– С таким большим чемоданом на судно не пустят. Максимум – небольшой рюкзачок, – сказал он, обращаясь к Фирузе.

– Да у меня здесь вся моя жизнь, – возразила она.

– Вы, наверное, хотите полностью изменить свою жизнь? – ответил он на возражение. – Вот и оставьте всё в прошлом. В Европе у вас начнётся жизнь с чистого листа.

– Мне это нужно сделать прямо сейчас? – расстроено спросила она.

– Да, я не повезу вас вместе с этим чемоданом, – отрезал Саид. – Слишком много для моего мотоцикла.

Со слезами на глазах Фируза раскрыла чемодан, стала перебирать аккуратно уложенные в него вещи. Наблюдая эту картину, Марк почувствовал подкатывающий к горлу ком – фигурантка его комбинации, прежде всего, была простым человеком, у которой вот именно сейчас жизнь претерпевала серьёзные изменения, без каких либо гарантий на успешный исход.

– Советую брать только самое ценное, – сказал Марк. – И ещё, Фируза, на тот случай, если у вас отнимут телефон, или вы его потеряете, запомните мой номер наизусть.

– Хорошо, ответила она.

Андрей отошёл чуть в сторону и сфотографировал бедную женщину, перебирающую вещи. Она злобно посмотрела на фотокорра, но ничего не сказала. Таксист развалился в своей машине и мерно посапывал, делая вид, что его совершенно не интересует происходящее рядом с ним.

Фируза уложила какие-то вещи в небольшую сумочку, последний раз посмотрела на чемодан, и вдруг сунула его Марку:

– Пусть побудет пока у вас.

Марк понял, что отказывать нельзя, хотя её возвращение обратно в Ливию не предполагалось.

– Давайте, – кивнул он и положил чемодан в багажник такси.

– Садись сзади, и держись за меня, – проинструктировал женщину Саид.

Она села. Марк всё крутил какую-то мысль в голове, пока Саид надевал каску и застёгивал ремешок, и вдруг его озарило:

– Саид, послушай, Нигер и Чад – самые бедные африканские страны. Люди там впроголодь живут, откуда у них столько денег, чтобы переправляться в Европу?

– Так за них какие-то фонды платят, – ответил он, заводя мотоцикл.

– Какие фонды?

– Я не вникал, их полно в каждом городе.

– А почему ты платишь из своих денег, а не поехал на деньги фонда?

– А они только за беженцев из других стран платят, мне они отказали…

Саид, более не задерживаясь, крутанул ручку газа, и мотоцикл, подняв пыль, рванул по дороге.

ГЛАВА 5

В отеле Марк бросил чемодан Фирузы в угол, решив позже посмотреть его содержимое, сел в кресло, прикрыл глаза. На телефон пришло сообщение, но ему было тяжело изменить своё состояние и прочитать послание. Нужно было пять минут отдохнуть. В это время Андрей уже копался в Интернете в поисках «каких-то фондов».

– Посмотри программы Евросоюза по беженцам, может там что-нибудь есть, – вяло предложил Марк. – Я что-то слышал раньше…

– Океюшки, – отозвался фотокорр.

В голове пролетал рой мыслей, основой которых была обида на себя, на тех людей, кто готовил мероприятие, на своё руководство, которое, не разобравшись в ситуации, направило журналистов буквально под удар. Ведь как ни крути, а не могут нищие беженцы сами финансировать такой дорогой проект, как переправка из Африки в Европу. Две тысячи долларов из расчёта на одного человека. Таких денег им не заработать ни в жизнь, но эти деньги есть, их получают определённые структуры, типа «бригады» Фаиза, который с помощью Джафара и Азиза организует приём людей и посадку их на суда. Какие-то фонды… которых много в каждом городе.

– Почему нас заранее не известили об их существовании? – вслух спросил Марк.

– Это ты меня спрашиваешь? – уточнил Андрей.

– Это я нашего главреда спрашиваю, и тех людей, которые ему эту задачу поставили… которую мы сейчас пытаемся решить, как это принято у нас – со стороны чёрного входа.

– А набери его, пусть объяснится, – сказал Андрей.

Марк посмотрел на часы – все утренние совещания у главреда уже прошли. Взял телефон. Там было сообщение от Оксаны: «Маркуша, ты меня обманываешь. Вместо гостиницы где-то ездишь, наверное. Аккуратнее там».

– Вот чёрт, – выругался Шигин.

Он вдруг вспомнил пикапы с пулемётами возле отеля.

– Они там появились после того, как она уточнила у меня, нахожусь ли я в номере гостиницы… – сказал Марк. – Да нет, этого не может быть. Где она, и где боевики ПНС…

– Что? – Андрей оторвался от планшета.

– Нет, ничего, – ответил Марк. – Звоню главреду.

