Облегчив душу признанием, длинный с надеждой смотрел в лицо Элу, ожидая решения своей участи, и великий герцог не обманул его ожиданий.

 - Сержант, этот человек свободен, – обратился он к начальнику стражи. – Вот тебе за правду десять золотых и постарайся найти им достойное применение.

  Эл бросил длинному моряку маленький кошелек с деньгами аль Маруфа, который тот проворно подхватил его на лету.

 - А что делать с остальными? – поинтересовался Суфанг.

 - Странный вопрос, сержант. Повесить. Они были слишком застенчивы в разговоре со мной.

  Прошло около недели и вновь, Амвросий с Элом уединились в тиши большого кабинета правителя Малаги. Вернувшись, домой, Эл развил бурную деятельность, направленную на спасение Анны, но все его благородные усилия разбивались прахом о непреодолимые препятствия житейских проблем. Все соседи Малаги выражали великому герцогу радость по поводу известий о судьбе уважаемой ими  кронпринцессы, но далеко не все были готовы оказать немедленную помочь правителю Малаги в спасении Анны. Желая спасти жену, герцог был готов выступить в поход с тем, что имелось, но для сведения воедино всех получаемых от соседей кораблей, солдат и денежных средств, требовалось время, а его у Эла катастрофически не хватало.

  Помня пророческое предупреждение кошки Симы о постоянной опасности грозящей Анне, Эл решительным образом пересмотрел свои планы, решив сделать ставку на собственные силы, с помощью которых он намеривался разбить гиммерийцев.

  Отбросив в сторону корабли как средство доставки солдат в Гиммерию, он решил перебросить их в страну колдунов с помощью волшебной мембраны. Армия Малаги была не столь велика, но герцог фанатично верил, что удача будет на его стороне. План был, безусловно, хорош, хотя сильно отдавал авантюризмом, но и тут возникли сложности в его исполнении.

  Оказалось, что магические мембраны не в состоянии произвести мгновенный перенос большого числа людей на огромное расстояние. Максимум, что они могли пропустить только пятнадцать - двадцать человек, как оказалось, магия тоже имеет свои границы. Узнав эту новость, Эл немедленно произвел расчеты, во сколько ему обойдется переброска в Гиммерию хотя бы трех тысяч солдат и приуныл. Холодные цифры столбца показали, что для покупки нужного числа артефактов, денег не хватало не только у Эла, но и, наверное, у всей Гарандии.

  Стремясь хоть как-то выйти из положения, великий герцог продолжал искать выход из сложившегося положения, ежедневно проводя новые расчеты, с болью в сердце, неумолимо сокращая численность своего боевого отряда, одновременно, где только можно выискивая мембраны перехода. Узнав об этом, почти все маги немедленно подняли цены, на данные артефакты, общее число которых в Малаге, едва ли достигало двух десятков. Время вновь безжалостно захлопнуло свои невидимые, но очень ощутимые тиски.

  Вот в такой трудный для Эла момент и пришел к нему в гости первосвященник Амвросий, для которого семья великого герцога давно стала близким кругом. Старческие руки верховного жреца осторожно развернули перед молодым человеком карту той части Гарандии, на которой было нанесено местоположение Гиммер. Подобно коричневому пауку, остров вцепился в морские просторы планеты, неотвратимо притягивая к себе измученный взгляд великого герцога.

  Несмотря на все неудачи, Эл упорно готовился к походу, намериваясь в крайнем случаи, выступить против гиммерийцев пусть даже с горсткой солдат. Зная решимость мужа идти до конца, не взирая ни на что, герцогиня Вероника со слезами на глазах обратилась к Амвросию с просьбой спасти её горячо любимого супруга, и тот немедленно откликнулся на этот призыв.

 - Сколько на сегодняшний день у тебя артефактов господин герцог? – учтиво спросил Амвросий, закончив разворачивать свиток, придавив его тугие края, книгами и прочими тяжелыми предметами со стола Эла.

 - Пока семь, но в ближайшее время должны оставить ещё два артефакта из Бирсы – устало произнес молодой человек, не отрывая взгляда от лежавшей перед ним карты.

 - Значит, в лучшем случае ты можешь рассчитывать только на сто восемьдесят двести человек? – подвел неутешительный итог Амвросий.

 - Да на сто восемьдесят двести человек – угрюмо ответил Эл. – Я знаю, что ты скажешь, что это полное безумие и авантюра что, отправляясь в Гиммерию, я косвенно ставлю под угрозу государственные интересы Малаги и всего побережья, но я не могу отступить, зная, что Анна жива и нуждается в моей помощи. Поверь, Амвросий, я глубоко уважаю тебя как человека и первосвященника, но если ты собираешься взывать к моему разуму, то ты только зря потеряешь время. Мне не нужны красивые и умные слова, лучше помоги советом или достань хотя бы пятьдесят артефактов.

