Стали проверять. Оказалось, несколько раз его исключали из партии, но потом восстановили, потому что кто-то ему помогал. На Кавказ послали телеграмму, проверили, оказывается, бывший каратель в Грузии, пьяница, бьет красноармейцев.
Кто же его рекомендовал, черт побери?
Рекомендовали его товарищи Элиава, Буденный и Егоров – мать их етти!
И разве это был единичный случай? Или самый вопиющий?
Таких «стратегов» у нас было полно и отдельные из них особи, были и похлеще.
Капитан Александр Тодорский командовал (назначен полковым комитетом) в 18-м году 5-м Сибирским стрелковым корпусом. Сдался в плен немцам, перешёл к ним на службу, был назначен оккупантами комендантом города Кременца. Как он служил, видно по изданному 8 февраля 1918-го года приказу:
«За каждого убитого или раненого германского или польского солдата будут немедленно расстреляны первые попавшиеся десять русских солдат или жителей».
После он каким-то образом оказался в Красной Армии, где дослужился до комкора и должности Начальника Военно-воздушной академии(!) имени Жуковского. По обвинению в участии в антисоветском заговоре получил в 1937-м году пятнадцать лет лагерей…».
Получив последнюю информацию по «Послезнанию», Сталин подумал что надо не забыть – пересмотреть дело и если действительно Александр Тодорский служил немцам, заменить столь мягкий приговор более соответствующим.
«А то ишь ты! При Хрущёве вернули «коменданту» генеральское звание, включили в комиссию Шверника по реабилитации… И этот «Брут» тоже туда же… Сволочь!».
Сталин нецензурно выразился про нынешнего Председателя Совета Национальностей Верховного Совета СССР и мысленно вернулся к теме репрессий в армии:
«…И разве этот случай самый тяжёлый?!
Взять одного лишь Якира, у которого с окружных складов боеприпасы и оружие пропадали целыми вагонами14… Что? Если бы не репрессии, если бы он вместо Киропоноса возглавлял в 41-м Юго-Западный фронт, то наши танки на третий день войны были бы под Варшавой?! Тракши демутели, шени дедамутх, мугитхан дедес15!».
С горечью:
«И ладно бы «благодарные» потомки – им историки все мозги засрали этим «культом личности»… Но Павлов то должен знать эту «кухню»?
Должен!
Он должен понимать, что устранив таких как Абошидзе, Тодорский, Якир и иже с ними - Красная Армия должна была стать сильней… А она несомненно стала сильней, иначе б с такими «вояками» - финны непременно Ленинград бы взяли, а не мы у них Выборг!».
Обладающий «Послезнанием» Сталин знал:
«И таки сбылась мечта идиота! Точнее сбудется…».
3 февраля 1941-го года, решением Политбюро ЦК ВКП(б) Особый отдел ГУГБ НКВД СССР ликвидировался, а вместо него создавались третьи управления НКО и НК ВМФ соответственно. Таким образом, контроль органов госбезопасности над армией и флотом снимался. Они лишь арестовывали и вели следствие, а кого арестовывать – решали сами товарищи командиры и решали по принципу «свой-чужой».
И сразу же, что?
Правильно: весной 41-го в армии начались репрессии, известные как «Дело авиаторов» - которые можно рассматривать как попытку армейской мафии «прогнуть» под себя авиационную…
И вновь вскоре после начала войны (17-го июля), всё вернулось «на круги своя»: постановлением Возглавляемого Сталиным Государственного Комитата Обороны (ГКО СССР) органы 3-го Управления выше были преобразованы в Особые Отделы, а 3-е Управление - в Управление Особых Отделов, которое было подчинено НКГБ.
***
Будучи от природы-матушки одарённым выдающимся умом, вдобавок по прихоти каких-то высших сил обрётший знания о грядущем, Сталин хорошо понимал:
Чтоб все эти вышеописанные «невероятные события» были возможны, нужно чтоб до 7-го мая в Кремле произошли какое-то - неизвестное ему даже из «Послезнания», события.
Какое же?
Ответ может быть только однозначным:
«Военный переворот!».
В представлении неблагодарных потомков «военный переворот» это всегда что-то «латиноамериканское»: войска выходят из казарм на улицы и площади столицы, блок-посты на перекрёстках, комендантский час… Танки обстреливают президентский дворец, самолёты его бомбят… Какой-нибудь - самый «креативный» генерал объявляет себя главой хунты, все с этим несогласные загоняются на превращённый в концлагерь стадион и там успешно утилизируются.
У нас в «средней полосе» с её «резко-континентальным» климатом, было разок такое «представление» - 14 декабря 1825-го года…
Однако, не пролезло!
