- Хвала Зевсу и Нефтеху за столь радостную весть! – хмуро пошутил царь, – определенно, от постоянного общения с географами ты невольно стал подобен им. Говоришь общими словами, смысл которых сводиться в поддержании моего царского настроения в оптимистическом тонусе.

  Лицо гадателя ничуть не изменилось от брошенного ему царем упрека. По-прежнему глядя чуть выше головы монарха, он так же ровно и уверенно произнес:

 - Я понимаю, что плавание и эти постоянные заросли джунглей порядком утомили тебя мой повелитель. Как и мелькание перед твоими глазами несносного мальчишки  Деметрия, открыто желающего, приблизиться к твоей воинской славе. Твоя душа так же желает активных действий, а не постороннего праздного созерцания событий.

Но ты сам принял решение возвращаться домой морем и поэтому следует, набравшись терпения завершить начатое, - советник сделал короткую паузу и добавил. – Если тебе будет интересно знать, мы примерно находимся на одной широте с островом хорошо тебе знакомого индийского отшельника.

 - Что? Ты сказал на одной  широте? Значит, ты сторонник теории великого мыслителя Анаксагора о шарообразности Земли? Так ли это?

 - Греческий мыслитель Анаксагор лишь повторяет то, что он познал за время своего учения среди мудрецов Востока. Вавилоняне и египтяне давно знали об этом, унаследовав священные знания от шумеров, которые в свою очередь получили их от богов. Земля кругла и это непреложный факт мой государь.

 - Своим непреклонным тоном ты полностью отказываешь моим географам в праве придерживаться теории плоской земли.

  Лицо Нефтеха тронула презрительная усмешка: - Почему же? Пусть поклоняются своему невежеству, которое позаимствовали у индусов, польстившись красивую конструкцию из слонов и черепахи. Они свободные люди и могут верить во что угодно, но я же знаю правду.

 - За, что ты их так не любишь, Нефтех?

 - Как можно любить праздных болтунов, которые снуют под ногами и мешают великому делу. Твоему делу государь.

 - Ты упомянул об острове отшельника. Как смог ты определить наше местоположение, если нас разделяет огромное расстояние?

 - С помощью своего инструмента позволяющего измерять высоту тени от солнца в определенное время. Чем мы дальше уходим к югу, тем короче становиться тень от любого предмета.

 - Этому ты тоже познал в храмовой школе?

 - Да, как и многое другое государь

 - И как огромна наша Ойкумена согласно теории Анаксагора?

 - Что бы полностью ответить на твой вопрос необходимо вначале завершить это плавание, дождаться возвращение Неарха и только потом, проведя полное сличение карт и проведения счислений, можно будет создать первый атлас твоей Ойкумены. Вот тогда и пригодятся твои господа математики и географы.

 - В качестве подмастерьев для раскраски карт?

 - Ну, зачем уж так их обижать. Они не только прилежно рисуют, но и прекрасно считают, уж этого у них не отнять. Вся беда в их заблуждении относительно формы земли, а так они хорошие и добрые люди.

  Царь лукаво усмехнулся и, протянув руку к кубку, отпил из него слабо разведенного вина. После его отравления винной ягодой, монарх совершенно прекратил прием вина, но на время плавания, когда его организм страдал от постоянного зноя, врачи разрешили Александру умеренный прием разбавленного вина. Промочив горло, царь оттер губы ладонью  и продолжил беседу.

 - Скажи Нефтех, по твоему мнению остров Блаженства действительно столь чуден, как его описывают легенды синов?

 - Это, смотря, что считать чудным мой повелитель. Несметные золотые копии, прекрасные молодые девы, дивные звери или что-нибудь другое. Каждый из нас вкладывает  в это слово свое заветное понятие.

 - А какое понятие вкладывали в него сины?

 - Читая их свитки с восторженным описанием острова, могу с уверенностью сказать, что для тех, кто день и ночь корпит над своими грядками с рисом, большим чудом была бы щедрая природа позволяющая собирать обильный урожай при минимальных затратах труда.

 - И это все? – несколько разочарованно произнес царь.

 - Ты же спросил про синов, и нет ничего удивительного, что их понимание чуда будет совсем иным, чем твое. К тому же зачем гадать о чуде попусту. Нужно просто достичь острова и посмотреть.

  В ответ на эти слова Александр улыбнулся: - Пусть будет так – и сразу же засыпал египтянина новыми вопросами.

 - А как огромны силы правителя острова?

 - Изучая записи синов течение многих дней, я пришел к неожиданному для себя выводу. По моему твердому убеждению, записи повествуют не об одном острове, а нескольких островов объединенных под одним названием. Столь сильно разняться между собой описания его масштабов и размеров.

