Расстелив карту полуострова, академик стал высчитывать, куда лучше следует сесть дирижаблю возле отрогов гор с причудливым названием - Бырранга. Местные жители называли горы «царством злых духов» сулящих смерть и потому никогда не приближались к ним. Покровский хорошо понял их чувства, когда совершив съемку Северной земли, дирижабль стал подлетать к горам.
Несмотря на то, что на вершинах гор было обнаружение присутствие ледников, выходящие на побережье моря Лаптевых, сами горы были исключительно черного цвета. Угрюмые и безмолвные они своим видом нагоняли тревогу и страх, источая волны непонятной опасности.
Перед самой высадкой злые духи преподнесли незваным гостям неприятный сюрприз. Дирижабль уже спустился на высоту ста метров, когда неожиданно, со стороны блистающего белизной на равнине озера, вдруг наползла полоса тумана. Ещё мгновение назад светило солнце, в лучах которого играли воды далекого озера и вдруг, все заволокло непроглядной серой белизной.
Будь на месте пилотов люди, не имевшие опыта полетов в подобных условиях, высадка наверняка затянулась на долгое время, но управлявший дирижаблем Маврикий Слепнев с честью вышел из трудной ситуации. Учитывая показания высотомера и ветрометра, он временно прекратил спуск и стал дожидаться, когда туман исчезнет. Подобное явление очень часто встречалось в этих широтах. Прошло некоторое время, и туман исчез, как не бывало. Вновь засияло солнце, и дирижабль продолжил спуск.
Обручев никому не уступил право проведения разведки отрогов гор. Вспомнив молодые годы, он встал на лыжи и, закинув за плечи мешок, направился к горам. Стояло календарное лето, а на Таймыре ещё лежал снег. На его потемневшей поверхности уже угадывались темные пятна скорых проплешин, но лыжи оставались тем транспортом, на котором можно было быстро достичь каменных глыб стоящих особняком на равнине.
Вместе с Обручевым в разведку отправился и Покровский. Вместе с несколькими добровольцами, они тянули нарты с инструментами и на которые должны были погрузить взятые образцы.
Уже первый осмотр показал присутствие в горах Бырранга богатые залежи черного и бурого угля. Уже это можно было ставить в заслуги экспедиции, но жадный до изучения Обручев этим не ограничился. После небольшого отдыха группа лыжников двинулась дальше. Преодолев несколько склонов, они спустились в распадок, потеряв из виду дирижабль. Покровский прекрасно знал, что поднявшись на склон, он обязательно увидит «Россию», но вместе с тем испытал никогда ранее неизведанное чувство. Полковник ощутил полную отрезанность от цивилизованного мира. Он находился в первозданном мире, за его плечами был карабин, мешок с запасом продуктов и больше ничего. И вся его дальнейшая судьба зависела от того, что он добудет себе на пропитание, соберет ли дрова для костра, найдет место для ночлега и многого другого. Чего в обычной жизни ты, как правило, не замечаешь и что становиться очень важным для выживания в условиях Севера.
Для Алексея Михайловича все это было в новинку, чего совершенно нельзя было сказать об академике. Его было трудно узнать, в не погодам прытком и энергичном человеке, что орудовал киркой и молотком, и отдавал приказания своим спутникам.
Пока Обручев был занят своим делом, Покровский решил осмотреть соседний распадок. В его противоположном склоне была видна узкая щель, привлекшая его внимание. Полковник начал спускаться, но не успел он пройти и половины, как на солнце набежали тучи, и наступила хмурая пасмурность.
Лучи светила били Покровскому в спину и это, сыграло с ним злую шутку. Неожиданно для себя он увидел огромную человеческую фигуру стоявшую прямо напротив него. Возникновение великана застало полковника врасплох. Позабыв о том, что у него за плечами винтовка, он инстинктивно нагнулся и схватил первый попавшийся камень. Занеся руку, он с тревогой стал наблюдать за незнакомцем, который также как и Покровский застыл в непонятном ожидании. Только по прошествию времени он понял, что незнакомец – это он сам, точнее его тень, порожденная причудливым преломлением лучей в воздухе. Автоматически сунув камень в карман, Алексей Михайлович решил вернуться обратно от греха подальше.
К этому времени энтузиазм академика пошел на спад, возраст все же брал свое, и разведчики повернули назад. Возвращались не так быстро как шли вперед, ноги предательски подгибались, но академик был доволен. На нартах лежал груз, ради которого и была организована эта маленькая авантюра.
