Связанные узами любви и верности, они оказался камнем преткновения на пути македонцев к победе. Члены «священного отряда» мужественно гибли под мечами и копьями македонцев, но не отступали, хотя их судьба была предрешена. Окруженные спереди и фланга, они все полегли на поле брани, обильно напоив своей кровью беотийскую землю.

  Как только пал последний воин «священного отряда», правый фланг греческого войска рухнул. Под напором македонцев бежал Феаген, бежали отряды Харикла, едва стало известно о гибели «священного отряда».

  Впервые за все время греческих войны, гоплиты фаланги бежали под ударами конницы и вновь, Александр вновь удержал своих воинов от соблазна преследования. Предоставив это дело Антипатру, он в третий раз построил порядком уставших товарищей в боевой порядок и ударил по афинянам.

  Исход сражения к этому моменту был ясен, но юный потомок Ахиллеса и Геракла спешил атаковать афинян, желая лично продемонстрировать отцу силу своего конного кулака.

  За время схваток и боев, молодые македонцы уже лишились части сил и боевого задора, что был у них в начале сражения. Однако для афинян оказалось достаточно вида атакующей кавалерии под знаменем македонского орла. Они сломали строй еще до столкновения с катафрактами, и битва при Херонеи была завершена.

  Оратор Демосфен бежал с поля боя в числе первых. Бросив в кусты свои боевые доспехи, полностью полагаясь на быстроту своих ног, он направился в Афины с горькой вестью для своих сограждан.

  Более шести тысяч греков, нашли свою смерть в этой битве, тогда как потери царя Филиппа едва превышали пятьсот человек. Празднуя победу, царь устроил пир на поле брани, пригласив на него пленных греков.

  На радостях от достигнутого успеха, Филипп даровал им свободу. Ведь отныне он становился всегреческим гегемоном и должен был заботиться обо всей Элладе, что лежала у ног македонского владыки.

                Глава II. На той стороне Геллеспонта.

                Персидский царь Артаксеркс III Вахауха, был последним великим правителем огромного царства раскинувшегося от берегов Срединного моря на западе и берегов реки Инд на востоке.

  С раннего детства он полностью впитал в себя  все необходимые для лидера качества, наблюдая со стороны за слабовольным правлением своего отца Артаксеркса II. При нем дурные вести, одна за другой обрушивались на персидское царство и не спешили покидать малый тронный зал, в котором обычно происходило обсуждение положения в государстве.

  Некогда гордая и могучая Персия с трудом отбила вторжение спартанцев в Лидию и не смогла предотвратить появления новой правящей династии в Египте. Ранее послушные данники шахиншаха Хорезм, саки и массагеты вышли из-под его властной руки, и стали союзниками, сохранив за собой вассальную обязанность, поставлять в ряды персидского войска свою кавалерию.

  Дух мятежа постоянно перелетал одной сатрапии Малой Азии в другую, попутно смущая умы мидийцев, сирийцев и киприотов. Гордые горные племена кадусиев отказались платить дань великому царю, прислав Артаксерксу в полосатых курджумах головы царских сборщиков податей, приехавших к ним из Вавилона.

  Ноздри благородного лица Вахауха раздулись от бешенства, когда он увидел этот кровавый ответ горцев. Напрасно он взывал к своему отцу с требованием покарать оскорбителей царского достоинства, Артаксеркс недовольно сдвинул брови и бросил своему нелюбимому младшему сыну:

 - Это не твоего ума дело Вахауха, ступай к своей матери и не смей тревожить меня своими советами.

  Принц навсегда запомнил смех двух своих старших братьев Дария и Ариаспа, оказавшихся вместе с ним в малом тронном зале дворца. Именно в это день, он решил стать полноправным владыкой, даже для этого переступив через жизни своих братьев. И кроме этого, Вахауха поклялся непременно отомстить кадусиям за их наглую выходку.

  Отныне все стало раздражать принца в его отце, который, отрешившись от государственных дел, полностью погрузился в наслаждение женской любви от своих многочисленных наложниц гарема.

  Имея официальную жену царицу Статиру, Артаксеркс с неудержимой силой пополнял свой гарем всеми красивыми женщинами, имевшими неосторожность понравиться ему.  Не избежали этой участи даже его собственные дочери Атосса и Аместрида; сначала покоренный их красотой отец вступил с ними в связь, а затем женился на них, хотя это вызвало глухой ропот во дворце. Всего у царя было триста шестьдесят наложниц, но страсть по-прежнему не утихала в его сердце.

  Сумев по воле богов удержать свой престол в борьбе с Киром младшим, Артаксеркс полностью забросил все дела, перепоручив их решение своим фаворитам и близким знатным персам, которые с переменным успехом управляли огромным государством.

