Миллер лежал на кровати и слушал радио, но на сей раз оно не вызывало у него интереса – все вели себя слишком разумно, – поэтому он выключил его и вместо этого посмотрел на Алекс. Она сидела у изножья кровати и наблюдала за ним. Миллер откинул одеяло и похлопал рукой по матрасу.

– Ты можешь сюда залезть.

– Не сейчас, – сказала она.

– Обещаю, никакого подвоха.

– Надеюсь, потому что иначе это будет очень странно.

– Это нечестно. – Он опять натянул на себя одеяло. – Это же мое воображение… и я много раз воображал эту сцену.

Она кивнула, серьезно и без малейшего удивления. Совсем как на работе.

– Может, если бы ты поменьше думал сам-знаешь-о-чем и побольше о деле, возможно, ты бы додумался до чего-нибудь умного.

Миллер вздохнул.

– Ладно.

– Итак… Барри Шепард.

– Да, нам стоит изучить его получше. – Миллер сел. – Действительно, стоит, потому что мы толком этого не сделали. Мы смотрели на него только как на жертву.

– Возможно, он и есть просто жертва.

– Возможно.

Алекс поднялась на ноги и направилась к окну.

– Пиппа говорила тебе, что в день убийства не заметила в поведении мужа никаких странностей – и возможно, их правда не было. А возможно, были, но она не заметила. Или она соврала.

– Ну, однажды она мне уже соврала, – сказал Миллер. – На днях, когда мы встретились на улице, она шла вовсе не на работу. Я поговорил с персоналом ресторана, и они подтвердили, что ее смена начиналась только через несколько часов. Ну разве они не душки, а?

– Поговори с ней еще раз, – посоветовала Алекс. – Или с кем-нибудь из сослуживцев Барри – может, они что-то заметили.

– Хорошая мысль, – сказал Миллер. – Спасибо.

– Не за что.

Он вспомнил разговор с Салливаном на первой летучке. Их перепалку насчет предположений. С того самого дня команда вела расследование, опираясь на версию, что целью убийцы был Эдриан Катлер, и Миллер просто согласился с общим мнением.

– На тебя не похоже, – сказала Алекс. – Совсем не похоже.

– Первый день. – Миллер отвернулся, чтобы взбить подушку. – Я был еще не в себе.

– Но ведь эта мысль все равно не давала тебе покоя?

– Да. А теперь этим занимаешься ты.

Алекс улыбнулась и кивнула.

– Тебе повезло, что я умерла, потому что иначе я бы тебе этого не спустила.

– Не было бы счастья. – Миллер улыбнулся ей в ответ.

Миллер прекрасно знал, что у него обычно не получается двигаться со всеми в одном темпе – разве что на танцполе. И ему это нравилось. Неловко, неуклюже, отдавливая пальцы и двигаясь не в том направлении, он, тем не менее, кажется, постепенно вновь обретал равновесие. Разговор с Мишель Катлер, состоявшийся несколько часов назад, определенно изменил его мнение насчет, по крайней мере, одного подозреваемого. А возможно, даже указал ему на еще одного подозреваемого, и утром он первым делом сообщит об этом Салливану. Сообщит без всяких предположений – некоторые пальцы заслуживают того, чтобы их оттаптывали чаще других.

– Ну, Шепард определенно что-то скрывал, – сказал он.

Алекс пересекла комнату и встала у изголовья кровати, глядя на него сверху вниз.

– Возможно, он ввязался в какое-то сомнительное предприятие и разозлил не того человека. Такие люди… способные спрятать деньги с помощью компьютера… в общем, он мог решить оставить немножко себе.

Миллер понимал, что без доказательств это всего лишь предположение, но эта версия была так же хороша, как и любая другая. Вряд ли Барри Шепарду выстрелили в голову за то, что он посмотрел на чужую девушку или пролил пиво.

– Надеюсь, мы узнаем больше, когда Кэрис наконец изучит эту флешку.

– Возможно, Шепард украл деньги именно у Катлера, – сказала Алекс, – и не знал, что его раскрыли. Возможно, он отправился в отель, думая, что его зовут на дружескую деловую встречу. Ты же помнишь, что он снял номер по соседству со своим “приятелем”?

– Хорошо, но если целью был Шепард, зачем было убивать Катлера?

– Встречный вопрос, – сказала Алекс, – если убийца пришел за Катлером, зачем он убил Шепарда?

– Так себе помощь, – сказал Миллер. Затем у него возникла новая мысль. – Вот разве что их связали вместе… Ну, не в буквальном смысле, конечно… Просто, возможно, кого-то послали туда убить их обоих?

Казалось, Алекс это не убедило.

– У меня уже голова идет кругом. – Миллер снова улегся и уставился в потолок. – Давай подождем и узнаем, что обо всем этом думает Шахматист.

– Никогда не думала, что скажу это, но мне очень не хватает Гэри Поупа, – сказала Алекс. – Ну, ладно, “не хватает” – это, пожалуй, сильно сказано…

Миллер закрыл глаза, зная, что она все еще рядом.

– А чего тебе еще не хватает? – Он перевернулся на бок. – Действительно не хватает?

– Бхуны из баранины в “Радже”, куриной печени в “Нандо”, мармайта…

– А кроме еды?

– Купания в море. Фреда и Джинджер, конечно же, а еще долгих утренних воскресных прогулок вдоль скал. Еще марширования вокруг игрушечных городков, как будто я великан…

– А люди? – спросил Миллер. – Что насчет людей? – Двухчасовые танцы и пиво после них внезапно дали о себе знать. Усталость взяла свое, и он заговорил медленнее. – Каких людей… тебе не хватает?

– Ну, разумеется, сестры, – сказала Алекс. – И еще мамы. Еще пары-тройки коллег и того симпатичного парня в газетном киоске.

– Да ладно…

– Я просто пытаюсь собраться. Я знаю, что точно есть кто-то еще, только никак не могу вспомнить имя…

– Я тебя ненавижу.

– Как же его, Милтон? Или Миллс?..

Миллер так и заснул – с улыбкой на лице.