Анализ добытых образов ещё не был проведен, а положительный результат уже был получен. И как это не было странным, в этом была заслуга Покровского. Описывая академику случай с появлением «великана», он показал камень, который случайно подобрал на горном склоне.
- Вы, что разыгрываете меня!? – подозрительно спросил академик, вертя в руках тусклый темно-желтый камень. - Это пирит, понимаете?! Настоящий пирит.
- Нет – честно признался полковник. - Я поднял его, совершенно случайно, не глядя.
- Пирит это верный признак того, что рядом могут быть залежи цинка, олова, свинца, меди и даже золота – выдал свой вердикт академик и дальнейший анализ взятых пород подтвердил его слова.
- Могу поставить все свои регалии против копейки, что в этих горах имеется богатые месторождения рассыпного золота, – Обручев торжественно потряс перед Покровским протоколом исследования, - здесь золото и другие полиметаллические руды.
- Золото есть, но вот добыча его будет очень дорогостоящим процессом, не говоря уже о транспортировке – внес свою ложку дегтя в бочку меда геолог Труханов проводивший анализ пород вместе с Обручевым.
- Это уже вопрос государства. Нужно будет золото – придумают, как его достать, вывезти и переработать, - не согласился с ним академик. - Главное, мы Иннокентий Владимирович его открыли, явили так сказать народу.
- Ваши слова мне напомнили одну историю, которую я прочитал в журнале «Вокруг света». Один ученый доказал наличие золота на Солнце и выступил на эту тему с многочисленными лекциями. На одной из них его спросили, а какой толк от этого факта, ведь достать его с Солнца было невозможно.
- Для вас может и никакого толку, а вот для меня есть – сказал астроном и показал золотую медаль, полученную за совершенное открытие – сказал Алексей Михайлович и его слова вызвали общий смех.
Так закончилось незапланированное исследование полуострова Таймыр. Плавно и величаво плыл над безмолвными просторами Арктики дирижабль «Россия». Впереди его ждали главные цели, ради которых академик Обручев и затеял эту экспедицию. Ждали горькие разочарования и приятные неожиданности, ждало развенчание старых гипотез и сотворение новых. Север был неисчислим на подобные сюрпризы, как было неисчислимо белое пространство, видимое с борта дирижабля в летний полярный день.
Документы того времени.
Телеграмма с пометкой «Молния» отправленная из российского посольства в Бангкоке 8 июля 1926 года.
В ночь с 7 на 8 июля на восточное побережье страны в результате землетрясения в Сиамском заливе обрушились гигантские цунами. Больше всего пострадали Южные и Центральные провинции страны, включая столицу - Бангкок. Число жертв и число иностранцев среди них уточняется. Среди тех, кто, возможно, пострадал от наводнения супружеская чета Романовых, временно проживавших в городе Паттайя.
Заместитель посла Республики России в Сиаме Пиявкин В.К.
Правительственная телеграмма в российское посольство в Сиаме от 8 июля 1926 года.
В течение суток дать ответ, действительно ли в число лиц погибших от цунами входят бывший император Николай Романов и его супруга Александра. В случае подтверждения этой информации принять все меры к розыску тел и подготовке их к отправке на Родину для похорон.
Президент России Сталин И. В.
Москва. Кремль.
Срочная телеграмма от заместителя посла Республики Россия в Королевстве Сиам Пиявкина В. К. 10 июля 1926 года.
Тела бывшего царя и царицы опознаны их дочерью Татьяной Романовой проживающей в Бангкоке. Она готова дать согласие на отправку их в Россию для погребения только в том случае, если вместе с ними будет отправлено ранее умершего наследника Алексея. Каковы наши дальнейшие действия?
Заместитель посла Республики России Пиявкин В.К.
Резолюция наложенная синим карандашом: Дать согласие на перевозку всех тел бывшей царской семьи. Обеспечить проезд в Россию за счет государства, близких родственников погибших.
Сталин.
Телеграмма с пометкой «Молния» из российского посольства в Лондоне от 11 июля 1926 года.
С 8 часов утра сегодняшнего дня по всей Великобритании началась всеобщая забастовка, вызванная введением 8-часового рабочего дня и снижением заработной платой шахтеров. Решение о локауте принято на конференции исполкомов британских профсоюзов 19 июня этого года. В стране парализована работа угольных шахт и железной дороги, грузовых перевозчиков, печатников, почты, предприятий судостроительства, металлургической и электропромышленности. На действия забастовщиков правительственный кабинет подает в Верховный суд с требованием признать их действия незаконными. Одновременно с этим с целью уменьшить негативные последствия от локаута ведутся приготовления для привлечения штрейхбрейкеров и армии.
