Опознанное тело моментально подстегнуло египтянина к действию. Не объясняя ничего подробного, он дал четкое описание тайного агента и потребовал его срочного розыска и задержания. Вскоре пришло известие с почтовой станции, что разыскиваемый Нефтехом человек, отбыл из Александрии два часа назад, предъявив прогонный документ до Пелусии. Нефтех моментально собрал сильный конвой и бросился  погоню.

  Зопира настигли на промежуточной станции, где он ожидал смены коней. Персу было достаточно одного взгляда, что бы распознать «добрые» намерения приехавших. Опознав среди них египтянина,  он схватился за оружие и оказал яростное сопротивление.    

  Несмотря на все мольбы жреца к воинам, взять живым, Зопира не удалось. Атакуя солдат, он  пропустил удар клинком в живот, и теперь медленно умирал, истекая кровью.

  Подбежавший к нему египтянин сразу определил, что жить персу осталось не очень много и поэтому, сразу взял быка за рога.

 - Где она? – властным голосом потребовал он у Зопира, тщетно пытавшегося зажать рану, из которой бежала кровь.

  - А бритоголовый слуга господина Амасиса, – хрипло проговорил тот, с презрением глядя в глаза Нефтеха. - Ловко ты провел меня тогда, заставив показать свой знак. Но все равно я переиграл тебя, забрав Арсиною.

 - Где она? - повторил Нефтех, – скажи и ты умрешь спокойно.

  Губы Зопира презрительно сжались в негодующей ухмылке.

 - Это слишком много и слишком мало для умирающего человека. Ты не найдешь ее бритоголовый, а она выполнит то для чего мы ее вытащили из норы. Месть так бурлит в ней, а это главное – и, превозмогая сильную боль, Зопир захохотал.

  От этого хохота, из раны хлынула мощной струей крови, и вскоре перс отправился к праотцам. Тщательный обыск почтовой станции ничего не дал. Арсинои нигде не было, а в вещах убитого обнаружили только подорожную и небольшой запас денег.

  Обескураженный таким исходом, египтянин возвратился домой в отвратительном настроении. Но и здесь его ожидали неприятные новости. По докладу префекта, день назад в море курсом на Кипр вышел корабль, на котором по описанию матросов отплыла женщина похожая на Арсиною.

  Она тщательно закрывала свое лицо, но порывы ветра позволили портовикам разглядеть ее. Двигалась она совершенно свободно, без принуждения и это ввело в заблуждение людей начальника стражи. Арсиною сопровождал человек среднего возраста, без особых примет в лице и одежде. Вторая новость была ничуть не лучше. Под Карфагеном погиб Пердикка, давний друг и покровитель египтянина. С его смертью положение Нефтеха заметно ухудшалось, ибо его второй покровитель Эвмен не имел столь крепкого влияния среди македонской знати.

   Египтянин был просто раздавлен, столь тяжелой чередой подобных бед в одночасье свалившихся на его плечи. Следуя старому способу, он поспешил к себе домой, где принял снотворное и заснул крепким сном.

  Спал он ровно до средины следующего дня, но встал бодрый и полон решимости, двигаться далее. Поев и приняв ванну, он поспешил во дворец теперь покойного Пердикки, что бы выразить его женам свое соболезнование.

  Клеопатра и Атосса пребывали в истерике и громко рыдали от трагической вести.  Первая из жен недавно родившая девочку, постоянно твердила о своем роке, который ее постоянно преследует едва только она выходит замуж. Персиянка была в шоке от того положения в котором она оказалась.

  Делавшая ставку на своего ребенка, как верного гаранта своей безопасности и благополучия, она оказывалась у разбитого корыта, так как все имущество покойного мужа отходило Клеопатре, и она со своим ребенком никого не интересовала.

  Антигона выглядела наиболее уравновешенной в этом доме скорби. Жизнь приучила ее к различным ударам судьбы и фиванка научилась их стойко преодолевать. Едва доложили о приходе Нефтеха, она первая подошла к нему и ей самой первой, он выразил свои соболезнования. Взяв ее руку, египтянин говорил, говорил, а между их пальцев заструилась незримая, и только им двоим понятная связь. В ответ Антигона едва заметно сжала его пальцы, и этого было достаточно для установления между ними прочного контакта и взаимопонимания.

  Это, правда, отразилось на лице танцовщицы, что не укрылось от взгляда Атоссы инстинктивно почувствовавшей возникший союз этих двух людей. Разговаривая с Клеопатрой, Нефтех обещал оказать семье его покровителя любую возможную с его стороны помощь.

  Видя плачевное состояние царской сестры, он тут же принялся ее утешать и приказал доставить ей успокоительных средств. Повинуясь его приказу, Клеопатра покорно выпила смесь и заснула. Выполнив свою скорбную миссию, Нефтех следуя правилам хорошего тона, должен был откланяться, но перед тем как уйти он успел перемолвиться парой слов с Антигоной.

