Тун Яо проскроллила вниз – комментариев было более двадцати тысяч, и среди них попадались самые разные. Некоторые комментаторы прямо-таки пылали яростью в адрес Лу Юэ.
Некоторые негодующие, чуть успокоившись, стали задаваться вопросами относительно автора поста:
Потом внимание переключилось на Великолепного Мина:
Словом, попадались всякие комментарии. Кто-то выражал свои чувства, кто-то просто ругался без всякого смысла. И первых от вторых иногда было не отличить, но в этой неразберихе пропадали редкие голоса тех, кто хотел докопаться до правды.
Особенно внимание девушки привлек комментарий, автор которого проявил невиданную фантазию и предположил, что данное видео, наверное, выложила Смайлинг. Потому что «это она только кажется миленькой дурочкой, на самом-то деле та еще хитрая стерва. Небось боится, что Лу Юэ отнимет ее место в основном составе в летнем сезоне, вот и придумала слить это видео». Серьезная ситуация вообще, а некоторым лишь бы шутить. Тун Яо зашла на форум под своим собственным аккаунтом и написала ему в ответ:
Затем девушка ушла с «Тьебы» и открыла «Вичат», который уже просто разрывался от сообщений. В основном однотипных – у нее спрашивали, что происходит. Она отвечала: «Я-то, блин, откуда знаю!» И так ее утомило набирать одно и то же, что пришлось копировать этот ответ из окна в окно.
Тем временем появлялись все новые и новые комментарии со сплетнями. Тун Яо, стоя на коленях у кровати, все листала их и листала; в итоге у нее ушло полчаса лишь на то, чтобы прочитать весь этот пост.
Затем раздался стук, дверь приоткрылась, за ней показался капитан:
– Вставай, собрание.
И тон у него был холоден как лед. Тун Яо послушно отложила телефон, встала и пошла к выходу, но едва она попыталась выйти, из-за двери показалась большая рука и толкнула ее обратно:
– Умойся и надень что-нибудь.
Девушка сначала не сообразила. Лишь потом до нее дошло, что из-за всех этих будоражащих новостей она забыла умыться, причесаться и сменить ночную рубашку на что-нибудь менее мятое.
Покраснев от стыда, девушка отпихнула руку от своей головы и, отступая назад, тихо пробормотала:
– Ладно…
Дверь щелкнула и закрылась. Тун Яо направилась в ванную, а капитан, судя по приглушенным звукам из коридора, продолжил стучать во все двери по очереди. Она пустила воду и выдавила зубную пасту, когда услышала шаги в соседней комнате. Звукоизоляция здесь, как она заметила, была не очень, а потому девушка закрыла кран и прислушалась. До нее донесся низкий голос Лу Сычэна, который спросил кого-то:
– Что именно тогда произошло?
На некоторое время в той комнате повисла тишина. Сжав щетку в зубах и выпучив глаза от натуги, Тун Яо наклонилась, оттопырила пятую точку и закинула одну ногу за другую. И только так, практически распластавшись по настенной плитке, она смогла расслышать ответ:
– А-Юэ[53] запретил мне рассказывать. И если я расскажу, он снова на меня разозлится. Лучше спроси у него сам. Все равно только ты можешь его контролировать.
Тун Яо застыла от удивления. Она никак не ожидала, что этот голос будет принадлежать Мину. И голос его звучал совсем не так, как она могла бы предположить. В нем не было ни злости или неудовольствия от того, что кто-то решил ворошить старое, ни радости от того, что правда, наконец, вскрылась. Голос Мина звучал спокойно, даже с ноткой безысходности.
– …
Тун Яо отстранилась от стены и долго разглядывала трещину на плитке так пристально, как будто это было какое-то чудовище. Похоже, вся эта ситуация была не настолько проста, как ей сперва показалось. Не факт, что даже тот, кто выложил это видео, был в курсе всех деталей.