  Конечно, среди, несомненно,  них были достойные люди, такие как Антаклид или Ариобарзан. Первый сумел вернуть персам Ионию с ее городами, а второй привести к покорности царя Кипра Эвагора и восставших сатрапов Каппадокии и Фригии Датама с Оронтом.

  Вахауха прекрасно помнил тот день, когда оба предателя предстали перед персидским царем и были публично казнены, Сузы гуляли тогда три дня, славя царя и его верного полководца. Но ровно через год достойнейший Ариобарзан попал в опалу и его место занял хитрец Багамбухш, купивший эту должность сладкой лестью и прелестным телом своей пятнадцатилетней красавицы дочери Парасиды. Она, вместе с малоазийской рабыней Аспасией, сыграла роковую роль в судьбе наследного принца Дария.

  Однако больше всего будущему царю было жалко смельчака Фарнабаза, который  возглавил персидское войско во время похода на взбунтовавшийся в очередной раз Египет. Набрав греческих наемников и погрузив их на финикийские корабли, Фарнабаз  умело обошел, крепкие укрепления Пелусия надежно прикрывавшие страну со стороны Синая, и высадился в дельте Нила.

  Египетская стража проспала высадку персидского войска. Путь к Мемфису, был полностью открыт, чем Фарнабаз не преминул воспользоваться. Смяв малочисленные заслоны египтян, наемники вплотную приблизились к их столице, намериваясь взять её внезапным приступом.

  И удача вновь улыбнулась талантливому военачальнику. Застав защитников Мемфиса врасплох, греки с помощью штурмовых лестниц взошли на стены города, перебили слуг фараона Нектанеба и открыли ворота для остального персидского войска.

  Из всех важных построек в руках египтян осталась лишь хорошо укрепленная  цитадель Белые стены, в которой успел укрыться гарнизон города во главе с фараоном  Нектанебом. Казалось, победа близка, но все изменилось в один момент благодаря проискам Виштаспы, нового царского фаворита.

  Позавидовав столь большим успехам полководца, он сумел пробудить в сердце царя подозрительность к этому герою. Фарнабаза срочно вызвали в Сузы, отдав командование войсками родственнику Виштаспы Артобану, который полностью провалил все дело.

  Чехарда с заменой командующего армии персов оказалась роковой. Получив столь важную для себя передышку, Нектанеб проявил себя грамотным воином. В спешном порядке он оголил восточную границу царства, перебросив от Пелусия все находящиеся там войска. Одновременно к дельте Нила был, подтянут египетский флот. Умело маневрируя в узких и опасных рукавах реки, он сумел разгромить часть персидских кораблей, что привело к нарушению снабжения войск осаждавших цитадель Мемфиса.

  Успехи египтян на море не позволили новому командующему персидского войска вступить в командование сухопутными силами. Опасаясь возможного нападения египетских кораблей в дельте Нила, Артобан курсировал вблизи морского побережья с остатками флота, передавал свои приказы солдатам через гонцов.

  От подобного образа командования, надежды на победу у персов таяли с каждым днем и быстро возрастали у осажденных египтян. Собрав в единый кулак все свои силы, египетский фараон сам атаковал персидский десант с двух сторон, предварительно переправив в тыл персам часть своих сил.

  Греческие наемники стали главными героями по отражению внезапного нападения египтян. Своим мужеством и стойкостью они не допустили полного развала персидского войска, дрогнувшего под натиском противника.

  Теперь персы отошли в хорошо укрепленный лагерь, заняв вынужденную оборону.  Добившись успеха на поле боя, Нектанеб показал себя и хорошим дипломатом. Он сумел вступить в тайные переговоры с греческими наемниками, пообещав заплатить им большую сумму денег, чем заплатили им персы.

 В сложившихся условиях, греки недолго колебались. Видя полную неспособность персидского командующего серьезно повлиять на положение вещей, они под покровом ночи перешли на сторону фараона.

  Сразу после этого, Нектанеб атаковал лагерь персов и быстро разгромил застигнутых врасплох воинов. Никто из них не смог вырваться к побережью моря, где продолжали бесцельно курсировать корабли Артобана.

  Весть о разгроме войск, царю принесли десять человек, которых Нектанеб милостиво отпустил к Артаксерксу через синайскую границу. Персидский владыка грозно гневался на столь неудачное окончание похода сулившего покорение Египта, но вскоре Артаксеркс сменил гнев на милость. Хитрый Виштаспа подарил царю полтора десятка финикийских танцовщиц, умевших дивно исполнять зажигательные танцы и тем самым поднимать настроение правителя.

