– Смотри, что пишут: «Брат Чэн, позови Смайлинг на свой стрим! Все равно же рано или поздно ее все увидят, ну чего скрываться-то?» Товарищ Смайлинг, тебе не кажется, что этот комментатор дело говорит? – сказал Сяо Жуй, одной рукой опираясь на стол и глядя в монитор, где была открыта страница со стримом Лу Сычэна. – Тебе же в летнем сезоне так или иначе придется выйти на сцену. И все увидят твое лицо. Так зачем тебе прятаться?

– А я… а я… я маску надену!

– Ладно. Ты наденешь маску. А на фотосессию? У нас форма будет новая, значит, надо и фото сделать новые. Думаешь, клуб тебе и на фотосессию разрешит прийти в маске? Ты зачем в киберспорт пришла – играть или изображать женщину с разорванным ртом[25], чтобы и про тебя пошли городские легенды?

Тун Яо уже открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут Лу Сычэн неторопливо произнес:

– Да какая из нее жертва маньяка? Скорее уж она сама маньяк.

– О… – Сяо Жуй прищурился и стал читать комментарии, возникающие на экране: «Му-аха-ха! Маньячка!», «Чэн, ты зло!:DDDDDD», «Чэн, зачем ты издеваешься над моей женой?!» Ух ты! Смайлинг, а у тебя уже парни-фанаты появились!

– Ничего, увидят ее лицо – разбегутся, – сказал Лу Сычэн.

– ??? – У Тун Яо даже слов не нашлось.

А менеджер спросил у нее, показывая на затылок капитана:

– И ты вот это стерпишь?

– Что я могу сделать? Кабель ему выдернуть?

– А почему бы тоже не начать стримить? – спросил Сяо Жуй. – Вот и докажешь всем, какая ты обаятельная. Ты на какой платформе раньше стримила? На «Желтой Рыбе»? У тебя с ними контракт?

– Нет, – ответила девушка.

– У нас вся команда стримит на «Медведе». Переходи туда тоже. В любом случае всем официальным игрокам команды надо вести стримы. Завтра оформлю для тебя контракт.

– ?? Погоди, когда мы о таком договорились?

– А вот только что.

– !

– Это же работа, – серьезно сказал Сяо Жуй.

– Оу… – Услышав это, Тун Яо тут же перестала спорить. Ведь и правда, работа есть работа… – Ладно.

Довольный таким ответом Сяо Жуй взял на руки Пышку (кот как раз покончил с йогуртом, вылизался и теперь валялся на полу у ног Лу Сычэна) и ушел куда-то вместе с ним. Мышка капитана все щелкала и щелкала. Тун Яо в полном замешательстве сидела на кресле со скрещенными ногами – она, похоже, еще не осознала до конца, в какую попала ловушку.

Брат Чэн чуть-чуть повернул к ней голову:

– Эх ты, такую возможность упустила! Могла бы хоть поторговаться. Рассказала бы Сяо Жую свою теорию, что девочкам нужен «сон красоты», – глядишь, он бы сократил тебе стримы часов на десять в месяц…

По правилам компании, владеющей игрой «Шторм и порядок», обычно профессиональные киберспортсмены не могли стримить больше сорока пяти часов в месяц. Все это регулировалось централизованно, клубы подписывали контракты со стриминговыми платформами для своих игроков. А тем нужно было лишь выполнять условия и вести прямые эфиры прописанное в контракте количество часов.

– Да сорок пять, тридцать пять – какая разница? – ответила Тун Яо, подсчитывая что-то на пальцах.

– Какая разница? Вот в конце месяца надо будет наверстывать часы стрима – тогда и поймешь.

– ???

– Помнишь, в школе давали задания на лето? Все лето ты гуляешь, потом в последний день перед школой пашешь, как полоумная. Примерно те же ощущения.

– Какая еще «полоумная»? Ты нормально умеешь разговаривать?

– Это добрый совет от старшего товарища. Разовая акция. Первый и последний раз в жизни.

– !

«Добрый совет?.. Раз в жизни?.. Блин, раз уж Лу Сычэн так говорит – это и впрямь звучит убедительно. Пожалуй, стоит поверить».

Тун Яо торопливо встала с кресла. Капитан засек странное движение краем глаза – девушка вела себя так, будто у нее подгорело.

– Что?

– Пойду поищу Сяо Жуя, – ответила она с выражением лица «спасибо, старший товарищ». – Попробую поторговаться.

Сказав так, Тун Яо убежала, шлепая тапочками. Лу Сычэн холодно фыркнул и вернулся к своей игре. Через некоторое время он вдруг как будто вспомнил что-то, переключился на другое окно и посмотрел комментарии на стриме. Как и следовало ожидать, они были примерно такие:

Джунхёк голову мыл[26]

– Еще хоть слово – выключу трансляцию, – пригрозил Лу Сычэн.

