Мор усадил меня в кресло в дальнем углу. Подальше от двери. Сам накинул рубашку, затем подтащил стул, на который сел в полуметре от меня.

– Повторите, – попросил он, наклонившись. Локтями уперся в колени, пальцы сцепил в замок, за которым теперь скрывались губы профессора.

Его глаза даже во мраке ночи почти лихорадочно блестели.

– Запечатанные воспоминания просыпаются. И…

Я опустила глаза к своим рукам. Пальцы нервно теребили ткань тонкой сорочки.

Меня окутывало ощущение неправильности происходящего. В горле стоял горький ком, а в мыслях набатом звучало: «Разве все это имеет значение? Зачем ты здесь? Откровенничаешь ночью с мужчиной, от одного взгляда на которого сердце почему-то спотыкается! Неужели не знаешь, что это опасно, запретно… Так нельзя! Уходи!»

– И я вспомнила вас, Люциус Мор! – выпалила я, заставляя внутренний голос умолкнуть. – Вы были в том зале в день моего поступления. Вы настояли на том, чтобы мне не отсекали силу просто так, без ритуала. Вы спасли меня.

Когда я подняла глаза на Мора, наши взгляды встретились. Он смотрел на меня неотрывно, тяжело дыша.

– Это все, что вы помните?

– Воспоминания приходят отрывками. Сегодня… я увидела во сне вас.

Признаваться в этом было неловко. Будто я говорила не о снятии чар забвения, а о своих чувствах, нашедших отражение во снах. Все же в моих видениях Мор был точно принц на белом коне, который явился в самый последний момент, чтобы защитить.

– Но я пришла сказать не только об этом. Есть еще кое-что… Сегодня в столовом зале мы с Антуаном встретили…

Я умолкла на полуслове, когда Мор неожиданно зашипел. Это случилось так внезапно, что я изумленно застыла, а затем испуганно стала шарить взглядом по профессору. Что случилось?

Он вдруг согнулся, схватился руками за грудь, будто его сердце разрывалось от боли.

– Зелье, – прохрипел он и кивнул в сторону тумбы у кровати. – Пожалуйста…

Я подскочила с кресла и рванула к тумбе. В тот момент даже не думала о том, что надо бы вести себя тихо. Резкая перемена в поведении Мора напугала до ледяных мурашек!

Бутылек с лекарством нашелся сразу. В выдвижном ящике тумбы одинаковых бутылочек было полно. Не ошибешься.

Я схватила первый попавшийся и бегом поднесла его Мору. Он сдернул крышку зубами и в один глоток выпил содержимое пузырька. В свете луны оно блеснуло зеленым.

Действовать лекарство начало достаточно быстро. Мор уже не корчился от боли, хоть и продолжал тяжело дышать. Он откинулся на спинку стула, глаза закрыл. Я же осторожно приблизилась, чтобы рассмотреть профессора.

Не знаю, что ожидала увидеть… Вывернутые кости? Пузыри, налитые кровью? Почерневшую от странного недуга кожу?

Но Мор выглядел вполне нормально. Рубашка была чуть распахнута, но под тканью я не заметила ничего странного. Разве что щеки ущипнул жар смущения, когда взгляд скользнул по крепким мышцам.

Его кожа блестела от выступившего пота. Повинуясь внезапному порыву, я сократила расстояние и коснулась лица профессора. Кончиками пальцев стерла крошечную бусинку пота, что катилась по виску.

Зеленые глаза моментально распахнулись, но профессор не шевелился. Он следил за мной, пытаясь понять то, чему я сама не находила ответ.

Зачем я это сделала?

– Ваш недуг как-то связан с жизнью в Далитте? – спросила я, медленно отведя руку.

Если отскочу, как от огня, то это точно вызовет подозрения.

Вместо ответа Мор грустно улыбнулся.

– Думаю, вы сами скоро найдете ответ на свой вопрос. – И он с улыбкой постучал себя по лбу.

Я поняла, что это значит. Разгадка будет ждать в воспоминаниях, которые со временем откроются. Однако я и сейчас была готова поспорить: я права.