Иваныч ответил не сразу, а когда все же соединение было установлено, то босс разразился негодованием:

– Я вас туда для чего послал? Что вы тут дежурному прислали? Какой погром посольства? Вы мне должны беженца в Европу отправлять, а не о погромах писать. Мы вас «бизнес-классом» возим, командировочные хорошие выдаём, деньги на оперативные расходы, а вы там бездельничаете! Уволю к чёрту, даже оправдания слушать не буду!

– Иваныч, – Марк пропустил мимо ушей выплеск редакторской энергии. – А тут ситуация как бы совсем не такая, как нас все инструктировали. Будто за мальчиков нас тут прокатили, о самом главном не рассказал никто…

К этому времени шеф уже выдохся и мог адекватно воспринимать информацию.

– Не понял, ты сейчас о чём?

– Ну, то, что посольство разгромят, наперёд знать, конечно, никто не мог. А вот не рассказать нам про…

В этот момент Андрей поднёс к глазам Марка экран своего планшета, откуда Шигин и завершил начатую фразу:

– … про принятые в Европе программы помощи беженцам, это, конечно, верх наплевательского отношения к решаемой задаче.

– Не понял, – ответил Иваныч. – Ты сейчас о чём мне вообще говоришь?

– О том, что здесь из своего кармана практически никто не платит за переправку в Европу. Здесь есть специальные фонды, которые финансируют это дело.

– Ну да, – согласился главред. – Есть какие-то фонды. Тебя и послали узнать, как там всё это дело налажено. Чего ты мне предъявляешь?

– Ну как чего… – Марк на мгновение почувствовал себя мальчишкой, которого в очередной раз взяли за нос и куда-то повели. – Нам никто об этих фондах не рассказал. Ни в редакции, ни в посольстве, ни вот эти самые «представители министерства». И мы уйму времени потратили на поиск истины там, где её нет.

– Ну, ведь нашли, – сказал Иваныч. – Или нет?

– Нашли, – ответил Марк.

– Людей зарядили?

– Да.

– Сколько?

– Двоих: мужчину и женщину. По распискам я им передал две тысячи пятьсот долларов. У Саида полторы тысячи было, мы ему всего лишь пятьсот добавили. А горничную за полную сумму направляем.

– Какую ещё горничную?

– Женщина, бывшая россиянка, работала у нас в отеле. Сама на нас вышла, в инициативном порядке. Мы подумали и решили, что на фоне всего того, что нам тут предлагали, она более-менее достойная кандидатура для реализации проекта.

– Когда их отправляют?

– Сегодня.

– Хорошо.

Некоторое время молчали, и редактор решился нарушить молчание.

– Ну, это… ваша новость про погром посольства сегодня бьёт все рекорды. Все информагентства нас цитируют, десятки миллионов просмотров.

– Это хорошо, – сказал Марк. – А вот то, что нас сейчас здесь без дипломатического прикрытия очень быстро раком поставят – это, конечно, сущие пустяки.

– Марк, потерпи. Нужно доделать начатое.

– Мы терпим, Иваныч. Но вот сегодня мне позвонили из местного МИДа и пригласили в гости, как я считаю, для того, чтобы лишить нас аккредитации и официально нам об этом заявить. И посадить на самолёт.

– Вот это уже серьёзно.

– Так и я про то же.

– Какое вы приняли решение?

– Ждём сообщений от Фирузы и Саида, а там уже делаем выводы.

– При любом подозрении на опасность, вылетайте обратно первым же самолётом, – главный редактор психологически грамотно снял с себя всю ответственность за последующие события.

– Я могу прямо сейчас, – сказал Марк. – Чемоданы у нас уже собраны.

– Но и дело постарайтесь сделать, – выкрутился Иваныч. – До свидания!

После разговора с главным редактором Марк снова откинулся в кресле. Кондиционера в номере не было, видимо, предполагалось, что помещение будет продуваться ветерком, дующим из Средиземного моря. Однако, за окном было время перемены направления ветра, стоял полный штиль, и жара разливалась по номеру, не предвещая ничего хорошего.

От Фирузы пришло сообщение «Уходим вечером». Потом почти сразу второе: «Приехали в Мисурату, кушаем».

– Ну что, Андрей, – Марк посмотрел на своего спутника. – Валим сейчас, или остаёмся, пока наши агенты не отчитаются?

– Они нам и в Питер могу отчитаться… – уклончиво отозвался фотокорр, снова возлагая решение на Шигина.

– А я вот чую, что мы здесь что-то такое раскопаем, что путь беженцев покажется просто детской шалостью…

– Если нам ещё за это заплатят, тогда да, чего не остаться. А если нам от этого только по шее прилетит, тогда я не очень согласен. Даже очень не согласен.

– Ну, а так, по ощущениям, твоё мнение?

– Я бы уехал. Прямо сейчас.

Зазвонил телефон. Это был Олег.

– Да, слушаю, – отозвался Марк.

– Машину и переводчика нашли?

– Переводчика вызвонил, ещё не встречался. По машине… ну пока на такси будем, а там решим.

– Мы уезжаем в Тунис. Это решение нашего МИДа. Если вы с нами, я организую машину за вами. Решайте быстрее.