Зато было два успешных военных переворота подряд другого типа: «подковёрного» - это когда бравые гвардейцы свергли Петра III, усадив на престол его супругу… Затем, после весьма продолжительного правления последней – их совместно нажитого сына Павла, в пользу внука.
Общим почерком обоих переворотов было то, что народ ложился вечером спать при одном самодержце, а утром просыпался уже при другом. Без малейшего сомнения, ещё больше было случаев, когда проводящему неправильную кадровую (или какую иную) политику - ещё царю-батюшке или уже государю-императору, воеводы в «горлатных шапках» или генералы в треуголках - просто тонко намекали, что «так делать нельзя» и он делал правильные выводы - способствующие его долгому и умеренно-мудрому правлению.
Сталин встряхнул головой:
«Однако, это я отвлёкся!».
Как происходило дело с «подковёрным военным переворотом» в данном случае?
Видимо так.
Со времён Гражданской войны комсостав РККА был разделён на соперничающие меж собой за должности и «места» группировки, образовавшиеся по принципу «кто с кем беляков рубал». Были «одиночки» типа Кулика, была ещё группировка военспецов – бывших царских офицеров и генералов, но к концу 30-х годов, её совместными усилиями почти «обнулили» - словами потомков…
Это соперничество военных группировок меж собой и внутри себя, политическое руководство страны искусно использовало для удержания власти, по старому – но чертовски эффективно принципу: «разделяй и царствуй».
Когда по инициативе маршала Шапошникова в Кремле стали собирать наших обосравшихся в Финляндии горе-вояк в тщательно отстиранных синих штанах16, те насторожились и переполошились. После речи Сталина товарищи командиры поняли, что в Кремле за них решили взяться серьёзно.
Им придётся или перековаться-переучиваться (а этого они не умели и, главное – не хотели делать), или уступить свои «места» другим – «культурным, квалифицированным и образованным общевойсковым командирам». С перепуга или по недостатку воображения, они не понимали, что товарищу Сталину взять таких командиров попросту неоткуда…
Но угрозу своему благополучию, или даже сосуществованию - остро почувствовали.
Произошло объединение группировок и видимо каким-то образом завуалированный ультиматум Центральному Комитету Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков):
Не вмешиваться в дела армии, авиации и флота!
Особенно, в кадровую политику.
И видимо подкреплённый чем-то очень весомым ультиматум. Например, какими-то неизвестными Сталину по «Послезнанию» маневрами войск Московского военного округа. Ведь скоро Первомайский парад на Красной площади и под видом его подготовки и репетиции, провернуть можно многое…
«Кто у нас командует войсками Московского военного округа? …Товарищ Будённый? Так, так, так…».
И снова Партии и Правительству удалось восстановить «статус-кво» лишь после того, как получившие полный карт-бланш военные вновь жидко обосрались – уже после 22 июня 1941-го года.
Уже 23-го июня ГВС КА был упразднён, его члены были разогнаны по фронтам. Вместо него была образована Ставка Верховного Главнокомандования (СВГК), которую с 10-го июля и до конца войны возглавил он - Иосиф Виссарионович Сталин.
Но поздно!
Хотя война и была выиграна в конечном итоге, но её катастрофическое начало привело к огромным жертвам и разрушениям, что в конце-концов предопределило крах всего Советского Союза.
Вождь до боли сжал кулаки:
«Эх, если бы хотя бы на… Хотя на три месяца».
Потом его осенило:
«А почему бы не прямо сейчас?».
Он думал-рассуждал в таком ключе:
«Вычислить активных участников заговора очень просто. По занятым местам в новом – без его участия, Главном Военном Совете».
Из «Послезнания» Вождь знал:
24-го июля сего года из состава этого коллегиального органа управления Вооружёнными Силами страны были исключены: Ворошилов (председатель), Сталин, Щаденко, Локтионов, Проскуров и Савченко. Остались лишь двое – Тимошенко и Смушкевич.
Сталин прищурился, как на стрельбище:
«Вот вам и главные организаторы!».
В тот же день Главный Военный Совет РККА был объявлен в новом составе:
Председатель ГВС - Народный комиссар обороны Маршал Советского Союза Тимошенко С. К..
Члены ГВС:
Жданов А. А. - Член Политбюро ЦК ВКП(б).
Маленков Г. М. - член Оргбюро ЦК ВКП(б), секретарь ЦК ВКП(б).
Маршал Будённый С. М. - заместитель Наркома обороны, Командующий войсками Московского военного округа.
Маршал Кулик Г. И. - заместитель наркома обороны.
Армейский комиссар 1-го ранга Мехлис Л. 3. - заместитель Наркома обороны.
Маршал Б. М. Шапошников - Начальник Генерального штаба.
Генерал-лейтенант авиации Смушкевич Я. В. - Начальник управления ВВС Красной армии.