  Слушая эти слова великого герцога, первосвященник только мягко улыбался в свою седую бороду, терпеливо дожидаясь конца речи.

 - Пятьдесят мембран перехода я тебе, конечно, достать не смогу, тут уже не взыщи со старика, но вот дельным советом, пожалуй, помогу. Вот только, скажи мне, как велико твое стремление идти до конца и какую цену ты готов за это заплатить?

 - Ты говоришь туманными загадками дорогой Амвросий. Говори яснее, ты знаешь, как помочь кронпринцессе?

  Вместо ответа, первосвященник взял в ручку и молча, ткнул её стальным пером в небольшой островок  на расстеленной им на столе карте. Эл быстро скосил глаза и прочел ничего не говорившее ему название клочка суши, Лестригония.

 - Что это? – удивленно спросил герцог, чем вызвал улыбку на лице Амвросия.

 - Сразу видно, что ты не уроженец Гарандии, хотя и многие гарандийцы, уже порядком подзабыли славную историю этих мест. Это остров морских королей, много столетий, назад державших в страхе и повиновении почти все морские побережья нашей планеты. Лестригонами в остроконечных шлемах, с крепкими мечами в руках, многие, матери побережья пугали своих непослушных детей. Смелые мореходы и бесстрашные воины, лестригоны не знали поражения, неизменно разбивая под предводительством своих королей любого врага, в любом количестве на суше и на море. Быть их друзьями и союзниками почитали за честь многие правители Гарандии, беспрекословно выполняя их любой приказ.

  Слава лестригонов гремела по всей Гарандии, но сгубила  их не вражеская сила, а внутренняя вражда. У последнего из великих королей Седрика, родилось два сына Бернд и Гирл. Оба юноши были храбрыми воинами и ни один из них, не желал уступать право на престол другому. Дело дошло до того, что когда пришла пора Седрику передавать свой престол одному из сыновей, каждый из братьев пришел к священному храму с отрядом своих воинов. Сам король Седрик сильно болел и не мог вмешаться в грозные события, развернувшиеся вокруг его трона.

  Эл с большим интересом слушал рассказ своего собеседника, слова которого столь явственно рисовали перед ним события далекого прошлого. Попав под чары рассказчика, герцог зримо видел всю историю древнего королевства, которая стремительно развивалась у него перед глазами.

 - Не дожидаясь смерти отца, Бернд и Гирл сошлись в смертельном поединке, решив разрешить свой затянувшийся спор, с помощью звенящей стали. Вместе с ними, участие в сражении приняли их сторонники, страстно желавшие победы своему кумиру.

  Два больших отряда сошлись в ожесточенной схватке, яростно истребляя друг друга. В ужасе бежали к королю его старые слуги с этим страшным известием. Когда бледный и слабый король лестригонов был доставлен на носилках к храму, всё уже было кончено. Оба королевича и большая часть лестригонов погибли в том бою, устлав своими окровавленными телами всю землю вокруг святилища.

  Беда не приходит одна, и едва только Седрик предал земле тела сыновей и погибших с ними воинов, как на остров, на который многие столетия не ступала нога врага, напали полчища диких варангов, дальних родственников лестригонов. Все они были наголову разбиты и полностью истреблены королем Седриком, но это был последний успех лестригонов. Обескровленное междоусобной бойней и набегом варваров, королевство лестригонов уже никогда  не сумело оправиться от таких потерь.

  Не последнюю роль в этом деле сыграл и сам король Седрик. Видя, к каким пагубным последствиям привело соперничество его сыновей, помраченный от горя умом король, завещал свой трон тому человеку, что сможет выдержать испытания, в лабиринте, специально построенном для этой цели по приказу короля.

  Все два года жизни, что даровала ему судьба, он потратил на сооружение огромного лабиринта, в центре которого он положил свой скипетр власти. Многие отважные воины пытались добыть себе верховную власть лестригонского королевства, но все неизменно гибли в коридорах коварного лабиринта, не справившиеся с многочисленными ловушками, которые разместил там король Седрик.

  Так проходил месяц за месяцем, год за годом, но королевский трон оставался пустым. И тогда, случилось то, что должно было случиться рано или поздно. Не имея над собой единого правителя, могучее племя лестригонов быстро разбилось на несколько независимых кланов, которые стали  враждовать между собой и тем самым окончательно похоронили свою былую воинскую славу.

  Узнав о внутреннем раздоре в грозном королевстве, предприимчивые соседи поспешили объединиться, и сами нанесли ряд поражений на море своим грозным обидчикам, сторицей воздав им за всё-то горе, что они им причинили ранее. Все взятие в плен в этих сражениях корабли были сожжены, а попавшие в плен лестригоны были брошены в море.