  Вначале он вкратце рассказал о похищении Арсинои и о своем маленьком сыне, а затем пригласил фиванку назавтра к себе в гости. Бегство Арсинои откровенно потрясло Антигону. Она искренне осуждала поступок дочери Антипатра бросившая своего новорожденного ребенка и была готова посодействовать всем, чем можно в судьбе младенца.

  Ещё раз, пожав друг другу руки на прощание, Нефтех и Антигона расстались, чтобы встретиться на другой день, в его дворце

 - Я очень рад, что, несмотря на траур, ты смогла найти время для визита сюда - начал египтянин, но Антигона прервала его.

 - Это было не сложно. Клеопатра с Атоссой исправно пьют назначенной тобой им лекарство, и я предоставлена сама себе. Ты просил меня прийти к тебе, я пришла. К тому же я очень хочу посмотреть на малыша. Какое имя ты ему дал?

 - Честно говоря, я  еще не думал об этом. Арсиноя назвала ребенка Артамоном, но я пока не дал своего согласия на это имя.

 - Артамон красивое имя. Так звали моего деда.

 - Если тебе оно нравится, пусть будет Артамон – сказал египтянин, чем сильно удивил фиванку.

 - Прикажи принести младенца. Я принесла ему маленькую погремушку.

  Нефтех с радостью исполнил ее просьбу и вскоре ребенок предстал перед фиванкой. С нежностью и лаской не растраченного материнства она осторожно взяла на свои руки этот живой комочек и стала рассматривать его.

 - А он заметно, похож на тебя – с удивлением сказала танцовщица.

 - В этом нет ничего удивительного, наша раса древнее и старше всех других – с гордостью произнес Нефтех.

 - Да уж великие потомки бога Осириса - насмешливо произнесла фиванка, но жрец не обиделся на нее. Дав ей вдоволь насмотреться на бутуза, Нефтех приказал убрать его и провел гостью на уже знакомую террасу.

 - Ты спрашивала, где я был все это время, теперь я могу тебе сказать. Я был в маленьком городке Иерусалим и встретил там одного человека. Мне он очень понравился, и я решил привезти его с собой – многозначительно произнес советник, усаживая гостью в знакомое ей кресло. 

 - И что теперь, ты хочешь мне его показать? – несколько напряглась фиванка.

 - Да, ты все точно угадала. Сейчас я тебе его представлю – встав рядом с креслом, Нефтех дважды громко хлопнул в ладоши, и за спиной Антигоны открылась дверь.

  Раздались осторожные шаги, Антигона стоически терпела и не оборачивалась. Краем глаза она заметила фигуру и, не выдержав, обернула голову. Перед ней стояла девочка десяти-одиннадцати лет возраста, с густыми рыжими локонами, как две капли похожая на нее саму.

 - Здравствуй мамочка – робко произнесла она и Антигоне, стоило неимоверных трудов не сползти с кресла.

 - Откуда ты узнал о ней!? – свистящим от волнения голосом спросила фиванка.

 - Ты сама сказала, когда металась в бреду после теплового удара. Твердила «Ниса! Ниса!» и все просила спасти её, и я выполнил твое желание – обиженно воскликнул Нефтех как о само собой разумеющемся.

 - Но как ты её нашел? – продолжала вести допрос Антигона.

 - Анизат в Иерусалиме не так много как тебе кажется, а как только я увидел Нису, тут сомнений не оставалось, и я возблагодарил богов, что подарили мне дочь.

 - Как дочь?! – изумилась Антигона.

 - Я официально удочерил Нису с её полного согласия. Вот акт, составленный вчера в суде Александрии, - с ловкостью факира Нефтех достал папирус и показал его Антигоне. От волнения она с большим трудом разобрала прыгающие друг на друга строчки. Когда же она подняла на египтянина полные удивления глаза, тот с улыбкой продолжил.

 - Чтобы окончательно упорядочить наши отношения, я предлагаю тебе выйти за меня замуж. Ты согласна?

 - Соглашайся, мама! – подала голос Ниса и Антигона, обняв дочь, зарыдала.

 - Я думаю, что это – да – сказал Нефтех и вновь дважды хлопнул в ладоши. Появился слуга с чашками шербета на подносе и услужливо поставил его перед фиванкой на стол.

 - Думаю, это тебе поможет успокоиться, и привести себя в порядок. В соседней комнате ждут писец и распорядитель, они засвидетельствуют изменение твоего статуса.         

  В этот вечер, Антигона не вернулась домой. Вместо неё прибыл нарочный, который передал царевне Клеопатре, что советник Нефтех оставил госпожу Антигону в своем дворце на ночь, а завтра утром они оба прибудут обратно.

  Услышав это, Клеопатра философически отнеслась ко всему происходившему, тогда как Атосса презрительно фыркнула, сказав, что фиванка, что-то зачастила с визитами к советнику.