– Сколько у нас есть времени?

– Пять минут.

– Я перезвоню, – сказал Марк и отключился.

Посмотрел на Андрея.

– Я не хочу здесь оставаться, – честно признался Андрей. – Но я разрываюсь – меня тоже что-то пытается здесь удерживать, не могу себе объяснить, что именно.

– Я понял, что нам нужно раскручивать, – сказал Марк. – Эти фонды по оказанию помощи беженцам. Они связанны с Евросоюзом, и чует моё сердце, что-то они нам такое раскроют, отчего как раз весь мир и ахнет.

– Что?

– Если бы я знал сейчас, я бы решил уехать, – сказал Марк.

– Остаёмся, – кивнул Андрей и добавил. – Боже, зачем я так сказал?

– Точно?

– Да, – кивнул Горин. – Решение принято, теперь нельзя отступаться…

Марк набрал Олега:

– Мы остаёмся.

– Уважаю, – отозвался дипломат. – Посольство России в Ливии временно будет находиться на территории Туниса, там же будет развёрнут консульский пункт. Я вам скину телефоны для связи, но пока сам никуда убывать дальше Туниса не планирую, можете звонить мне. В любое время.

– Олег, – Марк смотрел на морской горизонт, откуда начало потягивать ветерком. – Сориентируй меня, пожалуйста, по работе Евросоюза и Ливии в отношении беженцев, которые валом валят в Европу.

– Мне известно, что Евросоюз финансировал несколько проектов по контролю и сдерживанию миграции: на основных миграционных маршрутах были построены центры временного содержания. В основном они контролировались Правительством национального согласия и некоторыми политическими группировками. Цель: остановить поток мигрантов из ряда стран Африки, в основном самых бедных. Финансирование, как я знаю, шло через несколько некоммерческих организаций, по которым, помню, в ООН озвучивался отчёт о небольших финансовых нарушениях. Вот, собственно, и всё.

Марк быстро переварил услышанное, но зацепиться здесь было особо не за что.

– Да, – сказал Олег. – Ещё в ООН проходила официальная информация, что за последние пять лет, при попытках переправиться через Средиземноморье, погибло шестнадцать тысяч африканцев. Ещё есть вопросы? Больше не могу говорить…

– Пока нет, до свидания.

Марк отключился. Некоторое время он смотрел на море.

– Что он сказал? – нетерпеливо спросил Андрей – Марк в запарке не поставил телефон на громкую связь.

– Шестнадцать тысяч… – проговорил Марк. – Шестнадцать тысяч…

– Что?

– Погибло за пять лет мигрантов при попытке переправиться через море в Европу.

– Ахренеть, – вырвалось у Андрея. – Вот тебе и «бомба» для мирового сообщества.

– Нет, не «бомба», – возразил Марк. – Мировое сообщество хорошо знает об этом, раз данная информация озвучивается на трибуне ООН. Знает, и ничего не делает для предотвращения подобных случаев.

– Ну, – Андрей пожал плечами. – При любом раскладе с нашими агентами нас ждёт положительный результат: или они пропадут без вести, утонут, или ещё что, или успешно доберутся. Будет о чём написать…

– Так-то да, – кивнул Марк. – Но нас уже не это интересует. Вернее – не только это. Покажи, что ты нашёл по фондам, занимающимся поддержкой беженцев!

– О, – Андрей протянул планшет: – Здесь сам чёрт ногу сломит. Их тут просто несметное число – и то, это только те фонды, которые на английском языке имеют транскрипцию в названии. А которые только на арабском – я даже не знаю, как их искать…

Марк навскидку посмотрел на экран планшета, потом снова взял свой телефон, набрал номер Идриса.

– Ассалям Алейкум, уважаемый Идрис. Я хочу уже сегодня заключить с вами договор. Вы можете приехать… отель… – Марк назвал адрес.

В телефоне стал пробиваться второй звонок, Марк посмотрел – звонили из местного МИДа.

– Да, я могу сейчас подъехать, – ответил Идрис. – Буквально через час.

– Хорошо, – ответил Марк. – Приезжайте, я буду ждать.

Идрис попрощался и отключился. Марк перевёл телефон на второй вызов:

– Хэллоу.

– Господин Шигин, вы опаздываете. Мы вас ждали к полудню, но уже прошло два часа. Может, вам будет удобнее, если мы сами к вам подъедем?

Андрей слышал весь разговор, так как телефон Марка стоял на громкой связи.

– Не стоит себя так утруждать, – сказал Марк. – В течение двух-трёх часов я подъеду к вам, просто я сейчас нахожусь вне пределов Триполи.

– Ваша аккредитация исключает работу за пределами столицы, – сказал собеседник.

– Отчего же? – возразил Марк. – Вот здесь на листе бумаги ясно сказано: в пределах территории, контролируемой ПНС. Или что, ПНС контролирует только один город?

– ПНС контролирует всю Ливию, – в голосе собеседника послышались нотки обиды. – Мы ждём вас.