  Освободив морские пути от власти лестригонов, соседи, однако, не решились совершить высадку на остров, сильно опасаясь того, что перед лицом опасности, лестригоны забудут волю Седрика и вновь объединяться в одно целое. Сегодня лестригоны лишь жалкая тень своего славного прошлого. Продолжая оставаться сильными воинами, они занимаются примитивным морским разбоем или идут в наемники - закончил своё повествование Амвросий.

 - И что же ты мне предлагаешь? – быстро спросил герцог, едва только Амвросий припал к чаше, что бы смочить пересохшие от длительного рассказа губы. – Ехать на этот остров и попытаться стать королем лестригонов. Я правильно понимаю тебя?

 - Да, ты, верно, всё понял господин Эл. Ведь я недаром спросил тебя, какую цену ты готов заплатить ради спасения кронпринцессы. Да, испытание Седрика смертельно опасно но, став королем лестригонов, ты получишь в своё распоряжение закаленную армию воинов, которым всего два дня плавания Гиммерии. На мой взгляд, это твой единственный шанс исполнить задуманное. Кроме того, я знаю, что лабиринт Седрика вполне проходим.

 - Тебе сказал об этом сам Седрик? – с насмешкой спросил герцог.

 - Представь себе да, как это не смешно на первый взгляд. Я не думаю, что король так сильно ненавидел свой народ, что придумал не выполнимую задачу – парировал Амвросий, и Эл в душе был вынужден с этим согласиться.

 - Кроме этого, я знаю, что на стене лабиринта, король оставил маленькую подсказку перед каждым из испытаний. Они есть и их надо только правильно прочесть.

 - Да, для победы их надо, всего лишь правильно прочесть – грустно вздохнул Эл, с сожалением возвращаясь к реалиям своего мира.

 - Не очень веселую историю ты мне рассказал, но все равно, я очень благодарен тебе за неё, как впрочем, и за совет, который ты мне дал, для решения моей проблемы. А теперь иди Амвросий. Мне нужно всё хорошо обдумать, перед принятием окончательного решения.

  Размышление молодого герцога было не долгим и уже на другой день, в полдень, Эл объявил, что отправляется в путь на остров лестригонов. Временно исполнять обязанности правителя Малаги он возложил на Амвросия, с условием, что если в течение года от него не будет известий, то граждане вправе избрать себе нового правителя.

  Это был обычный ритуал передачи власти, который проводился каждый раз, когда правитель покидал свой город, по тем или иным делам. Никто из всех жителей Малаги, включая великую герцогиню Веронику, не заподозрил ничего опасного в решении Эла, посчитав, что он просто ищет себе новых союзников. Кротко поцеловав  своего мужа на прощание, герцогиня с легким сердцем отпустила его вдаль, из которой ещё никто не возвращался. Что же, пути людские, как и их судьбы неисповедимы.

                Лабиринт короля Седрика.

                - Стой, кто идет!? – грозно прорычали стражники, перегородив своими боевыми алебардами дорогу Элу, дружно щелкнув своим железом перед ним. Солнце уже скрылось за горизонтом, когда герцог, наконец-то достиг врат Солеры, столицы острова лестригонов, выброшенный мембраной перехода в чистое поле. Истратив все светлое время суток на дорогу, сейчас Эл страстно желал отдохнуть на любом постоялом дворе, где было возможно вытянуть усталые ноги и получить ужин.

 - Кого это несет в наш город в столь неурочный час? Клянусь потрохами короля Седрика Гизмо, что он сейчас будет проситься на ночлег! – прокричал толстый низкорослый лестригон, обращаясь к своему товарищу, который немедленно его поддержал.

 - Ступай прочь путник. На сегодня ворота Солеры закрыты, и мы не собираемся ради тебя нарушать приказ нашего командира, запретившего пускать в это время суток кого-либо.

  Бравые стражники явно, вымогали у Эла взятку за проход в город в поздний час, но тот не собирался им платить, бережливо экономя каждую монету своего походного кошелька, уютно висевшего под его левым плечом.

 - И даже соискателя скипетра власти лестригонов? – устало поинтересовался Эл, медленно переступая усталыми от длительной ходьбы ногами.

 - Ты хочешь пройти испытание лабиринтом!? В своем ли ты уме парень раз так отчаянно ищешь своей смерти в наших краях – удивился коренастый страж.

 - На моем веку четыре человека желали стать нашими королями и от всех четверых, мало что осталось, – поддержал его второй стражник. - Больше всех повезло рыжему беронцу, он погиб сразу на входе и стальные жерновах выплюнули обратно его окровавленные ошметки. От остальных же вообще ничего не осталось, даже пуговицы. Интересно, каким будет твое счастье? Много ли от тебя останется?