- Это все сказки, для того чтобы мы хлеб свой отдали. Не выйдет, дураков нет!

 - И что вы с этим хлебом делать будите? За границу не продадите, здесь по высокой цене у вас его не купят. Гноить будите, чтобы никому не достался!? – гневно спросил президент и никто из «крепких хозяйственников» не решился ему честно ответить.

 - Сгноить хлеб вы, конечно, можете, только хочу вас предупредить господа хорошие. Если правительство посчитает нужным, оно может реквизировать ваш урожай по установленным им ценам. А чтобы ошибки, какой ненароком не вышло, товарищи нам помогут. Ведь поможете? – обратился Сталин к беднякам.

 - Чего не помочь? Поможем! – моментально ответили ему радостные голоса из зала. - Мы завсегда хорошему делу помочь готовы! Можете в этом не сомневаться, гражданин президент!

  Поддержка неожиданного предложения Сталина была столь мощная и дружная, что кулаков пробила оторопь. Никто из них не сомневался. Эти придут. Эти все до последнего зернышка выскребут, мстя за все прошлые горести и обиды. Эти постараются свести старые счеты, прикрываясь указом правительства.

  Сталин моментально уловил колебание в стане «рачительных землепашцев» и поспешил расколоть их ряды на разумных и упертых.

 - А тем, кто пойдет на сотрудничество с правительством и сдаст хлеб по назначенной цене, мы готовы предоставить денежные субсидии для покупки на будущий год сельхозинвентаря, тракторов, сеялок, запчастей к ним и горючего. Подумайте хорошенько, стоит ли игра в конфронтацию с государством свеч.    

  Выкриков с места не последовало, и он продолжил говорить, пересыпая речь цифрами и доводами, сделав основной упор речи на льготы, которое правительство готово было предоставить селу в обмен на хлеб. И чем больше он говорил, тем больше становилась трещина раскола, казалось в едином стане кулаков. Деля их на соглашателей и непримиримых.

  Сумел ли он убедить сибирских хлеборобов в разумности пойти пусть на вынужденный, но разумный компромисс, было неизвестно. Однако по тому настрою, по тем вопросам, что задавали ему крестьяне в фойе театра после завершения схода, было ясно, что колхозам на сибирской земле быть.

  Вспоминая встречу в Новониколаевске, президент сделал пометку в своем рабочем блокноте, куда он почти каждый день заносил те или иные записи, необходимые к исполнению.

  Готовясь к грядущим выборам, Сталин сознательно отказался от повторения прошлогоднего сценария написанного под его предшественника. Конечно, можно было снова шикануть изобилием бытовых товаров и продовольствием. Запасов для этого с трудом, но хватало, однако у Сталина был другой план.

  Для приведения в жизнь тех реформ, что были задуманы им в расчете на долгосрочную основу, нужен был постоянный и многочисленный союзник в лице рабочих и крестьян. И того, и другого, Сталин намеривался привлечь к себе конкретными делами. Одним из них было накормить трудовое население дешевым хлебом. Сделав это не кратковременным явлением под выборы, а повседневным жизненным атрибутом.

  Другим агитационным пряником было решение дать широкий доступ детям рабочих и крестьян к высшему и специализированному образованию. Этим решением он убивал двух зайцев. Укреплял базу своих потенциальных избирателей и наполнял стены институтов и училищ, что должны были дать квалифицированных специалистов заводам и фабрикам, школам и больницам, которые должны были быть построены и запущены в действие согласно пятилетнему плану.

  Настенные часы гулко пробили время, и едва их звон затих на просторах вагона, как в дверь осторожно  и на пороге кабинета возник секретарь президента.          

 - Иосиф Виссарионович, полковник Иссерсон.

 - Просите – президент встал из-за стола и неторопливо направился навстречу к гостю. Сидеть за столом принимая человека, Сталин считал барством и недопустимым для президента. «У человека в душе после встречи должна остаться либо радость, либо страх. Первого желательно побольше, второго поменьше, а третьего не должно быть в принципе. Так как любая неопределенность только мешает делу» - рассуждал про себя президент и четко придерживался этой нехитрой формулировки.

  Обменявшись с начальником Хабаровского гарнизона рукопожатием, президент жестом пригласил гостя сесть в кресло и стал задавать вопросы.

 - Скажите полковник, как отреагировали местные китайцы на ввод наших войск в Маньчжурию? Были трудности с наведением порядка? Какой настрой у нас и у китайцев?