 - Даже так?

 - Возможно, я ошибаюсь государь, но именно такие мысли приходят при чтении сказаний синов. Что касается верховного правителя острова, то его там нет. А вместо него существуют несколько вождей постоянно воюющих между собой. Нечто похожие на разрозненные царства Поднебесной империи до твоего покорения их, но только  ступенькой ниже в развитии. Не думаю, что они смогут оказать достойное сопротивление твоим воинам и вся компания, если ее так можно назвать будет скоротечна.

 - Следуя твоим словам островов, может быть несколько, тогда я не стал, бы делать столь скоротечные выводы о сроке войны – возразил Александр, с усмешкой поглядывая на собеседника.

 - Нам достаточно будет захватить всего один из островов, основать там новую Александрию и спокойно плыть дальше, полностью передав в руки Деметрия окончательное завершения завоеваний. Имея в своем тылу, такую прекрасную основу как Александрия, часть флота и твое войско он со временем легко покорит все остальные острова государь и без твоего присутствия. Его таланта, молодая кровь и неуемное желание воинской славы отлично послужат тебе государь.

 - Ты рассуждаешь как зрелый стратег, Нефтех. – с удивлением произнес полководец.

 - Нет, я лишь только повторяю то, что мне некогда говорил ты государь - советник с почтением склонил свою голову, как бы подтверждая перед царем правдивость своих слов.

 - Значит, мы уже преодолели половину пути - спросил Александр, внимательно перебирая на своем столе карты, столь тщательно заполняемы и раскрашенные Ксенофонтом каждый день их плавания.

 - Да, государь. Проявим терпение и остров Блаженства появиться перед нами.

  Воцарилась пауза. Александр обратил свой взор в сторону океана, полностью предавшись созерцания его грациозных вод, египтянин терпеливо ждал.

 - Все-таки жаль, – прервал свое молчание монарх, - что у тебя нет с собой весов судьбы. Я бы непременно попросил бы тебя погадать на них.

  Ни один мускул не дрогнул на лице царского собеседника. Нефтех спокойно выслушал Александра, а затем невозмутимо произнес:

 - Видно сами великие Мойры определили срок их существования государь. Да и в этом нет никакой необходимости, пока ты не вернулся в свое царство, прежнее пророчество остается в силах.

                Глава II. Тайная жизнь Александрии и Вавилона.

                Над египетской Александрией стояла солнечная погода. Щедрыми потоками тепла одаривало дневное светило людской муравейник, основанный в дельте священного Нила по воле великого полководца. Основанный как простой военный лагерь, город с помощью щедрых царских субсидий стремительно развивался и теперь походил на хороший портовый город средней руки.

  Ему, несомненно, позавидовали бы любой приморский город Эллады, Финикии или Италии, но Александрии все было мало. Будучи любимым первенцем Александра, город стремился, поскорей перерасти свое нынешнее положение, и стать наравне с такими столпами этого мира как Фивы, Вавилон и Афины. Первые два столпа уже прошли пик своей славы и теперь жили за счет былого величия. Афины в отличие от них этого пика уже достигли, но в самый момент своего триумфа получили коварный македонский удар в спину, от которого с каждым годом все больше и больше теряли силы.

  Подобно могучему орлу гордость и краса Эллады еще парила в небесных высотах, но с каждым кругом неотвратимо снижалась все ниже и ниже. Знаменитый киник Диоген, давая оценку положения Афин, со всей прямотой сравнил знаменитый город с продажной гетерой, насладиться перелястями которой хотел каждый, но никто не хотел на ней жениться.

  В царском дворце претендента на новую мировую столицу царила приятная прохлада. Здание и было выстроено греческими архитекторами с таким расчетом, что бы белый камень поглощал дневной зной, а вместо него дарил прохладную свежесть своим обитателям.

  Сегодня во дворце не было большого приема и потому, правитель Египта находился в рабочем кабинете, где разбирал принесенные ученым секретарем аккуратно перевязанные свитки папирусов. Вернее сказать разбирала, ведь правителем Египта была молодая женщина.

  Прямо и властно сидела она, в своем кресле слушая слова секретаря, быстро и четко верша свое правосудие. Ее густые рыжие волосы, были скреплены обручем и были заброшены за спину на спартанский манер, что позволяло подчеркнуть их красоту, и при этом не доставлять особых хлопот хозяйке, которую звали Антигона.

