухе, врезаясь в корпус вертолета. Ноги больше не удерживали меня. Перед глазами все поплыло, но чьи-то руки ворвались в мое пространство и подхватили.

– Джекс! – Голос Броуди дрожал, но я все равно был рад его слышать. Как и крики Ройса, сокрушения Минхо. И если так выглядел мой конец, то я был счастлив встретить его в кругу семьи. – Не вздумай отключаться!

– Спасите ее, – прохрипел я, – она не хочет умирать.

Реджина разрезала костюм Тары и с ужасом осмотрела рану.

– Пожалуйста, – умоляюще начал я, всматриваясь в зеленые глаза Реджины, – пожалуйста, не дай ей умереть. Я сделаю все, что угодно. Только спаси ее. Прошу тебя, спаси ее.

На ее глаза навернулись слезы. Она не могла пообещать мне этого.

– Саша! – орал Ройс, пока Джиджи прижимала бинты к моей ране.

– За мной летит Энзо. Я сразу за вами, – хрип раздался в наушнике и успокоил меня.

– Сейчас будет больно, – предупредила Джиджи, но понятие не имела, что боль причиняла мне вовсе не рана.

Мы поднимались в воздух. Корпуса один за другим разрушались, огонь пожирал землю, будто там был разлит керосин. Я не сводил глаз с крыши. Саша все никак не появлялась, хотя вертолет Энзо уже шел на посадку, а мы наоборот набирали высоту.

Внезапно из окон что-то посыпалось. Я схватил бинокль и увидел, как террористы покидают здание с помощью тросов. Осознание мелькало на задворках сознания, но я не успел озвучить его вслух. Наконец-то черная точка возникла посреди этого хаоса. Саша неслась в сторону вертолета. Зная ее, она не даст Энзо совершить полную посадку. Ему просто нужно было приблизиться к крыше.

Я не моргал. Напряжение вновь скрутило мои внутренности, а страх мурашками пробежал по коже. Идиотское предчувствие желчью поднялось по горлу.

Внезапно раздался оглушительный треск, и центральный корпус, который мгновение назад выглядел частично разрушенным, словно ожил и изрыгнул огненные языки. И наш, и вертолет Энзо отбросило ударной волной. Огромные обломки бетона и стекла разлетелись в сторону. Я до боли стиснул руку Броуди, судорожно вглядываясь в облако дыма и пыли.

Ее там не было. Та часть больницы, по которой она бежала, обвалилась.

Она больше не отвечала на зов Ройса.

Она была погребена под обломками.

– Сделай это! – В отчаяние прокричал я, смотря на Минхо. Тот без лишних вопросов заговорил.

Отвратительные слова и угрозы срывались с его губ, отражаясь шоком на лицах тех, кто не знал ничего о ее прошлом. Я с трудом сглотнул желчь, разлившуюся на языке и снова уставился на крышу, надеясь, что монстр вытащит ее из-под обломков.

– Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее, – бормотал я, обращаясь к Богу.

Краем глаза заметил какое-то движение рядом с собой.

Кто-то выпрыгнул из вертолета.

Продолжение читайте в книге "Сближение".