 - Трудностей с переходом границы никакой не было. Едва к Хабаровску подошли мониторы и бронекатера Амурской флотилии, китайские пограничники мгновенно отошли от берега и никакого сопротивления нашим отрядам не оказывали. Не оказывали китайские пограничники сопротивление и во время высадки нашего десанта в Тунцзяне и Фунцзине. Молча, складывали оружие или убегали в тайгу. До самых отрогов Хинган, мои отряды не встречали никакого сопротивления, несмотря на свою малочисленность. Единственное серьезное столкновение было в Тунхэ, но там против нас действовали хунхузы, а не регулярные соединения.    

 - Сильно пришлось пострелять? – Сталин читал рапорт командующего Дальневосточного округа по приведению к миру северо-восточных районов Маньчжурии, но хотел послушать живого очевидца этих событий.

 - Да, пришлось, гражданин президент. Хунхузы напали на отряд внезапно, под утро, когда люди спали после перехода. Рассчитывали застать нас врасплох, но часовые были начеку, да и маньчжурцы сильно помогли. Они первыми заметил хунхузов, подняли тревогу и вступили с ними в бой.

 - Вам я знаю, и речники хорошо помогли – проявил свою осведомленность Сталин.

 - Совершенно верно. Капитан-лейтенант Вершинин быстро сориентировался в сложной обстановке, вывел свой монитор «Святители» на средину реки и принялся громить тылы атакующих хунхузов. От огня его батареи погибло больше хунхузов, чем от залпов наших винтовок.

 - А каковы потери?   

 - У нас четверо убитых и семнадцать раненых. У противника согласно произведенному днем подсчету тел семьдесят два человека погибших, а сколько раненых неизвестно. Хунхузы их либо добили, либо с собой забрали. В отношении настроения, то оно нормальное. Китайцы сидят тихо, а мы за ними наблюдаем – бодро доложил Иссерсон, что откровенно не понравилось президенту.

 - Может не стоит терять бдительность и так сразу списывать со счетов хунхузов. За последние десять лет, они вам крови изрядно попили.

 - С бдительностью у нас все в порядке, гражданин президент. Не первый год с китайцами контактируем, знаем, кто из них, на что способен и какую гадость от них следует ожидать, – заверил президента полковник.

 - Что касается хунхузов, так они пили нашу кровь в основном по приказам японцев. Как только Токио им деньги через своего резидента пришлет, так они сразу против нас нападение организовывали. А когда денег не было, они или своих китайцев грабили, или контрабандой опиума занимались, стервецы.

  С занятием нашими войсками севера Маньчжурии, хунхузам будет труднее действовать против наших границ. Раньше им вольготно было. Местная власть на все глаза закрывала, а теперь им с оглядкой жить придется. Много долгов к ним у наших казаков накопилось.    

 - Вашими устами да мед пить Георгий Самойлович – усмехнулся в усы Сталин. - Мы хотели вам помощь предложить в борьбе с хунхузами, а у вас все хорошо.

 - Я говорил о спокойствии на границе, а помощи для уничтожения бандитов буду только рад. Самый удобный случай, чтобы, если не извести эту заразу под корень, то основательно  прополоть её ряды и заставить как следует бояться.

 - Какие силы вам необходимы для успешного выполнения этой задачи? Полк, дивизия, корпус? Какие виды войск? Пехота, кавалерия, авиация, броневики?

 - Для наведения порядка вверенном мне секторе ответственности, достаточно будет двух полков кавалерии и полка пехоты с приданной артиллерией. Желательно, чтобы они состояли из уроженцев Приморья или Забайкалья.       

 - Два полка кавалерии и полк пехоты вы получите, это однозначно. А вот уроженцев Забайкалья и Приморья не знаю. Кавалеристов точно не будет. Слишком долго их призывать, формировать, а вам нужно как можно быстрее, верно?

 - Так точно. Чем раньше этой нечисти голову начнем снимать, тем лучше. 

 - А вот с пехотой дело думаю сладиться. Командующий округом обещал сформировать две дивизии из местных жителей, так один полк в самое ближайшее время будет передан в ваше подчинение.

 - Почему не просите броневики и авиацию? Уссурийцы целую эскадрилью, для себя попросили, забайкальцы бригаду броневиков, а вы не просите. Не верите в них?

 - Броневики и авиация нужны для сражения с регулярными соединениями, а применять их против бандитов – все равно, что из пушки по воробьям стрелять. У хунхузов нет боевых отрядов больше двухсот человек. В случае необходимости они, конечно, могут рекрутировать бойцов из местных китайцев, но основное ядро редко превышает две сотни бойцов. Слишком накладно главарям содержать их и их семьи. Поэтому двух конных полков должно хватить.