Через некоторое время девушка опомнилась, вытащила зубную щетку изо рта, быстро почистила зубы и умылась. Потом схватила рубашку, надела ее и поспешно спустилась вниз. Все остальные к этому моменту уже собрались на первом этаже.
Причем «все» в данном случае означало именно «все, кого только можно представить». Помимо игроков основного состава, менеджера, тренера и прочих, кто часто захаживал на базу, тут были и сотрудники других отделов. Часть из них Тун Яо никогда раньше не видела. Например, девушку, которая улыбнулась и представилась редактором официального блога – в ее обязанности входило размещать посты и отвечать на комментарии.
– Наш блог просто разрывается, – сказала она и, осторожно посмотрев на Лу Сычэна, тихо продолжила: – Все требуют объяснений. Что делать будем? Явно не та ситуация, когда можно притвориться мертвыми и просто никому не отвечать…
Когда она закончила говорить, Лу Юэ, который жевал печенье, развалившись в углу дивана, посмотрел на Мина. Тот опустил глаза и молчал. Лу Юэ фыркнул и хотел взять телефон, чтобы посмотреть, что нового говорят комментаторы, но едва он поднял руку, девушка-редактор остановила его:
– Не надо. Там все равно ничего хорошего.
Он мрачно отложил телефон в сторону.
– Жалеешь? – пнул его Лу Сычэн. – А я ведь тебе еще тогда говорил: киберспортсмены – тоже наполовину публичные личности. Это тебе не школа, надо себя сдерживать, иначе можно навредить другим.
Лу Юэ закинул печенье в рот, без всяких эмоций на лице поднял руки и закрыл ими уши. Старший брат отвесил ему пинка еще раз.
– Очевидно, – заговорил Сяо Жуй, до этого мрачно хранивший молчание, – что вся эта акция направлена именно против Лу Юэ. Он только вернулся в клуб после дисквалификации – и кто-то тут же слил видео. Явно кто-то хотел использовать СМИ и общественное мнение, чтобы не дать ему вернуться… – Менеджер сделал паузу. – Это видео было доступно лишь узкому кругу лиц. Давайте начистоту: почему его тогда удалось сохранить в тайне? Потому что его видели и о нем знали не больше двадцати человек, и это включая сотрудников караоке-клуба и полицию. И полиция, и охрана в караоке – мужики лет под сорок. Для них эта история – не про киберспорт, просто пьяная молодежь подралась, бывает. Кто знал еще? Знали наши, знала команда JK. JK сливать бы не стали, им эта шумиха никакой пользы не принесет. Более того, когда мы обсуждали, не замять ли это дело, они были всеми руками за. Даже больше, чем мы.
– Почему? – спросила Тун Яо. – Ведь это Лу Юэ ударил первым?
– Но они-то ответили, – сказал Лу Сычэн.
– Это же самозащита? – не поняла девушка.
– Это уже не самозащита, – возразил капитан. – Ты видео смотрела? Сначала они хотели его нейтрализовать – повалили на землю, пытались отнять то, чем он там дрался. Это по закону называется «необходимая оборона». Но потом-то они сами его били. И вот это уже называется «избиение группой лиц». Хотя… – он смерил брата взглядом, – я бы сказал, что он это заслужил.
Лу Юэ безразлично скривился и отвернулся. Сяо Жуй жестом прервал Лу Сычэна и спокойным тоном продолжил:
– Следовательно, это сделал кто-то из своих. Кто именно, я не знаю, но надеюсь, он сам признается. И мы тогда во всем разберемся. Нормально разберемся во всем в узком кругу. Сейчас вокруг нас сплошные сплетни, каждый хочет сунуть свой нос. И если мы не станем держаться вместе, у нас будут большие проблемы.
Едва он договорил, Пухляш потрогал свой живот и бесцветным голосом сказал:
– Это я выложил видео.
На мгновение все притихли. Тун Яо молча потеребила подбородок. Она не ожидала, что виновник признается так легко… и что им окажется именно Пухляш.