  Так закаливал свой характер младший из принцев Персии, чтобы в тридцать лет захватить престол с помощью ловкой дворцовой интриги.

  Чувствуя приближающуюся старость, владыка персов провозгласил своего старшего сына Дария соправителем и разрешил при его жизни носить прямую царскую тиару. Тогда Вахауха ловко стравил отца с братом умело, распалив его страсть к отцовой наложнице Аспасии. Не желая уступить просьбе сына отдать ему Аспасию, правитель сделал её главной жрицей в Экбатанах, обрекая на обет безбрачия.

  Ослепленный отказом, ради прелестей своей возлюбленной, Дарий составил заговор против отца, о чем Артаксерксу стала известно благодаря шептунам Вахауха. Разгневанный царь, несмотря на просьбы царицы Статиры пощадить Дария, приказал его схватить и после скорого суда обезглавить.

  После этого наследником короны стал второй сын царя Ариасп, которого Вахауха путем угроз, запугивания и шантажа сумел довести до самоубийства. Казалось, что теперь наследником должен стать третий царский сын, но не любивший Вахауху за его жестокий нрав, дряхлеющий Артаксеркс, назначил своим приемником Аршама – своего сына от наложницы.

  От такого упрямства отца принц пришел в ярость, которую с трудом смог скрыть во время объявления в большом троном зале царского решения о назначении приемника. И здесь на помощь Вахауха пришла царица Статира оскорбленная таким решением своего мужа.

  Под видом примирения с решением царя Артаксеркса, она пригласила выбранного им наследника к себе, угостила его спелыми яблоками, специально поданными к столу. Аршама сам выбрал себе яблоко из множества других лежащих на блюде, после чего в знак примирения, Статира разрезала его ножом. При этом одну половинку она съела сама, а другую попробовал наследник, который вечером того же дня скончался.

  Весь секрет отравления заключался в том, что одна сторона ножа была чистой, а другая была покрыта сильным ядом. При умелом разрезании яблока яд проникал на одну его половину, совершенно не касаясь второй половины.

  Таким образом, хитрая персиянка устранила ненавистного ей принца в присутствии множества людей и отвела от себя все подозрения в отравлении.

  От подобного удара судьбы с владыкой персов случился удар, и он вскоре скончался. Неотлучно находившаяся у постели Артаксеркса царица Статира, объявила сановным персам, что свою корону царь завещал третьему сыну и с ней никто не посмел спорить.

  Едва вступив на престол и короновавшись тиарой, Артаксеркс Ох решил обезопасить себя от возможных заговоров. На радость своей матери, он приказал полностью истребить всех своих близких родственников мужского пола, оставшихся после умершего царя.

  За три дня были убиты сто пятьдесят четыре сына Артаксеркса II от всех его многочисленных жен и наложниц. Новый владыка не пощадил даже детей от танцовщиц, не имевших никаких шансов на верховную власть в стране. Твердой рукой он отдал все потомство своего сластолюбивого отца во власть палачей.

  Также, по желанию Статиры, были умерщвлены все царские наложницы, что в той или иной форме, в то или иное время, посмевшие оскорбить величие и честь царской матери. Те, кого миновала петля палача, были отданы в храмы жрицами, так как вызывали стойкое раздражение у великого царя. Единственное исключение было сделано для сестры, двадцатипятилетней царевны Атоссе. Только её, Ох взял к себе в наложницы из огромного гарема отца.

  Наведя порядок во дворце, новый монарх решил наказать своих старых врагов кадусиев. За время правления его отца они настолько обнаглели, что стали совершать набеги на равнины Мидии. Собрав войско и пригласив греческих наемников, Артаксеркс навалился всей этой мощью на горцев, привыкших к своей безнаказанности.

  Огнем и мечом прошлись воины персидского владыки, с радостью исполняя приказ своего полководца, вымещая на кадусиях свои застаревшие обиды. В числе отличившихся в этом походе был, дальний царский родственник Дарий Кодоман, сумевший разгромить часть горцев в ожесточенной битве.

  Этот удачный поход внес новую струю в затхлую атмосферу царских покоев, давно отвыкших от победных реляций над врагами. Ободренный хорошим началом, царь принялся за сатрапов царства, ставших за годы правления его отца маленькими царьками в своих землях. Сразу после завершения похода на кадусиев, Артаксеркс издал указ, в котором требовал от своих сатрапов немедленно распустить имевшиеся у них наемные армии.

  На столь неприкрытый диктат немедленно ответили восстанием сатрапы Фригии и Миссии, Артабаз и Афтофрадат. Едва весть о мятеже достигла Вавилона, как царь незамедлительно выступил против мятежников со своей армией.