 - Это очень хорошо, что вы так уверены в себе и своих силах, Георгий Самойлович. Однако одной уверенности тут может не хватать. Сектор от западного участка границы до Бокэту держат забайкальцы. Территорию от Бокэту до Цицикара, контролируют амурские казаки и им помогают маньчжурцы, чей сектор контроля от Цицикара до Харбина. От восточного участка границы через Мудацзян и до Харбина взяли на себя уссурийцы. У вас местного казачества нет, вряд ли в скором времени будет, и ваш сектор Приамурья является наиболее уязвимым во всей схеме защиты. Вы считаете, что запрошенных вами сил будет достаточно – это хорошо. Если вам понадобиться, что-либо ещё скажите. Мы вам постараемся помочь, но при этом спросим с вас по всей строгости. Вы это понимаете?

 - Прекрасно понимаю, гражданин президент - без малейшего раздумья ответил Иссерсон.

 - В таком случае не смею вас отрывать от исполнения своего долга – Сталин встал и пожал руку своего гостю.

  Дверь за полковником закрылась, но ненадолго. Бритая голова секретаря вновь показалась в дверях и учтиво спросила: - Чаю, Иосиф Виссарионович?

 - Да, пожалуй, можно и чаю и принесите документы на генерала Каппеля – приказал президент, и секретарь послушно скрылся.

  Непростая ситуация сложившаяся на Дальнем Востоке требовала срочного создания на этом рубеже Родины полноценного войскового соединения, под названием Особая Дальневосточная армия. В качестве её командиры, министр военных дел и фельдмаршал Брусилов, не сговариваясь, рекомендовали президенту назначить генерал-майора Владимира Каппеля. Встреча с ним должна была состояться в Хабаровске, и Сталин хотел узнать всё о предлагаемом командире.       

                Документы того времени.

                Срочное сообщение в Русское Географическое общество из российского посольства Рио-де-Жанейро от 4 ноября 1927 года.

                Согласно письму, доставленному в российское консульство в Куябе погонщиком мулов Диего Рибейры, экспедиция профессора Басов совершила важное археологическое открытие. Она нашла в верховьях реки Шингу, штат Мату-Гросу следы древних поселений. Они представляют собой группу домов расположенных вокруг центральной площади и обнесены каменной стеной. Все они связаны между собой дорогами, которые проходят города с северо-востока и на юго-запад, пересекая центральную площадь.

  Общая численность населения каждого города профессор Басов оценивает в 50 тысяч человек. Профессор считает, что их нельзя назвать полноценными городами, но они обладают многими признаками городов. В первую очередь благодаря высокому уровню планирования и организации. Вокруг городов экспедиция обнаружила следы дамб и искусственных водоемов, где индейцы разводили рыбу. Вместе с этим имеются следы мелиорации земли расположенной рядом с городами с целью возделывания на них сельскохозяйственных культур, предположительно маиса, кукурузы и риса.

  На месте предполагаемых деревень, а также в самих городах, экспедиция обнаружила осколки глиняной посуды, каменные ножи, кости убитых животных. Раскопки сильно затруднены тем, что города полностью поглощены тропическим лесом и были найдены лишь благодаря помощи местного индейского племени Куйкуро.

  Что касается известий относительно пропавшей экспедиции британского путешественника полковника Фосетта, профессор Басов не располагает точной информацией о судьбе её членов. Все члены российской экспедиции живы и здоровы. Профессор Басов собирается продолжить исследования неизвестной культуры, которая, по его мнению, возникла в этих местах до прихода сюда европейцев в XV веке. Профессор очень надеется найти захоронения жителей городов, что прольет свет на многие тайны затерянных городов Бразилии. В знак благодарности за доставку столь важных сведений, по распоряжению посла господина Щедрина, Рибейре было выплачено денежное вознаграждение в сумме одного конто рейса. Само письмо и альбом с зарисовками будут немедленно отправлены в Россию, как только их доставит специальный курьер из Куябы.

                Второй секретарь посольства Дмитрий Золотухин.

                Из приказа министра военных дел Российской Республики, генерала армии Снесарева А.И. от 8 ноября 1927 года.

                Назначить командующим Особой Дальневосточной армии генерал-майора Каппеля Владимира Оскаровича. Определить местоположение штаба ОДА город Владивосток.

                Военный министр Российской Республики генерал армии Снесарев А.И.

                Глава X. Африканская Вандея.

                Никак не могли привыкнуть бравые украинские хлопцы к тому, что температура наступающей зимы никак не опускалась ниже тридцати градусов. Что нет опавших лесов и опустевших полей, холодных ветров и снежных вьюг, противно завывавших весь день и всю ночь. Вместо этого была вечнозеленая листва вперемешку с красным от пыли песком, да пронзительное завывание шакалов по ночам и прочей нечестии африканской саванны.