– Почему ты подрался? Почему втянул в это Мина? Почему подставил всю команду? – Толстяк нахмурился, и на его лице впервые появилось что-то похожее на презрение. – Это же так круто – двинуть кого-то бутылкой, да? Хех… Знаешь, я в старшей школе был вспыльчивым, и когда я у ворот школы дрался против десятерых – это тоже смотрелось круто. Но больше я так не делал, а знаешь почему? Потому что понял, что я профессиональный киберспортсмен. За мной стоит моя команда, мой босс, мой клуб. Да весь мир киберспорта!
Он тяжело вздохнул и продолжил:
– Если рассматривать ситуацию с одной стороны, то по твоей вине завершилась карьера Великолепного Мина, а команда не попала на мировой чемпионат. И целый год усилий оказался напрасным. Но если посмотреть пошире… Как сейчас люди воспринимают киберспорт? Бездельники, игроманы, интернет-зависимые подростки. Какое у них вообще будущее? Я такие слова из года в год слышу, устал уже. Иной раз неловко признаться, что я киберспортсмен. И вот ты сотне людей раз за разом объясняешь, что нет, мы не такие, а потом отвернешься на минутку, а какой-то тупой тиммейт выкидывает что-то, показывая десяткам тысяч человек, что они правы, киберспортсмены именно такие. Ровно такие отбросы, как все и думали.
Пухляш встал.
– Я знаю, что все это скучно и об этом с серьезным лицом не говорят. Но вот так я думаю. Да, меня бесит, ведь я не делаю ничего такого, чего надо стыдиться, и все равно не могу ходить с гордо поднятой головой. А почему?
Когда он замолчал, на какое-то время повисла тишина. Лу Юэ смотрел на Пухляша, и в его взгляде не было гнева. По лицу парня в принципе было трудно определить, о чем он думает. А Лу Сычэн негромко прокомментировал:
– Но поступил ты слишком необдуманно.
Сяо Жуй несколько раз вздохнул:
– Ох, дети-дети…
Мин поморщился и окликнул Лу Юэ. Тот поднял голову и посмотрел в ответ. Мин помедлил, словно решаясь… А потом, больше не глядя на Лу Юэ, вдруг повернулся к толстяку и заговорил:
– Пухляш, ты все не так понял. Все несколько сложнее, чем то, что ты увидел на той записи. А-Юэ не хотел, чтобы я рассказывал, потому что опасался, что это скажется на всех…
Лу Юэ, до этого как будто парализованный, вдруг встал с дивана:
– Юй Мин!
Но Лу Сычэн толкнул его под колено, и тот, как подкошенный, упал на диван обратно. Капитан предупреждающе посмотрел на брата, а потом повернулся к Мину:
– Я знал, что все не так просто. Объясни, что там на самом деле произошло.
Все началось после финала прошлогоднего Летнего кубка. Команда ZGDX взяла первенство и автоматически получила пропуск в финал мирового чемпионата. Весомый повод отпраздновать! Был устроен банкет, после которого вся команда решила пойти в караоке. Все выпивали, ведь следующий день был объявлен выходным. Лу Юэ перебрал, и все попросили Юй Мина как единственного трезвого отвести его в туалет, умыться и прийти в себя.
На обратном пути они столкнулись с несколькими игроками из команды JK. Изначально эта команда принадлежала клубу СК в качестве второго состава, но потом из низшей лиги перешла в профессиональную, а по правилам один клуб не может иметь две команды в про-лиге. Поэтому команду продали некоему А. – богатенькому мальчику, который заплатил немалую сумму, чтобы иметь возможность самому выступать на соревнованиях про-лиги.
