- И что велел передать мне верховный жрец? – властно спросил монарх, обрывая плавную речь божественного посланца, к его огромному неудовольствию.   

 - Ты собираешься идти в далекий поход против скифов и Боспора царь. Великий Зевс открыл нам, что в нем тебе угрожает смертельная опасность – жрец продолжал говорить плавно и торжественно, не обращая никакого внимания на её досадный сбой.

 - Военный поход это всегда смертельная опасность жрец - вновь прервал его Александр, который стремился перевести жреческий монолог в диалог.

 - Но эта опасность исходит не от вражеских стрел и мечей, царь. Она таиться в твоем окружении среди близких тебе людей – упорно продолжал вещать жрец, но Александр уже закусил удила.

- Внутренняя измена? Что же, она сопровождала меня во время всех моих прежних походах, и я не удивлюсь, что если она появиться и в этом – спокойным и ровным голосом произнес монарх. Жрец обиженно замолчал, всем своим видом показывая, что царь ведет себя неподобающе.

 - Так кто этот скрытый недоброжелатель? Великий Зевс открыл его имя? – требовательно спросил Александр. – Что ты молчишь? Или гадатель не смог ясно разобрать волю отца богов?

  Вопросы сыпались на жреца непрерывным градом, делая его из глашатая судьбы, из живых уст великого бога простым доносителем. Тень гнева промелькнула по лицу додонца, он не желал мириться с той ролью, что отводил ему царь, и он гордо выдерживал паузу. Видя, что Александр вот-вот снова упрекнет додонца, Птоломей решил оказать тому помощь.

 - Дай сказать ему, великий государь! – воскликнул македонец, – своими вопросами ты торопишь вестника  твоего великого отца.

 - Хорошо, пусть посланец назовет нам имя или имена моих скрытых недоброжелателей, и покончим с этим. У нас ещё много дел.

  Додонец был готов испепелить царя взглядом от подобной непочтительности, но начатое дело нужно было довести до конца, и он заговорил.

 - Среди близких тебе людей Александр, есть человек, для которого твои планы подобны острому ножу в сердце. Он только на словах поддерживает твои начинания, а в глубине души готовиться сотворить чёрное дело, которое полностью перечеркнёт, все твои прежни деяния.

  По мере того как додонец вещал, лица царских приближенных становились все напряженнее и напряженнее, ибо каждый из них боялся, что додонец обвинит в измене именно его.

 - Так кто же он? – властно спросил Александр, которого сильно злило любое упоминание о крахе всех его трудов. – Кто это!? Он присутствует здесь?

 - Это чуждый нам эллинам по крови и духу человек, долгое время пребывающий в твоей свите царь. Порождение богов Нила, он сделает всё, чтобы этот поход закончился поражением и твоей смертью царь ,– торжественно изрек жрец, вызвав тихое облегчение среди придворных. Под эти слова попадал только один человек, египтянин Нефтех.    

  Глядя на то, как придворные стали ненавязчиво отодвигаться от царского советника в сторону, Птоломей возликовал. Теперь его тайного противника если не лишат его поста, то наверняка  царь не возьмет его в поход, после такого обвинения. Однако сам монарх был иного мнения.

 - Что скажешь Нефтех? Прорицатель явно указывает  в твою сторону – спросил Александр своего советника.

 - Скажу, что этот человек нагло лжёт, прикрываясь именем твоего великого отца Зевса, государь. Кто-то очень хочет опорочить меня в твоих глазах господин, не сильно стесняясь в средствах и способах. За всё время служению тебе, у меня было так много возможностей нанести тебе коварный удар в спину, что боюсь, у меня не хватит пальцев на руках, чтобы пересчитать их – произнес египтянин спокойным и ровным голосом, не проявляя ни малейшего волнения от столь опасного для себя обвинения. 

 - А что скажешь ты жрец на эти слова – безапелляционно спросил Александр додонца.

 - Ничего, царь. Моё дело донести до тебя слова великого Зевса, а вступать в спор по поводу сказанного это не мой удел – гордо отвечал ему посланец.

 - Он не желает спорить с тобой Нефтех. Что делать?

 - Позволь мне самому уличить этого человека во лжи государь – попросил Нефтех, но в это время в дело вмешался Птоломей.

 - Особа додонского жреца священна и неприкасаема. Славой и силой святилища он защищен от допроса и разбирательств. Таков древний закон царь! – воскликнул македонец, и многие из стоявших в зале вельмож закивали головой. Многие, но только не те, кто был рядом с Александром последние годы, для которых, главным и единственным законом жизни, было лишь слово и желание самого царя.

  И Александр немедленно напомнил об этом всем присутствующим.