– Профессор, дело в том, что я вспомнила не только вас. Тот маг, который хотел лишить меня сил…

– Лоркраф. Можете не переживать, он давно не преподает в школе. Его уволили. Вы с ним не столкнетесь.

Я нервно ухмыльнулась, что заставило Мора посмотреть на меня с тревогой.

– Забавно, но до того, как вспомнить, именно с ним я сегодня общалась в столовом зале «Снежного пика».

Лицо Мора менялось так же быстро, как эмоции, которые он испытывал. Неверие, шок, злость… В конце концов Мор вскочил с места и навис надо мной, опершись о подлокотники кресла.

Он был так близко, что я забыла, как дышать.

– Вы уверены? – шепотом спросил он. Его цепкий взгляд не сходил с моего лица.

– Без сомнений. Это он. И шрамы, которые оставила Скелла, тому подтверждение.

Мор еще несколько секунд нависал надо мной, а потом резко отстранился и стал ходить из стороны в сторону. Переживания не давали ему усидеть на месте.

– Это невозможно. Лоркрафа отправили в ссылку…

Мор замер. Ответ сам нашел его.

– В ссылку на север. Проклятье! Лирида, он узнал вас?

О боги… А ведь я сама об этом совсем не думала! Но теперь, прокручивая в памяти прошедший вечер…

– Думаю, да, – сипло выдавила я.

А потом дверь в номер вдруг распахнулась. В комнату влетела незнакомка: волосы собраны в пучок, белый чепчик и форменное платье.

Горничная.

Но что она здесь делает?!

Я испуганно вжалась в кресло. Мор стоял передо мной, закрывая. Мы оба ожидали увидеть вовсе не служанку. Стой вместо нее здесь Лоркраф, которого обсуждали еще полминуты назад, я бы меньше удивилась.

– Доброй ночи… леди? – неуверенно обратился к служанке Мор.

– Я услышала шум. Думала, что-то случилось, – робко пролепетала она. – Но теперь поняла, в чем дело.

Она посмотрела на меня, скользнула взором по распахнутой рубашке Мора и уронила взгляд к носкам своих туфель.

– Вы немного опоздали. Мне стало плохо, но моя приемная дочь помогла решить проблему.

– Правда? – Служанка перестала пятиться и снова посмотрела на меня. Уже не так смущенно, а скорее виновато. – Извините!.. Я-то уж подумала…

Я догадывалась, о чем. Бедняжка прибежала на шум, заподозрив беду, а в итоге помешала жаркой ночи! Якобы.

– Главное, что сейчас все хорошо. – Я поднялась с кресла и спокойно прошла к выходу. Надо заканчивать это представление, чтобы не привлекать лишнего внимания. – Доброй ночи, господин Люцмор. Надеюсь, больше недуг не потревожит ваш сон.

Служанка рассыпалась извинениями и вместе со мной покинула номер Мора. Она проводила меня несколько метров до двери в мою комнату и ушла к лестнице. Позже я выглянула за дверь еще раз и заметила других служанок, которые чистили ковры или протирали пыль…

Видимо, чтобы днем не мешать гостям, уборку в «Пике» проводили ночью.

Что ж, буду знать на будущее. На темноту здесь не стоит особо рассчитывать – коридоры замка не бывают пустыми.

А вот что точно стоит запомнить – дверь всегда нужно запирать.

* * *

Утром я ожидала продолжения разговора с Мором. Но ни на завтраке, на который мы спустились с Антуаном вдвоем, ни на обеде профессор не появился.

– Брошенные дети, – изображая печаль, вздохнул Антуан. – Мы предоставлены сами себе…

Стараясь не привлекать ненужного внимания, мы держались настороженно. Продолжали изучать замок и его окрестности, а я заодно еще и постоянно оглядывалась. Боялась, что Лоркраф будет следить… Но за день не увидела ни намека на присутствие злодея из своего прошлого.