Генерал армии Жуков Г. К. - Командующий Киевским военным округом.
Генерал армии Мерецков К. А. - Командующий Ленинградским военным округом.
Генерал-полковник Павлов Д. Г. - Командующий Западным военным округом.
То, что в состав обновлённого ГВС РККА попал Командующий Московским военным округом маршал Будённый, утвердил Вождя в мысли, что устный ультиматум заговорщиков политическому руководству был подкреплён «материально». Присутствие в списке члена Политбюро и Центрального Комитета ВКП(б) – в том, что среди политического руководства оказались иуды.
Маршала Шапошникова скорее всего, в этой «гоп-компании» держат за «свадебного генерала» - ради создания видимости преемственности. Ну и как специалиста…
Например, кто ещё из генералов знает как вести заседания Главного Военного Совета?
Кулик же и Мехлис, тоже смотрятся какими-то инородными телами.
Итак, что же в «сухом остатке»?
Заговорщики известны, обретшему «Послезнание» товарищу Сталину остаётся только позвонить своему верному сатрапу и приказать:
«Лаврэнтий! Подгоняй «воронки», грузи эту сволочь и после минимальных формальных процедур - превращай в «лагерную пыль»».
Вождь грустно улыбнулся и вновь забывшись, выругался в адрес неблагодарных потомков:
- Маймуно Виришвили17!
Впору было хвататься за голову:
«Они (потомки) всерьёз считают, что я могу по собственной прихоти уничтожить любого человека в стране… Глупцы, достойные быть лишь вечными рабами своих «социальный сетей» и вымирать как вид в результате легализации и пропаганды ЛБГТ-ценностей…!».
Он вспомнил про Начальника своей личной охраны:
«…Да даже если я ему - самому вернейшему из верных, прикажу застрелить кого-нибудь из членов «Хунты», то он первым делом спросит: «А на каком основании, товарищ Сталин?». С незапамятных времён, в этой стране царит диктатура не формального главы государства, а… Бюрократии!».
За историческими примерами далеко ходить не надо.
Вроде бы вот Александр I - сын «бедного, бедного» Павла, хотел отменить крепостное право и даже создал в этих целях «Негласный комитет»…
Но не отменил.
Почему? Он же самодержец?
Что хочу - то и ворочу и, никто мне не указ!
Оказывается, нет: не «всё могут короли» - а лишь то, что не противоречит интересам их «свиты».
Ему, Сталину - тиранствовать ещё трудней. Ведь он не узаконенный тысячелетними традициями и законами монарх, а всего лишь Генеральный Секретарь единственной правящей на просторах «Одной шестой части суши» Коммунистической партии.
Немалая власть, согласен!
Но не единоличная, а коллегиальная. Высшим органом считается съезд ВКП(б), который выбирает Центральный Комитет (ЦК). Собираясь на пленумы, тот выбирает Политбюро ЦК ВКП(б), рабочим органом которого является Секретариат ЦК ВКП(б).
Кроме него - Сталина, Политбюро ЦК ВКП(б), состоит из:
Калинина Михаила Ивановича,
Молотова Вячеслава Михайловича,
Ворошилова Климента Ефремовича,
Кагановича Лазаря Моисеевича,
Андреева Андрея Андреевича,
Микояна Анастаса Ивановича,
Жданова Андрея Александровича
и Хрущёва Никиты Сергеевича.
Вокруг членов Политбюро формировались группировки из чиновников среднего уровня (руководители регионов, ведомств), составлявших костяк ЦК партии.
Роль Сталина в этой группе была ведущей, а власть - очень сильной. И вместе с тем Вождя окружали не послушные во всем не рассуждающие «боты» - словами потомков, а очень сильные и влиятельные соратники. Принятие важнейших государственных решений («Пакт о ненападении» с Германией, война с Финляндией, например) осуществлялось коллективно и никак иначе. И значительную роль в политическом и административном процессе играло согласование интересов различных ведомств и группировок.
(От автора:
Посол США Дж. Девис так говорил в своей книге «Миссия в Москве» о «диктатуре» Сталина:
«Москва, 9 июня 1938 года.
Так вот, после того как я вышел из кабинета президента (Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Авт.) Калинина и прошел в апартаменты премьера (Председателя СНК СССР Молотова. Авт.)… Я был совершенно поражен и почти остолбенел от удивления, увидев, как открылась дальняя дверь и вошел Сталин. Он вошел один. Я не имел ни малейшего представления о том, что такое вообще возможно. Во-первых, формально он не является главой государства, и в этом состоит их цель – держать его отдельно от государства, и, как ты знаешь, ни один дипломат никогда не встречается с ним официально или как-то иначе один на один. По сути, он избегает любых подобных встреч. Его так тщательно оберегают от общественности, что прием им любого иностранца становится почти историческим событием…