 - Здесь законом являюсь только я, дорогой Птоломей. Я и никто другой! – гневно зазвенел царский голос под сводами дворца и Птоломей сразу попятился в сторону. – Моему личному советнику брошено обвинение в измене, и я хочу разобраться в этом деле, раз и навсегда. И никто не может помешать мне в этом, потому что такова моя царская воля!

  Царь окинул взором всех присутствующих, и никто не посмел промолвить ни единого слова. Оставшись доволен этой картиной, Александр изрек.

 - Говори Нефтех! 

  Советник покорно склонил голову перед волей монархом, и холодно смотря в глаза додонцу, сказал.

 - Я египтянин Нефтех, милостью великого царя сына бога Зевса являюсь, его личным советником, да продлят боги его годы жизни. Я хочу знать, кто стоит передо мной? 

 - Разве ты сам не видишь Нефтех!? Или ты в чем-то сомневаешься? – с гневом воскликнул Птоломей и его слова, породили недовольный гул среди приближенных, который впрочем, моментально умолк едва царь требовательно вскинул руку.   

 - Ты зря так волнуешься Птоломей. Нефтех представился и хочет того же от нашего гостя – вступился за Нефтеха Александр.

 - Вестники Зевса Додонского не обязаны представляться, за них говорят их жреческое одеяние, посох и венок – не унимался Птоломей, продолжая поддерживать гордо молчавшего додонца.   

 - Даже мне? – простодушно удивился Александр и бывший хилиарх увял, почувствовав, что ненароком может лишиться царского фавора.

 - И так, я хочу слышать твоё имя жрец и немедленно!

 - Возможно, служителям Зевса Додонского запрещено упоминать свои имена непосвященным людям согласно тайному ритуалу святилища. Не стоит настаивать государь. Если это так, то пусть просто покажет особый знак, указывающий на его принадлежность к жреческому братству. К примеру, вот такой как у меня – и египтянин быстро оголил своё левое плечо и продемонстрировал черную татуировку в виде головы ибиса, знака бога Тота. 

 - Хорошо, пусть покажет свой особый знак – согласился монарх – я жду.

 - Черной неблагодарностью платишь ты Александр царь македонский за ту помощь, которую тебе оказал великий оракул Зевса. Вместо того чтобы с радостью внять голосу божественного откровения, ты выказываешь сомнение открытом тебе предсказании моими устами. Больно мне видеть как, узнав волю великого бога, ты внимаешь словам нильской змеи свившей на твоей груди ядовитый клубок. 

 - Как ты смеешь упрекать меня в моем дворце жрец! Берегись, я никому не позволю говорить в лицо подобные дерзости! – гневно выкрикнул монарх, но его слова ничуть не поколебали жреца.

 - Твои слова могут напугать кого угодно, только не служителей великого Зевса, которые находятся под его незримой эгидой. Бойся прогневать великого бога, ибо все мы находимся в его власти.

  Лицо Александра моментально потемнело от гнева и его глаза, яростно буравили фигуру в белой одежде.

 - Не пугай меня гневом моего отца, великого Зевса жрец. Думаю, что для своего великого сына он всегда сделает послабление. Покажи мне свой особый знак жрец или я буду считать тебя самозванцем!

 - Я полностью выполнил миссию, возложенную на меня верховным жрецом Зевса Додонского Исократом. Предсказание оракула доведено до твоего слуха и теперь я, возвращаясь обратно с чистой совестью! Прощай Александр! Да прибудут с тобой боги.

  Сказав это, жрец повернулся и гордой походкой направился к выходу, сжимая в руке свой жезл. 

 - Стой! –  выкрикнул Александр, но додонец даже не обернулся. Ввязавшись в дворцовую интригу польстившись на птолемеево золото, он был вынужден идти до конца, играя роль жреца высокого ранга, хотя был простым жрецом письмоносцем.   

 - Стой жрец! Или тебя остановят железом! Остановить! – приказал Александр, но жрец продолжал идти прямо на стражу, перегородившую ему дорогу копьями.

 - С дороги! – повелительно выкрикнул жрец и, уловив замешательство солдата, ударил его по плечу своим жезлом. Возможно, что будь на его пути македонец, грек или иониец додонец бы и выиграл, но перед ним стоял сириец из войска Эвмена, который не испытывал особой симпатии к греческим жрецам. В ответ на удар, он коротко ткнул жреца в бок выставленным вперед копьем и додонец стал стремительно оседать.

  Когда Александр подбежал к упавшему посланцу, у того уже на губах пузырились кровяные пузыри, а взгляд, быстро угасал. При виде царя, додонец что-то хотел сказать, но вместо слов изверг из себя только глухой всхлип и тугую струйку алой крови. Он дернулся, серые глаза пыхнули злобой и остекленели.