Сегодня мы гуляли столько, что к вечеру у меня гудели ноги. Погода смилостивилась, так что в замок мы вернулись на закате. Успели посетить местную ярмарку, где объелись сахарными пышками с горячим шоколадом; в окружении гор нашли заледеневшее озеро для катания на коньках… Но ни следа исчадий или энергетического всплеска из бреши.

– Если продолжим в том же духе, то практику мы все завалим, – пробормотала я, когда мы с Антуаном, уставшие, шли по безлюдной тропе обратно к замку.

– Мне отец голову открутит, если провалю испытания и лишусь магии на последнем курсе, – мрачно поделился Антуан. – Он так надеется, что я отучусь и стану рыцарем луны… Я иногда думаю: а может, к исчадиям? Бросить это все и жить спокойно.

Я с интересом посмотрела на Антуана. Его светлые глаза будто потемнели от мрачных дум.

– Никаких тебе командировок к брешам. Никакого риска… Но и никаких приключений, славы. Я привык представлять свою жизнь иной. Вижу себя только рыцарем.

Снег хрустел под ногами, будто поддерживая переживания Антуана. Я с пониманием кивнула и ниже опустила голову. Так было теплее – воротник грел порозовевшие от мороза щеки.

– Боюсь представить, что чувствуешь ты, когда думаешь о том, что можешь лишиться сил, – произнес Антуан. Его задумчивый взгляд – будто многотонная глыба, что легла на плечи.

– Я ничего не чувствую, – обронила я быстрее, чем успела обдумать слова. А потом торопливо добавила: – Я просто и мысли не допускаю, что у нас что-то не получится. Так что приложим усилия и покончим с этим. Верно?

На губах Антуана родилась улыбка. Он положил пятерню мне на макушку и взлохматил волосы. Ну, действительно, как доставучий старший брат!

– Какая ты мудрая, Лирида! Неудивительно, что ты… Кхм…

– Что я – это я, – подсказала я, и Антуан кивнул.

– Да. Что-то вроде того я и хотел сказать.

Мы как раз подходили к воротам замка. За ними жизнь кипела даже вечером. Кажется, кто-то устроил игру в снежки…

– Ладно. Раз мы тут, надо брать от жизни все! Пойду развлекусь. Ты со мной?

Я без особого восторга покосилась на парнишку, которому снежок только что угодил прямо в лицо. Бедняга был весь в снегу, но зато дово-ольный! Улыбка от уха до уха!

– Соглашайся. Не только же о делах думать…

И я уже была готова вынуть руку из кармана кафтана и протянуть ее Антуану, как вдруг под пальцами возникло новое ощущение… Будто я нащупала записку, о которой забыла.

Но никакой бумаги у меня в карманах точно не было! Выходит, она появилась только что. И значило это только одно…

– В другой раз, – выдавила я улыбку и почти бегом направилась в замок.

В одном из коридоров я наконец осталась одна. Вынула бумагу из кармана и развернула магическое послание…

Оно нашло меня не просто так.

В записке была всего одна строчка. Но и ее мне хватило, чтобы бегом пуститься по лестнице…

Как и значилось в зачарованном письме, что само появилось у меня в кармане, Мор уже ждал в своем номере. Туда-то я и направилась, миновав собственные покои. Постучалась и после короткого «открыто» вошла.

– Вас принесло метелью? – Мор окинул меня взглядом с макушки до пят.

Сделай то же самое другой человек, мне бы стало неуютно. Но Мор выглядел приветливым, а теплая улыбка наверняка могла растопить снег на воротнике моего кафтана.

– Мы с Антуаном изучали окрестности.

– Нашли что-то интересное?

Мор, хромая, приблизился и галантно помог снять кафтан. Ерунда, но я обрадовалась, что лицо уже было розовым от уличного холода. Иначе я бы точно зарделась!

– Ничего интереснее Лоркрафа, который сам нашел нас вчера в столовой, – честно поделилась я и по приглашению хозяина номера прошла дальше в комнату.

На этот раз мы оба расположились в креслах. Нас разделял столик, на котором, помимо декоративной вазы, было кое-что еще… Небольшая коробочка, которая навевала разные мысли.

Что там? Артефакт? Улика? Новое зелье для Мора?..