  Обычно на время официальных приемов, она надевала черный парик, с множеством мелких косичек, изготовленный руками придворных мастеров египтян. Этим она старательно подражала былым правителям этой страны, чей наследницей, она сейчас и являлась. Прекрасно зная персидский язык, она легко выучила и язык египтян, дабы свободно общаться со своим новым народом. Жрецы многих храмов часто бывали  на приеме у Антигоны и всегда восхищались тем, что она говорила с ними на их родном языке.

  В отличие от многих прежних обладателей трона правителя Египта, его нынешняя властительница не обладала стремлением к стяжательству материальных благ, скромно довольствуясь лишь самой властью и только. Все знали, что «царица Египта» как ее многие называли за спиной, была смелой и решительной женщиной, которую можно смутить, но нельзя запугать.

  Поведение Антигоны во время бунта сатрапа Великой Фригии Антигона Одноглазого, наглядно показало всем характер нынешней правительницы Египта, и многие из высоких людей считали за благо иметь ее в своих друзьях, чем в недругах.

  Пройдя суровую школу жизни, Антигона была готова умереть на своем посту, но не поступиться властью, которую в ее руки вручили великие Мойры в виде ее мужа Нефтеха. Именно он, покидая Александрию, сделал все, что бы ловко обойти указ царя о назначении на трон правителя Египта, на время его отсутствия в походе другого человека.

Новый претендент скоропостижно скончался от укуса змеи и тогда Нефтех с чистой совестью усадил на трон Антигону как временного правителя до царского указа. Но как показало время, нет ничего постоянного как временные правители, которые приходят как бы на короткий срок, а остаются навсегда.

  Рядом с фиванкой сидела еще одна представительница правящей фамилии, ее родная дочь Ниса. Ей минуло уже семнадцать лет, в течение которых ей, как и матери пришлось многое испытать. Унаследовав от своего родного отца перса только часть крови, внешне девочка была полной копией своей матери, и такое сходство очень сильно смущало всех впервые прибывших в царский дворец.

  Ниса была единственным живым существом, которого Антигона искренне любила в этой жизни. Именно этим и тронул Нефтех ее каменное сердце, когда сумел отыскать дочь фиванки похищенную в младенчестве. Поверив чужим словам, бедная мать считала Нису умершей и теперь щедрыми горстями стремилась дарить ей свою любовь и внимание.

  Это, впрочем, не означала, что девочка воспитывалась во вседозволенности и безнаказанности. Нет, Антигона сразу приучила дочь довольствоваться лишь самым необходимым, сделав при этом Нису своим помощником и товарищем. Вот и сейчас, усадив дочь рядом с собой, она преподносила будущей принцессе азы грамотного правления.

  Был еще один человек, к которому Антигона испытывала нежные чувства, похожи на любовь. Это была Лика, маленький ребенок Нефтеха и Клеопатры сестры царя Александра, на которой она почти насильно женила своего мужа перед его уходом в поход на восток. Лишенная возможности повторно обрести материнское счастье, правительница выплеснула на нее свою зрелую любовь и привязанность. Пользуясь своей властью, она полностью отстранила Клеопатру от дочери, готовясь вырастить свою новую копию, но сугубо царских кровей.

  Свиток, за свитком отбрасывала прочь правительница Египта, как бы расправляя свои хрупкие плечи от тяжести государственных забот. Конечно, можно было отдать все свитки секретарю и предаться веселью подобно многим знатным дамам, но Антигона как никто другой знала как быстро и незаметно, исчезают из твоих рук бразды правления. Нет, она никогда не будет слабой и безвольной, такой как Клеопатра, которой великие Мойры от рождения определили судьбу быть игрушкой в чужих руках.

  Слушая очередное прошение, Антигона чутким ухом уловила, что чтец частит, и незамедлительно властно свела свои выкрашенные в черный цвет брови и пристально уставилась на чтеца. Беднягу в момент пробил холодный пот, он замедлил чтение, боясь поднять взгляд на правительницу. Неизвестно чем бы все закончилось, но в этот момент дверь приемного кабинета открылась, и на пороге возник управляющий.

  Правительница знала, что Ликаон никогда не посмел тревожить ее по пустякам и поэтому, взмахом руки остановила чтение и кивком приблизила к себе спасителя нерадивого чтеца.

 - Госпожа – быстро произнес управляющий – только, что в гавань прибыл посыльный корабль из Библоса и вместе с ним приплыл царский гонец.

 - Где он?

 - С минуты на минуту будет здесь госпожа.

 - Приведешь немедленно – приказала Антигона и обратилась к секретарю – перенесем на завтра слушание дел, ведь ничего неотложного в них нет.

 - Конечно, повелительница, моментально согласился секретарь. - Завтра с утра?