- Москва наверняка потребует проведения спасательной экспедиции. Русские очень любят это делать. Даже полковника Фосетта пытаются найти несмотря на то, что он англичанин.

 - Мы закроем район падения дирижабля для посещения иностранцев, а наши поисковые экспедиции ничего не найдут.

  Болдуин задумался над словами Петреуса, быстро перебирая пальцами цепочку часов, что украшала его жилет. По его лицу было видно, британскому очень хотелось, но при этом и сильно кололось. Он прорабатывал разные варианты пока желание мести взяло вверх.

 - Хорошо, я согласен с вашим предложением, но сразу предупреждаю. Если оно в той или иной форме провалится, вам не помогут никакие оправдания. Никакие – Болдуин энергично покачал пальцем перед лицом Петреуса. - Надеюсь, что я сказал довольно ясно. 

  Решение по свершению мести было принято, но не только один британский премьер принимал подобные важные решения. Куда более важное и судьбоносное решение было предпринято господами Гизи и Стоуном после получения из Парижа телеграммы в два слова – «Ягнята молчат».

  Прочитав это известие, Гизи со злости разорвал бланк телеграммы на мелкие клочки, бросил их в корзину для мусора и принялся заливать негодование бренди.

 - Я всегда говорил, что эти лягушатники подведут нас в самый решающий момент и это так и случилось! Они бояться и им нужны твердые гарантии! – далее следовали нелестные эпитеты недостойные уст британского джентльмена.

  Стоун более стойко воспринял горькое извести с той стороны Канала. Отпив глоток предложенного Гизи бренди, он пропустил мимо ушей гневную тираду собеседника, лихорадочно обдумывая новость.

 - У нас не остается ничего другого как действовать самим. Уверен, когда это начнется, французы будут вынуждены поддержать нас.

 - Согласен, но как ты это себе представляешь?

 - У Фредди Моргенау есть связи на нью-йоркской бирже. Можно попытаться уговорить его задействовать их.

 - Это большой риск. «Старики» могут не одобрить подобных действий от которых за ярд пахнет откровенной авантюрой.

 - Авантюрой они будут, если закончатся неудачей, а так – это смелые и неожиданные решения проблемы.

 - И все равно, Совет может не пойти на это.

 - Совет сам заварил эту кашу, предоставив нам полную свободу действий по её приготовлению. Задействовав Моргенау мы только откладываем представление «Скачка» с августа на ноябрь только и всего. Ты, со мной?

  Гизи на секунду задумался, затем махом опустошил стакан и произнес: – Да.

 - В таком случае звони Дроденвельту и Клейторну. Пусть поднимают свои зады и идут сюда. Будем разрабатывать план действий. 

  К сожалению, этот диалог так и остался неизвестен для агента русской разведки Фалькатуса. Однако кусочек тайны, а именно, приблизительный месяц начала «Большого скачка» все же ушел в Москву. Мистер Гизи посулил большие дивиденды владельцу поместья Шоскомб, а тот пообещал своей любовнице мисс Бетти Стэнтон к началу декабря роскошный подарок – колье из бриллиантов. Которые как известно, из покон веков являлись лучшими друзьями подобных девушек.         

                Документы того времени.

                Из секретного послания губернатора российского протектората Того, бригадира Котовского Г.И. генерал-полковнику Щукину Н.Г. от 14 июня 1928 года.

                Спешу сообщить, что французские войска под командованием генерала Буассона находящиеся в Ниамеи приступили к началу эвакуации из этого района. Главная причина побудившая генерала к подобному шагу заключается в хронической нехватке продовольствия, которую не удалось разрешить несмотря на неоднократные поставки французов наладить его доставки из Тимбукту. Этому мешает сильное обмеление реки Нигер из-за небывало высокой температуры воздуха установившейся на всей территории Французского Судана. В купе с невозможностью добывать продовольствия в ближайших к Ниамеи селениях из-за противодействия отрядов Махно, все это подтолкнуло генерала Буассона к подобному шагу. По тем сообщениям, что поступают к нам от майора Крассовского, позволяют предположить, что Буассон сможет довести до Дагомеи менее половины своего личного состава.

                Бригадир Котовский Г.И.

   Резолюция начальника ГРУ: Поздравьте с производством в генерал-майоры.

                Срочная телеграмма корреспондента газеты «Таймс» из Дели от 20 июня 1928 года.