– О нем-то я и хотел поговорить. – Мор закинул ногу на ногу и чуть склонил голову набок. – Нельзя отметать очевидные варианты лишь потому, что они до абсурда просты. Мне кажется, Лоркраф и спрятанная брешь связаны. Вы так не считаете?

Я крепко задумалась… Пока делать громкие выводы нельзя. Я знала о Лоркрафе ничтожно мало. Память уже раскрыла, что бывший преподаватель магической школы не слишком охотно придерживается правил и может поступиться ими ради выгоды. Еще он угрожал Мору, когда тот меня спас. Но…

– Я вспомнила мало. И хоть эти крупицы уже заставляют меня ненавидеть Лоркрафа, для обвинения доказательств маловато.

Зеленые глаза профессора довольно блеснули. Он спрятал улыбку за рукой, которой задумчиво потирал подбородок. Похоже, ему нравилось, что я не соглашаюсь с его словами слепо.

– Полностью разделяю вашу позицию, Лирида. Нам нужны доказательства. Без них мы не можем действовать более жестко или открыто. Пока рано говорить другим о том, что мы подозреваем кого-то… Тем более пояснить это без нежелательных вопросов о вашем и моем прошлом будет весьма затруднительно.

Звучало резонно. Но…

– Профессор Эттери разве не знакома с Лоркрафом? Они не работали вместе?

– Все так. И это еще одна причина, почему нам стоит держать языки за зубами, а уши – востро.

Вот как? Значит, Мор подозревает Эттери в заговоре? Или есть какая-то иная причина?

– Профессор Эттери знает о том, кто я?

Я не удивилась, когда Мор кивнул.

– Она присутствовала в тот день на церемонии и все видела. Вы, возможно, не помните Эттери, но она вас – без сомнений.

– Откуда такая уверенность?

– Профессор Эттери – мой давний друг, – нехотя поделился Мор. – Порой мы обсуждали вас…

Я постаралась не слишком ярко проявлять удивление, чтобы не сбить желание собеседника делиться новыми тайнами.

– Раньше Эттери была моим преподавателем. Потом стала товарищем и другом.

Я вспомнила, как несколько дней назад во время испытания перед практикой Антуан подметил связь между преподавателями. Я не поверила, а зря.

– И вас никогда не смущало, что Эттери знает или догадывается о многом, но не спешит ничего предпринимать?

Взгляд профессора стал неожиданно прохладным. Несколько секунд он внимательно смотрел на меня так, что стало стыдно за свои слова, а потом произнес:

– А что Эттери могла сделать? Она видела, как Лоркраф чуть не сорвал ваше поступление, но об этом я донес сам. Другие преподаватели поддержали меня, и Лоркрафа сослали в Ампло. Что еще профессор могла сделать?

Я сжала зубы и молчала. На язык просилось много слов. Подозрений во мне было больше, чем логики. Мор тоже не спешил продолжать разговор и явно о чем-то недоговаривал.

Однако тема профессора Эттери и ее возможного сотрудничества с Лоркрафом была закрыта.

– Вот. – Мор наклонился и придвинул ко мне коробочку, которую я не так давно рассматривала. – Это поможет нам.

– Что там?

– Откройте и узнаете.

Я неуверенно потянулась к бежевой коробочке. Покосилась на Мора, но тот лишь подбадривающе кивнул.

Что ж. Посмотрим, что внутри.

Я нахмурилась, когда открыла крышку коробочки и увидела в ней… кулон-локет. Он был исполнен в виде ажурных створок из светлого металла. А еще – очень похож на другие украшения из моей скромной коллекции, которую я собирала в память о маме.

– Красиво, – искренне похвалила я украшение, которое крутила в руках. – Но чем это поможет выйти на след Лоркрафа?

– Откройте, – посоветовал Мор и с улыбкой поудобнее устроился в кресле. Будто ждал, что вот-вот начнется представление.

– Уже как-то не хочется, – поморщилась я и положила кулон обратно в коробку. – Не когда вы так смотрите. Признайтесь, кулон должен взорваться?

