Во время переговоров, Рузвельт в паре со Сталиным сломили упрямое сопротивление Черчилля по вопросу «Второго фронта». Местом высадки главных сил союзников был определен север Франции, время высадки март 1944 года. Одновременно был решен вопрос о едином командовании союзных войск в Европе. Во главе его, как и хотел президент Рузвельт им стал генерал Эйзенхауэр, под чье командование поступила восходящая военная звезда Британии генерал Монтгомери. Он сумел разгромить на полях Ливии немецкого фельдмаршала Роммеля и отстоять британскую жемчужину в Египте - Александрию.

  Другим значимым военно-политическим успехом американского президента на этой конференции было то, что в разговоре со Сталиным он сумел убедить советского лидера в необходимости участия СССР в войне с Японией. Конечно, все это могло произойти только после окончания войны в Европе, но для Рузвельта был важен сам факт обсуждения совместных действий Советского Союза и Америки против Токио.

  Ради того, чтобы сохранить сотни тысяч жизней американских солдат и моряков, президент США с готовностью поддержал территориальные претензии к Германии со стороны Дяди Джо. Без всякого раздумья, не глядя в сторону вечно мятущегося Черчилля, он согласился с пожеланием советского лидера получить по итогам войны незамерзающий порт на Балтике - немецкий город Кенигсберг.

  Прощаясь в Тегеране, лидеры «Большой тройки» выразили твердую уверенность в необходимости новой встречи, которую было решено провести после открытия «Второго фронта» в Европе. К этому времени каждый из лидеров надеялся прибыть на встречу с большим багажом побед, которые позволили бы решить тревожащие их проблемы в свою пользу. И как следствия, они были под стать своему лидеру.

  Черчилль надеялся, что ему все же удастся помешать проникновению Советскому Союзу на Балканы и при этом попытаться решить «польский вопрос». Сталин видел свою первостатейную задачу в изгнании врага с территории СССР и разгроме гитлеровских союзников в Европе. Попутно, он собирался заменить «санитарный кордон» вокруг границ Советского Союза дружественными или нейтральными к Москве государствами.

  В отличие от них, Рузвельт продолжал строить планы на мировое господство Америки. Военная машина Соединенных Штатов уверенно набирала обороты, экономика давно ушла в «плюс» по сравнению с ужасными годами Великой депрессии, ставшей достоянием истории. Разгром Германии и Японии тоже стоял на первом месте у американского президента, но не в меньшей степени его волновали ещё два вопроса.

  Один их них создание Организации Объединенных Наций, где главная роль отводилась четырем полицейским мира: США, Англии, Китая и СССР. Именно они, по мнению Рузвельта должны были взять на себя роль миротворцев на Земле. При этом подразумевалось, что они должны будут подчиняться решению принятому большинством голосов в Совете Безопасности.

  Другой вопрос носил сугубо экономический характер и подразумевал объявление американского доллара главной мировой валютой. Это поднимало Америку на недосягаемую для остальных воюющих стран высоту, и должно было действовать ничуть не меньше, а то и больше чем вооруженная до зубов армия.

  Известие о провале «Длинного прыжка» сильно расстроило Гитлера, но о сто крат больше был его гнев, когда советские войска заставили отступить немецкие дивизии с Днепровской дуги. Подтянув людские резервы и технику, войска генерала Малиновского и Толбухина ударили под основание выступа, на котором находилась 1-я танковая армия Вермахта.

  Медленно, очень медленно шло изгнание врага с советской Украины. Гитлеровцы яростно и упорно сопротивлялись напору советских войск, которые целенаправленно расшатывали и крушили оборону врага, опираясь на мощь своей артиллерии. Чья мощь заметно возросла как по количеству орудий и минометов, так и по силе их калибров.

  Теперь уже танки и пехота шли строго в одном строю. Сразу вслед огневому валу, непрерывно поддерживая, действия друг друга своим огнем. Старые клише проведения атаки неотвратимо отходили в прошлое, уступая место «новому строю».

  Как результат этих действий стало то, что к концу декабря, «запорожский выступ» был полностью срезан, после чего совместное наступление двух фронтов на города Марганец и Никополь. Стремясь удержать их, Манштейн перебросил со своего северного фланга часть своих сил, что облегчило наступление войска 1-го Украинского фронта в этом районе. Не успели немецкие войска перекочевать на юг, как по мановению волшебной палочки маршал Жуков двинул свои армии в наступление.

  Мощными, хорошо подготовленными ударами советские войска прорвали фашистскую оборону и отбросили вражеские дивизии далеко на запад. Не имея возможности остановить продвижение бойцов Красной Армии, немцы были вынуждены оставить Бердичев, Шепетовку, Новоград-Волынский, Костополь, отступив за линию старой советской границы.

  Совместными действиями с войсками 2-го Белорусского фронта, войска маршала Жукова взяли, столь неудобный для советских войск опорный пункт немецкой обороны - Коростень. Развивая успешное наступление на запад и север, соединения Красной Армии освободили Олевск, Сарны. Дубовицы, Мозырь и встали на берегах рек Горынь и Припять.

  Пытаясь спасти положение группы армий «Юг», фельдмаршал Манштейн стал требовать новых дивизий, но на тот момент резерв ОКХ был полностью исчерпан. Не имея возможность сделать из одного солдата двух, Гитлер вновь стал требовать от Манштейна, любой ценой удержать разваливающийся фронт, но фельдмаршал не смог выполнить волю фюрера. Под ударами советских войск немцы оставили Марганец и Никополь, что переполнило чашу терпения Гитлера. Он вызвал фельдмаршала к себе в ставку, поблагодарил за грамотное руководство войсками, добавил бриллианты к его Рыцарскому кресту и отправил в отставку.

 - Время больших наступлений ушло. Сейчас Вермахт вынужден перейти к обороне, и мне нужны генералы, что умеют хорошо держать оборону, а не наступать – честно признался Гитлер фельдмаршалу, назначив на его место своего любимого «пожарника» генерал-полковника Моделя.

  Прощаясь с офицерами своего штаба, фельдмаршал Манштейн льстил себя надеждой, что отставка для поправки здоровья – это всего лишь временный эпизод в его карьере. Что его ещё позовут командовать войсками, и он сумеет скрестить шпагу с противником.

  По приказу теперь уже бывшего командующего был накрыт небольшой стол, было подано шампанское, а тем временем, в далекой Москве, Верховный Главнокомандующий Сталин принимал в своем кабинете командующего Ленинградским фронтом, генерала Говорова. Вместе с Волховским фронтом генерала Мерецкого, ему предстояла операция по полному снятию блокада Ленинграда. Леонид Александрович был уверен, что на этот раз войска фронтов полностью выполнят поставленную перед ними задачу и отбросят ненавистного врага далеко на запад от стен города колыбели Трех Революций.

                КОНЕЦ.