                Согласно поступив сведениям дирижабль «Россия», недавно прибывший в Лхасу с экспедицией академика Обручева, в восемь часов вечера 19 июня потерпел катастрофу над Гималаями возвращаясь в Москву. Именно в это время с совершавшей по маршруту Лхаса – Кашгар перелет «Россией» было прервано радиосообщение, после чего дирижабль на связь не выходил. По мнению специалистов наиболее вероятной причиной этой трагедии является попадание в дирижабль молнии, которых очень много в этом районе в это время года. Вице-король Индии заявил о готовности Дели организовать поисковую экспедицию с целью установления места крушения дирижабля не дожидаясь официального обращения из Москвы.   

                Глава XV. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

                В любом, даже самом хорошо разработанном и подготовленном плане всегда есть, слабые места благодаря которым он может не сработать. Имелись и они в плане британской дипломатической разведки по уничтожению русского дирижабля «Россия».

  Благодаря своей разветвленной сети в Тибете англичане смогли найти человека, который смог пронести на борт воздушного левиафана бомбу замедленного действия. Им был один из тибетских монахов, что доставили в багажный отсек «России» запасы продовольствия, воды и подарки Далай-ламы российскому правительству.

  Конечно, лучшим вариантом для диверсии являлось установление бомбы в районе топливных баков дирижабля, что снабжали его могучие моторы, однако об этом приходилось только мечтать. Дирижабль хорошо охранялся как снаружи, так и изнутри, господам заговорщикам пришлось довольствоваться тем, что они смогли сделать.

  Бомба представляла собой полукилограммовый заряд динамита приводимый в действие химическим запалом. По прошествии трех часов с момента его активации заряд должен был сработать и разнести в щепки оболочку дирижабля.

  С учетом тех погодных условий в которых «России» предстояло лететь, а также местности над которой должен был проходить этот полет, гибель дирижабля была неминуема, несмотря на его жесткую конструкцию и гелиевое наполнение.   

  Главным признаком того, что взрыв на борту дирижабля произошел, должно было быть прекращение радиосвязи с ним. Для точной ориентации в сложных погодных условиях «Россия» была вынуждена поддерживать связь с местными радиостанциями и в первую очередь с радиостанцией в Дели. Как только русский радист в течение нескольких часов перестал выходить на связь, британцы посчитали дело сделанным и стали радостно поздравлять друг друга.

  Их радость была бы куда меньше, если бы они знали истинное положение дел в истории перелета дирижабля.

  Главным казусом серьезно осложнивший коварные планы Альбиона было то, что не желая пробиваться через грозовой фронт оказавшийся на его пути, главный пилот решил увеличить высоту и пролететь над ним. Технические способности дирижабля, засекреченные от посторонних глаз и ушей, позволяли сделать это и Михаил Водопьянов с блеском выполнил этот маневр.

  С ориентировавшись по заходящему солнцу штурман Крылов быстро определил местоположение дирижабля и воздушный левиафан принялся гордо покорять воздушные пространства Гималаев на невиданной прежде высоте. Что касается радиосвязи, то прекрасно понимая какую ненависть и злость вызывает у англичан прилет российского дирижабля в Лхасу, командир корабля решил временно отказаться от помощи британцев в радиопеленге. Справедливо отложив его на самый крайний случай.

  Во время перелета весь экипаж дирижабля чувствовал себя прекрасно, за исключение заложенной британцами бомбы. Выбрав её в качестве способа уничтожения «России», британские специалисты не учли температурного фактора, сыгравшего с ними злую шутку. На той высоте, на которой летел дирижабль температура падала ниже 20 градусов Цельсия и химический заряд бомбы просто-напросто замерз.

  Только когда Гималаи со свой бурной погодой остались позади и дирижабль стал спускаться на прежнюю высоту полета, температура в багажном стала постепенно повышаться. На свою беду или счастье, академик Обручев попросил Водопьянова не лететь напрямую в Кашгар, а сделать крюк в сторону обнаруженного экспедицией затерянного в пустыне города.

  Командир корабля долго не соглашался, но помня данное прежде академику обещание уступил его просьбе. Солнце и пыльная буря встреченная по дороге «Россией» окончательно растопили химическую начинку британской бомбы и остановленные часы отсчета запустились вновь.

  Дирижабль проводил аэрофотосъемку, когда на его борту прогремел взрыв. По расчетам тех кто готовил гибель «России» взрыв должен был разнести в пух и прах её борт и привести к  немедленному падению дирижабля. Однако по счастливой случайности основная сила взрыва пришлась на заднюю стенку радиорубки, что была отделена от багажного отсека стальными листами. Они выполняли своеобразную роль экрана и дополнительно защищали радистов «России» от холодов.