А. стал капитаном команды JK. Играл он в целом неплохо, вот только на профи не тянул. Поэтому, несмотря на поддержку четверых тиммейтов, команда стала терпеть сокрушительные поражения. Они улетели в низ турнирной таблицы, где их ожидал матч за сохранение места в лиге с другими такими же аутсайдерами. Проигравший должен был отправиться в низшую лигу. И, как и следовало ожидать, проиграли в том матче именно они. Но взъелись они, однако, не на тех, кому проиграли, а на ZGDX – потому что те, уже обеспечив первое место в группе и выход в плей-офф, все равно отказались отдать им хотя бы одну победу! А ведь с нею JK могла бы избежать последнего места…
– Вот же уроды! Если бы не эти ублюдки из ZGDX, мы могли бы встать не на последнее место, а на предпоследнее, а там у нас был бы шанс сыграть с вице-чемпионом низшей лиги за право остаться!
– Я тоже думаю – может, команды из про-лиги для нас и крутоваты. Но низшая лига – это же отбросы, мы бы их обошли не глядя.
– Прикиньте, я их только что видел: победу празднуют, сволочи. Тоже попеть сюда пришли!
– Ну твари… Прошли на S5 без отбора и сразу нос задрали, смотреть на них тошно! А что мы вылетели – так это им похрен вообще! Переломились бы подыграть разок? А каково брату А.? Столько денег отдать за это место в про-лиге и вылететь после первого же сезона! Это же какая сумма просто так сгорела…
Они шумели так громко, что даже заглушили пение из соседних комнат. Лу Юэ, которого Мин поддерживал, чтобы тот не упал, услышав это, хмыкнул и остановился в дверях… Сидевшие внутри говорили все громче. А тот самый брат А., вдрызг пьяный и до того времени молчавший, услышав про сумму, хмыкнул и выговорил с издевкой:
– На S5 они собрались… Размечтались… Ща я им покажу… Пусть тоже почувствуют, что значит вылететь…
Вдруг стало тихо. Даже те, кто до этого пел, внезапно замерли.
А. вынул телефон, набрал какой-то номер и, как только ему ответили, очень радостно произнес:
– Мы в «Цезаре». Да, караоке. Пришли сюда ребят, пусть кое-кого покараулят снаружи… Когда они будут выходить, я тебя наберу. Да нет, нет, ничего такого не надо – просто сломать им руки. Гы, да-да-да… Киберспортсмены… Пусть ногами поиграют… Да, кстати, там будут двое ребят, очень между собой похожие. Их не трогайте. Они из семьи Лу, с ними связываться себе дороже… Остальных не бойтесь, делайте что хотите. Если вдруг штраф впаяют или загребут – я все компенсирую. Только быстрее давайте, пока они не слиняли.
Все это было отчетливо слышно даже в коридоре. «Плохо», – подумал Мин. У него в голове моментально сложился план: срочно вернуться в комнату, успеть увести команду до того, как приедут эти братки. На ходу он вытащил телефон, чтобы позвонить в полицию… И тут парень, секунду назад безвольно на нем висевший, на глазах преобразился. Развернулся, толкнул дверь ближайшей комнаты и под недоумевающими взглядами сидевших там людей схватил бутылку со стола. Потом с ноги выбил дверь в помещение, где сидела команда JK. И никто еще не успел ничего понять, а бутылка уже была разбита о голову того самого брата А.
– Что, очень крутой, да? – со злостью сказал Лу Юэ. – Ну так давай меня попробуй тронуть, если не ссышь. «Если загребут – компенсирую!» Так у меня ведь тоже есть деньги.
Что было дальше – все уже видели. Началась драка, которая прекратилась лишь тогда, когда Мин получил серьезную травму. Вызвали полицию и скорую. Первые увезли тех, кто пострадал не особенно сильно. Лу Юэ, Юй Мин и тот самый брат А. с разбитой головой уехали на скорой в больницу.
