Неблизок оказался путь в страну падишаха дивов Азраки. Пересекали они леса и горы, реки вброд преодолевали, спускались в глубокие ущелья и вновь поднимались на свет.

Но всему бывает конец, наступил он и для этого путешествия. В один из дней вдалеке показалась туча. Но если это туча, то почему она гремит, словно работают в ней тысячи кузнецов? Может быть, это гора? Но если это гора, почему она все время движется и кипит, как вода в котле, и цвет ее меняется.

Подивился Шульген, стал расспрашивать своего спутника, к которому очень привязался за время их путешествия. Отвечал ему Заркум:

– Это не туча, что движется в небе, и не гора, которая растет из самой глубины земли. То див, охраняющий дворец падишаха. Он заметил нас, и сейчас приблизится. Когда он спросит, кто мы, я отвечу ему. Молчи, если хочешь остаться в живых. Если я исчезну – жди меня.

И в то же мгновение див настиг их, окутал собой, словно туманом, и спросил у них, кто они, и что им нужно, хотя невозможно было понять, кто спрашивает и спрашивает ли вообще.

Длилось это одно мгновение. Когда наваждение рассеялось, Заркума рядом уже не было. Подивившись на такие чудеса, Шульген остался ждать, как и было ему велено.

А Заркум в это время был уже во дворце – див узнал его, понял без слов и отнес к падишаху, словно дорогого гостя.

– Радостные новости принес я тебе, государь, и тебе, отец, – сказал Заркум, вступив во дворец. – Со мною брат Урал-батыра, он расскажет нам, как бороться с ним и как его победить.

Азрака и Кахкаха, отец Заркума, который укрылся от гнева Урал-батыра у своего старинного друга, как раз ломали голову над тем, как им быть с нежданным противником.

– Не много нам пользы от человека, – промолвил грозный владыка Азрака. – Что с того, что он брат Урал-батыра? Вряд ли в нем есть его сила.

Тут выступил вперед старый, седой див-хынсы5, придворный советник падишаха. Был он настолько стар, что стал уже полупрозрачным от старости и, чтобы могли его увидеть, появлялся на свету, которого дивы вообще-то не любят.

– Помнишь ли ты, о повелитель всех дивов, тот день, когда Живой Родник неожиданно взбурлил и его струя наполовину ослабла? Помнишь ли ты крик, который раздался в тот день? Крик, от которого дивы, летавшие в небе, упали на землю, словно сила, которая держит их в воздухе, отказалась им более служить?

Узнали мы тогда, что родилось на свет могучее дитя, опасное для нас. Посылали мы дивов и джиннов выкрасть его – от одного только взгляда этого ребенка их сердца разорвались от страха.

Так вот этот ребенок и есть Урал. Теперь он приближается к нашей стране, и нам нельзя сидеть сложа руки. Единственный выход для нас – это овладеть Акбузатом. Только он, волшебный конь Хумай, может помочь нам одолеть Урала.

– Верно, верно говоришь, хынсы. Да разве я о том не знаю? – отвечал падишах угрюмо. – Разве не посылал я семь своих самых могучих, самых ловких, самых свирепых дивов, чтобы овладели они Акбузатом, чтобы покорили его, привели ко мне оседланным или без седла? Разве я не показал им место в небе, где он тогда был? Одним ударом зашвырнул их Акбузат на небо, стали они ночными звездами, и теперь, когда я гляжу вверх, я оплакиваю судьбу созвездия Етеган – моих верных слуг.

Есть у Самрау-падишаха и рыжий конь, хотели мы овладеть им, похитили дочь его, Айхылу, хозяйку коня. И все напрасно – не дался конь в руки. Умчался прочь, словно стрела, выпущенная меткой рукой.

Сказал тогда хынсы:

– А ты, повелитель, приласкай брата своего врага. Вот он стоит возле ворот твоего дворца и ждет твоего слова. Захочет он стать правителем любой страны – пусть станет правителем. Захочет богатства – дай ему богатства.

Когда дочь падишаха Самрау полюбит его, тогда она отдаст ему и Акбузата, и волшебный меч. А с ними одолеем мы Урала, станем владыками всей земли.

Принял этот совет Азрака и решил ему последовать. Приласкал он Заркума за хитрость его, приказал отворить ворота и приветствовать Шульгена как самого дорогого гостя.