  Нефтех с Антигоной прибыли в осиротевший дворец сразу после завтрака. Обе вдовицы приняли их в малом зале, где кроме них никого не было. Увидев фиванку, Атосса сразу напряглась, интуитивно заметив в ней большую перемену. Антигона шла как никогда уверенно, светясь какой-то внутренней радостью.

  Обычно так ходят люди, принявшие очень важное для себя решение, и чем больше Атосса на неё смотрела, тем хуже ей становилось. Нефтех был официален и собран. Встав перед женщинами, египтянин очень коротко известил, что вчера он сделал предложение  госпоже Антигоне и та его приняла.

  Прекрасно понимая, что данный шаг может вызвать массу никому ненужных кривотолков, он торжественно объявляет госпоже Клеопатре что, беря в жены Антигону, он отказывается от любых притязаний на имущество Пердикки. Поскольку готов  полностью содержать свою жену.

  Слова египтянина вызвали сильный эффект. Не отошедшая от гибели мужа, Клеопатра не знала, что и делать. Хотя формально она не имела на фиванку никаких прав, но она являлась основной наследницей всего его состояния, а две остальные должны были довольствоваться ее доброй волей. Поскольку Нефтех отказывался от имущества, она была не против такого положения дел и первая поздравила танцовщицу с её замужеством.

  Совсем другая реакция была у Атоссы. Произнесенная Нефтехом новость буквально ошеломила ее. Атосса, была просто убита от той легкости, с которой рыжая нахалка устраивает свою дальнейшую жизнь.

 - О боги! - взмолилась про себя персиянка, – ну  почему вы помогаете этой дочери греха, вылезшей в свет благодаря своим гадким прелестям, и забываете про меня дочь царских кровей, в сто раз достойная ваших милостей.

  Но Антигона не спешила упиваться своим триумфом, который основательно менял весь её социальный статус. Новая госпожа советница скромно приказала слугам принести ее вещи и покорно стала рядом со своим мужем в ожидании его дальнейших приказов.

  Вчерашним вечером, после долгого и бурного изъявления своего чувства к дочери и Нефтеху, Антигона попросила мужа отдать ей под опеку маленького Артемона. Нефтех охотно согласился и развивая семейную тему далее, твердо пообещал фиванке полное отсутствие других жен и Антигона ему поверила.

  Обговорив все детали, они просидели до глубокой ночи, и расстались, с нетерпением ожидая утра. Став в одну минуту многодетной матерью и полноправной женой, Антигона буквально купалась в своих новых обязанностях. Нефтех не мог налюбоваться на дело своих рук, а вернее своего умения гипноза, который позволил ему узнать все тайны  танцовщицы и слегка скорректировал ее взгляды. Привезя Нису и отдав фиванке ребенка, египтянин теперь имел полноценного союзника и крепкий семейный тыл.

  Совсем другой настрой был у Атоссы. Оставшись ни с чем, она закрылась у себя в комнате, дабы не видеть никого и до позднего вечера горько оплакивала свою судьбу.

Неожиданно дверь распахнулась и в спальню впорхнула Клеопатра, одетая в ночную хламиду. Она присела на постель и  принялась ласково поглаживать по спине уткнувшуюся в подушку Атоссу.

 - Знаешь, дорогая, а я только рада, что Антигона покинула нас. Простой фиванке не место среди принцесс. Пердикка благоволил ей, но меня  ее присутствие всегда смущало в проявлении  к тебе своих чувств.

  Персиянка разом насторожилась, ожидая продолжения подобного откровения.

 - Пердикка кроме своего ребенка, оставил мне большое состояние, которым я вольна, распоряжаться по своему усмотрению – Клеопатра плавно излагала свои мысли, одновременно настойчиво поглаживала ягодицы у напрягшейся женщины.

 - Ты зря так волнуешься, – медовым голосом ворковала она. - Я думаю, что мы сможем с тобой отлично подружиться. Конечно, кое-чему тебе следует  обучиться, но ты способная ученица, поверь моему слову.

  Расценив молчание Атоссы как скрытое согласие, властной рукой, Клеопатра перевернула податливое тело персиянки на спину и принялась ласкать ее упругие груди. Глядя пристально в глаза, царевна медленно освобождала их от одежды. Атосса часто дышала, но не противилась ее действиям.

 - Вот и умница, - сладко ворковала македонянка, – а я всегда бываю, благосклонна к умным женщинам. Отныне ты можешь полностью рассчитывать на хорошее содержание себя и своего ребенка.

  Прекрасно просчитав положение несчастной Атоссы, царская сестра откровенно покупала свою партнершу по постели, ставя ее в заведомо зависимые от нее условия.

 - Посмотри, - ласково журчал демон порока, – вот этот поясок с кулоном должен дивно украсить твой живот. Давай проверим - и, не давая Атоссе времени на ответ, Клеопатра  принялась не торопливо раздевать персиянку. При этом с нее самой дивным образом упала хламида, открыв полностью обнаженное тело. Проворные руки царевны, ловко застегнули тонкий золотой поясок и любовно поправили голубой кулон на гладком лоне Атоссы.