– Нет. – Мор прыснул от смеха. И в этот момент он был больше похож на улыбчивого студента со старших курсов, нежели на преподавателя. – Просто посмотрите, что внутри. Вам понравится.

Догадки сменяли одна другую. Что там? Фотография? Записка? Но внутри оказалось лишь слабое зеленоватое свечение. Его было не заметить, если локет закрыт, но сейчас оно чуть холодило руки.

– Это некротическая магия, – догадалась я. – Но для чего?

– Хочу, чтобы вы мне сказали. Сможете настроиться на узелки моих чар так же, как сделали в школе во время испытания?

Странным образом слова Мора будто пробуждали во мне бабочек. Он не говорил ничего запретного, но между строк – в интонации, во взгляде – читалось одобрение и восхищение.

– Я попытаюсь, – смутилась я и опустила голову.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы вникнуть в суть чужих чар. Однако, даже «нырнув» в них, нарисовать точную картинку было невозможно. Это походило на гадание.

– Замещение… Наложение. Это чары иллюзий?

– В точку!

– Я не могу считать, какую иллюзию вы заложили в заклинание. Как она нам должна помочь?

Я вновь прокрутила изящный кулон в пальцах. При нем не было цепочки… В коробочке лежала лишь тонкая кожаная лента. По размеру – явно не на мою шею.

– Ваша кошка в номере? – спросил Мор, и детали начали вставать на места.

Мы перешли в мою комнату. Скелла пряталась в сумке под кроватью. Я обучила ее скрываться там на случай, если в номер заглянет прислуга. Но стоило мне позвать, как Скелла выбралась из укрытия.

Она подбежала ко мне, затем потерлась костлявым бочком о ноги Мора. Скелла издала что-то вроде мурчания, и я не смогла сдержать улыбку.

Мне стерли память, но Скелла не забыла о том, как Мор нас спас.

– У господина Мора для тебя подарок. – Я присела на корточки перед Скеллой.

Она поставила лапки мне на колени, вытянула шею и лбом ткнулась в мой. Наше милое приветствие.

– Позволите? – Мор опустился рядом.

– Вы у меня спрашиваете или у Скеллы?

– У вас обеих.

Мы со Скеллой были солидарны в этом вопросе.

– Позволяем, – хохотнула я, а Скелла мявкнула.

Тогда Мор надел кожаный ошейник с зачарованным кулоном на костлявую шею… Которая прямо на глазах переменилась! Скеллу было не узнать. Теперь передо мной сидела черная пушистая кошка с белыми полосками на спине и боках. Они сильно напоминали ребра, но вот сама Скелла…

– Как живая, – выдохнул Мор и почесал кошку за черным ушком.

Скелла от удовольствия прикрыла ярко-зеленые глаза с узкими вертикальными зрачками.

– И как я не догадалась… Наложение маскирующих чар на поднятое умертвие – это же базовый навык!

– Возможно, вы предпочитаете более сложные пути? – Профессор улыбнулся и кивком пригласил тоже погладить Скеллу.

Ее шерсть и на ощупь была как настоящая… Сама я вряд ли создала бы столь искусные чары. Тут нужен опыт, знания и…

– Ой! – Я отдернула руку, когда наши пальцы случайно соприкоснулись.

Мор тоже поспешил отстраниться. Поднялся, кашлянул в кулак. Мы упорно не смотрели друг на друга, хотя ничего сверхъестественного не случилось. Подумаешь, руками столкнулись!

Но в воздухе витало напряжение, а в животе – бабочки.

Проклятые бабочки! Откуда они тут взялись?!

Казалось бы, сейчас самое время спросить, почему Мор выбрал именно кулон-локет. Все же для меня это не просто украшение. Он знал? Или такой подарок – совпадение? Но эти вопросы вели в бездну, откуда разило разочарованием моей богини и утраченным будущим.

– Профессор… Но что теперь? Вы сказали, этот кулон поможет нам выйти на след Лоркрафа.

– Все так. Нам помогут этот кулон, Скелла и ваша невероятная способность видеть ее глазами.

Ох… Помоги мне, Пустошь!