Посол Республики России в Объединенном Королевстве Рыбкин Н.П.
Резолюция на телеграмме: Обратиться к профсоюзам с призывом помочь влиянием и деньгами бастующим угольщикам. Перевод денег должен быть произведен по официальным каналам с освещением в прессе. Нашей и зарубежной, желательно британской.
И. Сталин.
Из постановлений Правительством Республики России опубликованного газетой «Известия» от 14 июля 1926 года.
1. В связи с массовой гибелью жителей королевства Сиам в результате природной катастрофы – цунами, Правительство России выражает глубокое соболезнование родным и близким в связи с постигшим их горем. В том числе родственникам бывшего императора России Николая Александровича Романова и его супруги Александры Федоровны, погибших в городе Паттайя.
2. Следуя многовековым укладам и традициям Российского государства, а
также при согласии представителей семьи, организовать комиссию по похоронам
граждан Романовых в Петропавловском соборе, города Петрограда, вместе с телом их
ранее умершим сыном Алексеем.
3. Для доставки тел погибших на Родину, отправить в Бангкок крейсер
Тихоокеанского флота «Аскольд» с губернатором Приморья Челубеем С.В. и
временно исполняющим обязанности командующего флотом вице-адмиралом
Горшковым Н.П. Помочь с приездом в Россию для участия в похоронах и прощании
матери и сестры погибших граждан Романовых – Марии Федоровны и Ксении
Александровны.
4.Назначить председателем комиссии по похоронам бывшего императора
России Николая Романова и его жены Александры секретаря администрации
президента России - Молотова В.М. Его заместителем по комиссии ответственного
работника администрации президента России – Покровскую Н.Н.
Президент Республики России Сталин И. В.
Москва. Кремль.
Глава X. Чуден Тигр при тихой погоде.
Даже находясь далеко от родины, английские джентльмены всегда стремились придерживаться её правил и этикета, независимо от той обстановки, где они находились. Свято веря в то, что пока жива традиции и обычаи страны будет жива и сама империя, они строго требовали от своих слуг их выполнение.
Дом, который занимал в Мосуле майор Френдкленд, был построен исключительно в арабском стиле, равно как и большинство обстановки внутри. Полная замена на европейский лад была слишком затратная для финансов майора, да и в этом не было никакой необходимости. Френдкленд не собирался надолго задерживаться в этой стран, но вот создать кусочек родины, в виде столов, стульев с высокими спинками, бюро и прочими житейскими мелочами – это было святое.
Когда к нему приехал высокий гость из Лондона, в лице полковника Клэнси, дорогому гостю был подан несколько запоздалый завтрак. Слуги, привезенные майором из Англии, тщательно разложили перед хозяином и гостем, традиционную сервировку. Чашки для чая на две персоны, заварочный чайник, молочник, сахарницу, щипцы для сахара, ложки, ножи и неизменные бисквиты с джемом.
Последний атрибут был своеобразным символом для большинства англичан. Желая друг другу счастливой и безбедной жизни, они говорили – Пусть ваш хлеб будет всегда намазан джемом. От столь прекрасного и высокого пожелания, англичане чувствовали себя на голову выше всех остальных жителей Европы. А в отношении дикарей из России, которые желали друг другу хлеба с маслом и иногда какой-то там икры, на целых две. Что поделать, расизм на Британских островах всегда цвел пышным цветом.
Следуя традициям, за завтраком джентльмены никогда не говорили о делах. Только перейдя к сигарам и стаканчику бренди, они начали обсуждать то, ради чего мистер Клэнси оставил милый прохладный Лондон и притащился в пышущую жаром Месопотамию.
- Ваш внезапный приезд господин полковник, связан с нашей неудачей на границе? – спросил майор, учтиво пододвигая перед гостем спички, пепельницу и шкатулку с сигарами.
- Совершенно верно, Артур. Мы рассчитывали, что к этому времени у курдов будет полыхать хороший костер, но этого, к сожалению нет. На чей счет прикажите списать убытки? – спросил гость в полу шутливом тоне, который позволен только начальнику в разговоре с подчиненным. Взяв из шкатулки сигару, он привычно размял её пальцами и закурил, неторопливо наслаждаясь ею.