Как только он это сказал, комментарии, появлявшиеся на экране непрерывным потоком, вдруг остановились – как будто кто-то нажал паузу. Капитан еще раз бросил взгляд на трансляцию, зрители которой притихли так, словно их никогда и не было, переключился на игру и продолжил играть с таким серьезным и спокойным лицом, будто ничего и не случилось.

На следующий день, проснувшись и спустившись вниз, Лу Сычэн увидел кое-кого, сидевшего на диване по-турецки. Брови этого человека были нахмурены так, что еще немного – и между ними можно было бы раздавить муху. Покусывая ручку, этот человек сидел перед кипой бумаг, лежавших на кофейном столике, и смотрел на них с явной ненавистью. Сразу стало понятно, что это и есть тот самый контракт со стриминговой платформой, который принес Сяо Жуй.

Лу Сычэн спокойно прошел мимо, вынул из холодильника йогурт, выпил его в пару глотков, выкинул опустевшую банку в мусорку и холодно сказал:

– Подписывай. Что там так разглядывать?

Похоже, Тун Яо только сейчас заметила, что кто-то пришел. Она подняла голову и очень недовольно сказала:

– Попытка поторговаться провалилась.

– Ясно, – безучастно откликнулся Лу Сычэн.

– И идея, что девушкам нужен «сон красоты», тоже не сработала.

Капитан обернулся, посмотрел на нее мельком и поинтересовался:

– А что он на это сказал?

– Что каждый день до десяти вечера есть еще двадцать два часа. И что если распределить стримы равномерно, то это полтора часа в день. Такое время можно выкроить, даже если просто пердеть пореже.

– Довольно вульгарный оборот, – прокомментировал Лу Сычэн. Помолчал и спросил: – И что в итоге-то?

– В итоге я сказала, что он прав, – несчастным голосом сообщила Тун Яо. – Брат Чэн, у меня совсем своего мнения нет?

Парень медленно подошел к Тун Яо и внезапно ущипнул ее за мочку уха пальцами, все еще холодными после йогурта. Девушка инстинктивно отпрянула и даже зашипела, а Лу Сычэн бесстрастно произнес:

– Просто у тебя уши мягкие[27].

Тун Яо покраснела и потрогала мочку, на которой, кажется, все еще ощущалось чужое прохладное прикосновение. Свободной рукой она быстро подписала бумаги на столе. Потом бросила ручку, откинулась на диване и очень серьезно сказала:

– Брат Чэн, я, конечно, очень тобой восхищаюсь и вообще считаю, что ты человек хороший. Но ты должен понимать, что это не принято, чтобы мужчины и женщины просто так касались друг друга. Должна быть некая дистанция, в смысле не надо вот так хватать руками, когда вздумается…

Парень поднял сладко спавшего кота, который опять занял его место, и бросил на соседнее кресло настоящего «служителя совка»[28]. Потом покосился на этого самого служителя, сидевшего поблизости. А та вся выпрямилась, даже подбородок приподняла.

Лу Сычэн хмыкнул, и Тун Яо прямо кожей почувствовала, что сейчас случится какая-то гадость. И точно, в следующую секунду она услышала:

– Да какая из тебя женщина? Ты же детсадовец старшей группы.

Тун Яо вскочила. Сейчас, стоя босиком на диване, она сравнялась по росту с капитаном и чувствовала себя так внушительно, что готова была ринуться в драку.

– А я, кстати, стрим запустил, – спокойно сообщил Лу Сычэн, указывая на камеру. Даже потянулся рукой, делая вид, что собирается развернуть камеру в сторону девушки.

– !

Тун Яо с хлопком плюхнулась обратно, а потом еще и растянулась на диване – и это было сделано так ловко и быстро, как армейское «упал-отжался». Наконец, из-за подлокотника показались печальные глаза, и оттуда же донесся очень тихий голос:

– Ладно, ты победил.

Лу Сычэн коротко усмехнулся, лениво тронул мышку, открыл клиент, готовясь провести день за ранговыми матчами. А дрожавшая от страха Тун Яо продолжала прятаться, боясь, что он и вправду повернет камеру. Она не знала одной маленькой детали… Да, он действительно запустил трансляцию, но видела бы она комментарии!

В общем, он не включил камеру. Он даже голосовой чат не включил.

Не зная об этом, Тун Яо целый час вела себя как безмолвный призрак красавицы, пока не прибежал Пухляш и не спросил у нее про заклинания одного из мидовых персонажей. Она молча открыла нужное окно в игре и начала тыкать пальцем по экрану.

– Да могла бы просто сказать, – озадаченно произнес Пухляш. – Я и так бы понял.

Тун Яо глянула на абсолютно серьезный профиль Лу Сычэна и шепотом ответила:

– Да этот стримит.

– Так у него же камера выключена. Да и микрофон вроде тоже…

– Что? – взвилась Тун Яо. – Что?! Лу Сычэн!!!