  Взрыв разворотил их, вдавил внутрь радиорубки повредив аппаратуру и ранив радиста Галкина. Другая часть взрыва разрушила наружную стены багажного отсека и при этом повредила оболочку дирижабля. Через образовавшуюся пробоину гелий стал выходить наружу и воздушный корабль стал терять высоту.

  Это не было стремительным падением на хаотичное нагромождение острых пиков заснеженных скал как надеялись англичане, но дирижабль неотвратимо приближался к раскаленным пескам пустыни.

  Хрен редьки не слаще, сказал бы сторонний наблюдатель и в общем то он был бы прав. Дирижабль был обречен, однако не все смогли учесть и просчитать умные господа с Форин офиса. За все время эксплуатации «России» на нем была одна команда, изучившая его устройство буквально до винтика, отлично знавшая «откуда что росло». Кроме этого, раз в четыре месяца экипажем проводились учебные тренировки на случай непредвиденных обстоятельств. Возможность разгерметизации оболочки дирижабля значилась в числе первых угроз его жизнедеятельности и каждый член экипажа знал, что и как делать в случаи возникновения такой ситуации.

  Именно грамотность и самоотверженность экипажа перечеркнула все грязные планы мистера Петреуса. Именно они благодаря их мужеству удалось предотвратить катастрофу, не дать смертельно раненому левиафану рухнуть и под своими обломками похоронить экипаж и всю экспедицию.

  Сразу после взрыва и объявления тревоги не занятые на вахте члены экипажа бросились на поиски места пробоины. Уже через три минуты был открыт один из аварийных люков дирижабля и наспех сформированная спасательная команда выбралась наружу.

  По специальным сетке, что окутывала оболочку дирижабля со всех сторон, они принялись подбираться к пробоине в его корпусе, с ловкостью мало чем уступавшей ловкости цирковым акробатам. Сказывались тренировки в которых участвовал весь без исключения экипаж дирижабля.

  Благодаря тому, что место повреждения находилось неподалеку от основной гондолы, спасатели быстро добрались до него и попытались установить временную заплатку.

  В условиях когда ветер норовил сорвать отважных спасателей, а время на заделку пробоины исчислялось минутами – это было крайне трудным делом. Мало кто мог поверить в благополучное завершение этого дела, но они сделали это. Временная заплатка на израненный борт дирижабля была установлена и потеря гелия была остановлена.

  Наложенная заплатка, конечно не смогла остановить снижение «России», но позволило избежать её столкновения с землей. Успев сбросить тяжелые посадочный якоря дирижабль застыл над землей меньше десятка метров, раскачиваясь из стороны в сторону подобно огромному воздушному шарику. 

  К огромной радости командира, взрыв не причинил вреда ни моторам, ни бакам с горючим. Гораздо хуже обстояло со связью. Бомба полностью вывела из строя радиостанцию и потерпевшие аварию люди не могли подать сигнал SOS. Это положение ухудшалось ещё тем, что радист Галкин от полученных в результате взрыва ранений скончался, а у второго радиста Бабушкина был перелом руки. 

  Когда общее положение стало известным, академик Обручев принял решение о немедленной высадке людей и в первую очередь четверых раненых, имевшие ранения разной степени тяжести. Вместе с ними на землю было отправлено все экспедиционное снаряжение включая палатки, запасы продовольствия и воды и все поврежденное оборудование радиостанции. Это полностью исключало возможность гибели людей в случае падения дирижабля, а также несколько облегчило сам аппарат.

  Как только это стало возможным, весь экипаж занялся его ремонтом. Вновь, самым тщательным образом были проклеены края пластыря и для большей надежности был наложен новый. По заключению командира «России» дирижабль остался пригодным для его дальнейшей эксплуатации, но сейчас, он представлял собой чемодан без ручки. Который было жалко бросить, но невозможно было нести.

  Благодаря наличию на борту дирижабля экспедиционного снаряжения, удалось быстро разбить лагерь, обеспечить людей всем необходимы на первое время, а также наладить уход за ранеными. У Барченко был перелом костей таза и рук. Один из механиков имел сильное сотрясение мозга и нуждался в постельном режиме, а повар сильно ушибся при падении и не мог ходить.

   Одновременно с обустройством людей, в лагере академика Обручева велись энергичные попытки наладить радиосвязь с большим миром. На дирижабле был запасной комплект радиостанции, который получил некоторое повреждение при взрыве бомбы. Трое суток радист Бабушкин колдовал над мертвой грудой металла, пока не удалось запустить в него жизнь.