  Закусив до крови губу, сириец стоял рядом с ним, судорожно сжимая окровавленное копьё, смиренно ожидал своей участи. Царь, однако, не спешил выносить свой вердикт. Все его внимание было приковано к телу лежащему на полу.

 - Снимите с него одежду, я желаю удостовериться в его принадлежности к додонскому святилищу – приказал он стражникам и желание Александра, было немедленно исполнено. С умершего додонца было сорвано все одеяние, но никакой татуировки или какого иного знака на нем не было.   

 - Ищите, ищите! – подгонял солдат монарх. Он буквально по нитке протрясли всю одежду убитого жреца, но так ничего и не нашли.

 - Нефтех! Какие должны быть у него знаки?

 - Золотая цепочка с листом дуба, либо талисман в виде желудя.

 - Нет ничего государь – доложил сириец ретивее всех исполнявших царский приказ.

 - Пусть посмотрят на шеи у затылка или под мышками и на пятках – посоветовал египтянин, но и эти рекомендации ничего не дали.

 - Значит самозванец! – громко изрек царь и обратился к сирийцу, – благодарю за верную службу. Отметь его, за верное исполнение долга, а эту падаль вывесить у ворот и пусть все любуются на лжепророка – приказал он начальнику дворцовой стражи.             

 - Интересно, кто стоит за ним? Кому это так помешали мои планы, и лично ты Нефтех?– спросил Александр, когда стражники унесли тело, а рабы спешно замыли пол.

 - Тот, кому они больше всего доставляют хлопот государь. Скорее всего, ольвийцы.

 - Ольвийцы? Ну а причем здесь ты? – удивился монарх.

 - Потому-что он не македонец царь, – встрял в разговор Птоломей, – весь расчет греков, несомненно, строился именно на этом. Казни ты Нефтеха или отстрани его от себя сейчас, всё это негативно скажется на войске, в котором большое количество персов, сирийцев и прочих азиатов. Начались бы брожения, а с таким войском любой поход обречен на неудачу. Нефтех прав, здесь явно виден след понтийцев.    

 - Да, скорее всего ты прав – согласился с ним Александр – прыткие ребята. Сначала Зопирион, теперь я. Нет, поход обязательно состоится господа понтийцы. Ждите меня скоро в гости. 

  Так неожиданно, закончилась попытка Птоломея устранить Нефтеха чужими руками. Противная дрожь в пальцах, ещё долго напоминала хилиарху о страхе, который нещадно терзал его в царском дворце во время приема додонца. Птоломею очень повезло, что тот до конца играл свою роль и умер, не назвав его имени, а ведь все могло быть совсем иначе. 

 « Нет, этому бритоголовому египтянину явно благоволят тайные силы и от него пока стоит держаться подальше» - подумал Птоломей, хмуро сжав в кулак свои пальцы. Его время ещё не наступило.

                Глава III. На просторах Истра и Нила.

                Великий и могучий Истр, вновь поразил Александра своей ширью и необъятностью водяной глади, как и много лет назад, когда, наводя порядок на северной границе македонского царства, он вышел к берегам этой дивной реки. За время его отсутствия здесь мало, что изменилось. Истр по-прежнему медленно и величаво катил свои огромные чистые воды к Понту Эвксинскому, как это было во времена македонского царя Филиппа, перса Дария, аргонавтов Ясона или при великом Геракле. Глядя на это движение воды, Александр как нельзя лучше осознавал всю суетность человеческого бытия по сравнению с вечностью природы.

  Первое, что сделал царь, едва македонское войско вышло к берегам Истра, было торжественное взятие воды из волн этой могучей северной реки. Данный ритуал, Александр полностью позаимствовал у персов, у которых он символизировал полное покорение той территории, на которую ступила нога персидского воина. Столкнувшись во время разбора царских сокровищ со странными сосудами, Александр сразу оценил всю важность данного ритуала и потом, неукоснительно придерживался его во всех своих дальнейших походах.

  Македонское войско подступило к водам Истра уже в третий раз. Первым был царь Филипп, совершавший свой скифский поход, вторым был сам Александр, усмирявший приграничные племена, в самом начале своего правления. Преследуя грозных трибалов, он вышел к берегам Истра, где встретил скифов, ранее разбитых его отцом. 

  Имея за спиной вечно мятежную свободолюбивую Грецию и не желая втягиваться в новый военный конфликт, молодой полководец с радостью заключил мир с обитателями Истра, определив могучие воды реки границей между собой.

  В ту пору, у Александра и в мыслях не было о возможности продолжения похода против северных варваров. Его главными приоритетами было умиротворение соседей Македонии и предстоящая общегреческая война с персами. Теперь же всё было совершенно по-иному. Покорив почти всю Ойкумену, Александр рассматривал присоединения к своей огромной державе всего Понта Эвксинского, как вполне логический шаг большой политики.