Потом было медицинское освидетельствование. Разбитую голову брата А., несмотря на немалое количество крови, неожиданно отнесли к легким телесным повреждениям, которые по местным законам не влекли за собой уголовной ответственности. Лу Юэ продержали в СИЗО несколько дней, но в итоге лишь обязали уплатить штраф. Но эта история в итоге дошла до компании – владельца игры. И всех ее участников, кроме Юй Мина, отстранили на разное время. Лу Юэ исключили на целый сезон – и это был самый длительный срок.
Мин в это время лежал в больнице. Врачи сказали, что с травмой запястья пока ничего не ясно – может, «смертный приговор», может, нет, надо пока лечиться и наблюдать. Были шансы, что он успеет восстановиться к финалу S5.
Когда Лу Юэ выпустили, он первым же делом помчался в больницу к Юй Мину. Просил прощения, целую ночь простоял на коленях. Они с Мином договорились, что не расскажут команде, в чем была причина инцидента. Лу Юэ опасался, что правда может подорвать командный дух перед финалом S5. А ведь все работали целый год, чтобы туда попасть, нельзя же было допустить, чтобы подобная ерунда все испортила! Сперва Мин не соглашался, но в конце концов Лу Юэ удалось его убедить.
Лу Юэ сказал так:
– Меня отстранили, ты пострадал. И ради чего? Представь, как отреагируют остальные, если узнают, какие неприятности можно огрести в киберспорте. И получится, что я напрасно вмешался и вообще все было напрасно.
Что ж, Мин признал этот аргумент резонным. Но поправиться до подачи списков он так и не сумел. Запасного мидера отстранили, основной слег – ZGDX ничего не оставалось, кроме как сняться с финала в последнюю минуту.
Много раз потом Юй Мин хотел рассказать остальным, что Лу Юэ не нарочно начал конфликт, но тот не разрешал. Потом и вовсе исчез на целых полгода, даже на Новый год не приехал. От него не было ни слуху ни духу. Вот, собственно, до этого дня…
Юй Мин не спеша рассказал все в деталях, от самого начала и до конца. Потом повисла тишина, никто, казалось, даже не дышал… Да, поступок Лу Юэ был, разумеется, глупым и импульсивным, но сколько ему тогда было? Семнадцать? Восемнадцать? Горячая кровь, поддался сиюминутному порыву, не успел подумать… но многие ли способны на взвешенные решения в этом возрасте?
Это примерно как если бы старшеклассник подслушал случайно, что его собираются избить возле школьных ворот. Его первой мыслью точно было бы не позвонить в полицию и не пожаловаться учителю, а собрать толпу побольше и нанести встречный удар. Вот в чем дело.
Кроме того, Лу Юэ-то собирался провернуть это все в одиночку. Когда он шел с той бутылкой в руках, он оттолкнул Мина в сторону, то есть он изначально не хотел втягивать его в эту разборку. В этом смысле травма Юй Мина и в самом деле была несчастным случаем, ведь такого исхода никто из участников не хотел.
Когда Мин закончил свой рассказ, на лице Пухляша было довольно сложное выражение. Он вынул телефон и у всех на глазах удалил тот пост. Потом развернулся, ушел наверх и закрыл за собой дверь.
PR-отдел остался совещаться с менеджером команды, каким образом рассказать людям правду. Ведь даже если полностью изменить общественное мнение не удастся, все-таки следовало донести до публики, что зачинщиком конфликта была не команда ZGDX.
Лу Сычэн сидел на диване, скрестив руки на груди, и смотрел на брата:
– Героем решил побыть…
Лу Юэ, по-прежнему хрустя рисовым печеньем, исподлобья зыркнул на Мина:
– Я же просил тебя не болтать.
Тот улыбнулся и похлопал парня по голове:
– Тебя и так слишком долго напрасно обвиняли. Я не мог допустить, чтобы это продолжалось.
Лу Юэ с раздраженным видом оттолкнул его руку. А Тун Яо почувствовала, что гнетущая атмосфера на базе наконец-то рассеялась.
Во второй половине дня, пока все обсуждали, как теперь быть со всей этой ситуацией, Лу Сычэн неожиданно решил запустить стрим. Впрочем, в такой момент стрим можно было считать не стримом, а пресс-конференцией. Его канал прямо разрывался от наплыва людей, и все спрашивали про то утреннее видео – что же произошло там на самом деле?
Лу Сычэн, разумеется, начал играть очередной матч. Но на сей раз он, вопреки обыкновению, запустил еще и плагин для чата, позволявший видеть комментарии из стрима прямо поверх игры. И вот так, параллельно играя, он, словно император, переворачивающий таблички с именами наложниц[54], ответил на несколько выбранных наугад вопросов:
– Да, это правда, Лу Юэ ударил первым, но это потому, что микроавтобус с людьми, которых они позвали, уже подъезжал к парковке.
– Травма у Мина? Это был несчастный случай, но да, с этими событиями связано. Но у него и раньше были травмы – разрывы сухожилий и тому подобное. Когда ты постоянно дерешься в игре или бьешь крипов – это неизбежно. С нами всегда работает физиотерапевт.
– Кто выложил видео? Не подлежит разглашению. Слишком уж ты любопытный, такие в дорамах максимум до середины серии доживают!
– Смайлинг выложила, потому что боялась конкуренции? – Рука у Лу Сычэна дрогнула, и он промазал мимо крипа, после чего повернул камеру: – Спроси ее сам.
На экране появилась Тун Яо, которая смотрела американский сериал и ела картофельные чипсы. На секунду девушка опешила, потом обернулась и спросила с набитым ртом:
– Ты зачем меня снимаешь?
– Тут говорят, что это ты выложила видео, – донесся спокойный голос капитана из-за пределов видимости камеры. Девушка, ни за что попавшая под раздачу, вскочила, поддергивая рукава повыше:
– Да идите вы все!.. Я в том году вообще за границей училась! Откуда бы я взяла видео, о котором знали только внутри команды? Я что, по-вашему, ФБР?
– У тебя чипсы летят изо рта.
– !
Она поспешно прикрыла рот ладонью, а мужская рука в это время загородила объектив. Когда же рука исчезла из кадра, на экране вновь было лишь непроницаемое лицо капитана ZGDX.
– Услышали?
В комментариях, помимо вопросов, появились и другие: «Ха-ха-ха!», «Лол», «Ой, она так мило вскочила», а некоторые, особо озабоченные, обратили внимание на другое:
Но никто так и не узнал, увидел брат Чэн эти комментарии или нет, потому что через тридцать секунд экран у всех потемнел и на нем появилось сообщение «Стример офлайн». Вот так взял и выключил трансляцию, ни слова никому не сказав. Зрители в чате ошарашенно замерли. А через пять минут в «Вейбо» на аккаунте, где уже тысячу лет не было новых постов, появилась запись всего из двух слов: «Сеть упала».
И кто его знает, правда это была или нет?
– У нас днем интернета не было? – озадаченно спросила Тун Яо за ужином, так как весь день смотрела сериал.
– Да.
– А почему я не заметила?
– Потому что видео сначала подгружается в буфер.
– Ясно… – Тун Яо кивнула и отложила телефон в сторону. – Братец Чэн, а почему ты в «Вейбо» на меня не подписан?
– Был подписан.
– Да нет же… – Она взяла телефон в руки и показала Лу Сычэну одинарную стрелку в левом нижнем углу. – Тут была бы двойная – взаимная подписка. Может, глюк какой-то?
– Я отписался.
– ???
– Ты всю ленту заспамила. Открываешь ленту – а там одна ты.
– !
– Бесит.
– !!
Тун Яо вновь положила телефон, съела еще немного риса, подумала, бросила палочки и сказала с раздражением:
– Да что б ты понимал! Женщины любят постить в «Вейбо» любую мелочь.
– Не понимаю. Поэтому и отписался. Вопросы?
– …